Художник подземелий Том 1 Глава 1.1 Кто я

~8 мин. чтения · 2,096 слов
"Я превратился в картину." "......" Я не имел в виду, что с меня написали портрет. Я буквально стал картиной. "......" И оказался прямо посреди лесной хижины. "...Можно сказать, я вышел на пенсию и уехал в деревню." Хотя я был жив, меня приняли за картину, одержимую призраком. Это показалось мне довольно забавным, поэтому я никого не стал переубеждать. Се Джио был учителем искусства. Почему же столь уважаемый член общества превратился в проклятую картину? Всё потому, что он не смог выбраться из школьного здания во время пожара и упал в собственную картину. "......" Серьёзно. "Если уж умирать, то хотя бы в любимом месте." Этим местом оказалась кладовка художественного класса, где и хранилась картина. "Что только ни случается в жизни." Джио сидел на скамье, впитывая пейзаж картины. "......" Стояла приятная погода. Гармоничное щебетание птиц напоминало хор. Нежный и легкий, словно шелк, дул весенний ветерок. Солнечные лучи, словно драгоценные камни, сверкали сквозь густую листву. Идеальная температура и освежающий аромат нетронутого леса... "Хм-м." Так мирно. "Хорошо." Прошла примерно неделя с тех пор, как он пришел в сознание в этой хижине внутри картины. "Время течет странно, поэтому я не уверен, как долго я здесь нахожусь, однако..." У каждого дома свои правила, и новый жилец обязан их усвоить. Во-первых, всё, что рисовал Джио, материализовывалось. "......" Се Джио рассматривал нарисованное яблоко. Оно источало сочный медовый аромат. Джио был горд собой. "Мне больше не нужно тратиться на еду." Действительно, я достоин похвалы. Проклятый портрет или нет, это были весьма приятные новости для такого гурмана и обжоры, как Се Джио. Нарисованное яблоко стало настоящим яблоком. Нарисованный пакетик соли стал настоящей солью. Так же было и с кухонной утварью, и даже растениями. "У многих мог возникнуть вопрос на этом этапе." С людьми это не работало. Конечно же, он попробовал нарисовать человека, надеясь быть первым, кто это сделает, но он стал лишь тёплым трупом без движений или каких-либо признаков жизни. "Какое облегчение, что этим всё и ограничивается." У Джио чуть сердце в пятки не ушло. Для того, кто ценит дружбу, мир и любовь, возможность создать человечество стала бы проклятием. Кроме того, Се Джио скорее хотел бы быть землевладельцем, чем создателем. "Как хорошо, что я не получил сил, которые могли бы навредить моей комфортной жизни." Второе правило. "......" Взгляд Джио упал на раму, висящую на деревянном столбе. "Это что-то вроде парадного входа?" Сквозь раму Джио мог видеть пейзаж за пределами картины. "Возможно, он здесь, чтобы напомнить мне о важности общения, словно говоря, что состариться в одиночестве — незавидная судьба для человека." Он мог бы выйти, если бы захотел. По сравнению с проклятыми портретами из жутких историй, Се Джио знал, что у этой картины больше свободы. "Таков уж я." Даже будучи картиной, я бы ни за что не стал следовать пути остальных. Джио был глубоко удовлетворен своей уникальностью в человеческой истории. Вряд ли в мире был кто-то похожий на него. А если и был, то это была бы уже судьба, что было бы даже лучше. "......" В любом случае, двигаемся дальше. "...Мне на самом деле незачем выходить в общество, туда, где воздух пропитан измождением и выхлопными газами, и начинать новую жизнь." Зачем покидать эту нетронутую землю? "Многое изменилось всего за несколько лет, насколько я помню..." Я был в самом расцвете сил, в возрасте двадцати девяти лет, когда произошел пожар. С тех пор прошло около тридцати лет. "Тридцать один год, если быть точным." Узнав об этом, Джио мирно вернулся в картину. Такая "картошка" вряд ли бы смогла адаптироваться к новым социальным реалиям. "Меня давно уже объявили погибшим, так зачем мне выходить? Чтобы подвергнуться каким-нибудь биологическим экспериментам?" У него не было никакого желания идти навстречу страданиям, когда здесь ему не нужно было платить за еду, аренду или электричество. "Я немного волнуюсь о своих учениках... Мир так изменился, и я даже не знаю, что с ними стало." С пожара прошло тридцать один год, и, похоже, Земля за это время перевернулась с ног на голову. "Они назвали это Великой Катастрофой." Когда Джио увидел человека в деловом костюме, сражающегося с помощью лука против монстра размером с дом, то был чрезвычайно потрясен и без возражений принял свою новую личность как картину. "Есть множество способов жить, и быть портретом — один из них..." А теперь давайте обсудим третье правило. "...Хм." Этот лес — полноценная экосистема. "Может, стоит заняться собирательством."

