Избалованная жена Великого Секретаря (Новелла) Том 1 Глава 5 Хулиганы

В прошлой жизни ей частенько доводилось слышать от стариков, что если увидишь сон ночью, то, повернувшись на другой бок утром, тут же его забудешь.

Гу Цзяо не знала, сколько раз она переворачивалась, но, проснувшись, обнаружила, что даже мельчайшие детали из её сна остались в её памяти кристально ясными.

Однако, поскольку это был всего лишь сон, она решила не придавать ему особого значения.

В этот момент небо начало светлеть, но на нём всё ещё можно было различить несколько звёзд. Похоже, сегодня выдастся хороший день.

Гу Цзяо не могла вспомнить, когда в последний раз вставала так рано. В прошлой жизни она трудилась в научно-исследовательском институте, и все, кто её знал, отлично понимали, что она — типичная «сова», предпочитавшая назначать большую часть своих исследований и операций на поздний вечер. Что же касается заданий, поручаемых организацией, то работа на рассвете выпадала ей крайне редко, чаще всего это происходило на закате или даже значительно позже.

Сегодня Гу Цзяо была одета в свою собственную одежду.

Сяо Люлань, вероятно, не подозревал, что после того, как она принесла жаровню в его комнату прошлой ночью, она некоторое время сушила свою одежду возле неё. Она старалась вести себя тихо и осторожно, чтобы не разбудить мужа.

Гу Цзяо отправилась во двор, чтобы набрать воды и умыться.

Дверь в комнату Сяо Люланя была приоткрыта, но внутри его не оказалось.

Она думала, что встала очень рано, но, оказывается, кто-то опередил её.

Гу Цзяо обошла весь дом, но Сяо Люланя нигде не было. Обходя дом, она заметила, что у бака с водой отсутствует ведро.

Гу Цзяо, взглянув на полупустой бак с водой, задумчиво погладила свой подбородок, не произнося ни слова.

Засов на входной двери оставался на месте. Сяо Люлань вышел через заднюю дверь на кухне и запер её снаружи. Таким образом, посторонние не могли проникнуть внутрь, а Гу Цзяо могла открыть входную дверь, если бы захотела выйти.

Умывшись, она вернулась в комнату, наложила мазь на рану и приняла противовоспалительное средство.

Её скромная аптечка была укомплектована лучшими медикаментами из научно-исследовательского института. Естественно, они оказались весьма эффективны, так что рана, которая ещё вчера кровоточила, сегодня почти не доставляла беспокойства.

Сяо Люлань ещё не вернулся, поэтому Гу Цзяо решила сначала замесить тесто из последних остатков кукурузной муки. Это было единственное съедобное, что нашлось у них в доме.

Гу Цзяо нужно было придумать, как продать фазана в городе и купить немного еды для семьи. Главная загвоздка заключалась в том, что первоначальная владелица тела никогда не покидала пределов деревни, поэтому Гу Цзяо понятия не имела, как добраться до города.

Поскольку тесту нужно было время, чтобы подняться, Гу Цзяо взяла метлу и принялась подметать задний двор, коридор и свою комнату. В отсутствие Сяо Люланя она не стала заходить в его покои.

Вчера она выстирала всего половину вещей из шкафа; там осталось ещё несколько предметов одежды. Гу Цзяо достала их все и сложила в большой деревянный таз во дворе.

В ту эпоху мыло уже существовало. Первоначальная владелица видела его среди товаров на телеге у торговца, но большинство жителей деревни были бедны и не могли себе его позволить, поэтому они использовали мыльные орехи, собранные с деревьев.

Гу Цзяо разломала мыльный орех на кусочки и равномерно нанесла его на одежду. Затем она несколько раз ударила по одежде деревянной палкой, пока не образовалась ароматная пена, после чего приступила к многократному трению белья.

Мыльные орехи обладали менее выраженными чистящими свойствами по сравнению с обычным мылом, но стремление Гу Цзяо к безупречной чистоте одежды было невероятно сильным.

Настолько сильным, что она протерла небольшую дыру в своей нижней рубашке.

Гу Цзяо: «...»

К моменту, когда Гу Цзяо закончила стирку, она почти израсходовала оставшуюся половину бака воды.

Тем временем тесто уже поднялось. Помимо лапши, Гу Цзяо слепила несколько паровых булочек и поместила их в кастрюлю для приготовления на пару.

А Сяо Люлань всё не возвращался.

В этой деревне имелся всего два колодца. Старый колодец располагался в конце деревни, ближе всего к их дому, но он почти пересох. Гу Цзяо предположила, что Сяо Люлань, скорее всего, отправился за водой к новому колодцу, находящемуся у входа в деревню.

Он находился всего в нескольких десятках шагов от места, где Гу Цзяо вчера упала в воду. Обычному человеку потребовалось бы менее четверти часа, чтобы пройти туда и обратно. Но у Сяо Люланя были проблемы с ногой, к тому же он нёс тяжёлое ведро с водой, поэтому Гу Цзяо посчитала, что он должен вернуться не раньше, чем через два временных отрезка по четверти часа, но даже этот срок уже истёк.

