Игрок, который вернулся спустя 10 000 лет (Новелла) Том 1 Глава 763 Снова в школу (2)

— Ну, братик… Я тогда в класс пойду.

Канхён провожал сестёр на уроки. У лестницы, откуда пути учеников разных параллелей расходились по этажам, Канхи вдруг остановилась и посмотрела на него полными слёз глазами. Голос у неё дрожал, словно они были героями душераздирающей мелодрамы и прощались навеки.

— Ага. Давай, иди.

На её лице было написано такое горе, будто семью разлучали по разные стороны границы. Канхён, давно привыкший к подобным сценам, только кивнул. Видимо, столь прохладное прощание сестру оскорбило: она возмущённо подскочила к нему.

— Это что ещё за реакция?! Тебе совсем не жалко со мной расставаться?

— Мы расстаёмся всего на час.

— «Всего»?! Целый час — это тебе не «всего»!

Канхи захныкала и сердито затопала ногами. Канхён покачал головой: ну что с ней прикажете делать?

Конечно, младшая сестра его обожала, но не настолько же, чтобы устраивать трагедию из-за часовой разлуки. Даже на каникулах, когда делать было решительно нечего, они не проводили вместе все двадцать четыре часа в сутки. Причина сегодняшнего спектакля напрашивалась сама собой.

— Эх, Канхи… Поскорее бы ты подружилась хоть с кем-нибудь.

— Ч-чего? Братик, ты о чём? У меня е-есть друзья!

Она дёрнулась, словно он попал в больное место, и отвела глаза. От такой прозрачной попытки скрыть правду Канхён невольно усмехнулся.

— И как зовут твою подругу?

— Э-э… Ну… Значит, так…

После мучительно долгих раздумий Канхи покосилась на стоявшую рядом Лилию, у которой уже успело сделаться скучающее выражение лица.

— Л-Лия?

— …

Не суметь назвать ни одного одноклассника и в конце концов вспомнить родную сестру — это надо было умудриться. У Канхёна чуть сердце не разорвалось от жалости к бедняжке.

— Лия, вы ведь в одном классе. Присмотри, пожалуйста, за Канхи.

— А я, по-вашему, чем занимаюсь? Сижу сложа руки? Я знакомлю её с девочками, а она сама от всех шарахается. Что мне ещё с ней делать?

— Канхи? Что скажешь?

— П-потому что все эти её подруги какие-то стран…

— Странные? Мои подруги?!

Лия метнула в неё убийственный взгляд. Канхи вздрогнула, помяла губами и опустила голову.

— …Прости.

— Хи-хи, проехали. Лучше поторопимся, а то ещё учительница отругает.

— Ладно, идите. Как закончите — напишите мне.

— Обязательно! Ну всё, Канхи, хватит киснуть, пошли.

— Н-никто не киснет!

— Да-а? А мне только что вроде послышалось жалобное «прости-и»…

— Лия, ну ты!..

— Ай! Не дёргай! Причёску испортишь! Её мне сам государь батюшка делал!

Наблюдая за тем, как сёстры, препираясь и толкаясь, удаляются к своему кабинету, Канхён улыбнулся. Он уже собирался повернуть к лестнице и подняться к себе, когда почувствовал на себе чей-то знакомый взгляд.

Из-за угла у лестничного пролёта выглядывала девушка и украдкой наблюдала за ним.

«Кажется, подобное уже случалось».

Он медленно подошёл к углу.

— Ты чего здесь прячешься?

— Ой!..

Сиа сжалась, словно кошка, которую застали за кражей рыбы, и нехотя вышла из укрытия.

Несколько мгновений они молчали.

После «того происшествия» они не виделись больше месяца, и теперь Канхён совершенно не представлял, что сказать. Странно: тогда, на берегу моря, залитом закатным солнцем, они гуляли вдвоём и ни капельки не смущались. А сейчас даже стоять друг против друга было невыносимо неловко.

— …дел?

Первой заговорила Сиа. Он жестом показал, что не расслышал, и она решительно шагнула ближе.

— Почему ты после этого ни разу не написал?

От её ледяного голоса становилось не по себе, а во взгляде сквозила плохо скрываемая злость. Канхён напрягся. Сиа сделала ещё шаг.

— Я спрашиваю, почему ты пропал? Мы же договорились и на каникулах встречаться, тренироваться вместе!

— Понимаешь…

Оправданий у него нашлось бы сколько угодно. Он боялся, что нападение слишком сильно её потрясло. Отец был занят, и некому было присматривать за сёстрами. Мать после той истории категорически запретила ему выходить из дома… Можно было придумать сотню объяснений, но ни одно не хотелось произносить вслух.

Тем более Сиа, наверное, и сама догадывалась, почему он за целый месяц так и не удосужился прислать хотя бы сообщение.

— Всё из-за того, что произошло на курорте? Из-за того, что ты тогда даже не смог толком пустить в ход свою силу и проиграл?

Он промолчал.

Говорят, от слов порой больнее, чем от ножа. Каждая её фраза находила незажившую рану и бередила её.

— Ха! Ну и глупость.

Сиа скрестила руки на груди и презрительно фыркнула.

— А мне тогда что делать? Я этим не горжусь, конечно, но если считать, кто оказался бесполезнее, я ведь вообще отличилась!

В тот день стоило ей увидеть, как в ране нападавшего копошатся личинки, и она запаниковала, осела на землю и не смогла больше ничего предпринять. Да, Канхён не сумел оказать незнакомцу достойного сопротивления. Но разве с ней было иначе?

— Это… не одно и то же.

— И в чём разница?

— Ты хотя бы могла с ним сражаться на равных. Даже сумела его как следует ударить. А я…

Он замолчал и наконец выдавил:

— Я вообще ничего не смог сделать.

