Инструкция по эксплуатации Регрессора (Новелла) Том 1 Глава 956
Вероятно, это произошло в далёком прошлом.
История, произошедшая задолго до того, как здесь пустила корни церковь Бенигор.
И история эта никому не известна.
Ситуация могла бы усложниться, не будь Святая Кротиха Бенигор, но, судя по обстоятельствам, историю Святой Кротихи правильно считать историей Бенигор.
Иначе она не стала бы превращать это место в подземелье.
В конце концов, разве высеченная на главных вратах фигура Бенигор не служит самым веским тому доказательством?
Если это история святой, которая от рождения и до самой смерти просидела взаперти под землей, предотвращая нависший над континентом кризис...
«А сюжет-то неплох».
Я пришел к выводу, что этого вполне достаточно, чтобы затмить любые другие слухи.
Немного странно было лишь то, что история Бенигор подверглась редактуре.
Фактически жители континента не знали о том, что здесь произошло.
Если поискать в мемуарах деятелей, связанных с церковью, или в религиозных книгах о Бенигор, нигде не найдется ни слова о том, что она всю жизнь прожила взаперти под землей.
Ее помнили как богиню, принесшую на континент свет, и о ее жизни в бытность человеком даже не упоминалось.
Спустя много времени история менялась и приукрашивалась... И все же слишком много странностей, чтобы списать все на то, что правда просто исчезла в процессе создания мифа.
«Значит, это скрыли намеренно?»
Будь я церковным деятелем, тоже бы это скрыл.
Потому что звучит слишком грязно: ради стабильности континента запереть ни в чем не повинного человека под землей, а потом заявлять, что таким образом удалось предотвратить кризис на континенте.
Они всё красиво преподнесли, заявив: «Святая по имени Бенигор спасла континент». И, в конце концов, разве не логично предположить, что именно эта версия и закрепилась в истории?
Но в таком случае, хотела ли сама Бенигор скрыть эту историю? Или хотела её раскрыть?
Вначале она, возможно, хотела скрыть свою жалкую жизнь. Будь иначе, время превращения «Уютного Убежища Святой Кротихи» в подземелье наступило бы гораздо раньше.
Церковь Бенигор уже достаточно прочно укрепилась на своих позициях, так что не было нужды специально идти на риск.
Воспоминания о тех временах, когда она была человеком, могли вызывать боль, или же существовала вероятность, что она просто хотела их отвергнуть.
Или же она совсем не возлагала надежд на континент...
Возможно, она думала, что даже если место станет подземельем, «Уютное Убежище Святой Кротихи» прогремит на весь континент, а когда его зачистят и правда всплывет наружу, это всё равно ничего не изменит.
Ведь она, черт возьми, пережила здесь всё это.
Кажется, я примерно начинаю понимать смысл знака вопроса, оставленного Бенигор.
«Черт, да она ведь просит меня сделать это. Вытащить её запертое в Железной Деве тело и рассказать всем, что фактически здесь произошло».
Кровь Бенигор до сих пор стекала из Железной Девы. Естественно, ее тело всё ещё было брошено там.
Кроме того, вестник Гельк тоже всё еще не выполнил свою миссию.
Если бы это подземелье не появилось, история Святой Кротихи навсегда осталась бы погребенной под землей.
[Ка... кардинал... кардинал...]
Но... сработает ли это, черт возьми? Прошло слишком много времени. Тогда ведь континент даже не был империей. Наверное, это было просто обычное королевство.
[Кааа... рдинал...? Тыыы... же...]
А был ли в то время вообще чин кардинала? Должности могли немного отличаться.
Бля. Если так подумать. Изначально это ведь даже церковью Бенигор не было. Как, черт возьми, называлась эта церковь? Кажется, всё слишком сильно изменилось...
Зря я высунулся? Я сказал «Вестник Гельк, выполни свою миссию», но если он её не выполнит, это будет выглядеть немного странно. Тем более, что все люди вокруг пялятся. Кем я тогда буду выглядеть?
Бля, так дело не пойдет.
В непонятной ситуации — сначала врубай свет. Что бы ни случилось, правильно будет сперва распустить крылья и начать излучать свет.
Тихо выйдя вперед, я начал расправлять ослепительные крылья света, и всё пространство вокруг начала заполнять огромная святость.
Мягкий свет, свет, качество которого для любого зрителя было совершенно иным, «тот самый свет», который, казалось, мог ослепить.
