Как выжить в Академии (Новелла) Том 1 Глава 95 Выборы председателя студсовета (8)
Ранее в Как выжить в Академии (Новелла)...
Но именно такие мелочи и оказывались настоящей ценностью.
Люди удивительно хрупкие существа.
Высшая магия слушалась Люси почти так же свободно, как собственное тело. Даже величайшие гении прошлого могли бы позавидовать её дару.
И всё равно смерть одного человека причиняла такую боль, что дышать было неприятно.
Иронично.
БА-БАХ!
На площадке перед главным входом под ногами Люси прогремел взрыв. Дым взметнулся стеной, жар прокатился по дорожке. Она лишь махнула рукой — и всё разошлось в стороны, будто ветер смёл лёгкий пар.
— А я-то думала, неплохой ход.
Перед входом стояла Эльвира. Пока Люси добралась сюда через розовый сад, она уже успела обезвредить Белл Майя, старшую горничную резиденции «Офелис»; Трейсиану Блумривер, лучшую среди четверокурсников факультета магии; Дороти Уайтфельц, лучшую среди четверокурсников алхимического факультета; Дрейка Рейгерса, лучшего третьекурсника боевого факультета; и ещё четырнадцать старших горничных. На самой Люси не было ни царапины. После этого в резиденции не осталось никого, кто мог бы всерьёз рассчитывать на победу. Эльвира это знала.
Теперь путь ей преградила Эльвира — второкурсница алхимического факультета с магитехническими устройствами, реагентами и набором базовых заклинаний. Даже среди лучших студентов её прямые боевые способности никогда не считались выдающимися.
— Я думала, ты всё-таки разумнее, Люси.
Из-под полей шляпы на Эльвиру посмотрели холодные глаза. — Хотя нет. Ты ведь и сейчас кое-что контролируешь, верно?
Над резиденцией висела Пылающая сфера. В саду стояли десятки людей, остановленных во времени. Земля была покрыта магическими кругами. Со стороны происходящее выглядело абсолютным безумием.
Но у безумия Люси оставалась граница. Она разрушала ровно столько, сколько считала необходимым. Никого не убила. Даже там, где могла смести людей одним ударом, предпочитала временные тюрьмы. Если окончательно сорвётся, резиденция «Офелис», возможно, и правда перестанет существовать — однако до сих пор это оставалось последней мерой.
Тем временем студенты продолжали эвакуацию через задний выход. Младшие горничные выводили одну группу за другой. Эльвире не требовалось победить. Достаточно задержать Люси хотя бы ненадолго.
— Отойди.
Может быть, даже эта мысль была самонадеянной. Люси махнула рукой, словно убирала ветку с дороги. Заклинания не последовало. Плотная мана сама сложилась в ударную волну и рванула вперёд. Эльвиру впечатало в клумбу.
— Ах!... Кх!...
Разницу в силе она знала заранее. Поэтому настоящая ставка была сделана не на лобовую атаку.
Щёлк.
Возле входа вспыхнули спрятанные устройства. За колоннами, куда Люси до сих пор не смотрела, один за другим активировались контуры. Грубой силой Люси не одолеть. Значит, оставались законы и свойства маны.
Какой бы сильной ни была Люси, она всё равно жила в мире, подчинённом причинности. Под дождём одежда намокает. На ветру ткань колышется. При холоде тело теряет тепло. Вода при кипении превращается в пар. Только божество могло бы полностью выйти за пределы законов мира. Даже звёздная магия, способная изгибать привычный порядок вещей, не освобождалась от базовых принципов работы маны. И Эльвира решила не пересиливать Люси. Она решила выкачать из неё всю ману.
Теперь за колоннами можно было рассмотреть содержимое огромного рюкзака, который Эльвира притащила из тайной лаборатории. Десятки устройств. Даже Эльвира не сразу перечислила бы их все по памяти.
— Ха-а!
Эльвира вытерла рот, поднялась из клумбы и собрала остатки собственной маны. Она вытянула руку к Люси и стиснула пальцы. Все устройства разом ушли в перегрузку. Разделитель маны Крекса. Генератор шума. Стимулятор стихийной реверсии. Рука-крюк. Волновая сфера. Диск иллюзий. Очиститель маны Катлана...