Чужая чудовищная сила просто смяла его. Он даже не успел по-настоящему воспротивиться, только беспомощно терпел одно поражение за другим.

— И поэтому ты решил запереться дома, чтобы мама с папой тебя оберегали? Это и есть твой выход?

Канхён не нашёлся с ответом.

— Ну да. Прямо подвиг совершил. Поздравляю.

Бросив эту холодную насмешку, Сиа резко развернулась и ушла. Канхён смотрел ей вслед, сжимая кулаки так, что заболели пальцы. Бессилие душило его, будто невидимая петля затягивалась на шее.

Он тяжело вздохнул и побрёл наверх. Лестница, по которой он поднимался несчётное количество раз, сегодня казалась бесконечной.

— Значит, завтра уже учимся по расписанию. Не забудьте взять учебники! — напомнила классная руководительница напоследок.

Ученики тут же хлынули из класса, словно вода из прорванной плотины. В коридоре звенел смех. Занятия закончились рано, и ребята уже предвкушали, как отправятся куда-нибудь развлекаться с друзьями, которых не видели целый месяц.

— О Канхён! Мы тут в игровые автоматы собрались. С нами пойдёшь?

Его окликнул одноклассник, с которым он прежде несколько раз гулял.

— Нет, сегодня дела.

— Только не говори, что собрался завтрашние уроки заранее зубрить!

— Ты совсем спятил? Я даже в первый учебный день до такого не дойду. Да и какой смысл готовиться наперёд, пока мы хоть немного программу не прошли?

— У-у, ботан несчастный! Так что за дела-то?

— Мама велела пораньше вернуться домой.

— Подумаешь! Мне тоже велела. Забей, пошли играть.

— Не могу.

Канхён решительно покачал головой. Приятель посмотрел на него с безнадёжным видом.

— Ладно, всё, уговоры кончились. Мы тогда без тебя.

— Давайте.

Шумная компания вывалилась за дверь, а Канхён остался один в опустевшем классе. Он откинулся на спинку стула и снова вздохнул — кажется, уже в сотый раз за день. В ушах до сих пор звучал утренний разговор с Сиа.

— Жалкий трус, — пробормотал он себе под нос и уронил голову на парту.

«Ты хоть смогла сразиться, а я вообще ничего не сделал»… Надо же было выдать такую убогую отговорку! Самому противно.

— Надо извиниться.

Целый месяц он просидел дома, жалея себя, и без того потратил слишком много времени. Хватит. Пора взять себя в руки и снова двигаться вперёд.

— Ну, поехали.

Он написал сёстрам в KakaoTalk, что немного задержится, поднялся и направился в класс Сиа. Конечно, можно было просто позвонить или написать ей, но почему-то хотелось поговорить лично.

Он несколько раз бывал у неё после уроков, когда они вместе отправлялись на тренировки, и хорошо помнил, где она сидит: за последней партой у окна — на том самом месте, где в школьных комиксах обычно обитает главный одиночка.

«Хотя Сиа и без комиксов прекрасно подходит на эту роль».

Канхён невесело улыбнулся и заглянул в класс через окно в коридоре. Её место пустовало.

«Уже ушла?»

Кроме какого-то незнакомого парня, в кабинете никого не осталось. Канхён уже потянулся за телефоном, решив всё-таки написать Сиа, но заметил, что парень крадётся к её парте. В руке у него был конверт.

«Неужели?..»

Канхён сглотнул и невольно затаил дыхание.

Парень несколько раз оглянулся по сторонам, проверяя, не наблюдает ли кто за ним. Канхён поспешно пригнулся и спрятался под окном. Сердце у него отчаянно колотилось.

«Это что… любовное письмо?»

Ничего удивительного, если подумать. Сиа была необыкновенно красива даже по меркам своих ровесниц, а её горделивая, неприступная манера держаться нравилась множеству мальчишек. Почему бы одному из них, слишком робкому для признания с глазу на глаз, не оставить у неё под партой письмо, в которое вложил всю душу?

Всё совершенно естественно.

И всё же…

Откуда взялось это неприятное чувство, будто кто-то иголкой колет прямо в сердце?

С тихим скрипом парень задвинул конверт под столешницу, после чего пулей вылетел из кабинета и помчался по коридору. Канхён переждал за углом, пока тот скроется, и вошёл в пустой класс. Ноги сами понесли его к парте Сиа, но в нескольких шагах от неё он резко остановился.

— Нет. Это уже совсем ни в какие ворота.

Подглядывать в чужое любовное письмо? Да так нормальные люди не поступают! По сравнению с этим даже его утреннее малодушие выглядело невинной шалостью.

Умом Канхён всё прекрасно понимал, но уйти не мог. Проклятый конверт не давал покоя, а колючее чувство под рёбрами становилось всё мучительнее.

— Да чтоб тебя…

Только взглянуть. Одним глазком. Просто узнать, кто отправитель.

Сдавшись искушению, он вытащил конверт из-под парты и, глубоко вдохнув, открыл его.

На исписанном мелким почерком листе теснились пожелания, будто пропитанные ненавистью:

«Сдохни».

«Ты что, лучше всех, что ли?»

«Да убейся уже».

«Думаешь, раз ты дочка Боевого бога, тебе всё можно?»

«Без тебя всем было бы только лучше, лол».

«Строит из себя невесть какую цацу, будто самая дорогая и недоступная».

«Может, свалишь наконец в другую школу?»

А из конверта вдруг посыпались раздавленные мёртвые насекомые.

Шлёп.

На мгновение Канхён оцепенел. А потом тело пришло в движение раньше, чем он успел что-либо осознать.

БАБАХ!

Ударом ноги он разнёс дверь класса и, объятый яростью, бросился по коридору вслед за пареньком.