Джио схватил прочную корзину, намереваясь наполнить её доверху.

«Я всего лишь нарисовал двухэтажный дом и окружающий его лес, но, гуляя по окрестностям, я обнаружил растения и пейзажи, которые не были изображены».

Похоже, они были созданы на основе воображения Джио.

«......»

Шурх.

«Привет».

«Пииип».

«Вот как».

Из кустов выскочил кролик и потёрся о ногу Джио.

«Маленький».

Он был намного меньше и круглее обычных корейских кроликов, что, казалось, отражало предпочтение Се Джио к маленьким и безобидным существам.

«Мне нравится».

В основном потому, что кролик выглядел так, словно никак не мог причинить ему вреда. Джио действительно задумался о том, что смог бы победить, если бы пришлось сражаться.

«Возможно, из-за того, что я, как владелец картины, безобиден, то и все её жители тоже. Это звучит правдоподобно…»

По пути продолжали встречаться существа, немного отличающиеся от тех, что можно было встретить в реальности.

Белка с пухлыми щёчками. Словно нахохлившийся для зимы воробей. Олень с чистыми, как драгоценные камни, глазами и тонкой шеей…

«……»

Джио задумался.

Четвёртое правило.

«…Он так дружелюбен, хотя мы и встретились впервые. Должно быть, он воспринимает меня как своего отца».

Все на этой картине были добры к Джио.

«Потому что я нарисовал это место?»

Хотя он и стал картиной, он продолжал оставаться художником, а этот мир — его творением.

«Естественно, создания будут добры ко мне, их создателю».

Джио направился вверх по течению.

«…Раз уж я безработный, может, стоит найти уютное местечко и вздремнуть».

«А насобирать чего-нибудь по пути было бы вообще замечательно».

Напомним, что Се Джио был гурманом и обжорой. Хотя он больше и не чувствовал голода и усталости, но всё же мог есть в своё удовольствие.

«Однако если я съем слишком много, то ощущаю вздутие, а сразу после сна не могу заснуть вновь, как обычно это и бывает у людей».

В любом случае, это огромное преимущество, что я могу съесть столько, сколько захочется.

«…О».

Продолжая идти вверх по течению, Джио обнаружил ярко-красные круглые ягоды.

«Идеальный перекус».

Дерево чуть ниже двух метров с тонкими ветвями, образующими крону, похожую на перевёрнутое блюдо. Ветви были покрыты ягодами величиной со стеклянные шарики, что продают в канцелярских магазинах.

Растущие скоплениями вдоль веток, они больше походили на вишню, чем на виноград.

«Интересно, станут ли они похожи на изюм, если высушить их на солнце…»

И в этот момент «система» Джио начала описывать маленькие красные ягоды.

[Илистый Прыгун (ягода).]

[Красные. Кисло-сладкие, преимущественно сладкие. Сферообразные ягоды варьируются от 1 до 2 см в диаметре.]

