Инструкция по эксплуатации Регрессора (Новелла) Том 1 Глава 851

— И вот ещё что: запомни. Третьего раунда не будет. Хоть убей, никакого третьего раунда.

— ...

— Да... Это был сон о... новом начале, где всё возвращается к самому истоку.

— ...

— Там господин Ли Киён улыбался. И не только вы. Господин Пак Докку, Чон Хаян, Чо Хеджин и остальные члены гильдии — все собрались вместе и смеялись. Все наслаждались обычными буднями, не зная бед и страданий. Приключения были весёлыми, но проводить время в кругу близких было куда приятнее.

«Для начала послушаем».

— Иногда господин Ан Гимо отпускал плоские шутки, а Пак Докку и Ким Йери со смехом их подхватывали. Вы, господин Ли Киён, по-прежнему не выпускали работу из рук, но иногда издалека наблюдали за тем, как тренируются члены гильдии. И, как вы того и хотели, летали на грифоне, осматривая континент... Мы вместе занимались разными делами... Да. Все вместе.

Я видел, как его тело дрожит.

Похоже, он решил, что я пойму, на что намекают его бессвязные слова.

Он не произнёс вслух «третий раунд», но невозможно было не догадаться, что речь именно о нём.

Должно быть, он терзался сомнениями о том, как я отреагирую. Как святой, пожертвовавший собой ради континента, отнесётся к его эгоистичному предложению.

— Никто не погиб. Даже в туториале не было жертв. Все те войны и крупные катастрофы, что случились... Множество бед, которые заставляли вас страдать, — ничего этого не произошло... Или всё это было стёрто...

— ...

— Вы не теряли память... Ваши душа и тело не были разрушены из-за бесконечных инцидентов, через которые вам пришлось пройти. И не только вы. Все на континенте... были здоровы, совсем не так, как раньше, и жили счастливо. Трудно описать всё словами, но это было прекрасное место. Там, в новом начале, все были счастливы и могли смеяться.

Что за чушь он несёт.

На мгновение я, кажется, посмотрел на него с выражением крайнего разочарования. Я увидел, как он вздрогнул, словно от испуга.

В его глазах промелькнуло сожаление — не зря ли он заговорил об этом, — но Ким Хёнсон не отступил и лишь крепко сжал губы.

— Я... я... То, что я причинил вам боль... Там всё было иначе...

— Прошлое уже не вернуть.

— Нет. Можно вернуть! Есть способ всё исправить. Разве вы сами не знаете, господин Ли Киён?

— Каким же образом?

— Нужно просто начать заново. Так же, как в моём сне.

— Вы правда думали, что я соглашусь на ваши иллюзии?

— Это не иллюзии.

— А что же тогда?

— Я говорю о том, что это действительно возможно.

«Да, блин, технически возможно. И что с того?»

— То, что случилось, не исчезнет. Если мы начнём всё с чистого листа, вы можете гарантировать, что я и другие члены гильдии останемся такими же, какими вы нас знаете сейчас?

— Это...

— Конечно, есть воспоминания, которые хочется вычеркнуть. Есть опыт, о котором не хочется вспоминать, и моменты, причинявшие мне настоящую боль. Но именно поэтому я сейчас такой, какой есть. Именно потому, что мы прошли через всё это, сейчас со мной Хаян, Докку, Хеджин и все наши люди. Именно потому, что мы вместе преодолевали трудности, между нами с вами, господин Хёнсон, возникла такая глубокая связь.

— ...

— Все хотят забыть о горестях. Но я не хочу отпускать их, потому что знаю: именно эти испытания сделали нас теми, кто мы есть.

— Может быть, есть способ вернуться, сохранив память. Кто сказал, что регрессор должен быть только один...

— Я говорю не только об отношениях с людьми. То же самое касается и мест, ставших частью нашей истории. Новая Теократия не будет той Теократией, которую мы знали. Новый Райос, новое Зеркальное озеро — всё это будет чужим. Стены Каслрока будут такими, какими они были до ремонта, Федерация останется прежней. Всё вернётся к состоянию до того, как мы составили планы по восстановлению. Маленький город Херуэн — то же самое. Там не будет ничего из того, о чём вы говорили, господин Хёнсон.

— Но!

— Я хочу копить воспоминания здесь. Я хочу жить в этом мире, где произошло столько событий, вместе с членами гильдии Паран и моими людьми.

Я уставился на него с лёгкой враждебностью. Мой взгляд буквально кричал:

«И это всё, на что ты способен?»

Получалось весьма драматично.

Взгляд, вопрошающий: «Неужели ты настолько никчёмен?»

Да. Именно такое выражение лица сейчас подходило лучше всего.

Я не стал перечислять всё то, чем придётся пожертвовать ради перехода в третий раунд.

И не стал поминать тех, кто погиб ради создания нынешнего континента.

Я не сказал о том, что нам придётся бросить этот мир и всех тех людей, что смотрят на Свет, что нам придётся довести это место до состояния, не подлежащего восстановлению.

Но Ким Хёнсон должен был понять, что означает моё лицо.

На самом деле, главной причиной было нежелание возиться с третьим раундом, но в любом случае, стоило пресечь его бесполезные фантазии.

Как и ожидалось, Ким Хёнсон отреагировал на мой враждебный взгляд жалко. На мгновение показалось, что его захлестнули всевозможные негативные эмоции.

Я видел, как в нём растёт тревога.

Для того, кто просто получил суровый взгляд, его дыхание сбилось слишком сильно. Он выглядел так, будто вот-вот случится припадок, но всё же набрался смелости и открыл рот:

— Но... Но господина Ли Киёна может там не оказаться! Вы сказали, что хотите копить воспоминания, но для вас здесь может не найтись места!

