Друг Детства Сильнейшего Воина (Новелла) Том 1 Глава 756 Появление героя (4)
— Уходите отсюда!
ГР-Р-РОМ!
— А-а-а-а!
Ещё недавно улицы Хэнань считались одними из самых красивых и оживлённых во всех Срединных землях.
Провинция была развита настолько, что жизнь здесь не стихала ни днём, ни ночью.
Теперь здания рушились одно за другим, а улицы превращались в месиво из камня, дерева и человеческого страха.
Торговые ряды, тянувшиеся вдоль дорог, давно лежали разваленными.
В самом центре города под ударами нападавших осыпались постоялые дворы и здания торговых домов.
— Ломайте всё!
— Тесните их! Не задерживаться!
Люди в чёрном крушили без разбора и постройки, и тех, кто попадался на пути.
Откуда они взялись?
Что случилось с небом?
Почему обычные жители вдруг оказались посреди такого кошмара?
Вопросов было много.
Ответы никого не спасали.
В этом и заключалась природа бедствия: оно просто обрушивалось на голову, не спрашивая, готов ли ты.
— П-папа...
— Тише.
Маленькая девочка всхлипывала у отца на руках.
Боясь, что звук выдаст их, мужчина прижал дочь к себе ещё крепче.
Они прятались за обвалившимся участком стены и старались даже не дышать.
— Х-х...
От страха ребёнок хватал воздух короткими, неровными вдохами.
Отец и сам насквозь промок от пота.
Он осторожно выглянул из укрытия.
Неподалёку люди в чёрной форме осматривали развалины.
Ищут выживших?
«Пожалуйста...»
Мужчина зажмурился.
Если они подойдут ещё ближе, укрытие обнаружат.
Нужно жить.
Пусть не ему — хотя бы дочери.
Только бы девочка осталась жива.
И тут за стеной хрустнул камень.
ХРУСТ.
Мужчина вздрогнул всем телом.
«Боги...»
Кто-то приближался.
Ещё несколько шагов — и их найдут.
Бежать прямо сейчас?
Схватить дочь и рвануть куда-нибудь между домами?
Да что толку.
Против них мастера боевых искусств. С его обычными ногами от них не уйти: догонят за несколько дыханий.
Может, лучше выйти самому и просить?
Попытаться достучаться хоть до какого-то человеческого чувства?
Если он предложит себя вместо ребёнка, быть может, дочь пощадят.
Мысли метались, не находя выхода.
А шаги становились громче.
ТУК.
ТУК.
В конце концов мужчине осталось только одно.
Молиться.
Пусть кто-нибудь их спасёт.
Когда всё только началось, он сам сказал дочери не бояться.
Ведь Хэнань защищает Союз Мурима. Пока Союз здесь, с ними ничего не случится.
Он повторял это уверенно.
Теперь в голове оставался один вопрос.
«Где же они?»
Отчаянные крики шли со всех сторон.
— Помогите!
Что в это время делает Союз?
Страх уже начал застилать мужчине рассудок, когда издалека донёсся совсем другой голос.
— Нашёл! Кажется, здесь кто-то есть!
Между развалинами появились люди в светло-голубой форме.
Сердце мужчины дёрнулось.
Эти одежды в Хэнань знал каждый.
Союз Мурима.
Бойцы Союза вытаскивали человека из-под обломков соседнего здания.
Судя по одежде и возрасту, это был владелец разрушенного постоялого двора.
Они совсем близко.
«Пожалуйста».
Только бы посмотрели сюда.
Только бы заметили его и ребёнка.
Он молил об этом с такой силой, что почти поверил в чудо.
И чудо будто произошло.
Один из бойцов, поддерживавших старика, поднял глаза.
Их взгляды встретились.
«Спасены».
Мысль пришла мгновенно.
Союз их вытащит.
Союз спасёт его дочь.
Он верил в это так твёрдо, что уже почувствовал облегчение.
Но спустя несколько секунд надежда стала рушиться.
«Что?..»
Люди, которые должны были прийти на помощь, отвели глаза.
Они совершенно точно его заметили.
И всё равно сделали вид, будто за стеной никого нет.
Заняты спасённым хозяином постоялого двора?
Но ведь один из них смотрел прямо сюда.
Так почему теперь они уходят?
«Почему?»
Отчаяние растекалось медленно, как холодная болотная вода.
Поднималось к груди. К горлу.
Давило всё сильнее.
Но окончательно провалиться в него мужчина не мог.
