Лунное путешествие (LN) Том 7 Глава 3

Мы были слишком заметны.

Томоэ и Мио уже выглядели эффектно в своих традиционных японских нарядах. К ним добавлялся Рут, статный, красивый юноша в безупречном белом костюме. Насколько я понял, перед [людьми] он представлялся как Фалс, хотя проще всего было обращаться к нему по должности — гильдмастер.

В любом случае, находясь в такой компании, я тоже невольно становился объектом повышенного внимания.

Вид двух парней и двух девушек, гуляющих вместе, как правило, должен был бы наводить на мысль о двойном свидании. Однако я был совершенно уверен: никто даже не подумает о таком, увидев нас. Ибо Рут не отходил от меня ни на шаг, полностью разрушая любую иллюзию романтики. Именно поэтому Мио, идущая позади нас на несколько шагов, кипела в молчаливой ярости.

В последнее время она чаще держит злость в себе и гораздо реже кричит или распускает руки. Не понимаю, зачем ей понадобилось развивать подобное самообладание. Мне бы не хотелось, чтобы её репертуар гнева становился ещё разнообразнее.

Мы вчетвером направлялись к месту проведения жеребьёвки турнира — главного события Академического Фестиваля.

Хотя сегодня никаких особых мероприятий не планировалось, народу собралось невероятно много. На центральной улице, где обычно весьма просторно, теперь едва ли можно было протолкнуться. Тяжело поверить, что какая-то жеребьёвка привлекает стольких зрителей. Сам турнир начнётся только завтра, а сегодня должны были лишь представить участников. Очевидно, что завтра количество зевак будет только ещё больше.

Впечатляющая популярность.

Глядя на оживление вокруг, я, наконец, понял, почему на этой улице такая конкуренция и такая высокая арендная плата за размещение торговых лавок.

Я знаю, что это не делает меня хорошим торговцем, но, честно говоря, я даже рад, что открыл магазин Кудзунохи не здесь.

— Как же приятно вот так прогуливаться рядом с любимым человеком! — сказал Рут, одарив меня лучезарной улыбкой.

— Попридержи свои похотливые замечания при себе, господин гильдмастер, — гневно сказала Томоэ в ответ на его легкомысленные слова.

— Я ведь говорю от чистого сердца, — искренне ответил Рут.

— …Тем более, — со вздохом добавила Томоэ, — тебе бы не помешало подумать о том, как мы выглядим со стороны. Другими словами, не мог бы ты немного держаться подальше от Юного Господина?

— Я имею на это полное право. И я не намерен отказываться от него или отступать в сторону. У меня выдалось свободное утро, и я могу пойти, куда захочу и с кем захочу.

Ну и ну. Видимо, Рут испытывал немалый стресс из-за того, что его ежедневно приглашали то туда, то сюда в качестве одного из почётных гостей.

Накануне вечером, когда я пришёл в ресторан, все трое были уже изрядно навеселе. Я и раньше замечал подобное на банкетах с жителями Подпространства, но с началом Академического Фестиваля застолья стали ещё более шумными. Даже Рут, обычно легко переносящий алкоголь, был с раскрасневшимися щеками, и не мог сдержать свои хихиканья.

В какой-то момент в разгар веселья был проведён конкурс, чтобы определить, кто сегодня будет идти рядом со мной.

Поскольку любое соревнование с непосредственным применением физической силы могло обернуться неприятностями, решили выбрать более мирный подход. Сначала они хотели сыграть в «ударь-по-шлему» на «камень-ножницы-бумага», но, поняв, что избиение может стать слишком опасным, согласились остановиться на «смотри-сюда». Могу даже поаплодировать себе за столь мудрое решение.

[П.П.: Ох уж эти локальные приколы японских развлекух. Первое — перед участниками лежат молоток и каска, розыгрыш по правилам камень-ножницы-бумага, и победитель должен схватить молоток и ударить по маковке оппонента прежде, чем проигравший наденет каску. А второе и вовсе непереводимая хрень. あっちむいてホイ (Acchi Muite Hoi): Японская игра, которая также следует за камень-ножницы-бумага. То есть такой же розыгрыш, а дальше победитель указывает пальцем в одну из 4 сторон, а проигравший должен повернуть голову в ту же сторону, чтобы проиграть окончательно.]

И в итоге победил Рут. Его притязания на это «полное право» были вполне обоснованными, и двое проигравших теперь безропотно шли позади нас.

По какой-то непонятной причине, судя по обрывкам разговоров прохожих, со стороны создавалось впечатление, словно Рут направляется на представление участков в сопровождении двух красавиц, а я назойливо к нему липну. Чистейшая клевета!

Достаточно было просто посмотреть на выражение лица Рута, чтобы понять, что это совсем не так. [Люди], научитесь, наконец, воспринимать реальность такой, какая она есть, чёрт возьми…

Пока мы шли к месту проведения жеребьёвки, я вспомнил свою встречу с Сайрицу.

— Выходит, в Союзе Лорель действительно используют кандзи? — спросил я. — Значит ли это, что они в какой-то степени и японский язык понимают?

По дороге я рассказал Руту о встрече с Сайрицу из Лореля. Похоже, он неплохо разбирался в этих вещах и непринуждённо отвечал на мои вопросы.

— Именуемые «Письменами Мудрецов». Помимо самих иероглифов, используется и японский язык, однако он значительно видоизменился в сравнении с земным.

— Вроде региональных диалектов?

— Не совсем, тут всё несколько замысловатее… У меня есть более удачный пример. Подобно вульгарной латыни на Земле.

[П.П.: Сложно поставить сравнение в родном культурном поле, но думаю будет корректно сравнить с церковно-славянским. А так да, вариативность латыни и использования её разновидностей в творчестве в частности довольно известная штука. Взять в пример «Божественную комедию» Данте Алигьери, где «комедия», это не про посмеяться, а противопоставление «трагедии». Трагедия — повествование на Классической Латыни для мужей учёных, а комедия — произведение на «низком готике» для плебеев.]