Гу Цзяо постояла у печки, бросила взгляд в сторону входной двери, наконец, распахнула дверь и вышла наружу.

Гу Цзяо обнаружила Сяо Люланя под большим деревом акации возле старого колодца.

Его окружили несколько агрессивно выглядящих хулиганов. Ведро упало на землю, и колодезная вода разлилась по ней.

У каждого из хулиганов на голове красовалось по два куриных пера.

Древняя версия Шаматэ*?

Гу Цзяо осознала, что эти хулиганы происходят не только из их деревни, но и из соседних. Хотя они и проказничали целыми днями, но не заходили так далеко, чтобы убивать кого-то или устраивать поджоги. Тем не менее, они доставляли немало хлопот соседям и жителям деревни.

Костыль Сяо Люланя был отобран одним молодым хулиганом, которому на вид было всего 13 или 14 лет, но вел он себя чрезвычайно заносчиво.

Он толкнул Сяо Люланя на землю и направил костыль ему в лицо: «Сколько раз я тебя предупреждал? Никогда больше не попадайся мне на глаза! Ты что, чёрт возьми, глухой? Убирайся к чертям из деревни Цинцюань!».

Было очевидно, что у молодого хулигана ещё не полностью сформировался голос, но когда Гу Цзяо услышала его, то он показался ей до боли знакомым.

Молодой хулиган уже намеревался ударить Сяо Люланя костылем, поэтому Гу Цзяо, не раздумывая, быстро подошла к своему мужу, заблокировала удар рукой, а затем отвесила нападавшему пинок под зад.

«Ай! Кто, черт возьми, посмел меня ударить?» Молодой хулиган, получив пинок, обернулся с бранью, но внезапно потерял дар речи.

Гу Цзяо было всё равно, подавился он или нет. Она выхватила у него костыль, перехватила его руку и начала душить его шею.

Молодого хулигана душили так сильно, что он тут же взмолился: «Старшая сестра! Старшая сестра! Что ты делаешь!?»

Гу Цзяо замерла на мгновение.

Когда остальные хулиганы увидели, что их главаря избивают, они тут же бросились к Гу Цзяо.

Молодой хулиган сердито прикрикнул на них: «Все вы, чёрт возьми, стойте! Это моя старшая сестра!»

Хулиганы замерли как вкопанные.

Гу Цзяо... Гу Цзяо, наконец, вспомнила, кем был этот юный хулиган. Это был Гу Сяошунь, младший сын второго дома семьи Гу.

Гу Сяошуню было 13 лет. Он был самым младшим из внуков семьи Гу и единственным, кто по-настоящему был близок к первоначальной владелице тела. Его не смущало, что она была глупой и уродливой.

Возможно, причина крылась в том, что Гу Сяошунь тоже был непутёвым. Он не желал учиться и только и делал, что целыми днями бездельничал. Его братья и сёстры постоянно его ругали, а родители часто били. И только первоначальная владелица тела по глупости брала его за руку и угощала конфетами из собственного рта, говоря ему, что Сяошунь умеет драться, что Сяошунь очень хорош в этом.

Гу Сяошунь понимал, что Гу Цзяо вела себя так, потому что она была дурой, но и он не отличался особым умом.

Он просто полагал, что должен быть добрым к тому, кто добр к нему.

«Старшая сестра! Старшая сестра! Мне больно!» — жалобно воскликнул Гу Сяошунь.

Гу Цзяо отпустила его. Заведя его правую руку за спину, она притянула его к себе и безразлично спросила: «Зачем ты издеваешься над своим шурином?»

«Шурином?» Гу Сяошунь заподозрил, что ослышался: «Разве ты не просила меня побить его?»

«Я?» — недоуменно спросила Гу Цзяо.

«Да!» Гу Сяошунь посмотрел на Сяо Люланя и сказал, понизив голос: «Ты говорила мне, что тебе больше не нужен этот маленький калека. Ты просила меня избавиться от него, чтобы ты могла быть с Молодым Джентльменом Цинем!»

Ему казалось, что он говорит тихо, однако все присутствующие услышали каждое слово.

Глаза Сяо Люланя мгновенно стали холодными.

Хулиганы закатили глаза; они не могли спокойно смотреть на происходящее.

Гу Сяошунь продолжил: «Старшая сестра, ты ведь не забыла? Ты же сама мне это сказала!»

Гу Сяошунь не солгал бы ей, похоже, что первоначальная владелица тела действительно произнесла такие слова. Только вот сама прежняя Гу Цзяо совершенно этого не помнила, а вот её брат не упустил ни единого слова!

«Я просто... сказала это вскользь. Ты действительно воспринял это настолько серьёзно?»

Гу Цзяо почувствовала, что у неё начинает болеть голова.

«И что теперь?» — Гу Сяошунь понял, что, похоже, сделал что-то не так, и стоял, опустив голову, словно маленькая перепёлка.

__________________________________________________________

* Шаматэ - китайская субкультура молодых городских мигрантов, обычно с низким уровнем образования, с преувеличенными прическами, тяжелым макияжем, вычурными костюмами, пирсингом и т.д.

Перевод: Флоренс