У него на руках была дочь.
— Помогите нам!
Может, они просто не поняли?
Может, встреченный взгляд ему привиделся?
Разум уже знал, что нет.
Но сейчас мужчина не мог позволить себе рассуждать спокойно.
— Пожалуйста! Спасите нас!
Он закричал изо всех сил.
За спиной сразу послышалось движение.
Люди в чёрном тоже услышали.
— Мне не обязательно... Я не прошу за себя! Только девочку! Она совсем маленькая! Пожалуйста, спасите мою дочь! Великодушные господа!
Он кричал так, будто уже чувствовал клинок между лопаток.
Пусть убьют его.
Только бы девочку успели забрать.
Бойцы Союза замешкались.
— Чёрт...
Они поочерёдно посмотрели на старика у себя на руках и на мужчину с ребёнком.
— Заместитель командира...
По их лицам было видно: крик поставил их в неудобное положение.
Мужчине было всё равно.
Пусть хотя бы теперь не смогут отвернуться.
Однако впереди стоящий мастер принял решение.
— Место неудобно для боя. Сначала выводим владельца постоялого двора.
— Но там же...
— Это приказ.
Ответа больше не последовало.
Люди Союза быстро ушли, унося спасённого старика.
— Господа?.. Господа!
Мужчина сорвал голос.
Они действительно его бросили.
Союз Мурима — тот самый Союз, в который он верил, — оставил его вместе с маленькой дочерью на смерть.
Происходящее казалось настолько невозможным, что легче было поверить в дурной сон.
Отчаяние накрыло сразу и целиком.
И тут за спиной раздался смешок.
— Хе-хе.
Мужчина медленно, словно заржавевший механизм, повернул голову.
Люди в чёрном уже подошли вплотную.
Один из них смотрел с кривой усмешкой.
— Похоже, тебя бросили.
Мужчина ещё сильнее прижал к себе дочь.
Нужно бежать.
Прямо сейчас.
Но ноги обмякли и не слушались.
— Д-девочка... она ещё совсем маленькая. Поэтому...
Слова дрожали не меньше рук.
Человек в чёрном перевёл взгляд на ребёнка.
И неожиданно в его глазах мелькнула тоска.
— Да. Моей дочери было примерно столько же.
На одно короткое мгновение мужчине показалось, что он нащупал в незнакомце что-то человеческое.
И тут незнакомец договорил:
— Когда её убили эти праведные ублюдки.
Тоска превратилась в ненависть.
— Хорошая была девочка. Красавица. Всё щебетала рядом со мной... Я до сих пор помню её голос.
Злоба в словах была такой густой, что от неё мутило.
Это чувство копилось не год и не два.
— Ты верил Союзу Мурима?
Незнакомец скривился, и только теперь мужчина заметил: половина его лица изуродована, будто кожу когда-то прижгли раскалённым железом.
— Если верил, значит, именно поэтому сегодня и умрёшь.
— П-пожалуйста! Я готов умереть! Сделаю всё, что скажете! Только дочь... пожалуйста, не трогайте дочь!
— Папа!..
Смерть подошла совсем близко.
Человек в чёрном поднял меч.
Никакого милосердия в его лице не осталось.
— Х-хи!
Отец зажмурился и закрыл девочку собственным телом.
И тут вокруг вспыхнул свет.
ФУ-УХ!
ВУ-А-А-АМ!
Даже сквозь закрытые веки стало ярко.
Ожидаемой боли не пришло.
Наоборот — мужчина ощутил тепло.
Неужели он уже умер?
Может, смерть именно такая?
Он осторожно открыл глаза.
И едва не вскрикнул снова.
ТРЕСК-ТРЕСК.
Вокруг горело пламя.
Синее, живое, яростное.
Оно окружало мужчину и ребёнка со всех сторон.
— Ч-что это?..
Он смотрел, ничего не понимая.
И тут дочь удивлённо сказала:
— Папа, оно тёплое.
— Что? Хёён!
Мужчина испуганно схватил её за руки.
Девочка уже тянулась к огню.
Но тут отец сам замер.
Пламя скользнуло по коже ребёнка.
И действительно не обожгло.
Только мягко согрело.
Как такое возможно?
И где нападавший?
Пока мужчина лихорадочно искал глазами человека с мечом, из-за синей стены донёсся молодой голос:
— Эй. Не лапай это руками.
Тон был почти раздражённым.
— Ещё содрёшь себе всю кожу.
ФУ-УХ!
