Меч Рассвета Том 1 Глава 1008 «Чудо»

«Мировой Змей» и бронепоезд «Железный Скипетр», выполнявший задачу по охране, мчались по параллельным путям. Обе боевые машины уже миновали равнинную местность и несколько минут назад вторглись в горный район, расположенный недалеко от Теневых Топей. Цепи невысоких гор стремительно проносились за окнами вагонов, а дневной свет стал заметно более тусклым, чем прежде.

Мэриленд приблизился к окну. Всё видимое небо за стеклом было теперь затянуто железно-серыми облаками. Слабенькие солнечные лучи с трудом пробивались сквозь них, разливая в глубине туч какое-то тревожное, мертвенно-бледное сияние. За окном выл ледяной ветер. Вдалеке вздымались снег и пыль, формируя зыбкую, мутную завесу. За этой завесой не наблюдалось ни единой души.

Это была типичная безлюдная зона северного пограничья, и подобные пустынные пейзажи встречались здесь повсеместно.

К тому же, нынешняя пасмурная погода последних дней тоже была совершенно обычным явлением.

Однако смутное беспокойство не покидало Мэриленда. Он и сам не мог точно определить источник своих тревожных ощущений. Но опыт, закалённый в многочисленных боях, никогда не позволял ему игнорировать подобные «предчувствия». Он твёрдо придерживался идей великого учёного Фармана из Первой династии Анзу, которому принадлежит знаменитое изречение: «За всякой интуицией стоят знаки, упущенные поверхностным сознанием».

Это чувство тревоги не могло возникнуть на пустом месте. Несомненно, вокруг происходило что-то неладное, чего он пока не замечал, но что уже уловило его подсознание. Сейчас весь его многолетний опыт, накопленный в ситуациях жизни и смерти, бил тревогу на подсознательном уровне.

— Генерал, — стоявший рядом адъютант заметил мрачное выражение лица Мэриленда, которое после успешно выполненной боевой задачи выглядело особенно неестественно. — Что-то случилось?

— Воздушная разведка ничего не обнаружила? — нахмурившись, спросил Мэриленд. — Есть ли какие-либо вести от наземных разведгрупп?

Адъютант был несколько озадачен, не понимая, отчего командир вдруг задаёт эти вопросы именно сейчас, но всё же немедленно ответил:

— Пять минут назад была связь, всё в норме. Мы уже вошли в зону прикрытия дальнобойной артиллерии высоты №18. Тифонцы уже обожглись здесь однажды и вряд ли осмелятся повторить ту же ошибку.

Он сделал короткую паузу и продолжил:

— Кроме того, от «Драгунов» только что поступило сообщение: облака над нами сгущаются, что уже затрудняет визуальную разведку, они снижаются.

— Облака… — машинально повторил Мэриленд и вновь перевёл взгляд на плотные тучи в небе. Внезапно ему показалось, что и форма, и цвет этих туч выглядят какими-то неестественными, не похожими на природные. Тревога мгновенно взлетела до предела. — Что-то здесь не так… Передайте «Драгунам», чтобы внимательно следили за движением в тучах. Тифонцы могут использовать их для проведения воздушной атаки!

Адъютант слегка расширил глаза. Он быстро выполнил приказ, но затем с ноткой сомнения обратился к Мэриленду:

— Разве это возможно, командир? Даже под прикрытием облаков летающие маги и грифоны не должны стать соперниками для «Драгунов»…

Мэриленд не дал ответа. Он лишь пристально смотрел на небо за окном. Из железно-серых туч начали падать снежинки, и всего за десять с небольшим секунд они стали падать всё гуще и чаще. Вой ледяного ветра за окном становился всё яростнее. Слово молнией пронеслось в мозгу Мэриленда: «Буран».

В этот самый миг ему вдруг пришла в голову мысль, казавшаяся одновременно нелепой и леденящей: зимой на севере снег и ветер — обычное дело, но что, если… тифонцы с помощью некой могучей, чудотворной силы создали этот буран искусственно?

И что, если этот буран — не просто буран?

— Командир! — внезапно громко доложил техник, находившийся рядом. — Бортовые магические сенсоры вышли из строя! Все датчики подавлены!

— Свяжитесь с базой в Теневых Топях! Запросите воздушную поддержку от специальной эскадрильи «Драгунов»! — без малейших колебаний приказал Мэриленд. — Похоже, у нас возникли серьёзные неприятности!

.....

Ветер выл снаружи защитных куполов. Ледяные, неистовые воздушные потоки на большой высоте, настолько свирепые, что даже мастера высшего ранга не решились бы сунуться в них, несли с собой остро заточенные, как лезвия, кристаллы льда. Густые облака, подобные непролазной, вязкой грязи, клубились со всех сторон. Каждый их перекат доносил едва слышный рёв и низкое бормотание. Это была среда, абсолютно непригодная для человеческой жизни, и даже могучие боевые грифоны с трудом смогли бы летать в таких облаках. Однако Кремелент совершенно не ощущал ни давления, ни какого-либо ущерба от этой свирепой погоды. Напротив, в самом сердце бури он чувствовал себя как никогда свободно и комфортно.