— Я же сказал, что вернусь...

— А если вы снова лжёте?!

— Нет...

— Вы и в этот раз можете лгать!

— ...

— Может, вы говорите это только для того, чтобы успокоить меня. Да. Вы снова можете сказать, что всё в порядке, и просто не вернуться. Когда вы вернётесь? Если бы вы могли вернуться, вы бы уже давно это сделали! Вы точно снова лжёте. Наверняка...

— Я вернусь.

— Не лгите мне!

— Я смогу вернуться.

— Я прошу вас, не лгите... черт...

— Я тоже этого хочу.

— Это ведь... ложь.

Этот ублюдок вообще людям не верит.

Если он такой подозрительный, то почему его столько раз подставляли все кому не лень?

Он вёл себя как капризный ребёнок.

Мне стало даже неловко, потому что разговор зашёл в тупик.

Нет, я говорю, что вернусь, а он заладил «лжёшь» да «лжёшь».

И чего он так зыркает? Того и гляди, ударит.

У него даже слёзы были на подходе. Чем сильнее менялось небо, тем больше паники отражалось на его лице.

«Сколько времени осталось... Есть ли у меня время торчать здесь?»

Было за что переживать, но...

«И что ты сделаешь?»

Как ни странно, я не думал, что он продолжит настаивать на своём, видя моё нынешнее состояние.

Я замолчал и просто посмотрел на него, отчего он слегка вздрогнул.

Чем дольше я молчал и сверлил его взглядом, тем сильнее он сжимался.

В конце концов, он не выдержал прямого взгляда и опустил голову. Его решительный тон сошёл на нет, и он затих.

«Вот так-то».

Как ты смеешь повышать голос?

Видя меня в таком виде, как ты смеешь орать?

Это ведь ты со мной сделал. Ты смеешь повышать голос? Ты видишь моё распоротое брюхо и смеешь кричать?

— Поверьте мне.

— ...

«В этот раз это не ложь».

— Вы должны мне поверить.

— ...

— Кто поверит мне, если не вы, господин Хёнсон? Я понимаю, что сейчас вам трудно это осознать, понимаю вашу тревогу. Возможно, вы даже злитесь на меня. Но это не ложь. Я люблю гильдию Паран даже больше, чем этот континент. Я тоже мечтаю о том дне, когда мы снова будем вместе.

«И сказать-то нечего».

Наверняка ему хотелось много чего высказать.

Честно говоря, даже если бы он начал кричать или ругаться, мне нечего было бы возразить, но, кажется, он уже поверил мне.

Нет, он чувствовал, что обязан поверить. Мой внешний вид говорил сам за себя — если Ким Хёнсон не поверит мне, то кто тогда?

Несмотря на то, что он довёл моё тело до такого плачевного состояния, именно я продолжал верить в него.

«Я превратился в сплошное месиво, но всё равно поверил в тебя».

Награда за дружбу, при которой я не терял веры до самого конца, даже когда меч лучшего друга кромсал мою плоть.

Я верил, что это не воля моего Хёнсона, что он не мог так поступить...

Это была награда за то, что я не сомневался ни секунды и поддерживал Ким Хёнсона до самого момента, когда мои глаза закрылись.

«Долги нужно возвращать».

Свет никогда не забывает о долгах. И не давит словами.

Раз я поверил в тебя, ты тоже должен поверить в меня.

Я и так собирался использовать эту карту.

И как раз подвернулся идеальный момент.

— Поверьте мне.

Я медленно поднял меч.

Глядя на небо, которое уже начало меняться, я поднял меч, понимая, что время пришло.

Конечно, я не могу сам причинить себе вред. Поэтому мне оставалось только снова посмотреть на Ким Хёнсона.

Колеблясь, он медленно подошёл ближе. Один раз взглянув на сияющее небо, он снова перевёл взгляд на меня.

Естественно, из его глаз уже катились слёзы градом. На лице застыло выражение неуверенности — сможет ли он это сделать.

«Ты сможешь».

Потому что мы сделаем это вместе.

Потому что я не перекладываю весь груз на тебя одного.

Мы с ним вместе взялись за рукоять.

То, как я держал меч, выглядело немного нелепо, но я почувствовал, как дрожит рука плачущего Ким Хёнсона, и сжал рукоять ещё крепче.

— Я обязательно вернусь.

— Да... *всхлип*... да.

— Я действительно вернусь.

— Да... да. Господин Гиён. Я верю вам.

— Я тоже буду верить вам.

Его лицо исказилось. Не знаю почему, но я видел, как он зажмурился.

Однако, решив, что должен смотреть до конца, он осторожно открыл глаза.

Его зрачки дрожали, но когда я кивнул и улыбнулся, он попытался улыбнуться в ответ, что выглядело довольно жалко.

С лицом, залитым слезами, он насильно приподнял уголки губ. На мгновение я чуть не сорвался, но взял себя в руки.

— Готовы?

— Да. Я готов.

Он не выглядел готовым, но Ким Хёнсон принял решение. Благодаря «Руководству пользователя для регрессора» я мог это чувствовать.

На счёт «три» начинаем. Передав это намерение взглядом, я медленно кивнул.

Раз.

Два.

Три.

«А...»

И вот.

Я думал, что голова сейчас слетит с плеч.

Но меч со звоном падает на землю.

С недоумением я посмотрел вперёд.

И увидел, как Ким Хёнсон схватился за один глаз.

«Проклятье».

Лицо, искажённое, как у демона.

Выражение, полное ярости и лишившееся всякого рассудка.

«Ах, Сон Сугён, этот ублюдок. Выбрал же время. Просто идеально».

Злодей, который до этого момента затаился, начал действовать.