На эти устройства уходил каждый свободный час с самого поступления в Сильванию. Занятия, эксперименты, чертежи, бессонные ночи — в них была собрана почти вся студенческая жизнь Эльвиры. Большая часть этих устройств вообще не предназначалась для боя. Их функции не имели друг с другом почти ничего общего. Но сегодня Эльвире не требовалось использовать каждое по назначению. Нужен был сам контур.
Первым стоял Разделитель маны Крекса — одно из самых дорогих ей изобретений. Эльвира без колебаний отправила его в перегрузку. Алхимия отличалась от обычной магии прежде всего подходом. Алхимик изучал саму природу маны: её свойства, потоки и взаимодействия. Одарённому магу иногда хватало одной чувствительности, чтобы интуитивно управлять силой. Алхимику полагалось понимать, что именно он делает и почему это работает. Для Эльвиры, лучшей студентки своего курса на факультете, в этом и заключалась суть профессии.
— Ну давай... попробуй пробить и это!
Из кармана полетел флакон с реагентом багрового кристалла. Люси мгновенно сжала руку, и стекло лопнуло ещё в воздухе. Эльвире только этого и требовалось. Жидкость всё равно распылилась.
Гу-у-ум... Бум. Бум.
Реагент багрового кристалла временно повышал текучесть маны — действовал примерно как смазка для магических потоков.
Любому магическому устройству для активации нужна энергия. Простая конструкция требует немного, тогда как сложная способна вытянуть значительную часть запасов пользователя. Более того, сама передача маны в искусственный контур далеко не идеальна.
Обычно реагент использовался для увеличения подвижности потока и облегчения передачи энергии в устройство. После обработки тот же объем маны проходил через искусственный контур заметно легче.
Это обычный вспомогательный состав. Для алхимиков — полезный расходный материал.
Сегодня Эльвира применила его не по назначению.
ГУ-У-УМ! ГУМ! ГУМ!
Перегруженный Разделитель маны Крекса начал втягивать энергию из окружающего пространства.
В своем обычном режиме устройство собирало ману вокруг и эффективно распределяло ее по подключенным механизмам. Однако, если снять ограничения и позволить контуру выйти из-под контроля, он превращался в ненасытный насос.
Теоретически, перегрузка должна была прекратиться, когда подключенные устройства насытились бы и начали работать в штатном режиме.
Только вот Эльвира подключила к разделителю почти все, что создала за годы своей учебы.
На расчеты не было времени. Устройства соединялись в общий контур наспех и грубо, без должной проверки эффективности.
Именно этого она и добивалась.
Нормальная работа не входила в ее план.
План заключался в одном: вытягивать ману.
Под воздействием реагента мана Люси стала гораздо более подвижной. Энергия хлынула в устройства так стремительно, что сдержать поток одним лишь контролем маны было практически невозможно.
Магическая техника вокруг разделителя начала сходить с ума.
Что-то взрывалось. Что-то выпускало иллюзии. Генераторы ревели, лампы вспыхивали, из корпусов шел дым, волны маны распространялись по саду.
Вся конструкция превратилась в безумную магическую фабрику.
Из-за хаотичных соединений эффективность была отвратительной.
И потому требовалось безумное количество энергии.
Даже гениальный маг не смог бы в одиночку обеспечить такой контур маной.
Если нельзя тягаться с противником по мощности, алхимик полагается на законы, управляющие маной.
Таков был расчет Эльвиры.
И он оказался верным.
Просто Люси находилась там, где верные расчеты переставали иметь значение.
ФУ-У-УХ!
Когда ману начало затягивать все быстрее, Люси не стала пытаться запереть поток или перекрыть отдачу.
Она поступила противоположным образом.
Выбросила еще больше.
Устройства не выдержали входящего объема.
Одно за другим они начали взрываться.
БАХ! БА-БАХ!
ТР-РАХ! БА-БА-БАХ!
За спиной неподвижной девушки в шляпе разлетались на куски изобретения, на которые Эльвира потратила почти всю свою академическую жизнь.
— Она... совсем с ума сошла?..
Эльвира машинально провела ладонью по ране и затаила дыхание.
Точной цифры Эльвира не знала, но порядок величины могла оценить.
Цифра получалась астрономической.
