Инструкция по эксплуатации Регрессора (Новелла) Том 1 Глава 875

Вокруг было слишком много того, чего я не понимал.

До сих пор я видел и переживал множество магических сцен, но происходящее сейчас заставило содрогнуться даже меня.

Великий свет продолжал заливать землю.

С громоподобным гулом он без конца озарял место, где только что находился Ким Хёнсон.

Именно в этот момент зрение, до этого погруженное в непроглядную тьму, мгновенно вернулось.

Словно в темной комнате внезапно зажгли лампу, все чувства разом восстановились. Я вдохнул свежий воздух, чувствуя себя так, будто вырвался из засасывающей трясины.

«Да… будущее…»

Ху-а-а-а-а-а-а-а.

Раздались голоса, которых я раньше не слышал. Лица всех присутствующих отразились в моих глазах. Я почувствовал легкий ветерок и приятное сияние.

Дрожь в руках утихла, а искаженное гримасой лицо приняло нормальный вид. Я невольно приподнялся.

— Братец…

Эта свинья, что вцепилась в мою руку ближе всех — Пак Докку.

— О… о… оппа…

И Чон Хаян, которая буквально прильнула ко мне, намертво обхватив руку.

Все смотрели в мою сторону. Не только члены гильдии Паран, но и каждый, кто находился в этом месте, обратил свой взор на меня.

Я видел тех, кто стоял на коленях, и тех, кто низко склонил голову. Кто-то возносил молитвы, а кто-то до боли крепко сжимал ладони.

Раненые, нашедшие силы подняться; влюбленные и товарищи, поддерживающие друг друга; люди, которых я, возможно, когда-то мельком встречал на просторах континента — вид всех этих людей, смотрящих на меня, заставил мои губы невольно дрогнуть в улыбке.

Конечно, я не собирался погружаться в сентиментальность, но всё же…

— Ты пришел в себя?

Когда это я терял сознание, чтобы он так говорил? Ну и ну.

— Ты… ты… ты в порядке, оппа?

Конечно, я в порядке. Неужели она думала, что я и вправду запаникую? Почему у Хаян всё лицо в слезах и соплях? Надо бы ей его вытереть.

— Да что же это происходит, братец? А, братец?

— В ушах звенит, так что закрой пасть, свинья.

— А… но всё равно ведь нужны объяснения. Что же это сейчас… Братец… Ведь только что ты явно…

Неужели я выглядел настолько странно?

Я погладил по голове Чон Хаян, которая всё еще смотрела на меня с тревогой, и вытер её лицо.

Раздался её радостный смех — знак того, что она успокоилась, — но после этого мне пришлось снова поднять взгляд к небу.

Ситуация еще не была полностью завершена.

— Хёнсон-хён…

— Довольно. Ничего не говори.

— ……

— Мы сможем всё вернуть.

— Неужели… неужели это правда, вице-гильдмастер?

— Да, Хеджин. Мы сможем всё вернуть.

— Это… это правда?

— Да. Он вернется.

Наконец-то появилось немного спокойствия.

Теперь у меня была возможность оглядеться по сторонам.

— Сын Света…

— Господин Ли Киён…

— Сын Света вернулся… Он прощает грех Бога Закатного Света… Сын Света, восставший из смерти…

Слушая бормотание менестрелей и жрецов, я широко расправил крылья.

За спиной с шумом раскрылось оперение, и вновь хлынул свет.

Ощущение того, как тело наполняется святостью, всегда приятно. Почувствовав, как в голове прояснилось, я тихо пробормотал:

— Я подарю вам будущее.

На самом деле я и сам не знал, как всё так вышло.

Было ли происходящее сейчас явление запланированным или нет — я не мог судить, но в одном был уверен точно.

Существует незыблемая истина, которая не изменится вовеки.

«Черт, да я просто гений. Вот и всё».

Я плохо помню детали, но, видимо, всё это было частью моего великого плана и замысла.

Даже жертва Ким Хёнсона была просчитана этим умом.

Аж мурашки по коже, мурашки.