Окружавший их огонь опал.
И открыл то, что прежде скрывал.
Мужчина шумно вдохнул.
Место изменилось до неузнаваемости.
Ещё недавно вокруг были просто разрушенные здания.
Теперь всё почернело от жара.
На стенах догорали синие языки пламени, а камень местами расплавился и пузырился.
Нападавшие тоже никуда не делись.
Вернее, то, что от них осталось.
— Папа?
Мужчина машинально потянулся закрыть дочери глаза.
Ребёнку не следовало видеть такое.
Но делать этого не пришлось.
— Я ничего не вижу. Что случилось?
Глаза девочки уже прикрывала тонкая полоса синего огня.
Мужчина понял, чья это работа, и быстро повернулся к спасителю.
— С-спасибо вам, великий...
Он осёкся.
Перед ним стоял слишком молодой человек.
Чёрные волосы. Голубые глаза.
Не мальчик, но и зрелым мужчиной его не назовёшь — едва за двадцать, если вообще исполнилось.
К тому же лицо казалось знакомым.
Точнее, мужчина где-то слышал именно такое описание.
Молодой мастер огня такого возраста...
Неужели?
— М-Малый Владыка Преисподней?
— М-м.
Гу Янчхон слегка нахмурился.
Как ни крути, к этому проклятому прозвищу он до сих пор не привык.
«Придётся».
Теперь уже поздно было выбирать.
— Раз узнали, представляться не буду.
— С-спасибо... Спасибо вам огромное. Правда, спасибо...
Мужчина кланялся и едва не плакал.
Гу Янчхон смотрел на него с заметной неловкостью.
— Благодарить не обязательно. Вы лучше запомните всё как следует.
— Запомнить?..
— Ага. Потом ещё буду этим хвастаться, так что не забудьте.
— А... хорошо...
Мужчина явно ничего не понял, но послушно кивнул.
Гу Янчхон усмехнулся и посмотрел на девочку.
— Эй.
Та вздрогнула от резкого обращения.
— Отца слушайся. И живи нормально.
— Д-да... спасиба...
От страха у ребёнка заплетался язык.
Хорошо хоть глаза всё ещё были закрыты пламенем, иначе она наверняка расплакалась бы.
Гу Янчхон на мгновение захотел погладить её по голове.
Потом вспомнил о собственной руке.
Ц.
Он только что убивал этой ладонью.
Трогать ребёнка после такого не хотелось.
Он спрятал руку и снова обратился к отцу.
— Идите на север. Там стоят люди клана Хванбо. Попросите у них защиту.
— У клана Хванбо?
— Да. Сейчас они надёжнее Союза.
Мужчина замолчал.
При других обстоятельствах он, вероятно, спросил бы: разве Союз Мурима не безопаснее?
Теперь такого вопроса у него не возникло.
В глазах осталась только недоверчивая боль.
Гу Янчхон увидел её и повторил:
— В общем, идите туда.
— П-подождите, великий мастер...
Мужчина замялся.
Гу Янчхон уже понял, чего тот хочет.
— Простите, но нет. Я не могу вас проводить.
Просьба была понятна. До людей Хванбо ещё нужно добраться, а отец боялся снова остаться один с ребёнком.
Но Гу Янчхон не мог тратить время.
— Есть ещё места, где нужно спасать людей.
Мужчина хотел что-то возразить.
После этих слов передумал.
Он глубоко поклонился.
— Спасибо. Великий мастер, спасибо вам от всего сердца.
— Да идите уже. Пока благодарите, время теряете.
Гу Янчхон небрежно махнул рукой.
Мужчина прижал дочь к груди и почти бегом направился на север.
Вскоре оба скрылись.
Гу Янчхон смотрел им вслед и всё сильнее хмурился.
«Спасибо, значит».
Слова почему-то легли на плечи лишним грузом.
Он сам хотел, чтобы ему были благодарны.
И всё равно не чувствовал, что имеет право принимать эту благодарность.
Ц.
Гу Янчхон огляделся.
Вокруг всё было выжжено дочерна.
Он переборщил настолько, что даже тела толком не собрать.
«С контролем хреново».
Оказалось непросто.
Проблема была в самой цели боя: спасти.
«Откуда мне знать, как это делается, если я почти никогда никого не спасал?»
Сжигать всех без остатка доводилось не раз.
Драться так, чтобы вытащить кого-то живым, — почти никогда.
Поэтому каждый новый эпизод требовал непривычной точности.
