Друг Детства Сильнейшего Воина (Новелла) Том 1 Глава 659 Руки прочь (2)

Пи Хёнхва.

Её уровень — крепкий Предел, уже близко к вершине этой ступени.

По документам её относили к убийцам, хотя именно в этом ремесле она была не слишком искусна. Задания Пи Хёнхва выполняла успешно, но к настоящим ликвидациям её без особой необходимости не привлекали.

Основная работа — сбор сведений.

Скрытый Цветок Союза Мурима, красавица, которая прекрасно знает цену своему лицу и без стыда использует его на работе.

— Вы точно не ушиблись? Мне ужасно неловко...

Глаза блестят от слёз, голос дрожит ровно настолько, чтобы захотелось утешить.

Я спокойно наблюдал.

Теперь понятно, зачем она в меня врезалась.

Её приближение я заметил заранее. И намеренный толчок тоже. Просто хотел посмотреть, что последует, поэтому не стал уклоняться.

И вот оно.

Про Пи Хёнхва говорили: достаточно один раз вдохнуть её аромат, и мужчина теряет голову.

По мне — запах отвратительный.

Сколько же она на себя высыпала пудры? Вдохнёшь поглубже — желудок протестует.

Но показывать это нельзя.

— Как мне загладить вину... Ах...

Она придвинулась ближе. Грудь несколько раз как бы случайно коснулась меня.

Я опустил взгляд.

Лицо у неё действительно соблазнительное. Не зря зовут цветком Союза.

Только для меня она оставалась ёбаной мразью.

Слишком хорошо помню.

«Мусор. Как ты смеешь так на меня смотреть?»

Или:

«Ты всерьёз решил, что можешь на меня претендовать? Знай своё место. Не попадайся мне на глаза. Я с тобой одним воздухом дышать не хочу».

Я никогда на неё не претендовал.

Может, иногда и смотрел — красивая всё-таки. Но на этом интерес заканчивался.

Тем более в Союзе её титул первой красавицы быстро превратился в шутку.

Потому что там появилась она.

Юная Святая Меча Ви Сольа.

После её вступления все разговоры о «цветке Союза» закончились сами собой.

Пи Хёнхва была цветком, который едва успел распуститься и сразу начал вянуть. А принять это не смогла. Тогда-то и появился яд.

Интересно, сейчас она уже такая?

Я ещё раз посмотрел на неё.

Глубокий вырез, влажный взгляд, тело подано так, чтобы мужчина обязательно заметил.

Убить?

На секунду мысль показалась очень разумной.

Нет. Пока рано.

Я улыбнулся.

— Со мной всё хорошо. Вы сами не пострадали?

— Нет... спасибо.

Она ответила томной улыбкой.

Обычно моя улыбка заставляет людей напрячься. Эта даже глазом не повела. Профессионал.

Смешно, что я уже оцениваю людей по такому признаку.

Значит, Пом Дон действительно мной заинтересовался.

Пи Хёнхва не гоняют по мелочам. Если она появилась сразу после нашей встречи, командир лично выделил меня как важную цель.

И быстро же.

Я едва успел выйти на улицу, а она уже ждала. Получается, Пом Дон вернулся и немедленно отправил её.

Может, он и сам где-то рядом.

Я хотел расширить восприятие ци, но удержался.

Если Пом Дон действительно следит издалека, тонкий поиск он заметит. А если не он, может оказаться другой мастер.

Лучше не показывать лишнего.

Итак.

Что теперь делать с этой женщиной?

Я слегка отступил.

— Раз оба целы, я пойду. И вам желаю спокойного дня.

Развернулся без колебаний.

Пи Хёнхва удивлённо расширила глаза.

Тоже игра.

Я не знал всех её приёмов, но общую схему помнил. Она сама когда-то хвасталась, слишком любила рассказывать, насколько легко мужчины падают к её ногам.

Я успел сделать всего пару шагов.

Пальцы ухватили меня за рукав.

— П-погодите!

Я обернулся.

Уши покраснели, щёки тоже. На лице — смущение такой силы, будто ей сейчас провалиться сквозь землю.

Всё отрегулировано внутренней силой.

Если бы я не знал этого и не привык к красивым женщинам, сердце, пожалуй, правда дёрнулось бы.

— Мне всё ещё ужасно неловко... Можно я хотя бы угощу вас чаем?

Я подавил улыбку.

Прекрасно.

Она работает ровно так, как раньше.

А мне как раз не хватало одной детали.

— Хорошо. Почему бы и нет.

Приманка сама попросилась на крючок.

* * *

Недавно в Хэнани открылся новый трактир, быстро ставший модным.

Не из-за вина и не только из-за еды. Внутри всё было устроено так, чтобы нравиться женщинам: никакой привычной грубости постоялого двора, аккуратный сад, цветы, тонкий аромат, блюда подают красиво.

Говорили, заведение тоже принадлежит торговому дому Ста Цветов.

Поначалу многие предсказывали провал. В итоге сюда начали ездить дочери знатных семей и богатые дамы со всей Хэнани.