Окружающие бессознательно издали возгласы восхищения. В моем поле зрения отразилось, как носильщики и паладины, все без исключения, молча смотрят на меня.
[А-а... А-а-а-а!]
Даже монстр остолбенел.
— Вестник Гельк, выполни свою миссию.
Я вложил силу в свой голос. Это был не строгий тон, а, скорее, мягкий, успокаивающий.
Гельк... как же тебе было тяжело всё это время. Твоё прошлое, когда ты скитался словно призрак... Этот святой света всё понимает. Всё в порядке. Отпусти это. Выплесни всё, что у тебя внутри.
[А-а-а-а-а-а-а-а... Ху-а-а-а-а!!]
Да. Да. Вот так.
Я даже не понимал, где у него глаза. У него просто не было того, что можно было бы назвать лицом. Однако из глаз, усеявших всё его тело, потекли слёзы.
Дрожащий вестник Гельк вскоре замер и открыл рот.
[Кротиха... Святая... Кротиха сама... вошла в Железную Деву... и покончила с собой...]
— ...
[Святая, которая долгое время поддерживала континент... сама отказалась от жизни... Святая, содрогающаяся от мучений...]
«Ах, этот ублюдок. Почему он так плохо говорит?»
[Кризис... на сияющем и славном континенте... теперь...]
«Ох, так и хочется ему врезать. Честное слово».
[В подземном... храме... в связи с этим... сообщили церкви о новых мерах... мы не можем позволить континенту вот так рухнуть...]
«...»
[Святая родится... ах... Святая... как и было предсказано, Святая родится... Эта Святая будет любить континент... будет заботиться о континенте... и будет жить ради континента... Но помните... мои сыновья и дочери... мои драгоценные потомки... Сделайте так, чтобы эта Святая не могла видеть небо... Сделайте так, чтобы эта Святая не могла смотреть на свет... Если Святая посмотрит на свет, она потеряет всё... Она потеряет всю свою святость и все чудеса...]
«Что это? Это пророчество?»
[Нам нужно... новое пророчество. Новый оракул... Новый свет, который поддержит континент... Нам нужен новый свет...]
«Какого хрена, атмосфера какая-то странная».
Пожалуй, стоит немного убавить яркость света. Да и пару крыльев лучше сложить.
[Континент... сияющий и славный... континент... О континент... О континееент!]
«Что за... Этот ублюдок какой-то странный».
[Святой!! Святой!! Появится!!]
Бля, ну и напугал.
[Святой!! Появится!!!!]
«Бля!»
[Святой появится!! Как и было предсказано!!! Святой появится!! Этот святой будет любить континент... заботиться о континенте!! И жить ради континента... Но помните!! Мои сыновья и дочери... мои драгоценные потомки!!! Сделайте так, чтобы этот святой не мог видеть небо! Сделайте так, чтобы этот святой не мог смотреть на свет... Если святой посмотрит на свет, он потеряет всё... Он потеряет всю свою святость и чудеса!!! Святой!! Святой появится!!!]
— Уа-а-а-а-ак! Бля, Хёнсон!
[Свято-о-о-о-ой!!!!!]
— ...
Сцена была настолько гротескной, что я на мгновение даже забыл о своем образе. Рты, усеявшие тело монстра, внезапно распахнулись и, истошно вопя, принялись повторять эти слова.
[Святой!! Явится!!! Святой!!! Святой!!! Пришел!!!!]
Сотни голосов разом заголосили этот бред о появлении святого.
«Бля. Никто ведь этого не слышал?»
К счастью или к несчастью, никто не прислушивался к моим словам. Кажется, всё внимание было приковано к внезапной смене поведения этого монстра.
Даже если кто-то и услышал, то наверняка решил, что ему просто послышалось.
Однако один человек, похоже, услышал это совершенно отчетливо.
От туловища твари, слепо рванувшей в эту сторону, мгновенно отлетела рука.
Времени тупо стоять и смотреть не было.
Нужно было как-то прокомментировать безумие этого существа.
— Он полностью... он полностью пал...
Раз с ним нельзя нормально поговорить... то он точно падший.
— ...
— Даруйте ему покой...
Проблема заключалась в том, что даровать ему покой было не так-то просто.
Рука, отрубленная Ким Хёнсоном, начала делиться. Словно выплевывая все сожранное, из этого места непрерывно стали вылезать белые монстры.
[Свято-о-о-ой!!!]
«Да отвалите вы!»
[Святой придет! Святой придет!!!]
Вид этих тварей, ползущих по потолку и стенам, был до тошноты омерзителен.