— …Что это должно значить?

— Возможно, термин «разговорная латынь» будет понятнее? Язык, на котором сейчас говорят лишь учёные. Примерно в таком духе.

— Я совершенно не знаком с подобными терминами. С какими же японцами ты общался?

— Сам он утверждал, что он вполне нормален, — ответил Рут.

На мой взгляд, я тоже всё ещё в пределах обыденности. Незнание различий некоторых малоизвестных языков — это ведь нормально, разве нет?

Аналогия Рута не внесла ясности, поэтому я решил прояснить для себя ключевой момент.

— Ладно, неважно. Скажи вот что: если я буду говорить по-японски, есть вероятность, что меня поймут?

— Ты опять не желаешь самостоятельно мыслить, — Рут ответил со вздохом. — Тебе следовало бы искоренить эту привычку. Лучше обстоятельно размышлять над вопросом и приходить к собственным, пусть и не идеальным, заключениям, нежели слепо следовать за кем-то другим. Это позволит тебе испытывать меньше сожалений. Что касается твоего беспокойства о понимании японского языка, то не должно быть никого, кто смог бы понять его в совершенстве. Таким образом, пока тебя не услышит герой, тебе не о чем переживать. В Лореле для общения с иномирцами применяется уникальная форма телепатической связи. В большинстве случаев духи почти немедленно даруют благословения, позволяя иномирцам говорить на Всеобщем Языке. Из-за этого у выходцев из других миров остаётся мало возможностей использовать здесь свой родной язык.

— Понятно. Значит, единственные, кто может понимать японский язык в этом мире — это иномирцы… И раз уж ты упомянул, теперь мне любопытно узнать об этой уникальной телепатии.

— Кстати, именно тот способ телепатии послужил основой для передовой телепатической техники, применяемой демонами… Ты уже беседовал с генералами демонов, не так ли? Неудивительно, что это вызвало у тебя интерес, — заметил Рут.

— Ах, да… — ответил я, будучи слегка озадаченным.

Как и ожидалось, он владеет обширными знаниями.

— Если уж на то пошло… — Рут продолжил свою мысль, но в этот момент…

— Юный Господин! — Мио прервала его. — Мне только что попалось это блюдо, и вкус оказался превосходным. Тебе обязательно стоит попробовать!

Мио с самого начала нашей прогулки искала лавки с едой, приобретая всё подряд. Если она выделила именно это из всего, что успела попробовать, значит, это должно быть нечто особенное. Я принял её предложение.

— Благодарю, Мио. Твои рекомендации всегда попадают в точку, я с удовольствием отведаю.

— Да-да!!! — воскликнула она, и её лицо озарилось радостью, когда она протянула мне лакомство. Оно подавалось в треугольном контейнере, до краёв наполненном золотисто-коричневыми кусочками размером с большой палец. Пикантный маслянистый аромат достиг моих ноздрей — явно что-то жареное.

Я взял одну из шпажек с нанизанными на неё кусочками и поднёс ко рту.

Хрустящая панировка и нежное мясо внутри, с текстурой, напоминающей куриное филе. Вероятно, это были нарезанные, сочные кусочки рёбер или нечто подобное, обжаренные во фритюре. Тесто содержало идеальное количество специй, придававших ему восхитительный вкус, а солёность была безупречно сбалансирована. Мне очень понравилось.

Я поймал себя на мысли, что не отказался бы добавить цитрусовую нотку, например, немного лимонного сока, который я всегда любил добавлять к жареной курице. Хотя и так блюдо было весьма достойным.

— Выглядит весьма аппетитно. Малышка Мио, найдётся ли уголок и для меня? — Рут спросил, заглядывая в мой контейнер.

— Скорее небеса рухнут, чем у меня найдётся хоть что-то для тебя, извращенец! И не смей называть меня малышкой Мио… А-а-а?!..

Прежде чем Мио успела завершить свою реплику, Рут выхватил шпажку из моего контейнера и отправил обжаренный кусочек себе в рот.

— А, уважаемый Райдо, я позаимствую шпажку, — небрежно произнёс он. — Хм-м, интересно. Мясо само по себе обычное, но мне никогда ранее не доводилось пробовать приготовленное именно таким образом. Вкусно.

Столь стремительная кража шпажки с мясом произвела на меня впечатление. При этом Рут куда-то покосился и почему-то обратился ко мне по псевдониму. Вероятно, он заметил кого-то, перед кем было бы неудобно называть меня по имени. Вот же наблюдательность у этого извращенца.

— …Ты желаешь умереть прямо сейчас или предпочтёшь умереть немедленно? — прорычала Мио, её голос стал низким и угрожающим.

Мио. Это же одно и то же.

Заметив, что она уже дрожит от ярости, я попытался её успокоить.

— Да ладно, Мио. Аромат был настолько потрясающим, что можно простить и такой небольшой промах. Благодаря тебе я нашёл новое любимое блюдо.

— Любимое блюдо!!! В таком случае, в следующий раз я непременно позабочусь, чтобы оно оказалось на столе! Я обязательно его приготовлю! — возбуждённо заявила Мио.

— Буду ждать с нетерпением. А, тогда… — я уже собирался озвучить пожелание, возникшее после первой пробы, но Мио с улыбкой меня опередила.

— Я добавлю лимонную соль или юдзу для аромата. Так вам бы понравилось больше, верно?

[П.П.: Юдзу — естественный гибрид мандарина и лимона, распространенный в юго-восточной Азии.]

— …Ага.

Откуда она узнала? Было ли это так заметно по моему лицу? Это даже немного смущает.

Рут, на этот раз, не стал вмешиваться. Вместо этого он стоял молча, устремив взгляд куда-то вдаль. Странное поведение для него.

— Уважаемый Гильдмастер, почему вы вдруг замолчали? — наконец нарушила молчание Томоэ, которая молча ела такое же жареное мясо рядом с Рутом.