За одним столом у окна сидели мужчина и женщина.

Посетители время от времени поглядывали на них.

Женщина была поразительно красивой и откровенно притягательной.

Мужчина напротив — тоже поразительный.

Только по другой причине.

Страшноватый.

Очень.

И как рядом с ним оказалась такая женщина?

Сам он был весь в чёрном: небрежно распущенные волосы, тёмная одежда. На фоне почти бледной кожи особенно резко выделялись острые, недобрые глаза. По полученным сведениям ему едва перевалило за двадцать.

Пи Хёнхва будто не замечала чужих взглядов.

— Правда?

Она улыбнулась молодому мужчине.

— Значит, однажды вы сами возглавите свою школу?

— Видимо.

Он отпил чай и снова ответил сухо, без лишних слов.

— Это же замечательно.

Большую часть разговора вела Пи Хёнхва. Она задавала вопросы, он отвечал.

Снаружи всё выглядело нормально.

Однако внутри у неё нарастало раздражение.

Что же не так с этим человеком?

Она улыбалась, внимательно слушала, ловя его взгляд.

Он не отводил глаз.

Но и не проявлял никаких изменений.

Он не смущался, не волновался, даже не пытался украдкой взглянуть на её грудь, хотя Пи Хёнхва специально создавала такую возможность.

Полное отсутствие интереса.

И дело точно не могло быть в возрасте. Перед Пи Хёнхва одинаково теряли голову и юнцы, и зрелые мужчины; в её представлении все они рано или поздно оказывались у её ног.

Неужели он импотент?

Эта мысль казалась абсурдной, но других объяснений оставалось всё меньше.

Мужчина, которому совершенно безразлична Пи Хёнхва?

Под столом её пальцы сжались в крепкий кулак.

Невозможно.

Она — первая красавица Хэнани.

Цветок Союза Мурима. Возможно, в будущем её назовут первой красавицей всех Срединных земель.

Стоило ей взглянуть в окно: мужчины на улице тоже оборачивались.

Пи Хёнхва прекрасно знала этот взгляд.

Желание.

Грубое, примитивное, удобное.

Именно благодаря ему мужчинами так легко управлять.

Только тот, кто сидел напротив, не давал ей ничего.

Может, поэтому командир Отряда Крылатого Дракона и велел ей соблюдать осторожность?

До начала турнира Пи Хёнхва находилась в резерве. Она рассчитывала спокойно отдыхать, а заодно развлечься с парой достойных мужчин.

Но рано утром поступил приказ.

Лично от Пом Дона.

Ей поручили войти в доверие к неизвестному мастеру, который появился в Хэнани, и выяснить о нём всё возможное.

Поначалу она хотела отказаться. Затем прочла справку.

Возраст — между двадцатью и тридцатью годами.

Боевая сила — ненормально высокая.

Маска из человеческой кожи маловероятна. Следовательно, перед ней молодой мастер, который уже достиг уровня, не соответствующего его возрасту.

Отдельной строкой: соблюдать крайнюю осторожность.

Молодой сверхмастер.

Любопытство проснулось мгновенно.

Если он не только силён, но и достаточно хорош собой, можно ведь совместить работу с личной выгодой. Зацепить такого мужчину — и жизнь устроена.

В конце концов, любой мастер остаётся мужчиной.

Так она думала.

А теперь перед ней сидело нечто неправильное.

Прежде всего, от него вообще не ощущалось никакой силы.

Ничего.

Ни давления, ни следа внутренней Ци.

Абсолютная пустота.

Будто обычный человек.

Даже у Божественного Дракона, самого молодого мастера Сферы Преображения, была заметная аура. У талантов великих кланов — тем более.

А этот человек казался совершенно пустым.

Может, сведения Пом Дона ошибочны?

К тому же он назвался единственным наследником какой-то крошечной школы.

Пхачхонмун.

Название почти никому не известно. Он якобы приехал на турнир, чтобы заявить о себе, прославить школу и со временем унаследовать её от учителя.

Имя — Пха Чорёп.

Пи Хёнхва такого имени никогда не слышала.

А мастер, которого Пом Дон считает опасным, должен был хотя бы раз попасть в слухи.

Вывод напрашивался один.

Он лжёт.

Пи Хёнхва поняла это ещё в первые минуты.

Впрочем, ничего удивительного. В Срединных землях почти нет людей без секретов. А вытаскивать секреты наружу — как раз её работа.

Пусть строит из себя неприступного. Посмотрим, насколько его хватит.

Следственная служба всё равно параллельно ведёт расследование. К завтрашнему дню они наверняка найдут хоть что-нибудь о его прошлом.

А ей нужно успеть раньше.

Получить то, чего нельзя найти по официальным документам.

И заставить его лечь у её ног.

А уж соблазнять мужчин Пи Хёнхва умела лучше всего.

Несколько мужчин до него тоже сначала играли в гордость. Закончили они одинаково.

— Молодой господин Пха...

Он лениво поднял глаза.

Даже манера смотреть раздражала.

Но Пи Хёнхва напомнила себе, зачем пришла.

