Инструкция по эксплуатации Регрессора (Новелла) Том 1 Глава 1025

— Сыграть-то можно... но почему?..

— Официальная обстановка нагоняет тоску. Так нам обоим будет... пожалуй, куда проще общаться. Не нужно сковывать себя лишними формальностями...

— ...

— Вместо того чтобы превращать это место в продолжение зала заседаний, лучше побеседовать в более непринужденной атмосфере.

— Понимаю. Благодарю за вашу чуткость.

Как говорится, всё дело в подаче.

Гораздо лучше, если в новостях напишут, что Сквирт из Федерации и Почётный кардинал перекинулись парой слов за партией в шахматы, чем если поползут слухи об их тайном совещании по поводу дележа добычи после экспедиции.

Правильнее будет сказать, что это снижает градус ненужного внимания. Как со стороны прессы, так и со стороны членов гильдии Паран.

«Неофициальные встречи всегда выгоднее».

К тому же, не нужно вести протокол. Сквирт наверняка и сам этого хотел, так что, скорее всего, он только рад такому повороту.

«Хотя пара лишних глаз за нами всё равно присматривает».

Зал заседаний гудел — все пытались урвать хоть крохи у Федерации, сорвавшей настоящий куш, — но никто не мог пропустить момент, когда Сквирт подошел ко мне. На лицах некоторых промелькнуло недовольство, но мешать нам никто не решился.

Будь это просто чаепитие, они бы попытались вклиниться, но, услышав предложение сыграть в шахматы, лишились всякого повода. Никто не сомневался, что Почётный кардинал просто проявляет благородство, уделяя внимание Сквирту. Вмешиваться было бы верхом грубости.

«Этот проныра из Федерации снова пытается облапошить нашего Почётного кардинала».

Наверняка они думали именно так, и их неприязнь к этому парню только росла.

— Всем спасибо за работу.

— Да. Можно ли будет нанести вам личный визит в следующий раз, Почётный кардинал?

— Конечно. Я всегда буду рад. Мы могли бы выпить чаю и приятно провести время. Ах! Знаете что, лучше я приглашу вас на чаепитие, которое состоится в ближайшее время.

— Ха-ха-ха. Неужели? Быть приглашенным на чаепитие самим Почётным кардиналом... Я уже в предвкушении. Это станет великой честью для моей семьи.

— Кажется, мне стоило пригласить вас раньше.

— Ха-ха-ха-ха-ха! Ничего страшного, главное, что пригласили. Мои дочери будут вне себя от счастья. Я как раз планировал в скором времени представить их свету...

— На моём скромном чаепитии...

— Скромном? Да я уже вижу, как глаза детей сияют от восторга!

— Ха-ха-ха.

Обмен любезностями с теми, кто покидал свои места, и церемонные прощания были неотъемлемой частью процесса.

— Огромное спасибо за всё, что вы сделали сегодня.

— Напротив, это я должен благодарить вас, Почётный кардинал. Глядя на ваше доброе сердце, искренне пекущееся о судьбе континента... Трудно передать, насколько я был тронут.

Я бросил в ответ несколько дежурных фраз, в которые сам ни капли не верил.

— Ох, военный советник!

— Почётный кардинал.

— Вы уже возвращаетесь в Республику?

— Да.

— Не задержитесь еще ненадолго?..

— У меня накопились дела, требующие личного присутствия... Прошу прощения.

— Жаль, что вы так скоро уходите...

— Я обязательно выкрою время, чтобы навестить гильдию Паран.

— Ловлю вас на слове. Обещайте, что непременно заглянете.

— Обещаю.

После того как мы разыграли на публику теплую дружбу, собрание окончательно завершилось.

Сквирт, с которым мы договорились о шахматах, ждал меня с довольно неопределенным выражением лица.

В итоге мы смогли уединиться лишь спустя порядочно времени. Наблюдая за всеми моими перемещениями, он молча следовал за мной, не решаясь заговорить первым.

— Что ж...

— Да, Почётный кардинал.

— Пожалуй, нам лучше пройти в мою комнату.

— Как скажете.

По пути я не забыл дать наставления сотрудникам.

— У меня гость. Пожалуйста, никого не впускайте.

— Слушаюсь, заместитель главы гильдии.