Благодаря тому, что Мио предложила мне перекусить, наш строй изменился. Вместо того, чтобы идти парами — двое впереди и двое сзади — мы теперь шли вчетвером, бок о бок.

— Просто немного предался воспоминаниям. Однажды мой партнёр попросил меня приготовить жареное куриное филе. Помнится, я тогда изрядно намучился, пытаясь приготовить что-нибудь из этого мяса. Он похвалил меня, сказав, что получилось очень похоже на то, что он ел в Японии… Тогда я почувствовал себя расстроенным.

— Тебя же похвалили, не так ли? Разве это не должно было тебя порадовать? — спросила Томоэ с искренним любопытством.

— Я пытался в точности воспроизвести тот самый вкус, который он хотел, но так и не смог полностью оправдать его ожидания. Вот почему это меня расстроило, — сказал Рут. — Вас ведь, наверное, тоже раздражает, когда говорят «ты прямо как самурай» или «ты похожа на самурая», а хочется услышать просто «ты самурай»?

— …Есть такое, — задумчиво ответила Томоэ, кивая в знак согласия с его рассуждениями.

— Юный Господин, — жизнерадостно заговорила Мио, не обращая внимания на грустную атмосферу, потянув меня за рукав. — Давайте проверим, что найдётся в том ларьке!

— Ладно, хватит, — вмешался Рут, останавливая её. — Победил я, малышка Мио. Теперь ты с Томоэ пойдёте впереди. Сегодня я буду единственным, кто будет сопровождать Макото. И соблюдайте порядок даже внутри зала жеребьёвки, хорошо?

— Гр-р…

— Скотина…

Томоэ и Мио недовольно цыкнули в унисон, прежде чем двинуться вперёд. Как бы они ни возмущались, они умеют держать слово, когда это действительно важно.

Вскоре мы увидели пункт назначения. В компании этих троих время пролетело незаметно. Шики, вероятно, прибыл на место проведения жеребьёвки раньше нас. Нужно поскорее встретиться с ним.

До сих пор не было никаких признаков того студента, который так дерзко объявил мне войну прошлым вечером. Учитывая, насколько Томоэ и Мио сегодня не в духе, я очень надеюсь, что он не объявится именно сейчас.

На мероприятии наверняка должны найтись те, кто узнал бы в Руте гильдмастера, но я подумал, что раз он здесь сегодня не как официальное лицо, будет уместно представить его просто как личного друга, если кто-нибудь спросит.

Интересно, как дела у моих славных учеников. Вряд ли они нервничают уже на этапе жеребьёвки, но после того, как я с такой уверенностью заверял Рембрандта, я не могу избавиться от чувства некоторого беспокойства. Если они будут выглядеть слишком расслабленными, мне придётся их встряхнуть как следует.

…Поводов для тревоги хватает. Но и чему порадоваться тоже есть. Я не могу позволить себе проявить слабость перед моими учениками, поэтому буду вести себя уверенно.

С таким настроем я вошёл в зал проведения жеребьёвки.

***

Первым делом мы встретились с Шики, который ждал нас у входа, а затем направились в комнату, где уже находились Дзин и остальные.

Рут тоже намеревался пойти с нами, но как только мы прибыли, он исчез, сказав что-то нелепое о том, что «уступает меня Томоэ и Мио», поскольку «вспомнил о важном поручении».

Откровенная ложь.

У него здесь явно была какая-то своя цель. Если бы я задал ему правильный вопрос, он, возможно, и рассказал бы мне, в чём дело, но до тех пор он ни за что не даст мне прямого ответа.

Впрочем, пока его нет рядом, нет смысла ломать голову над этим.

Следуя за Шики, мы добрались до комнаты ожидания, где собрались Дзин и остальные. Томоэ с явным интересом начала рассматривать моих учеников, и, вероятно, их немного смутил её внимательный взгляд. Не самое приятное чувство — когда тебя оценивает посторонний человек.

— Так-так, значит, это и есть студенты Юного Господина. О, а вас двоих я уже видела на портретах! Вы, должно быть, дочери уважаемого Рембрандта, — с улыбкой сказала Томоэ, обращаясь к Сиф и Юно.

Непринуждённое поведение Томоэ резко контрастировало с напряжёнными лицами учеников.

— Д-да! Приятно познакомиться! Я Сиф Рембрандт!

— А я её младшая сестра Юно! С вами очень приятно познакомиться!

Обе сестры ответили весьма живо. Хоть они и видели Томоэ впервые, наверняка, слушали о ней от отца не раз. В отличие от остальных пяти, они выглядели не столько напряженными, сколько возбужденными.

— Великолепный ответ! Как и следовало ожидать от семьи Рембрандтов. Поскольку это наша первая встреча, то я... — начала Томоэ.

— Вы, должно быть, госпожа Томоэ и госпожа Мио из компании Кудзуноха, — уверенно перебила Сиф, приветствуя обеих сразу. — Наш отец много рассказывал о вас. Для нас большая честь наконец-то познакомиться с вами.

Странно. Обычно я первая заговариваю в подобных ситуациях, особенно когда волнуюсь.

— Надеюсь, он не обвинял нас в чрезмерной жадности, — с улыбкой ответила Томоэ. — В любом случае, приятно осознавать, что вы знаете наши имена. — Особенно моё, хотя я бываю в Циге не так часто, как Мио.

— Отец всегда называл вас обеих двумя столпами, которые поддерживают наставника Райдо и компанию Кудзуноха, как в делах, так и в личной жизни, — ответила Сиф.

— Поставить меня на один уровень с Томоэ — это одно, но назвать нас двумя столпами? Что ж, полагаю, я соглашусь с этим… Ваш отец прекрасно понимает суть вещей, раз не включил в столпы того мужика, — сказала Мио, бросив многозначительный взгляд на Шики.

Мио, ты совершенно не скрываешь своего соперничества с Томоэ. И неужели действительно необходимо подкалывать Шики, глядя ему прямо в лицо?