— Мы уже столько разговариваем...

— По-моему, даже десяти фраз не набралось. Где тут «столько»?

«Потому что ты отвечаешь, как кусок дерева, ублюдок».

Она сумела сохранить улыбку.

Ничего.

Стоит перевести всё в более подходящее место, и этот холодный вид растает.

Мужчины — все как один.

Если бы это было обычное задание, Пи Хёнхва не стала бы заходить так далеко. Но слова Пом Дона не выходили из головы.

Если этот парень действительно настолько силён в таком юном возрасте, он чрезвычайно ценен.

С Божественным Драконом было бесполезно связываться: чёртов монах, да ещё и под защитой Шаолиня. Его называли будущим сильнейшим под Небесами и прочили ему роль лидера Срединных земель. Здесь ничего не светило.

А этот — другое дело.

Почему бы заранее не прибрать к рукам такого перспективного мужчину?

Пи Хёнхва поднялась и пересела рядом.

— Знаете, молодой господин Пха...

Голос стал мягче и тягучее.

Пальцы коснулись его предплечья, едва-едва, почти случайно. Затем медленно прошли выше.

Она придвинулась, прижимаясь грудью к его руке.

Бровь мужчины дёрнулась.

Вот оно.

Пи Хёнхва осмелела.

— Может, продолжим разговор не здесь? Где-нибудь потише?

— Потише? Где именно?

Её ладонь скользнула к его груди.

Ещё немного.

И вдруг пальцы мужчины сомкнулись на её запястье.

Резко. Жестко.

Пи Хёнхва улыбнулась.

Попался.

— Если продолжите, мне будет трудно терпеть, — произнёс Пха Чорёп.

Значит, всё-таки уже повёлся.

Пи Хёнхва почувствовала привычное удовлетворение.

Мужчины и правда одинаковые.

Она не заметила только одного.

Глаза напротив становились всё холоднее.

Пха Чорёп уже собирался потянуться к ней в ответ, но вдруг замер.

— А?

Он резко перевёл взгляд к окну.

— Молодой господин Пха?

Пи Хёнхва попыталась обернуться следом, но не смогла.

Ледяной холод сковал её тело.

Даже вскрикнуть не удалось.

Капелька пота медленно скатилась по виску.

Что… что это?

Её глаза забегали по сторонам.

Вокруг никого не было.

Однако тело ощущало опасность лучше, чем зрение.

К её горлу был приставлен меч.

Нет — не один.

Со всех сторон на неё были направлены невидимые острия.

Это было нелепо, противоречиво.

И всё же запах смерти витал прямо перед ней.

Пи Хёнхва сглотнула.

Дверь трактира распахнулась.

Пха Чорёп повернул голову.

— Добро пожаловать… Ох!

Слуга, готовившийся поприветствовать гостью, замер на полуслове.

Вошла женщина.

Её длинные волосы мягко колыхались за спиной, а сияющие глаза скользнули по залу.

Разговоры в зале утихли сами собой.

Казалось, вместе с ней в помещение проник лёгкий аромат цветов.

— Ох…

— Какая…

Люди замерли, словно перестали дышать.

Если бы человека можно было сравнить с распустившимся цветком, то эта женщина была бы именно таким.

Её красота была настолько ослепительной, что взгляд невозможно было отвести.

На неё обернулись все — даже те мужчины, которые мгновение назад не сводили глаз с Пи Хёнхва.

Она появилась и одним своим присутствием завладела всем залом.

Её золотые глаза медленно двигались, осматривая столики.

Затем они остановились.

На Пи Хёнхва.

Вернее, на том, как та почти повисла на руке молодого мужчины.

Между её тонкими бровями появилась складка.

Женщина направилась к ним.

С каждым шагом цветочный аромат становился всё ощутимее.

Её движения были лёгкими, спокойными, без малейшей суеты.

Пи Хёнхва смотрела на незнакомку, и мысли путались.

Кто она?

Ситуация и так была напряжённой, но появление новой гостьи ударило по самому больному.

Как можно быть настолько прекрасной?

Пи Хёнхва почувствовала, как внутри всё скрутило.

Она не хотела признавать это, никогда прежде даже в мыслях не ставила другую женщину выше себя.

Но здесь поняла с первого взгляда.

Незнакомка подошла к их столику и остановилась прямо перед Пи Хёнхва.

Несколько секунд её золотые глаза спокойно осматривали Пи Хёнхва с ног до головы.

Затем раздался её голос:

— Убери руки.

— Что?.. — растерянно переспросила Пи Хёнхва.

Тепло исчезло из золотых глаз.

Мощное убийственное намерение ударило по телу Пи Хёнхва.

Она задрожала.

Из горла вырвался лишь сдавленный звук.

Незнакомке было всё равно.

— Повторю ещё раз.

Золотистые волосы качнулись по плечам.

Холодный взгляд стал ещё сильнее, вытесняя из зала даже воздух.

Ви Сольа посмотрела на Пи Хёнхва.

— Руки прочь.

Её глаза ясно говорили остальное:

«Пока я сама их тебе не оторвала».