Такой объем не укладывался в стандартные академические модели для одного студента.
Из дыма на нее посмотрела Люси.
Лицо не выражало почти ничего — и именно поэтому Эльвира особенно ясно понимала: внутри нее сейчас клубится слишком много чувств одновременно.
Остановить ее было невозможно.
Вот где начиналось настоящее невозможное.
Разумный человек не тратит силы на заведомо невозможное.
Страх заставил Эльвиру отступить на шаг.
Затем она стиснула зубы и выпрямилась.
— Тогда хотя бы вход разнесу!..
Она начала формировать простое огненное заклинание.
Одного движения Люси хватило, чтобы впечатать ее в землю.
Вся развязка заняла меньше секунды.
— Кх!..
Эльвира прокатилась по мокрому мрамору. При падении она прикусила язык; во рту появился резкий металлический привкус.
Остановилась она почти у ног Люси.
Теперь ее глаза были видны совсем близко.
От одного этого взгляда тело сковал первобытный страх.
В этих глазах не было желания убивать.
Люси не собиралась причинять людям лишний вред. Если смерть не была необходимой, она не станет убивать.
И все же Эльвира почему-то была уверена: если смерть станет необходимой, эта девушка не остановится.
Мешать ей сейчас — чистое безумие.
Разум твердил об этом без всяких сомнений.
А рука Эльвиры все равно вытянулась сквозь дождь и обхватила Люси за щиколотку.
— ...
Люси ничего не сказала.
Эльвира заговорила сама:
— Пойдешь дальше... пожалеешь.
Это было не просто бессильное упрямство.
— Я понимаю, тебе больно. Но от этого мертвый человек не вернется... Подумай хотя бы о нем самом, прежде чем делать то, чего уже не исправить.
Люси молчала.
— Старший Эд... ведь тоже не хотел бы такого.
Дождь продолжал идти.
Его ровный шум заполнял весь сад и одинаково падал на людей, цветы, камни.
— Решу после того, как поговорю с Таней, — ответила Люси.
Она уже начала формировать «Временную тюрьму».
ДЗАНГ!
Меч мелькнул настолько быстро, что глаз не успевал проследить движение.
Люси он не задел.
Зато заставил ее отступить от Эльвиры.
Между ними вклинилась человеческая фигура. Следующий удар пришел сразу, и Люси пришлось одним прыжком уйти глубже в розовый сад.
Эльвира не могла даже нормально подняться. Она лежала на камне и только что держала Люси за ногу из чистого упрямства.
Теперь перед ней стоял парень с мечом.
— Я... реально ебанутый, — выдохнул он. — Наглухо, сука, ебанутый...
Длинные тёмные волосы прилипли к лицу, делая его ещё более мрачным, чем обычно. Под глазами залегли тёмные круги, веки дрожали. Клевиус Нортондейл. Лучший студент боевого факультета второго курса. Этот юноша, не сумевший справиться с кровью демона меча, своими руками убивший брата, был отвергнут семьёй и с тех пор жил, словно постоянно находился в тени. — Как... как это остановить?.. Что, чёрт возьми, я должен сделать против такого монстра?.. Сука... сука, сука... Разрыв в силах был абсолютным. Среди студентов Академии Сильвании не было никого, кто мог бы одолеть Люси Мейрил. Спроси хоть сотню человек — все в один голос скажут, что эта задача невыполнима. И они будут правы. Бежать было так просто. Люси не пыталась преследовать Клевиуса, да и не воспринимала его как врага. В её глазах он был слишком слаб духом и труслив. К тому же бегство давно стало его привычным способом выживания. Он убегал от судьбы, от испытаний, от проклятия собственной крови. Слово «трус» звучало в его адрес так часто, что почти перестало ранить. Сегодняшняя ситуация ничем не отличалась. Любой здравомыслящий человек предпочёл бы уйти. Никто не стал бы его за это осуждать. И всё же Клевиус вытащил меч. Из резиденции «Офелис» ещё не успели вывести всех студентов. Горничные также не завершили эвакуацию. «Лезть на рожон — чистое безумие». Эту мысль он повторял всю жизнь. Теперь она вновь всплыла в сознании, почти как готовая формула. Перед глазами возник розовый сад. Десятки застывших