— По сравнению с вами двумя я всего лишь ученик, — ответил Шики с теплой улыбкой и смиренным поклоном. — Уважаемая Мио прекрасно управляет филиалом в Циге, а уважаемая Томоэ курирует внешнюю торговлю. Благодаря вам обеим, я смог оставаться рядом с господином Райдо и многому научиться у него. Я благодарен за каждый день этой возможности.

Мио, конечно, проводит много времени в Циге, но она же всё время только что-нибудь готовит, да носится туда-сюда между Циге и Подпространством? И, кажется, в перерывах она помогала каким-то авантюристам… но «управляет филиалом»?.. Томоэ же постоянно слоняется по всему свету в поисках японских времён года. Она собирает информацию через лесных духов, которых рассеяла по всему континенту, но «внешняя торговля»? Впервые слышу.

Что до меня, то скорее это я учился управлению бизнесом от Шики, чем наоборот.

Шики, не стоит заходить так далеко в своей вежливости. Если ты не найдёшь способ время от времени давать волю чувствам, ты можешь снова сорваться, как тогда, когда пропал Лайм. Будь осторожен.

Я повернулся, чтобы обратиться к остальным членам группы.

«Дзин, Абелия, Даэн, Митра, Идзумо. Это ваша первая встреча с Томоэ и Мио, двумя моими самыми верными последователями», — написал я, представляя их оставшейся пятёрке.

— Я Томоэ. Прошу любить и жаловать, — сказала Томоэ, кивая со своей обычной самоуверенностью.

— Мио, — лаконично представилась вторая.

Серьёзно? И это всё? Слишком очевидно, что их заинтересовали только Сиф и Юно. 

Несмотря на столь краткое представление, ученики последовали примеру Сиф и Юно, ответив вежливыми поклонами. Вероятно, они просто повторили за ними. Вряд ли они способны оценить истинную силу Томоэ и Мио. Внешне они вовсе не производят грозного впечатления, да и скрывают свои способности они мастерски.

— Эм, наставник. Вы назвали их своими самыми надёжными последователями, а как же господин Шики? — резко спросила Абелия, что, вероятно, проистекало из её обожания.

«Как сам Шики сказал ранее, он всё ещё находится в процессе обучения. Если говорить о ведении бизнеса, он является одним из самых надёжных сотрудников компании. Однако, когда дело доходит до общих способностей, включая атакующие и защитные навыки для устранения угроз во время транспортировки грузов и закупок, он пока не может сравниться с этими двумя».

— Атакующие… навыки?.. — недоверчиво пробормотал Даэн, просто отказываясь принять этот факт.

— Шики уступает? — иронично усмехнулся Идзумо следом, словно он тоже находил эту идею абсурдной, при этом на его лице появился нервный тик.

— …Кошмар, — лаконично завершил Митра.

Похоже, все трое рисовали в воображении ужасающие картины после моих слов.

— Кстати, — вмешалась Томоэ, — если вы учитесь у Юного Господина, то должны понимать, что уровни и цифры сами по себе не решают исход битвы, не так ли?

С чего это вдруг она заговорила об уровнях?

— …

Пятеро студентов молча кивнули. Сестры Рембрандт отреагировали на это чуть быстрее остальных.

Ха-ха, вот как. Должно быть, Рембрандт рассказал им об уровнях Томоэ и Мио. 

— К чему это я. Уровень, на который вы все полагаетесь как на абсолютный показатель силы, в лучшем случае является просто мерилом того, сколько вреда кто-то причинил другим. Он не отражает истинную силу напрямую. Есть пример, когда человек первого уровня без особых усилий справляется с двумя противниками с уровнем выше тысячи, — объяснила Томоэ.

— …?!

Все семеро учеников разом пришли в смятение. Несмотря на то, что мои лекции уже вывели их за рамки общепринятого мышления, такие экстремальные цифры всё равно застали их врасплох.

Томоэ, воодушевлённая восхищением своих учеников, продолжила с улыбкой.

— Всё верно, — подтвердила она, хихикая. — Теперь я понимаю, почему Юный Господин и Шики обратили на вас внимание. Вам ещё многое предстоит освоить, но потенциал у всех вас отличный. С нетерпением буду ждать ваших выступлений на поединках.

— …Хм. Ничего привлекательного. — Вмешалась Мио своим холодным и пренебрежительным тоном. — Они ведь ещё неоперившиеся птенцы. Их матчи будут не лучше детских игр в песочнице.

Мио… Возможно, с твоей точки зрения это так, но неужели нельзя быть немного сдержаннее в выражениях?

— Охо-хо. Тебе стоит попробовать найти радость в преподавании, — ответила Томоэ, качая головой. — Лучше завтра насладись уличной едой и не мешай своими капризами Юному Господину.

В таком случае, неужели Томоэ сама познала «радость преподавания», измываясь над лесными ограми? В любом случае, приятно видеть, что она получает удовольствие от обучения. Надеюсь, это поможет ей перестать смотреть свысока на тех, кто слабее.

— Я никогда не стала бы мешать Юному Господину! — возразила Мио резким и возмущённым тоном.

Возможно, когда Мио начнёт учить кого-нибудь готовить, она тоже придёт к этому пониманию. Сейчас же она полностью поглощена собственным обучением и тренировками.

«Вы обе, прекратите спорить», — вмешался я, чувствуя, что назревает стычка между Томоэ и Мио. — «Берите пример с Шики. Кстати, Шики, насчёт того, что мы обсуждали…»

Основная причина моего сегодняшнего визита — предупредить Дзина и остальных о наглом студенте, который появился вчера и угрожал моим ученикам. Поскольку я попросил Рембрандта не беспокоиться, я не могу допустить никаких непредвиденных проблем. Поэтому необходимо заранее проинформировать моих учеников, которые стали мишенью.