Более сотни боевых магов, летевших рядом с ним, и ещё более многочисленные рыцари-грифоньеры выглядели столь же непринуждённо.

Ужасный ветер и низкая температура, казалось, сами собой обтекали этих тифонских воинов. Густая, почти осязаемая сила, присутствовавшая в облаках, ничуть не сковывала их движений. Кремелент летел сквозь бешено несущийся ветер и плотные тучи, и облака не только не заслоняли ему взор, но, наоборот, словно дополнительная пара глаз, позволяли ему ясно видеть всё как внутри, так и снаружи облаков.

Он слегка снизился, и у кромки облаков его взгляд остановился на сесильских летающих машинах, что вились вдалеке. Периферийным зрением он также охватывал бронепоезда, ползущие по земле. Бескрайняя магическая энергия пульсировала вокруг, и с каждым вдохом он ощущал, как сила наполняет его тело. Такого он не испытывал за все минувшие десятилетия своей службы мага.

Это был один из чудотворных обрядов Бога Войны — «Великое Воинство в Шторме».

Как маг, Кремелент не обладал глубокими познаниями в деталях культа Бога Войны. Однако, будучи эрудитом, он, по крайней мере, был знаком с этими известными обрядами и мифологическими сюжетами, которые за ними стояли. Среди повествований о множестве великих деяний Бога Войны, одна глава описывала Его облик и поступь следующим образом: Он шествует в буре, и нечестивцы со страхом взирают на Него, видя лишь исполина в серых латах, стоящего посреди урагана. Для обычных людей этот исполин невидим; лишь вездесущий шторм служит Ему плащом и знаменем. Храбрые следуют за этим знаменем, и в буре им даруются неиссякаемая мощь и три жизни, что в конечном итоге приводит их к предначертанной великой победе.

Ныне же эти маги и рыцари-грифоньеры, что летят в снежном буране, готовясь к воздушной атаке, — это и есть те самые «храбрецы» из притчи.

Кремелент сделал глубокий вдох, чувствуя, как бурлит в его теле магия, и активировал заклинание связи:

— Рассредоточиться! Группам — следовать плану! Приблизиться к летающим машинам! Сперва сбивайте эти чертовы машины, а с передвижными крепостями сесильцев разберемся потом!

Боевые маги и рыцари-грифоньеры, находящиеся в облаках, стремительно начали выполнять приказ командира. Смешанными небольшими группами они стали приближаться к тем летающим машинам, которые были видны им предельно ясно. К этому времени буран уже полностью сформировался.

В завесе из воющего ветра, клубящихся облаков и ледяной водяной взвеси видимость стремительно ухудшалась. Такая скверная погода начала мешать нормальному полету «Драгунов». Чтобы противостоять все ухудшающимся небесным условиям, патрулировавшие воздух машины одна за другой включали дополнительную защиту среды.

Еще более плотные и массивные, чем обычно, купола засветились вокруг каждого летательного аппарата. Силовые жилы машин гудели, перенаправляя больше энергии в системы защиты и стабилизации. «Драконьи крылья» по бокам конических корпусов слегка втянулись, и на их кромках зажглись дополнительные рунные блоки. Более мощные заклинания благословения ветра и сродства со стихиями были наложены на эти огромные стальные машины. Под действием временных чар аппараты, болтавшиеся в воздушных потоках, постепенно обрели устойчивость.

Командир эскадрильи «Драгунов» крепче сжал рукояти управления и с максимальным вниманием вглядывался в окружающее пространство. Как опытный рыцарь-грифоньер, он выполнял полеты и в плохую погоду, но столь сильную снежную бурю встретил впервые. Сообщение с земли заставило его повысить бдительность, а внезапно усилившийся воздушный поток, казалось, подтверждал тревогу начальства: шторм носил совершенно неестественный характер.

Тифонцы могли скрываться в глубине облаков.

Видимость упала до угрожающего уровня. Невооруженным глазом уже было невозможно разглядеть, что происходит вдали. Механик активировал дополнительные фильтры по краям кабины, и под действием чар обнаружения искажений окружающие облака предстали перед взором командира эскадрильи в виде зыбких форм. Изображение было нечетким, но хоть как-то подходило для раннего оповещения.

Внизу, на земле, шквальный снегопад так же сильно мешал обзору. Силуэты двух бронепоездов виделись смутно, и можно было лишь предполагать, что они постепенно набирают скорость.

И в этот момент командир эскадрильи вдруг заметил вспышку пламени в дальних тучах.

В поле фильтра обнаружения искажений отчетливо было видно, как в прежде пустом воздухе вдруг проступили обширные и явные заклинательные колебания.