«Тьфу».
Если бы можно было просто уничтожать всё перед собой, задача решалась бы куда легче.
А сейчас приходилось дозировать силу, выбирать цель, следить за окружающими.
Хотелось послать всё к чёрту.
И тут в памяти всплыло детское:
«Спасиба».
Гу Янчхон замер.
Слово будто неожиданно согрело изнутри.
«Соберись».
Он тут же отрезвил себя.
«Что, уже настоящим героем себя почувствовал?»
Нельзя забываться.
Эту ситуацию создал он сам.
То, что он делает сейчас, — не спасение. Это уборка последствий собственного плана.
Не герой.
Только человек, который изображает героя.
Гу Янчхон прикусил губу, закрепляя мысль, и двинулся дальше.
ФУ-УХ!
Пламя обвило тело и подняло его над землёй.
Времени мало.
А работы впереди ещё слишком много.
* * *
ГР-Р-РОМ!
Часть здания осыпалась вниз.
— А-а-а!
Люди под обломками успели лишь закрыть головы руками.
ФУ-У-УХ!
Огромное синее пламя пронеслось по падающему камню.
— А-а!
Размах огня напугал всех едва ли не сильнее самого обвала.
Но обломки сгорели в воздухе и исчезли прежде, чем кого-либо задели.
Не все.
БУМ!
С другой стороны рухнула новая часть стены.
На этот раз пламя туда не успело.
— Ха-а!
Несколько здоровяков в жёлтой форме выскочили вперёд и руками отбросили каменные глыбы в сторону.
Люди клана Хванбо.
Убедившись, что они справились, я повёл рукой.
ФУ-УХ!
Синее пламя поднялось стеной.
По движению моей руки оно хлынуло во все стороны.
Огня было столько, что улица за мгновение превратилась в настоящее море пламени.
Казалось, сейчас выгорят все.
Но этого не произошло.
— Оно... не горячее.
— Мама! Ты цела?
Мирных жителей огонь пропускал сквозь себя, не оставляя ожогов.
Синие языки обтекали мирных жителей.
Зато стоило им встретить нападавшего...
— А-а-а-а!
— Нет! А-а-а!
Пламя цеплялось за людей в чёрном и сжигало их одного за другим.
Я быстро водил взглядом по улице и одновременно расширял восприятие.
«Двое впереди. Трое за ними. Один справа наверху».
По вискам уже катился пот.
«Блядь».
Тяжело. По-настоящему тяжело.
Нужно отделять мирных от врагов, а среди врагов — ещё и своих людей под прикрытием.
Никогда не думал, что точечное управление огнём может быть такой мукой.
Война, мать её, проще.
«Фу-у».
Я выровнял дыхание и снова направил пламя.
Огонь понёсся к очередному человеку в чёрном — и в последний момент обогнул его.
Причина была на левой руке.
«Синяя повязка. Вижу».
Чёрная форма, пурпурная вышивка — всё как у настоящих нападавших.
Но на рукаве синяя повязка.
Это был боец Отряда Ночных Убийц, внедрённый сюда по моему приказу.
Пламя прошло мимо него и сожгло только настоящих людей Чегаль.
Ещё несколько таких выборов.
Наконец огонь прокатился через весь квартал, и я опустил руку.
— Фу-у...
Со стороны всё заняло не так уж много времени.
Но запас ци говорил точнее: для меня этот бой тянулся мучительно долго.
Я согнулся, переводя дыхание.
Ш-Ш-Ш-Ш.
И только теперь начали один за другим осыпаться повреждённые здания.
Удерживать ещё и дома я уже не мог: всё внимание уходило на людей.
Дома, которые строили годами, превращались в груды камня.
Можно было ожидать криков и отчаяния.
Вместо этого вокруг заговорили наперебой:
— С-спасибо!
— Спасибо вам! Мы живы благодаря вам!
Для тех, кто только что едва не умер, потеря здания явно была не самой страшной бедой.
Люди Хванбо не дали толпе задержаться.
— Сейчас не время стоять! Всем немедленно уходить! Мы покажем дорогу!
— Великий мастер! Спасибо! Я никогда этого не забуду!
— Малый Владыка Преисподней!
Я лениво махнул рукой в ответ.
«Слишком заметное у меня искусство. Обычно бесит, а сегодня пригодилось».
Огненные техники и без того трудно не заметить.
А после того как пламя стало синим — тем более.
Поэтому каждый мой рывок через город прекрасно видели десятки людей.