Пока я не могу сказать точно, так как еще не привел мысли в порядок, но, вероятно, всё было взаимосвязано.

Кулон, война с Внешними Богами, Дум Дум Хёнсон, воскрешение и смерть.

Приходит понимание, что всё это сплетено в одну паутину. Это был идеально выверенный сценарий от начала до конца, и я просто двигался согласно этому сценарию.

Ким Хёнсон, вероятно, тоже. И нуна, и Касугано Юно… Всё это были необходимые элементы для того, чтобы увидеть финал.

Впрочем, даже если это не так — неважно. Говорят же, что всё сбывается так, как ты об этом думаешь.

«Страшно, Ли Киён. Серьезно, на сколько же ходов вперед ты заглянул? Таких гениев свет не видывал».

— Я сам себя боюсь.

— Братец… это…

— Докку, дай приемник.

— А…

— Живее. Хаян, заблокируй окружающие звуки. Можешь подготовить всё для съемки?

— А… да… да!

Я медленно развел руки. Преувеличенно, словно актер на сцене. Я краем глаза заметил, как светлеют лица тех, кто молча наблюдал за мной.

— Видимо, ты наконец-то пришел в себя, оппа?

— Ну как, нуна, моя игра была неплохой?

— Какая к черту игра, не мели чепухи. Любому было видно, что ты рассудок потерял. Я по-настоящему испугалась. Серьезно. Кстати, я ожидала, что что-то будет, но это огромный сюрприз. Честно говоря, я тоже думала, что это конец.

— ……

— Если посмотришь на реакцию в реальном времени в Бенигор-нет, ты просто рухнешь. Видимо, другим тоже было не очень приятно видеть, как ты теряешь рассудок. Я пыталась это пресечь как могла, но ничего не вышло.

— Похоже, у тебя было время на это поглазеть.

— Это ведь важное дело.

Да. Нуна права.

— Мечник Закатного Света пожертвовал собой ради Сына Света. Даже если бы история закончилась здесь, мне было бы всё равно, но тебе ведь не всё равно, верно? Нет, я тоже считаю, что это к лучшему. Твое состояние было гораздо серьезнее, чем я предполагала. Ты выглядел по-настоящему безнадежным… Хоть ты и притворяешься, а на деле ты тот еще слабак.

— Какой еще слабак, к черту.

— Так какая сейчас ситуация?

— Похоже, наследие Альтанус, которое Ким Хёнсон использовал, чтобы воскресить меня, столкнулось со «страховкой», которую я заложил ранее. Тот свет, что сейчас падает — это результат их столкновения. Это немного притянуто за уши, но система считает, что Ким Хёнсон еще не может исчезнуть.

Нуна наверняка поймет, о чем я говорю.

Хоть я и не давал подробных объяснений, у нее был опыт управления «Дамми-Ворлдом».

Там тоже существует система. Конечно, она лишь ухудшенная копия той, что управляет континентом, и их нельзя сравнивать, но суть одна. Это значит, что она примерно понимает, по какому принципу здесь всё работает.

— Суть в том, что ты намеренно вызвал ошибку.

— Верно.

— Дамми Ли Киён делал нечто подобное…

— Наверное.

Ключевой момент в том, что я намеренно вызвал конфликт.

Ошибка, баг — слов для описания много, но нельзя отрицать, что я нашел слабое место в исправно работающем коде и ударил по нему.

Естественно, система…

— Попытается исправить ошибку.

— А мы должны расширить эту брешь еще сильнее.

— Я поняла, о чем ты. Пока система не пришла в норму, мы должны в этот промежуток «стащить» Ким Хёнсона обратно? Вот зачем тебе нужна была святость. Теперь я понимаю, как всё устроено. Хорошо, что мои заготовки для мгновенного использования не пропали зря.

— Рад это слышать.

— Не знаю, хватит ли того, что мы накопили…

— Белиал и Бенигор наверняка делают то же самое. Переводи всё прямо сейчас. И я сразу выхожу в эфир.

— Хочешь подзаработать в реальном времени?