— …Да, — ответил Шики. — Я уже кратко их проинформировал. Как выяснилось, тот студент является вторым сыном семьи Хоупрайз — одной из трёх самых влиятельных семей Лимии, имеющей кровные узы с королевской семьёй. Хотя он пока не имеет права наследования, его личные достижения сделали его столь же известным, как и его старший брат.

«Да уж, важная шишка. Хотя его поведение совершенно не соответствует статусу».

Влиятельная аристократическая семья в Лимии, где дворянство обладает особой силой? И ко всему прочему, второй сын. Если бы глава семьи или старший сын отправились на войну, их жизни могли бы оказаться под угрозой, поэтому к такому, как он, кто идёт следом, тоже относились с особой заботой.

В Лимии, похоже, существовала традиция, согласно которой главы знатных семей или их наследники отправлялись на передовую во время войны, исполняя свой дворянский долг, рискуя жизнью. Однако нынешняя война с демонами является первым крупномасштабным конфликтом за долгое время, поэтому ещё неизвестно, насколько строго эта традиция соблюдается.

Значит, это очень влиятельная фигура. Лимия, семья Хоупрайз…

Изначально я планировал позволить Дзину и остальным разобраться с этим самостоятельно, но теперь ситуация выглядит немного более сложной. Возможно, с ним будет не так-то просто справиться…

Если он прибегнет к крайним мерам — наймёт убийц, использует яд или поведёт себя нечестно за пределами арены — мне придётся вмешаться лично.

— Похоже, у вас есть талант привлекать неприятности, наставник Райдо, — заметил Дзин с ноткой фатализма на лице.

Не мог бы ты, пожалуйста, перестать делать вид, что ты уже ко всему привык?

«Дзин, твоё бесстрашие достойно восхищения», — написал я с улыбкой. — «Как, вероятно, уже упоминал Шики, вам придётся самостоятельно справляться с мелкими неприятностями… Кстати, я слышал, что вы все успешно прошли отборочный этап, но, как я полагаю, никто из вас не показал всего, на что способен, не так ли?»

— Конечно. Мы легко выиграли отборочные бои. Нам не пришлось продемонстрировать даже половины наших сил, — все семеро самодовольно выпятили грудь, на их лицах появилось самодовольное выражение. Учитывая их высокий уровень по сравнению с другими участниками, это не было неожиданным результатом.

«Превосходно. Вы все молодцы», — написал я.

Наступила тишина.

«Что такое? Вам не приятно, когда вас хвалят?»

— Обычно, когда наставник хвалит нас, это значит, что скоро что-то произойдёт, — осторожно сказал Дзин, робко подняв руку, словно отвечал на уроке.

Надо же, как они меня настороженно воспринимают.

В любом случае, мне нужно понаблюдать за их выступлениями на турнире, чтобы решить, стоит ли набирать новых учеников, поэтому на этот раз придётся проявить некоторую строгость. Хотя говорить такое после похвалы немного грустно.

«У тебя хорошая интуиция, Дзин. Я знаю о ходе отборочного тура только с ваших слов, но даже так очевидно, что ваши способности значительно превосходят способности других», — написал я.

И снова тишина.

«Именно поэтому я решил ввести определённые ограничения. Шики сейчас объяснит правила, которым вы должны будете следовать во время участия в основном турнире».

На столь масштабном фестивале, куда стекаются бесчисленные гости, принятие заявок от всех желающих не могло проходить в замедленном темпе. Участники основного турнира давно были определены ещё на стадии подготовки к фестивалю. Чтобы привлечь внимание почётных гостей, требовалось сначала проявить себя должным образом в стенах Академии.

Я поручил Шики передать ученикам составленный мной перечень запретов. Их лица мгновенно напряглись, а от некоторых даже послышались стоны.

Было совершенно очевидно, что им нет никакого смысла демонстрировать всю свою мощь на турнире такого уровня, который, без сомнения, уступает моим лекциям. Поэтому на этот раз они будут сражаться с некоторыми ограничениями.

— …Вы шутите? — переспросила Абелия, заметно побледнев.

Как невежливо. Разумеется, я говорю серьёзно.

«Несомненно. Завтрашние поединки мы будем наблюдать всей компанией: Шики, Томоэ, Мио и я. С нетерпением жду этого».

Итак, мои дела здесь были завершены.

Томоэ одарила их многозначительной улыбкой, в то время как Мио лишь бросила на них мимолетный, пренебрежительный взгляд. Пожалуй, стоит поручить Шики присмотреть за учениками. Если тот влиятельный аристократ попытается предпринять какую-нибудь низость, будет весьма кстати иметь рядом кого-то, кто гарантированно сможет с этим справиться.

Тем не менее… Сначала Лорель, затем Айон, а теперь и Лимия. Такими темпами, чего доброго, скоро и из Гритонии кто-нибудь объявится. Если все четыре великие державы заявятся одновременно, я просто не выдержу.

Что ж, думаю, пора уходить и заняться другими делами.

— Господин Шики, подождите?!

— Наставник Райдо действительно был серьёзен?

— Естественно. Он даже не думал шутить на этот счёт.

— Ужасно. Он поистине внушает страх…

— Наставник мог бы хоть словом обмолвиться о наших вчерашних нарядах.

— Как и говорила мама, если мы сами не предпримем инициативу, то можем так и не узнать его мнения.

Как только наставник Райдо вместе с Томоэ и Мио покинули помещение, все разом заговорили, словно прорвало плотину. И, в целом, я был солидарен с их мнением. Но не кажется ли этим сёстрам Рембрандт, что они слишком беззаботны?

Сначала какой-то идиот из рода Хоупрайз решил пристать к нам с криком «Эй, ученики Райдо!» и, по сути, объявить нам войну. Затем наставник как бы невзначай обмолвился, что у него был какой-то конфликт с ним, но справляться с любым давлением или препятствиями нам придётся самостоятельно. А теперь нам говорят, что на главном турнире мы должны сражаться не в полную силу… Хотя, нет. Кажется, нам велели выкладываться по максимуму, но использовать не всю свою мощь. Он и вправду совершенно не вписывается в рамки здравого смысла.