[Свято-о-о-о-ой!!!]
Они бездумно тянули руки и пытались прицепиться к нам, совершенно не заботясь о собственных телах.
Их цель была ясна как день.
Разумеется, основной отряд не запаниковал. Количество не имело никакого значения. В конце концов, этот монстр был всего лишь кем-то вроде привратника, появляющегося в самом начале подземелья.
Члены экспедиции мгновенно набросились на разделившихся тварей, и вокруг разлетелась разноцветная магия.
Тем временем Ким Хёнсон уничтожал тварей, стремительно перемещаясь на своих крыльях. Казалось, что их слишком много для одного человека, но для Ким Хёнсона это не имело никакого значения.
Выпустив пару крыльев и сделав в воздухе один оборот, он заставил то, что раньше было монстрами, замертво рухнуть на пол.
Упавшие куски мяса всё ещё пытались ползти вперед, вытягивая конечности, но они так и оставались лишь кусками мяса.
«Деление».
Они могут и снова сливаться воедино.
Куски плоти, не способные двигаться вперед, вновь прикреплялись к телу Гелька.
[Святой!!!! Континент... континент будет спасен еще раз!!! Он останется таким навсегда... сияющим и великим!!]
«А это легко».
Стоило мне мельком взглянуть на Хан Сору, как она кивнула и начала читать заклинание.
Подготовка была завершена одним выстрелом магии ядовитого атрибута по кускам плоти.
Казалось, фиолетовый оттенок на их поверхности постепенно тускнел, словно они были способны к самоочищению, но это не могло пройти бесследно.
Их тела стали медлительными, и куски плоти, не сумевшие нормально слиться, начали шлепаться на землю.
[Ради будущего континента!! Новоооого свято-о-ого!!!]
Тварь больше не могла нормально поддерживать свою форму.
Эта сцена словно служила проверкой того, насколько высока сила атаки рейда.
[А-а-а-а... А-а-а-а-а-а!!]
Видимо, понимая, что со своим громоздким телом ему до меня не добраться, он изо всех сил попытался дотянуться до меня рукой, но...
С шипящим звуком «Пш-ш-ш-ш!» рука монстра начала плавиться.
«Хаян».
Я увидел Чон Хаян, тихо читающую заклинание рядом со мной.
«Интересно, какой предмет выронит этот ублюдок?»
Функциональные предметы — это, конечно, хорошо, но хотелось бы, чтобы выпали вещи, связанные с самим подземельем.
Дневник вестника Гелька или что-то вроде писем или документов, которые могли бы помочь в прохождении. Ну, и если выпадет что-то дорогое, это тоже будет здорово.
Пока я размышлял о другом, охота продолжалась, но ничего особенного, на что стоило бы посмотреть или что-то прокомментировать, не происходило.
Все так исправно выполняли свои обязанности, что я невольно кивнул. Но, конечно, даже в разгар битвы кое-что бросалось в глаза.
«Эти твари действительно омерзительны».
Они и выглядят жутко, но то, что они творят — еще отвратительнее.
Обугленные дочерна и изрубленные куски плоти всё продолжали ползти в эту сторону.
Словно намереваясь любой ценой заполучить святого... они вытягивали руки и ноги и громко вопили, будто не могли думать ни о чем другом.
[Свято-о-о-о-ой!!!! Свято-о-о-ой!!!!]
«Угх... Бля».
[Кх-хе-у-ук! Свято-о-о-о-о-о-ой!!]
Не только я был потрясен. Все силы, находившиеся на передовой, с отвращением на лицах смотрели на этого монстра.
Он не боялся ни ранений, ни смерти. В подземельях водилось множество типов монстров, но такие существа всегда вызывали наибольшее отторжение.
[Ха-ха-ха-ха-ха!!! Ха-ха-ха... ха-ха-ха-ха!!! Святой!!! Придет!!! Святой!!!! Появится!!! Это святой!!!! Святой!!!! Пришел к на-а-а-ам!!!]
Ни один человек не расслабил лица до самого конца рейда. Все осознали, что подземелье оказалось куда более гротескным и странным, чем они ожидали.
«Бля... Мне и самому жутко».
Я тоже не знал, что всё так обернётся. Честное слово, ребята. Честное слово, Хёнсон...
— Черт возьми...
— ...
— Черт возьми! Разве я не просил вас не приходить!
Вид завершившего битву Ким Хёнсона...
Смею утверждать...
Был таким, словно у него сработал какой-то триггер.