Мастер меча, охватывающий звёзды (Новелла) Том 1 Глава 1 Мальчик из трущоб
Огни мерцали, разрывая тьму ночи.
Это был темный переулок города, ярко освещенный посреди окружающей темноты.
Одна сторона пути, пронзающего город, дремала, в то время как другая тихо поднимала голову.
Это было сосуществование двух миров, которым не суждено было слиться.
И только сейчас люди, скрытые яркими огнями города, могли проявить себя.
Переулок, наполненный резкими голосами торговцев и шумными пьяницами.
Среди оживленной толпы одиноко стоял юноша со светлыми волосами.
— Впечатляет...
Перед ним располагалась кузница, а над ее входом висел искусный клинок.
Изящный, сверкающий меч, демонстрирующий свою утонченность всем прохожим.
Единственный предмет в этом грязном переулке, излучающий собственный свет.
И этот свет, исходящий от клинка, проникал в сердце юноши сквозь глаза, зажигая нечто глубоко в его душе.
— ...
Его ноги уже погрузились в грязь от долгого стояния на одном месте, но парень не обращал на это внимания.
— Опять задумался?
Кто-то приблизился к нему, не отрывающему взгляда от меча.
— Влад, ты в курсе, что в последнее время ведешь себя несколько странно? Из-за этого и поползли слухи.
Несмотря на ее изношенную одежду, девушка с пышными рыжими волосами все равно казалась слишком яркой для этого захудалого переулка.
Юноша взглянул на нее безразличным взглядом.
— Ну и что? Все равно сегодня нет никаких дел
— Как это нет? Ты что, собираешься заниматься только тем, что прикажут мадам и Хорхе?
Рыжеволосая раздраженно подняла ладони перед его лицом.
— Видишь? Из-за постоянного мытья посуды руки находятся в воде так долго, что скоро появится экзема. Разве у девушки, чья главная ценность – это красота, должно быть такое?
[Прим. ред. *Экзема – воспалительное незаразное заболевание кожи. Характеризуется появлением сыпи и волдырей, зудом, жжением, шелушением].
— Зачем ты тычешь ими в меня? Ты мешаешь.
Влад поморщился и отстранил ее руки.
— Это один из немногих моментов спокойствия в моем шумном дне. Не мешай.
— Хм-м...
Ответ юноши мог показаться несколько пренебрежительным, но рыжеволосая девочка, казалось, не возражала. В конце концов, выжить даже с незначительными повреждениями в суровом переулке было бы непросто.
Вместо этого она внимательно вгляделась в его лицо и наклонилась, словно проявляя заботу, прошептав ему на ухо:
— ...Ты все еще слышишь голоса, когда берешь в руки что-то вроде палки?
— ...
Девушка нахмурилась, увидев его молчаливое подтверждение.
— Интересно, какой грех ты совершил в прежней жизни, чтобы тебя внезапно поразила молния.
Слухи распространялись даже по этим вечно шумным задворкам.
И последнее время все только и говорили о светловолосом юноше, в которого, ни с того ни с сего, попала молния.
— Да еще и черная!
— Если хочешь меня задеть – убирайся отсюда.
Несмотря на его холодный тон, девушка лишь поджала губы.
«Нужно терпеть»
В таких местах могли выжить лишь те, кто умел контролировать свои эмоции.
— Влад, может, хватит? Пора возвращаться.
Потому что сейчас было не время для этого.
— Хватит болтаться без дела, иди в лавку. Епископ ведь не одобряет такие вещи.
— Какие вещи?
Девушка хитро улыбнулась, когда он наконец оторвал свой взгляд от меча.
— Знамения.
Она подошла ближе, будто опасаясь быть услышанной.
— Он раньше был инквизитором. Если он заподозрит что-то неладное – тебя отправят на костер.
— Эй, ты!
Влад оттолкнул ее и потер ухо.
— Ты мне в ухо плюнула?
— Не могу поверить.
Она возмущенно уперла руки в бока.
— Все шепчутся у тебя за спиной, а ты стоишь здесь, как истукан. О чем ты вообще думаешь? Тебя же могут забрать в церковь!
Влад промолчал.
Она была права.