фигур — свидетельства поражений. Да, все они проиграли. Проиграли стихийному бедствию по имени Люси Мейрил. Но каждый из этих глупцов сначала шагнул ей навстречу, прекрасно зная, что потерпит поражение. Сплошь тупые идиоты. Кто-то шёл под удар, потому что был обязан защищать студентов. Кто-то — во имя справедливости. Кто-то — ради ещё более романтичного вздора, из-за которого люди обычно уходят на тот свет раньше срока. Эльвира, стоящая за его спиной, была такой же дурой. Она прекрасно понимала, что студентка алхимического факультета не сможет сдержать Люси в одиночку. И всё равно осталась. Клевиус ощутил непреодолимое желание уйти. Но ноги не слушались. Собственные ноги, будь они прокляты. — Т-ты... здесь не пройдёшь... сука!.. Победить его было невозможно. Тогда, возможно, получится хотя бы выиграть немного времени. Клевиус взревел и бросился в атаку. Он ринулся вперёд стремительно, подобно хищной птице. *Шух.* Люси взмахнула рукой. Сгусток маны ударил в него и отбросил к клумбе. Меньше секунды снова. — Клевиус... ты тупой идиот!.. — Эльвира стиснула зубы. Из клумбы поднялся дым. Люси коротко вздохнула, взглянула на лежащую Эльвиру и вновь направилась ко входу. Вставать у неё на пути было настоящим безумием. * * * *ДЗАНГ! ДЗАНГ!* *Фьюх!* Зикс Эфельштайн владел почти любым видом оружия. Если бы он поступил на боевой факультет, никто бы не удивился. Сейчас в его руке была декоративная рапира, снятая с каминной полки. Когда-то в поместье Ислан Зикс освоил церемониальную школу фехтования, а позже смешал её со своими собственными привычками и движениями, полученными в совершенно иной жизни. Уэйд едва успел отразить очередной удар. Он ожидал стандартных колющих атак, присущих рапире, но движения Зикса оказались поразительно свободными. «Нет... так не должно быть». Зикс не позволял оружию определять свой стиль боя. Поэтому привычных моментов для контратаки почти не возникало. Его манера сочетала в себе два совершенно разных опыта. Детство, проведённое среди диких северных степей, где выживание зависело от тела и инстинктов. И годы в поместье Ислан, где он познал цивилизованную жизнь и освоил аристократические манеры. Его фехтование получилось одновременно практичным и осмысленным. Оно не скатывалось в грубую драку, но и не было настолько подчинено учебнику, чтобы стать предсказуемым. Для Уэйда, который довёл до высокого уровня именно дворянскую школу меча, это стало настоящим кошмаром. Нет, не просто неудобством. Разрыв был настолько велик, что привычную базу пришлось бы перестраивать с самого начала. Уэйд тоже был силён. В обычном поединке немногие студенты могли смотреть на него сверху вниз. «Но есть шанс!» Зикс на мгновение перенёс вес влево, открывая свой бок. Уэйд мгновенно вложился в удар. *Фьюх!* *ДЗАНГ!* Его меч отлетел в сторону. Уэйд не понял, чем его отразили. В этой позиции Зикс физически не успевал подставить рапиру для защиты. Ответ пришёл через долю секунды. Ветряной клинок. Зикс не допустил ошибки. Он специально оставил свой бок открытым. Когда Уэйд осознал это, рукоять рапиры уже ударила его в шею. — Кх!.. Следом Зикс ударил его ногой в живот. Уэйд отлетел к стене, долго кашлял, затем заставил себя подняться. — Продолжишь? — Разумеется, старший Зикс. Он вытер рот и снова посмотрел на противника. Теперь разница в классе была очевидна. И было странно, что Уэйд забыл такую простую вещь. Зикс — маг. Меч для него — всего лишь дополнительный инструмент. Как только Уэйд это вспомнил, разница в классе показалась ещё более безнадёжной. Но Уэйд усмехнулся. — Думаете, я откажусь после такого? Старший Зикс, я живу ради схваток с сильными. Когда ещё выпадет возможность сразиться с таким противником с факультета магии? Он тихо рассмеялся и вновь поднял меч.— Давай. Рассмеши меня хорошенько.
Зикс несколько долгих мгновений смотрел на него.