Пришло время подготовиться к серьезному разговору. Конечно, при этом я продолжал играть роль добропорядочного заместителя главы гильдии Паран и Почётного кардинала.

Я не стал звать слуг, чтобы те суетились, а показал себя обычным человеком.

Сам достал шахматную доску... расставил фигуры... не спеша заварил чай и выставил угощения.

Всё это выглядело настолько привычно, что на лице парня отразилось неприкрытое удивление.

Комната была прибрана, обставлена роскошной антикварной мебелью, но, как ни странно, Почётный кардинал в этой обстановке не казался чужаком.

То, как он сам заваривал чай, выглядело очень простодушно, создавая впечатление, будто в нем нет ни тени алчности. Складывалось ощущение, что роскошь вокруг — это не его прихоть, а лишь забота гильдии Паран о поддержании его высокого статуса.

— Какой чай вы предпочитаете?

— Чай... я не то чтобы большой ценитель... нечасто доводится...

«С тобой каши не сваришь».

— Тогда позвольте мне предложить вам что-нибудь на мой вкус.

— Да, с благодарностью приму.

На большом столе стояла шахматная доска, а на боковом столике — чай и сладости.

Когда я молча передвинул первую фигуру, он, кивнув, сделал ответный ход. Мы не собирались играть всерьез.

Честно говоря, шахматы были для него лишь предлогом... Он пришел за чем-то конкретным, и сейчас его мозг наверняка работал на пределе возможностей.

— Для начала...

— Слушаю.

— От имени всей Федерации я хотел бы выразить глубочайшую признательность за всё, что вы для нас сделали.

«Ну да. Сначала полагается поблагодарить. Но картина всё равно странная. Ты ведь даже не официальный представитель Федерации».

— Не стоит. Напротив, это я хочу поблагодарить вас, господин Сквирт. Я и раньше знал, что малые города Федерации переживают не лучшие времена... но сегодня я впервые осознал масштаб проблемы. Многие сочли ваше выступление неуместным, но... я прекрасно понял, почему вы пошли на такой шаг.

— Благодарю за понимание...

— Итак... могу ли я узнать истинную причину, по которой вы просили о личной встрече?

«Я ведь уже дал тебе больше, чем ты просил».

— Это...

«Проблему нищеты в Федерации и помощи нуждающимся я решил, передав вам права на управление подземельями... а твой вопль о справедливости был удовлетворен раздачей предметов легендарного ранга».

— Если вам нужно что-то еще, не стесняйтесь, говорите прямо.

Моя доброта — это уже какая-то болезнь.

«Сам удивляюсь, какой же я идиот».

Нельзя быть настолько святым человеком.

Один лишь лимит на предметы легендарного ранга стоит столько, что это трудно выразить в золоте. Конечно, из-за наводнения рынка их цена несколько упадет, но они всё равно стоят баснословных денег.

Оставим в покое проект по подземельям, но те вещи, что получила Федерация...

«Это поможет им в их внутренних экспедициях».

Проблемы, возникавшие из-за нехватки сил для зачистки подземелий или охоты на монстров, будут решены одним махом.

Федерация начнет расти с бешеной скоростью, как снежный ком, — это неизбежно. И всё же, причина, по которой этот прохвост напросился ко мне, была очевидна.

«Он хочет большего».

Я не знал точно, чего именно... но, скорее всего, его интересует, кого именно я намерен поддерживать в будущем.

— Кстати, господин Сквирт, вы ведь родом из малого города Огайо?..

— Да. Несмотря на мою неопытность, я курирую дела в Огайо. Разумеется, при неоценимой поддержке жителей континента...

— Понимаю.

Место неплохое, но неоднозначное. Можно пробиться в центр, но близость к мегаполису наверняка заставляет его чувствовать, что в Огайо ему слишком тесно.

Чтобы выйти на большую политическую арену и по-настоящему реформировать Федерацию, ему нужны связи и кто-то влиятельный за спиной.

«Это план на 50 баллов. Ни то, ни сё».

Возможно, он чувствует обиду из-за того, что его лавры присвоили эти бородатые разбойники. Ведь презентацию проводил он, а сливки снимет центр и крупные города.

«Или дело в другом?»

«Хочешь прибрать к рукам лимит на мифические предметы?»

«Тебя и вправду так заботит судьба континента?..»