Выступление учеников на турнире напрямую отражается на их наставнике. Большинство инструкторов настаивали бы на победе своих подопечных любой ценой, но только не наш наставник. Вместо этого он наложил на нас ограничения.

И это не просто рядовой турнир. Результаты будут обсуждаться в Академии в течение всего последующего года. Для некоторых курсов это может даже повлиять на дальнейшие карьерные перспективы после окончания обучения.

Могло ли быть так, что семейство Хоупрайз уже оказало давление на наставника, вынуждая его ограничить силу, которую мы можем проявить?.. 

Нет, вряд ли. У меня сложилось ощущение, что он с неподдельным интересом наблюдает за тем, как мы будем справляться с этим испытанием.

Возможно, сейчас как раз и наступает тот самый решающий поворотный момент. Тот, что определит, достигну ли я своих целей, к которым так стремлюсь.

— Дзин, что тебе запретили? — спросила Абелия.

— Мне запрещено использовать два клинка, — ответил я. — А как насчёт тебя, Абелия?

— Он сказал мне не зачаровывать мои стрелы и лук, — поведала Абелия, подозвав остальных поближе. — Вполне ожидаемо, ведь я принадлежу к дивизиону магов, так что могу пользоваться только посохом. А вам что?

— Мне запрещён тот приём, который я недавно решил применить на Цвай, — пробормотал Митра. — Моя козырная ультимативная техника под запретом? Жестоко. Теперь в моём арсенале осталась лишь несокрушимая защита…

— Мне запретили использовать двойное усиление, — пожаловался Даэн. — Просто хоть плачь.

Бедняга Даэн, остаётся лишь посочувствовать. По сути, в схватке один на один самыми сильными среди нас являемся либо я, либо он. Это ограничение фактически лишило его главного козыря — особого вида магии, который был жизненно важен для его боевого стиля.

— Мне запретили использовать «мобильную магию». Я наконец-то довёл эту технику до уровня, пригодного для реального боя, и планировал продемонстрировать её здесь… — с явной досадой произнёс Идзумо.

Жестоко. Идзумо вложил всю душу в освоение техники применения заклинаний на ходу. Он кропотливо совершенствовал её методом проб и ошибок под руководством наставника и господина Шики. Он настолько гордился своей новой техникой, что даже придумал ей название «мобильная магия». 

Слабым утешением остаётся лишь тот факт, что наставник не запретил ему использовать язык заклинаний, которому нас обучил господин Шики, но запретить технику, ставшую буквально сутью Идзумо… Для него это, должно быть, стало огромным моральным ударом.

— Меня ограничили использованием только одного вида оружия, — поделилась Юно.

В сущности, это исключает её невероятную многогранность.

— Мне запретили «комбинированную магию». Я не могу применять одновременно магию земли с огненной стихией, — добавила Сиф. — А я так надеялась наконец-то продемонстрировать всем, насколько полезна может быть магия земли...

Ну вот, он запретил её самые сильные атаки. Хотя и без этого Сиф всё ещё сможет показать впечатляющую огневую мощь, что лишь подчеркивает её крутизну.

Похоже, каждому было запрещено использовать новые техники или боевые стили, которые они отточили за летние каникулы — то, к чему их направляли наставники.

— Мог ли наставник пойти на это из-за давления со стороны семьи Хоупрайз? — Идзумо озвучил ту же обеспокоенность, что на мгновение промелькнула и у меня.

Остальные переглянулись с тревогой, явно разделяя ту же мысль.

— Это невозможно, — категорично опроверг Шики, продолжая спокойным тоном. — Господин Райдо упомянул, что этот турнир — отличная возможность для всех вас, особенно учитывая, насколько вы в последнее время расслабились… В конце концов, некоторые из вас тратили всё своё время на болтовню с сотрудниками нашего магазина.

Ух… И не поспоришь. Нас поймали с поличным. Оставалось лишь склонить головы в молчаливом раскаянии.

Шики слегка кашлянул и продолжил.

— Так что, воспринимайте это как небольшой экзамен и покажите себя.

Экзамен? Звучало как-то подозрительно. Лучше сразу прояснить такие моменты.

— Э-э, господин Шики, что вы имели в виду под «экзаменом»? — осторожно спросил я. — Это... немного вызывает беспокойство.

— Ох, чего это я… Кажется, я сболтнул немного лишнего, — ответил Шики.

Лишнего, да? Сомнительно. Не думаю, что Шики способен на такую оплошность. Скорее всего, он с самого начала планировал нам это сказать.

— Этот экзамен… как-то связан с ограничениями от наставника и турниром? — поинтересовался я. Не уверен, что моя догадка верна, но спросить стоило.

Лицо Шики просияло удовлетворением, словно он только ждал именно этого вопроса.

— Что ж, ладно. Но пусть это останется только между нами, не говорите господину Райдо, хорошо? Если вы все хорошо покажете себя в этих условиях, господин Райдо намерен набрать новых студентов на свои лекции после окончания фестиваля. Надеюсь, вы и сами понимаете, что это значит?

Набрать новых учеников?

Я слышал, что на лекции наставника Райдо было невозможно попасть даже для пробного участия. Значит, он планирует возобновить приём заявок? И это может означать... Неужели наше обучение подходит к концу?!

— Э-э-э... Значит, нас бросают?.. — нерешительно спросил Идзумо.

Идзумо, научись читать атмосферу, прежде чем выдавать такое! А если он кивнёт, что тогда?

— Конечно, нет. Скорее наоборот, в таком случае вам придётся в полной мере начать использовать все техники и знания, которым вас до сих пор учили.

— Значит… нам больше нечему учиться?.. — влез Даэн.

Даэн, серьёзно, и ты туда же?!

— Вот уж это точно не так, — возразил Шики. — Хм, похоже, вы так и не поняли. Господин Райдо считает, что пора переходить к следующему этапу ваших занятий.