И говорила это не из злого умысла, а из-за своего беспокойства.
— Я просто… еще немного посмотрю.
— Да возьми в долг! Сколько он вообще стоит?
Девушка фыркнула.
— Это ведь просто меч какого-то переулочного кузнеца.
— Пять золотых.
— Оу. Тогда рассматривай дальше.
Рыжая замерла с открытым ртом.
— На эти деньги можно прожить год, ничего не делая!
Возможно, она и не осознавала истинную ценность меча, но отлично знала, сколько стоят пять золотых.
5 золотых.
Таких денег здесь не видели уже много лет.
Даже если бы они копили их всю жизнь — кто-нибудь бы их попросту украл.
— Имея такие деньги, можно было бы…
Но их мысли прервал резкий окрик.
— Эй, вы там! Не загораживайте вход!
Хозяин выскочил из кузницы.
— Не для таких, как вы, этот меч создан!
Его голос скрипел, словно металл, тертый наждаке.
Глаза, привыкшие к отблескам кузнечного огня, всегда казались прищуренными.
— Если не для нас, то зачем тогда вешать его здесь, старик?
Рыжая крикнула в ответ.
— Мы, может, и не так давно здесь, но ты — самая настоящая переулочная крыса!
— Ах ты… мелкая стерва!
Кузнец сплюнул, узнав ее.
— Марш пол мыть, соплячка!
— Соплячка?! Я уже взрослая!
Девушка, несмотря на свою миниатюрность, выпрямилась с гордым видом.
— В следующем году я дебютирую! И тогда за один вечер смогу заработать на твой меч!”
Ее улыбка была не соблазнительной, а скорее дерзкой.
— Может, куплю его и буду колбасу им резать?
— Ты… сумасшедшая шлюха.
Старый кузнец, вложивший столько труда в создание своего меча, вздрогнул при мысли, что им будут резать сосиски.
— Таким, как вы, я его не продам!
— Тогда зачем вывешивать его в трущобах? Совсем с ума сошел?
— Ребята, хватит…
Влад поморщился.
— Пошли, Земина. Старик, мы уходим.
— И чтобы ноги вашей тут больше не было!
— Лучше бы делал гвозди, а не рыцарские мечи! Тебе же скоро помирать!
— Ты…!
Влад, видя, что спор затягивается, схватил Земину за шиворот и потащил прочь.
— Именно потому, что мне скоро помирать, дрянь!
Старик дрожал, а его гнев не утихал, даже когда рыжеволосая девушка исчезла.
— Вот же, гнилая тварь! Настолько переполнена ядом, что, вероятно, именно поэтому все еще не умерла от голода.
Старик вспомнил маленьких беспризорников, которые холодным зимним днем бродили по улицам с единственным одеялом.
Трое детей, которые делили тепло одного одеяла, выжили не из-за чьей-то жалости, а потому что глотали всю грязь и подлость этого переулка.
— Сколько еды я тебе тогда отдал, чертова сука...
Взгляд старика упал на следы в грязи.
Глубокие отпечатки ног — мальчик стоял здесь очень долго.
— Идиот... Тебе нужно о еде и выживании думать...
Старик вздохнул и вернулся в кузницу.
— Глупый щенок…
Он снял меч и начал полировать его тряпкой.
— Мечтать в таком месте — безумие.
Но, несмотря на слова, движения его рук были бережными.
— Я-то знаю.
Морщины вокруг глаз дрогнули.
Когда-то он и сам был молодым кузнецом с мечтами.
Но реальность затянула его в эти переулки.
Черные волосы стали седыми. Те, кто родился здесь, редко выбирались.
Старик, мальчик за дверью, даже этот меч — все они были частью одного и того же мира.
Но кузнец все еще мечтал.
— Не позволю своему последнему клинку сгнить в этом месте.
Он поднял меч, и свет отразился от лезвия.
— Продам только тому, кто сможет отсюда уйти.
И снова повесил его на виду — единственную яркую точку в грязных трущобах.
Он был единственной сияющей звездой в темном переулке, похожем на ночное небо.
А мальчик за стеной, хоть и стоял по колено в грязи, смотрел на меч с глазами, полными звезд.