[Способ обработки: тщательно высушенные ягоды перемолоть в порошок и смешать с соком Рурупу до образования теста. Сушить в тёмном месте на протяжении недели для получения лекарства для восстановления.]

«…Это было внезапно…»

Пятое правило.

«…Да, придётся привыкнуть к этому. Время — лучшее лекарство, хах».

Вообще, сложно назвать это правилом леса… Скорее всего, это Пробуждение — феномен, проявившийся после Великой Катастрофы, при котором люди получали сверхспособности.

Таких людей стали называть Охотниками. Как интересно.

«И я стал одним из этих сверхлюдей».

Будто как.

«В игре».

Чувство, будто тебя закинули в расслабляющую игру про собирательство и готовку.

«Повезло, что благодаря этому чувству я так легко приспособился к незнакомому месту».

Он не пытался уйти от реальности, притворяясь, что это игра. Просто безопасность и удобство способствуют адаптации.

«…Хм…»

Перечитав сообщение системы, Джио проверил корзину. В ней ещё оставалось много места.

«…Стоит ли собрать побольше?»

Он собирал ягоды, пока дна не стало видно, а затем аккуратно положил большой чистый лист, чтобы отделить место для чего-нибудь ещё, что удастся найти.

И вскоре он нашёл следующее растение.

«Что это?»

Маленький цветок, напоминающий орхидею.

[Вайвамниль.]

[Излучает слабый голубой свет. Имеет запах нежного ванильного крема. Съедобен после кипячения в воде в течение 10 минут. Цветёт, когда умирают бабочки Леса Забвения. Лепестки напоминают крылья бабочек.]

[Способ обработки: кипятите в воде, чтобы избавиться от токсинов, затем сушите в тёмном месте на протяжении 10 дней. Медицинские свойства увеличиваются, если сушить растение на листьях Дождевого Дерева (Доронгдоронг). При настаивании на медленном огне в течение дня получается ароматный чай, способствующий свёртыванию крови и повышению иммунитета.]

«Скорее всего, на вкус отличается, но на вид у него текстура хорошо приготовленного шпината».

Шпинат со вкусом ванильного крема может прозвучать странно, но это оказалось на удивление неплохой закуской для утоления голода.