— ?!

Он глубоко вздохнул, слегка огорчённый нашей непонятливостью, и разъяснил ситуацию:

— Вот почему он хочет, чтобы вы все научились сражаться, не раскрывая всех своих карт в бою. Вместо этого, налагайте на себя ограничения, глубже анализируйте и ещё больше совершенствуйте свои навыки и силу. Например, скрывая свой козырь.

Мы молчали.

— Если все семеро из вас успешно справятся с этой задачей, господин Райдо намерен принять новых учеников и хочет, чтобы вы помогли в их обучении. Это даст вам возможность переосмыслить всё, чему вы научились до сих пор. И уже после этого, как мне сказал господин Райдо во время обсуждения дальнейших планов, он хочет перевести лекции на следующий этап.

Независимо от того, сколько бы усилий мы ни прилагали, мы оставались настолько далеки от наставника, что едва ли были пылинками на его фоне.

Получить признание от кого-то подобного… Никогда бы не подумал, что это может оказаться настолько приятно.

Пока я медленно переваривал слова Шики, глубоко внутри меня поднималась волна силы. Я невольно стиснул зубы, из глубины груди по всему телу пробежала дрожь, а на лице расплылась несдерживаемая улыбка.

— Разумеется, я тоже возлагаю на всех вас большие надежды, — добавил Шики с тёплой улыбкой. — Поэтому прошу вас сделать всё возможное, чтобы господин Райдо возобновил приём заявок для новых учеников. Сейчас вам стоит уделить время подготовке, так что я вас покину. И да… если у вас потом найдётся свободное время, позвольте мне угостить вас ужином.

С этими словами Шики покинул комнату.

Значит, у тех занятий есть ещё следующий уровень… Мы подошли к тому моменту, когда нас испытывают на готовность приступить к нему.

Показать хороший бой. Продемонстрировать всё… на что мы способны.

— М-мне не следовало спрашивать. Так разволновался, что аж живот свело. Чуть не обделался.

Пока мы все преисполнялись решимости, Митра расслабленно выдал абсолютно неуместные слова. Вернее, скорее от излишнего напряжения, но содержание…

— Понимаю твои чувства, Митра, — с кривой улыбкой произнесла Абелия. — После всего сказанного, не осталось ни малейшего намерения относиться ко всему спустя рукава. Это будет непросто.

— Мы не имеем права показывать жалкие поединки, — твёрдо заявил Даэн. — Давайте перекусим с господином Шики, а после соберёмся снова, чтобы всё обсудить.

Даэн был прав. У нас ещё оставалось время, и я хотел использовать каждую секунду с максимальной пользой.

— Сестрёнка, смотреть будут не только наставник, но и Томоэ с Мио! — воскликнула Юно. — Не говоря уже о том, что папа и мама тоже придут. Разве это не потрясающе!? От одной мысли голова идёт кругом...

— Раз уж мы зашли так далеко, остаётся только пройти через это. В каком-то смысле я уже смирилась с этим испытанием... — ответила Сиф.

Создавалось впечатление, что сёстры Рембрандт изрядно нервничали из-за такого состава зрителей. До прибытия наставника Райдо они оставались более-менее расслабленными, но теперь всё изменилось.

Кстати, кое-что из слов наставника всё никак не давало мне покоя. Я уже собрался озвучить свои мысли вслух, но Абелия оказалась быстрее.

— Слушайте, Сиф, Юно. Всё хотела спросить.

— О чём же, Абелия? — отозвалась Юно.

— Что-то не так? — подхватила Сиф.

— Эти двое с наставником — Томоэ и Мио. Они действительно сильнее господина Шики? Я понимаю, что с моей стороны это может быть излишне самонадеянно — судить об этом, учитывая, что я не в состоянии хотя бы приблизительно оценить уровень силы даже самого господина Шики, но я не думаю, что существует много людей его уровня...

…Меня опередили.

Сёстры переглянулись и кивнули, прежде чем ответить.

— Если наставник Райдо так сказал, то наверняка так и есть. Нам не известен уровень господина Шики, поскольку он не зарегистрирован в Гильдии Авантюристов, но что касается этих двоих... Глаза Сиф буквально остекленели, когда она бесцельно уставилась в горизонт.

— Папа сначала просто велел нам обращаться к ним со всей вежливостью, а рассказал сильно позже… Они обе весьма знамениты в Циге — настолько, что их знает каждый, — добавила Юно с пылающим взором.

Прославились в каком-то захолустном городке? Звучит как-то скромновато для приближённых наставника Райдо.

И только после того, как они взяли с нас клятву сохранить это в тайне, они переглянулись, словно набираясь решимости, и кивнули друг-другу.

— Их уровень свыше полутора тысяч, — произнесли они в унисон, и среди нас повисла тишина.

Хотя эти простые слова были сказаны шёпотом на понятном всеобщем языке, они никак не укладывались у меня в голове.

Что они только что сказали?

***

— У вас довольно страшное выражение лица, принцесса Лили. Мне показалось, что вы хотели поговорить со мной. Я угадал?

— Уважаемый Фалс. Не будете ли вы, как глава Гильдии Авантюристов, любезны объяснить, почему вы связались с тем самым торговцем?

После расставания с Макото, Рут встретился не с кем-нибудь, а с Лили, принцессой Гритонии. Он предстал перед ней не как Великий Дракон, а как глава Гильдии. Дракон Мириадов Цветов был известен принцессе именно под именем Фалс.

Встретившись взглядами у самого входа в зал, они обменялись ничего не значащими приветствиями, после чего Рут ускользнул от группы Макото, чтобы встретиться с ней в уединённом месте. Только после того, как он воздвиг барьер, чтобы пресечь любые потенциальные попытки подслушивания или наблюдения, начался настоящий разговор.

— О, так вам известно, что он торговец? Вообще-то, он один из моих новых любимчиков, — ответил Рут с дразнящей улыбкой.

