Как переманить мужа на свою сторону Том 1 Глава 2

Так или иначе, он, несомненно, был неординарным человеком. Несмотря на свою одержимость мной и навязчивость, Цезарь без колебаний использовал меня как пешку в своей политической игре. Я знаю лишь, что он, возможно, считал меня своей очередной собственностью.

Три года назад, когда я только привыкла к мысли, что стала пятнадцатилетней Рудбекией, я совершила промах, отказавшись от договорной помолвки с герцогом Рембрантом. Зная, что впоследствии он сыграет ключевую роль в гибели моей семьи, я разорвала нашу помолвку в самый канун свадебной церемонии, сославшись на унизительную причину «телесной несовместимости». Я стремилась сделать всё возможное, чтобы защитить свою новую семью, которая относилась ко мне так хорошо, и остановить любого врага, который по сюжету мог бы выступить против них. Но когда я высказала своё нежелание выходить за него замуж, привычная доброта отца внезапно сменилась ледяным презрением, от которого тело сотрясалось от до боли знакомого страха. Той ночью Цезарь запер меня в моей комнате и бил меня до тех пор, пока я едва не потеряла сознание от боли.

События повторялись несколько раз, прежде чем до меня дошло, что между моей прошлой и нынешней жизнями нет никакой разницы. Возможно, частично это произошло благодаря осознанию того, что Рудбекия не была кровной дочерью отца. Биологическая мать Рудбекии, моя мать, была убита сразу после родов, ещё до того, как отец встретил свою вторую официальную любовницу, Кармен. Большинство окружающих меня уже подозревали, что я — его незаконнорожденная дочь, и, ну, поскольку историю я уже прочитала, знала — их подозрения были верны.

Носить маску и притворяться семьёй с теми, с кем я не разделяю ни капли общей крови, было уже привычным делом, учитывая опыт из прошлой жизни. И после того, как я стала Рудбекией, моя анорексия вновь дала о себе знать.

«Мне больно видеть, что ты уходишь тоже. Обещаю, это в последний раз», — сказал Цезарь.

«Но я слышала, что там опасно…»

«Опасно»? Тебя круглосуточно будет охранять легион элитных рыцарей, так что не о чем беспокоиться. И я постараюсь навещать тебя как можно чаще. Всё не так уж плохо. Везде есть свои плюсы. Просто думай об этом как о шестимесячном отпуске.

«Шесть месяцев»? Ты уверен, что только полгода?

Я уже точно знала, сколько времени на самом деле пройдёт, но всё равно притворилась удивлённой.

Он усмехнулся и обмотал локон моих волос вокруг пальца, поднося их к носу. «Да, просто продержись шесть месяцев. Он всё равно ничего тебе не сделает, так что не стоит волноваться».

Меня волновало не это.

«Ты правда будешь навещать меня как можно чаще?»

«Правда».

Я молилась, чтобы это оказалось не так.

Попытки убедить рыцаря, ставшего моим мужем, не убивать меня, на практике оказались так же сложны, как и в теории. Даже если бы я отказалась отравить его младшую сестру, для этого наняли бы кого-то ещё, а в итоге обвинили бы всё равно меня. Если я хочу помешать своему мужу отравить его сестру в течение следующих шести месяцев, мне нужно начать убеждать его и других людей в моём окружении, которые искренне меня не терпят, что перед ними безобидная девушка и, к тому же, их союзник. По крайней мере, это мало чем отличается от поведения, которое мне навязывали в предыдущих семьях.

Айзек и Омерта.

Как преемник легендарной боевой техники своего отца, он получил рыцарский титул в пятнадцать лет, а к семнадцати годам был удостоен звания самого молодого чемпиона королевства на знаменитом трехгодичном дуэльном турнире. Благодаря своим героическим подвигам в качестве паладина он стал ещё более известен и знаменит среди людей, но из-за своего упрямства и твёрдолобости отвергал любые предложения о женитьбе, что крайне не нравилось его отцу. Единственными женщинами, с которыми он был близок, являлись его младшая сестра, Элления ван Омерта, и его подруга детства, Флая ван Брайнна. Если я правильно помню, сдержанность Айзека была в основном связана со смертью матери. Его мать, некогда юная принцесса, была безумно влюблена в герцога, но, став герцогиней Омерта и родив ребёнка, покончила жизнь самоубийством ещё до совершеннолетия детей. По всей видимости, её смерть сильно повлияла как на Айзека, так и на Эллению. Люди верят, что душа самоубийцы должна испытывать вечные муки, поэтому смерть их матери, как следствие, стала запретной темой.

Честно говоря, с тех пор как я читала новеллу, прошло слишком много времени. Большинство событий сильно стёрлись из моей памяти. Хотелось бы вспомнить больше… Причина, по которой Айзек беспрекословно согласился на брак с Рудбекией, заключалась не в давлении со стороны отца, а в том, что Элления согласилась выйти замуж за второго сына отца — Энцо. Ватикан страдал от набегов варваров на северной границе, и, учитывая внутренние конфликты, остро нуждался в помощи. Получение элитных рыцарей Британии в качестве подкрепления — вот цель этого политического брака.