Дождевое Дерево (Доронгдоронг) — местная разновидность баобаба, отличающаяся небольшой высотой. Толстые, свернутые листья по своей текстуре напоминали резину. Поскольку эти деревья росли неподалеку от хижины, Джио без труда мог собирать их листья.«На всякий случай». Джио продолжал усердно собирать растения, пригодные не только в пищу, но и в качестве лекарств на крайний случай.Наконец он достиг источника ручья.«……»Стук. Бурление...«……»Вода, просачивающаяся между корнями деревьев, казалась наполненной небесной энергией. Среди мерцающих струек распускались нежные, прекрасные цветы, своим пышным видом напоминающие лотосы. «Это подойдет…»[Рурупу.][Цветок с пышным бутоном. Растет только в чистой воде. Полностью распустившийся цветок сохраняет форму даже после отделения от стебля. Однако сок выделяется из лепестков только при контакте с теплой водой. Съедобен. Издает сильный аромат, но не имеет ярко выраженного вкуса.][Способ обработки: поместите лепестки в чистую теплую воду и дождитесь, пока они размокнут и выделят сок. Ни в коем случае не трогайте лепестки до завершения процесса. Получившийся сок можно использовать для создания лекарств.][Возможные лекарства: кровяные пельмени из Илистого Прыгуна (ягода) и сока Рурупу.]«Лекарства могут пригодиться однажды». Плюх. Джио опустил корзину.«Я вряд ли ими воспользуюсь, но другого занятия у меня все равно нет…» Это казалось вполне подходящим делом для его нынешней жизни.Он ополоснул руки и потянулся к цветам Рурупу.Джио аккуратно отделил цветок от стебля. Его обычно хмурое выражение лица резко контрастировало с нежностью, с которой он обращался с цветами.«Было бы неплохо забрать его целиком, но я раньше не выращивал такие растения… Поэтому не уверен, где начинается и где заканчивается его корень. Было бы обидно, если бы их популяция сократилась из-за моих экспериментов, так что лучше быть осторожнее». После сбора цветок не завял, и сок из него не выделился — похоже, Джио все сделал правильно.«Приятный запах». Джио осторожно положил цветок в корзину.Здесь цвело около двадцати цветков, но на всякий случай он решил взять только три. Брать больше казалось расточительством из-за огромных размеров лепестков.«Стебель достаточно крепкий. Интересно, есть ли еще какой-нибудь способ его использования. У него волокнистая структура, скорее всего, его можно разделить на отдельные волокна…»После сбора цветов.«Этого должно быть достаточно». Дома он будет неспешно подбирать правильную дозировку для создания лекарств. Но это потом.Сейчас Джио решил насладиться видом сверкающего истока.«……»Звуки капель. Бурление пробивающейся воды... «……»Освежающее ощущение от чистого источника.Аромат лесной влаги.«…Хорошо». Родник оказался даже прекраснее, чем он мог себе представить, рисуя картину.Мертвое, но стойкое дерево блестело белизной, словно каррарский мрамор. Солнечный свет, проникая сквозь его корни, отражался от струящейся воды, разбрасывая золотые лучи по округе.«Словно рассыпанные жемчужины». Когда-то выделенная смола затвердела, превратившись в светло-голубые камни. Капли различных форм раскинулись по всему дереву, подобно грибам. Некоторые образовывали чаши, в которых собиралась вода. Такие скопления начинали излучать бирюзовый свет.«……»Кап... С самой верхушки до корней, одна за другой, капли звенели по этим чашам. Если закрыть глаза и прислушаться, можно было бы подумать, что это песня бабочек.Весь этот пейзаж представлял собой захватывающее дух зрелище, и Джио почувствовал, будто вошел в храм.«……»Капающая вода у корней мертвого дерева образовала небольшое озерцо.Бьющий через край ручей распространялся по лесу, а бабочки с их солнечными крылышками освещали местность, будто светлячки.«Изумительно». Джио снова посмотрел на пруд, образовавшийся у корней этого огромного мертвого дерева.«Говорят, у хорошей воды есть свой особый аромат. Интересно, распространяется ли это на столь чистую воду».В воздухе витало пикантное и сладкое благоухание, будто над цветочной клумбой. Похоже, запах лепестков Рурупу пропитал воду в источнике.«……»Действительно.«Люди должны жить за городом». Джио наслаждался этим местом.Он удобно устроился на мху, мягком, как одеяло, и закрыл глаза, намереваясь немного вздремнуть.«Здесь». В забытой кладовой заброшенной школы.Мужчина на картине тихо закрыл глаза.«Посмотри на эту картину». «Ого, как она пережила пожар? Она совсем не пострадала». «Она действительно в хорошем состоянии… Думаю, если мы ее заберем, вылазка будет считаться успешной». «У нее есть название?»«Еще и название? Значит, это какой-то особенный предмет». И последнее правило.Джио стал картиной.«……»«Здесь написано: «Портрет Джио»». Этому нельзя было противоречить.

"Как же удобно путешествовать с кем-то, кто обладает способностью к оценке... Но она действительно с Земли?"

"Обычный портрет из давно забытой школы, затерянной в горах, — и он выглядит совершенно как новый?"

"Да, скорее всего, ты прав."

"Вероятно, её занесло сюда из какого-нибудь подземелья. Их здесь полно в округе."

"В любом случае, коллекционерам она придется по вкусу. Они без ума от подобных вещей."

И пока Цзяо спал.

Вид на реальный мир, открывающийся через рамку его картины, преображался.