— Меня не особо волнует ваша бесцеремонная манера речи, но пустой болтовни терпеть я не намерена. Уважаемый Фалс, что вас с ним на самом деле связывает?

На шутливое заявление Рута, которое было совершенно неуместно в разговоре с принцессой, Лили вновь задала вопрос о его истинных намерениях, не пытаясь скрыть недовольства на лице. Её манера речи тоже была довольно резкой для разговора с тем, кто обладал нешуточным влиянием на весь мир.

— Я не вру, он действительно мой любимчик, — ответил Рут.

— Торговая компания Кудзуноха поддерживается Гильдией Авантюристов? — прямо спросила Лили.

— Разумеется, нет. Гильдия Авантюристов не поддерживает ни одну страну или фракцию. Мы в равной степени сотрудничаем со всем, кто поддерживает искателей приключений.

Рут озвучил один из основных принципов Гильдии Авантюристов. И, разумеется, в его словах не было лжи.

— Ясно… К слову, о той женщине по имени Томоэ, которая работает в их компании. Герой моей страны выразил сильное желание сделать её своей. Её сила неоспорима, и мне, как принцессе, трудно отказать герою в этом желании. Но она решительно отказала ему. И шансов переубедить её не предвидится… На данный момент я была бы рада любой информации, которой вы сможете поделиться. Я не вправе оставлять без внимания тех, кто выступает против наших интересов. Смогу ли я раздавить их своей властью?

— Герою Империи приглянулась Томоэ. Необычное у него, однако, предпочтение... — с ноткой иронии произнес Рут. — Ответ на ваш запрос — нет. Выступление против компании Кудзуноха равносильно объявлению полномасштабной войны демонам. Даже для могущественной Гритонии, я бы настоятельно не рекомендовал такой шаг.

— Они связаны с демонами?!

— Это всего лишь сравнение. Я лишь пытаюсь донести, что они представляют собой аналогичный уровень угрозы. У вас уже имеется достаточно козырей для достижения ваших целей. Тратить силы на второстепенные задачи — не самый мудрый подход.

— Я признателен за ваш совет. Но все же… мне не свойственно игнорировать то, что уже привлекло мое внимание. Значит, сила компании Кудзуноха простирается дальше, чем просто Томоэ…

Рут воздержался от прямого упоминания о связи Макото с демонами. Лили же, со своей стороны, не верила, что глава Гильдии Авантюристов поделится с ней действительно ценной информацией. Она погрузилась в раздумья, пытаясь выудить из его слов хоть крупицу смысла.

— Кстати, к слову пришлось… — с веселым настроением добавил Рут, — Вы в своем уме, находясь здесь в столь ответственный момент? Ведь на носу разгар вашего «фестиваля войны», не так ли?

— …Это не проблема, — кратко ответила Лили. — Кстати, уважаемый Фалс… возможно, мы с вами куда более схожи, чем кажется на первый взгляд.

— Ха-ха, вы так считаете? Сомневаюсь. В отличие от вас, я не движим жаждой мести. Просто у меня есть свои собственные цели, и путь к их достижению временно пересекается с вашим, не более того.

— …Что касается меня, то я предпочла бы не наживать в вашем лице врага, — призналась Лили. — В конце концов, вы своевременно предоставили информацию о предательстве Софии и кольцах демонов. Почему бы вам не раскрыть мне свои истинные намерения? Возможно, я смогу вам чем-то помочь.

Ее слова были искренними. Несмотря на свою прямолинейность, этот гильдмастер не раз оказывал ей помощь, предоставляя ценные сведения и дельные советы… Тот факт, что он несколько раз ее выручал, был неоспорим. Но он не был союзником. Неопределенность в отношении его подлинных целей вызывала необъяснимое беспокойство.

Рут, однако, не выразил согласия.

— Если возникнет такая необходимость, я однажды поделюсь ими. А пока, вам вместе с вашим героем следует сосредоточиться на построении вашего идеального мира. Что касается меня, до тех пор, пока вы будете продолжать поддерживать искателей приключений, я намерен сохранять наши нынешние отношения.

— «До тех пор, пока я продолжаю поддерживать искателей приключений», значит… — эхом повторила Лили.

— Именно… Неважно, кто они и где находятся, главное, чтобы они поддерживали искателей приключений и признавали Гильдию, и тогда я буду их союзником. Что ж, думаю, мы еще встретимся в скором времени, хоть и не здесь. Прощайте.

Улыбнувшись на прощание, Рут проскользнул за грань возведенного им барьера, не утруждаясь его развеять, и бесшумно исчез. Лили ничего не оставалось, кроме как с недоумением наблюдать ему вслед. И тут ее глаза расширились от внезапного озарения, вызванного его последними словами, произнесенными с многозначительной улыбкой.

— «Неважно, кто и где»… То есть, ты не только не союзник Империи, но и [людей]. Ты хотел сказать, что будешь союзником даже полулюдям или демонам, если они будут поддерживать авантюристов?

Лили с силой сжала губы.

— …Именно он стал инициатором первого контакта, полностью понимая мои цели. Он по собственной инициативе рассказал мне о существовании колец, подавляющих силы Богини, и предупредил о предательстве Софии, Истребительницы Драконов. Именно благодаря его помощи Империя смогла успешно вести эту войну.

Вспомнив это, Лили решила отбросить сомнения по поводу его истинных мотивов. Вместо этого она сосредоточилась на достижении ближайших целей.

Главный приоритет сейчас — захват Крепости Стелла. Если на этом турнире не найдется достойных талантов, мне следует как можно скорее вернуться в Империю. На данный момент сотрудничество Фалса с Райдо представляется положительным фактором. Пока его интересы совпадают с моими, ему будет невыгодно позволять нам предпринимать что-либо против компании Кудзуноха. Вероятно, именно в этом кроется причина, по которой он предоставил мне всю эту информацию.

На этот раз я непременно захвачу крепость Стелла.

В глазах Лили разгорелась пламенная решимость победить в предстоящем сражении.