«Хочешь своими глазами увидеть перемены?..»

«Решил, что кто-то должен сдерживать Сэккиёна?»

«Ты пришел играть со мной по-крупному, вынашивая великие замыслы?»

«Неужели ты хочешь устроить ту самую революцию, о которой мечтаешь, и именно поэтому напросился на этот разговор?»

Было заметно, как он молча уставился на доску, не в силах вымолвить ни слова.

Он обливался холодным потом. Я примерно представлял, о чем он думает.

Он прекрасно понимал, как трудно правителю захолустья добиться аудиенции у Почётного кардинала.

Милый и святой Ли Киён был до глупости добродушен, но парень всё равно чувствовал себя так, словно стоит на краю пропасти. Одно слово могло изменить его жизнь навсегда.

Но ведь выход есть, верно?

Я закинул достаточно наживок.

Образ безобидного простака.

Образ святого, радеющего за континент.

Образ человека, до безрассудства готового жертвовать собой. В этом облике невозможно было разглядеть Сэккиёна.

У него оставался лишь один путь.

Лично рассказать Почётному кардиналу, который якобы ничего не помнит об экспедиции, что на самом деле произошло. Убедить его создать орган, способный контролировать самого Ли Киёна.

Создать совершенно новую силу — не Паран, не Красных наёмников, не Черного лебедя, не Комитет по защите континента и не Теократию... а нечто иное через нового человека, Сквирта. Заставить святого Теократии собственноручно взрастить собственного врага.

Словно подтверждая мои догадки, он заговорил:

— Что касается инцидента в «Покойном пристанище Святой Кротихи»...

— Простите?

— Господин Ли Киён... скажите... что на самом деле случилось тогда...

Именно в этот момент за его спиной соткалась тень.

«Ким Йери».

Неужели она так боялась, что темная правда всплывет?

«Видимо, они организовали слежку в три смены».

Едва появившись, она мгновенно обнажила кинжал. Глаза, лишенные всяких эмоций, совсем не походили на взгляд нашей малышки.

Прежде чем Сквирт успел договорить, кинжал уже сорвался к его шее. Впрочем, лишнего отверстия в его горле так и не появилось.

— Что ты творишь, Ким Йери?

— ...

— Я спросил... что ты творишь?!

«Он нарушил договор, и ты решила привести приговор в исполнение, так?».

Вывалившийся из кресла Сквирт судорожно хватался за горло, словно увидел кошмар наяву. Если бы я не вмешался, его голова уже покатилась бы по ковру.

Он и сам это понял. Осознал, что только что был в шаге от смерти.

Момент, когда приходится вновь столкнуться с горькой истиной. Под моим укоризненным взглядом Ким Йери задрожала, её глаза наполнились слезами, и она пулей вылетела из комнаты.

«Если у неё есть хоть капля ума, она не побежит жаловаться Хёнсону».

— Господин Ли Киён...

После этого Сквирт с каким-то лихорадочным воодушевлением начал рассуждать о Владыке Похоти и Вечного Сна.

Разумеется, договорить ему снова не дали.

*Б-БАХ!* Дверь содрогнулась от мощного удара и распахнулась, впуская в комнату массивную фигуру. Он выглядел крайне взвинченным, глаза налились кровью, а лицо, обычно сиявшее добродушной улыбкой, сейчас больше напоминало маску яростного демона.

Лицо было настолько искажено гневом, что я едва узнал в нем своего старого друга.

Не кто иной, как наш «поросенок».

Ким Йери позвала вовсе не Ким Хёнсона. Она привела Пак Докку.

— Так это ты, значит!

— Докку-я, постой...

— Ах ты, неблагодарная гнида... Ты... ты... ты хоть понимаешь, сколько доброты на тебя вылили?.. Как ты посмел... нашему Хён-ниму... нашему Хён-ниму такое говорить!.. Да человек ли ты вообще?! Я спрашиваю, есть в тебе хоть что-то человеческое?!

«Что с ним? Почему он так взбесился?»

— Скотина неблагодарная!

«Ты чего? Эй, что происходит?!»

— Ах ты, выродоооодок!!

*Пах! Хрусть! БА-БАХ!*

Под аккомпанемент ломающихся костей тяжеленный кулак врезался прямо в лицо Сквирта.