Для рекламы лучше не придумаешь.
Я вытер пот со лба и обратился к человеку неподалёку.
— Доложите обстановку...
Голос слегка сбился от усталости.
На мой зов тот самый боец с синей повязкой приземлился рядом и опустился на колено.
— Полное число погибших пока не установлено. Все выжившие в этом районе уже эвакуированы.
Голос звучал чётко и без дрожи.
С таким докладчиком разговаривать удобно.
— Что делают остальные силы?
— Со стороны Хвасана подтверждено двенадцать бойцов. Точное число людей Шаолиня неизвестно, но они также вступили в бой. От Союза Мурима участвуют немногим больше тридцати человек. Кроме того, в отдельных местах присоединились представители нескольких кланов и школ.
Я невесело усмехнулся.
«Даже если всех сложить — двести, максимум триста».
Вот сколько людей прямо сейчас реально пытались остановить нападение.
Да, с начала беспорядков прошло немного времени.
Но на Боевой фестиваль съехались тысячи мастеров.
И в бой вошла далеко не половина даже тех, кто мог.
«Смешно».
Конечно, часть сильнейших я заранее связал по рукам.
Барьер в павильоне был не единственной ловушкой.
Зачем, спрашивается, я до этого изучал, какие кланы приехали в Хэнань и где именно разместились?
Чтобы заранее заблокировать несколько самых опасных групп.
Эта часть плана сработала, поэтому низкое число защитников объяснялось отчасти и этим.
Но не только.
«Здесь просто прорвало то, что давно копилось».
Причин можно назвать десятки.
Главная была одна.
Нападение на Академию Божественного Дракона.
Тот день, когда появился Меч Чёрного Дракона и пролилась кровь.
Тогда погибло слишком много молодых талантов.
Среди них были наследники знаменитых семей и будущее великих школ.
После случившегося даже созвали общее собрание ортодоксального мира и попытались разобраться с последствиями.
«Но недоверие одним собранием не уберёшь».
Именно тогда, скорее всего, люди впервые всерьёз начали сомневаться, способен ли Союз вообще делать то, ради чего существует.
Смена главы и косметические перемены этого не исправили.
Поэтому, когда сегодня всё снова рухнуло, многие решили не помогать, а отойти подальше.
«Кто-нибудь другой разберётся. Главное, чтобы я и мои люди не пострадали».
Вот и всё.
Каждый сделал шаг назад.
Старые ошибки Союза наложились на нынешний кризис и разодрали прежнюю трещину ещё шире.
«Даже удивительно».
Я был уверен, что само нападение подавят очень быстро.
План строился именно из этого расчёта.
Но...
«Понадобилось почти вдвое больше времени».
Мы едва уложились.
Я огляделся.
Тихо.
В самом центре Хэнань было почти неестественно тихо.
В других районах бой ещё продолжался, но этот участок мы полностью зачистили и освободили.
У-У-УМ.
Я расширил восприятие ещё раз.
Никаких посторонних признаков.
«Первый этап удался».
Пока всё нормально.
— Фу-у-у...
Я выдохнул и повернулся к бойцу Отряда Ночных Убийц.
— Скажите остальным: помех нет. Идём дальше по плану.
— Понял.
Он исчез.
Я прищурился и посмотрел на небо.
Днём это уже назвать было трудно.
Всё вокруг стало почти чёрным.
И именно поэтому алые линии сияли ещё отчётливее.
Я слегка размял шею.
У-УМ.
Последние штрихи рисунка почти сомкнулись.
Будто схема только этого и ждала: мы успели очистить район от людей, и линии соприкоснулись.
У-УМ.
Я невольно сузил глаза.
Завершённая схема стала похожа на огромный символ, начертанный прямо на небе.
Картина была настолько чужеродной, что мозг не сразу принимал её за реальность.
Никогда бы не подумал, что увижу нечто подобное собственными глазами.
Но сам рисунок оказался не главным.
«Это ещё что?»
Я понял почти на уровне инстинкта.
Линии перестали светиться.
Ветер стих.
Земля прекратила дрожать.
Даже небо будто застыло.
Это был не конец. Всего лишь предвестие — короткая передышка перед главным.
Я напрягся всем телом.
Завершённый символ глухо загудел.
У-УМ.
«Идёт».
ВУ-А-А-А-АМ!
С неба ударил ослепительный луч.
Огромный алый столб за мгновение достиг земли и начал вгрызаться в неё всё глубже.