— Не только в этом дело.

Причина была не только в этом.

«Потому что сторителлинг — это основа».

Именно так.

Важно то, во что и как верит толпа. Независимо от того, как я это использую, важно, во что верят они.

В этом смысле вся проделанная работа имела значение. И то, как Ким Хёнсон поднялся раньше, и то, как я воскрес сейчас.

— Я — Бог Жертвенности и Воскрешения, нуна.

— «Бог Жертвенности и Воскрешения». Понимаю, конечно, но неужели тебе не стыдно произносить такое самому?

— Что поделать, если толпа так считает. Даже если они так не думают — неважно. Потому что ты сделаешь так, чтобы думали. Я стану Богом Жертвенности и Воскрешения.

— Слишком многого хочешь. Хочешь, чтобы я еще и в реальном времени общественным мнением манипулировала?

— Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю. И так дел по горло… С чего я вообще должна это делать ради Ким Хёнсона… Фу, прямо душа не лежит…

Хоть и слышалось ворчание, через некоторое время раздался шепот. Должно быть, это были подставные лица, внедренные Ли Джихё.

— Бог Жертвенности и Воскрешения…

— Это Бог Жертвенности и Воскрешения.

— О, Бог Воскрешения…

Святость продолжала изливаться на меня.

Я расправил крылья еще шире. Я продолжал повторять одни и те же слова, словно проводя религиозный обряд.

— Восстань, Бог Закатного Света. И тогда я подарю тебе будущее.

Проливая слезы, голосом Ли Киёна, потерявшего брата, с которым его связывали тесные узы; в облике, вызывающем искреннюю жалость и сострадание; величественно и священно я шептал:

— Восстань… хнык… а-а-а… Бог Закатного Света. И тогда я… подарю тебе будущее. А-а-а…

Кажется, сейчас получается даже натуральнее, чем раньше. Слезы текут буквально водопадом.

Такое вызывает больше сочувствия… Вместо того чтобы бессмысленно биться в истерике, такой хрупкий образ заходит лучше. Верно? Бенигор, директор Бел. Вы тоже там постарайтесь.

[Создание принудительного квеста мифического ранга.]

[Я прощаю твои грехи, так восстань же, регрессор Альтанус. И тогда я подарю тебе будущее. (0/1)]

[Награда за прохождение квеста — Будущее (0/2,129)]

Огромный свет продолжал падать.

Зрители сложили ладони. Как и всегда, те, кто стал свидетелем чуда, молились.

Они видели чудо, творимое самим Богом Жертвенности и Воскрешения, и никто из них не сомневался, что Мечник Закатного Света поднимется.

Да. Вера — это сила. Эта вера — реальная мощь. Сила, которую система не может ни отрицать, ни игнорировать.

[Создание принудительного квеста мифического ранга.]

[Я прощаю твои грехи, так восстань же, регрессор Альтанус. И тогда я подарю тебе будущее. (0/1)]

[Награда за прохождение квеста — Будущее (0/4,122)]

Конечно, оставались факторы риска.

У меня была уверенность, что это сработает, но я не мог гарантировать отсутствие других переменных.

Однако это определенно должно быть возможно. Ведь не только я желал воскрешения Ким Хёнсона.

Наследие, оставленное им, вероятно, пришло к тому же выводу, что и я. Наследие, оставленное им, должно знать, что правильно. Верно, Альтанус?

«Альтанус любила этого человека. И… она сопереживала его жизни. После долгих раздумий она решила пожертвовать собой, чтобы вернуть всё назад. Хотя в тот раз я, кажется, пытался её отговорить… я уважаю её. Наверное, нет другого бога, способного на такой выбор. Это чувство — ценность, понятная нам обоим… Хоть я и не помню всего, я помню волю Альтанус».

Ты ведь любишь его, так?

Ты поможешь нам. Я так думаю.

Ты наверняка оставила зацепку в своем наследии. И то, что мы нашли его, тоже было твоей волей.

Я снова прошептал:

— Спасибо тебе, Альтанус.