Затем он медленно моргнул.
— Жалкое зрелище, Уэйд.
Улыбка на лице Уэйда задрожала.
— Тебе не нравится соревноваться. Ты любишь побеждать. И начинаешь действовать только тогда, когда видишь хоть какой-то шанс на выигрыш.
— Что вы сказали?
— Ты мыслишь мелко, Уэйд. Ответь мне на один вопрос. Если тебе действительно нужны самые сильные противники, почему ты выбрал именно меня из второго курса факультета магии?
Остриё длинной рапиры снова было направлено в грудь Уэйда.
— Лучшая студентка второго курса — не я. Это Люси Мейрил.
Эти слова попали точно в цель.
Зикс с самого начала видел его насквозь.
— Удобно назвать противника непобедимым и исключить его из списка, — продолжал Зикс. — Шансов ведь почти никаких. Да что там, ты и правда не сможешь её одолеть.
— Но это же... очевидно...
— Вот именно. На это ты и способен.
Рапира снова столкнулась с мечом Уэйда.
ДЗАНГ!
— Кх!...
Уэйд с трудом успевал отбиваться.
Зикс теснил его, не сводя взгляда.
— Держи рукоять крепче, трусливый ублюдок.
Уэйд впервые услышал от обычно сдержанного Зикса столь грубое оскорбление.
Возможно, это тоже было частью его тактики.
Хотя предупреждение прозвучало заранее, меч всё равно вылетел из руки Уэйда. Зикс воспользовался моментом его замешательства и нанёс удар ногой по плоскости клинка.
Дзынь! Дзанг!
Оружие завертелось в воздухе и с грохотом упало на пол.
Остриё рапиры остановилось у самой шеи Уэйда.
— Это...
— Ищешь оправдание? Или причину, которая позволит тебе признать поражение, но не считать себя проигравшим?
Зрачки Уэйда задрожали.
Оставалось лишь сдаться.
Продолжать сопротивление в такой ситуации было бы чистым безумием.
Конечно, существовали способы.
Можно было бы схватить клинок голой рукой и броситься вперёд. Можно было бы принять удар в плечо или бок, чтобы успеть поднять свой меч. Если заранее согласиться на серьёзную рану, вариантов вдруг становилось намного больше.
Но Уэйд слишком хорошо знал цену такого выбора.
Дальше его ждала только боль.
Страх оказался сильнее желания продолжать.
Он медленно поднял обе руки.
— Всё. Дальше ты не пройдёшь.
БА-БАХ!
ГР-Р-РУМ!
Со стороны главного входа послышался оглушительный грохот обрушения.
* * *
Это не было похоже на обычный удар мечом.
Скорее, будто в здание попал огромный снаряд.
Трудно было поверить, что одно движение клинка могло оставить такой след.
Опорная колонна у входа в резиденцию «Офелис» рухнула полностью.
Гр-р-рум... Бум!
Дым поднимался сквозь пелену непрерывного дождя.
Из клумбы вновь поднялся юноша.
Кровь стекала с его головы по лицу.
Он снова преградил путь Люси — и теперь в нём было что-то настолько мрачное, что назвать его человеком можно было лишь по привычке.
Мокрая чёлка прилипла ко лбу, закрывая глаза. Выражения его лица не было видно.
Одна нога, похоже, была травмирована: Клевиус согнулся, опустившись на одно колено. Обеими руками он крепко сжимал рукоять меча, всё ещё находившегося в ножнах.
Победить он не мог.
Значит, оставалось лишь тянуть время.
Только никто не мог гарантировать, что выигранное время хоть что-нибудь изменит.
Оставалось разве что ждать спасителя на белом коне, который явится из ниоткуда и одним махом решит все проблемы.
Даже Клевиусу эта надежда казалась слишком нелепой.
Дождь не прекращался.
Вход в резиденцию лежал в руинах.
Истекающий кровью демон меча замер перед ним, сжимая рукоять.
Ни привычного бранного слова.
Ни стука зубов от страха.
Сегодня Клевиус был непривычно тих, настолько, что эта тишина вызывала тревогу.
Казалось, само время замерло вокруг его согбенной фигуры.
Эльвира, лежавшая неподалёку, вдруг заметила, что и сама перестала дышать.