После объявления помолвки за ужином, мой отец неустанно работал, чтобы всячески подготовить все необходимое для бракосочетания. Британии был отправлен богатый приданой и целый ассортимент изысканных даров. После официального подтверждения нашей свадьбы, отец начал готовить меня к скорейшему отбытию в упомянутую страну.

***

Три года прошло, и я думала, что наконец-то привыкну, однако каждый раз, когда теперь смотрю на свое отражение в зеркале, передо мной предстает совершенно незнакомый образ.

Золотистым каскадом ниспадают спиралевидные локоны; голубые глаза сияют, подобно водной глади озерца; упругие щеки и нежные губы разительно отличаются от тех, что принадлежали моему прежнему телу. Единственное, в чем у нас есть хоть какое-то сходство, — это мои длинные волосы и миниатюрная фигура.

В детстве я всегда остро реагировала на собственную непохожесть на других детей, но, что довольно забавно, теперь иногда даже тоскую по своему старому облику.

– Моя милая доченька, – произнес отец с теплой, нежной улыбкой, заключая меня в свои объятия.

Мне было восемнадцать лет, и по меркам этого мира я уже считалась взрослой. Тем не менее, моему отцу все еще было свойственно относиться ко мне во многом, как к ребенку. К примеру, Цезарь часто усаживал меня к себе на колени и поглаживал по голове, будто я его любимый питомец.

– Ты будешь восхитительной невестой, дорогая. Север полюбит тебя.

– Отец…

– Ох, не стоит грустить. Не плачь, моя драгоценная. Мы ведь не будем в разлуке вечно.

Вопреки его словам, я искренне желала, чтобы эта встреча стала для нас последней. Слезы, конечно, текли по моим щекам, но это была лишь часть моей актерской игры.

Увидев мое нежное, заплаканное лицо, отец тихонько хихикнул.

– Я буду очень скучать по вам.

– Мы тоже, очень-очень сильно. Я бы с радостью отправил брата сопровождать тебя в пути, но, увы, сейчас это просто невозможно.

И слава богу. Я испытывала страшное волнение, видя, как посланники с Севера, подобные стервятникам, пожирают нашу семью взглядами. Неужели моему отцу совершенно безразличны будущие пересуды обо мне и Цезаре?

– Уа-а-а, я не могу смириться с этим бредом! Неужели я один так расстроен? Уа-а-а!

– Энцо.

– Уа-а-а… Иди сюда, глупышка!

Энцо, который пинал землю и дулся сам на себя, крепко обнял меня. Несмотря на его вспыльчивый нрав и все злодеяния, что он совершил, я никогда не чувствовала себя некомфортно рядом с ним. В каком-то смысле, он был единственным нормальным человеком в нашей семье.

– Я буду скучать.

– И я, глупая.

Продолжая бубнить под нос, он сжал меня еще сильнее, так что мне едва хватало воздуха.

Наблюдая за этой сценой, Цезарь подошел и разорвал нашу объятия.

– Достаточно, Энцо. Ты же не хочешь, чтобы она задохнулась?

Шесть месяцев…

Что произойдет после этого, было совершенно неясно, но в одном я была твердо уверена: если Цезарь погибнет, я не пророню ни слезинки.

Даже если всё семейство Борджиа будет истреблено, я не думаю, что буду сильно расстроена.

– Руби.

От прикосновения ледяной тыльной стороны ладони Цезаря к моим заплаканным щекам по спине пробежали мурашки. Я чувствовала, как его глаза, похожие на глаза гадюк, стремящихся меня задушить, смотрели прямо мне в душу.

Именно это меня и пугало. Этот страх заставлял меня подчиняться Цезарю. Во многом этот человек напоминал мне старшего брата из прошлой жизни.

– Цезарь, ты должен приехать ко мне в гости, услышал?

– Конечно-конечно. Обещаю. А пока веди себя хорошо, ладно?

«Как забавно порой проявляются инстинкты выживания»… вот о чем я размышляла в тот самый момент.

Несмотря на то, что я перевоплотилась и проживала даже более жалкую жизнь, чем прежнюю, я все равно всем своим существом стремилась к выживанию. Разве это не забавно?

Как бы люди с юга ни думали, на севере идут отнюдь не только снег и дождь.

Летом солнце ярко сияет, хотя погода при этом не бывает такой же знойной или влажной, как на юге. Проблема заключалась в том, что солнце можно было увидеть лишь в течение этого сезона.

Каждые три года границы страны раскрывались, и солдат из соседних государств приглашали принять участие в великом турнире поединков.

В ясные, солнечные летние выходные, огромные толпы детей собирались, чтобы понаблюдать за битвами кричащих мужчин, покрытых слоем пыли.

Лорд Иван взглянул на своих сверстников с одновременным чувством жалости и угрозы, а затем направился к человеку, который вел их.

– Могу я с вами немного поговорить?

Мужчина бросил свой меч на землю и, сняв шлем, наклонил голову.

Его заостренная челюсть и длинные ресницы казались нежными, почти ангельскими, что разительно контрастировало с агрессивным взглядом его алых, красно-глубоких глаз.

Его лицо, блестевшее от пота, угольно-черные от пыли доспехи и рост, превышавший два метра, создавали образ демона, только что вырвавшегося из самых глубин ада.