— Визуальный контакт с противником! — раздался в внутреннем канале громкий предупреждающий крик командира эскадрильи. — Юго-восточное направление —

— Борт 12 под ударом!

— Борт 6 под ударом!

— Под ударом! Это борт 7!

— Веду бой с противником! Прошу прикрытия! Мне сели на хвост!

Ослепительный алый луч пронесся издалека. К счастью, бдительность уже была повышена, и силовые жилы летательных аппаратов работали на полную мощность, задействовав все защитные системы. Луч лишь оставил рябь на куполе. Командир эскадрильи, одновременно выравнивая положение «Драгуна», открыл плотный заградительный огонь из бортовых излучателей арканных снарядов и начал сыпать приказами:

— Рассредоточиться на фланги!

— Второму и третьему отрядам прочесать тучи на юго-востоке!

— Всем включить опознавательные огни! Набрать дистанцию от противника!

— Вызвать огневую поддержку с земли!

Внезапно разразилась ожесточённая битва. В снежной буре, словно призраки, возникло бесчисленное множество противников. Тифонские боевые маги и рыцари-грифоньеры ринулись из густых облаков, и, к удивлению, их смертные тела вступили в схватку со стальными «Драгунами». В сравнении с тифонской авиацией, которую сесильцы привыкли видеть, эти внезапно появившиеся враги были явно неординарны: быстрее, проворнее и ещё более бесстрашны перед лицом смерти. Суровая обстановка бурана сковывала даже «Драгунские» подразделения, однако те, кто должен был быть ещё более уязвимым — тифонцы — словно обрели в шторме дополнительную мощь, став свирепыми и сильными!

Боевые маги и рыцари-грифоньеры начали атаковать летательные аппараты снарядами, молниями и лучами высокой энергии. Те, в свою очередь, отвечали ещё более яростным и продолжительным плотным огнём. В одно мгновение тёмное небо озарилось непрерывными вспышками. Взрывы на большой высоте раз за разом разгоняли облака и снежную бурю, и в каждой вспышке виднелись бесчисленные тени сражающихся в этом шторме. От этого зрелища Кремелента переполняло воодушевление.

Никогда прежде он не становился свидетелем подобного и никогда не оказывался на таком поле брани!

Смертная плоть и стальные машины насмерть бились в снежной буре. Снаряды, молнии и лучи рассекали небо. Два воинства оспаривали господство в небе. И каким бы ни был исход сегодняшнего дня, этой беспрецедентной воздушной битве суждено было войти в историю!

Яркий свет прожекторов внезапно заметался по небу. В скользящих лучах проступали силуэты сражающихся в небе. В следующую секунду с земли раздался непрерывный грохот и свист. Бледно-голубые трассы снарядов и ослепительно-красные лучи высокой энергии пронеслись по небу. Осколочные разрывы и оглушительный грохот сотрясали всё поле боя.

Зенитные орудия «Железного Скипетра» и «Мирового Змея» открыли огонь.

Граф Кремелент нахмурился. Он и подчинённые ему боевые маги всё ещё не могли приблизиться достаточно, чтобы атаковать бронепоезда.

— Послужите верой нашей Империи! — услышал он в силовом поле вещательного заклинания связи яростный рёв одного фанатичного командира грифоньеров. Секунду спустя он увидел, как один грифон, под властным ментальным принуждением хозяина, ринулся вниз. Этот доблестный рыцарь пробивался сквозь зенитный и воздушный заградительный огонь, но его удача быстро иссякла: маготехнический снаряд с земли пронёсся мимо него и, ощутив скользнувшую рядом магическую ауру, взорвался в воздухе. Ужасающая взрывная волна и облако перегретого газа с лёгкостью разорвали защитную ауру вокруг рыцаря и разнесли в клочья его самого вместе с грифоном.

Секунду спустя разорванный в клочья рыцарь вместе с грифоном вновь обрели форму там же, где погибли, и продолжили бросок вниз.

Бог Войны ниспослал чудо: все храбрецы, доблестно сражающиеся в шторме, обретали неисчерпаемую силу… и три жизни.

Одна летающая машина пронеслась рядом с этим фанатичным рыцарем, выбросив череду плотных залпов. Рыцарь без малейшего страха, не уклоняясь, ринулся прямо на залп и одновременно метнул копьё, сотканное из силы молнии. В следующий миг его тело снова разорвало на куски, но копьё поразило некий ключевой узел летающей машины, и та взорвалась в воздухе ярким огненным шаром.

Немного погодя Кремелент увидел, как этот рыцарь появился снова. Разорванное на куски тело вновь собралось в воздухе. Он мчался в бешеном ветре, и за его спиной, словно плащ, развевались щупальца- наросты и клочья плоти. Подобный уродливому чудовищу, он вновь ринулся на зенитный заградительный огонь.

Чудо требует платы. Приблизившийся к божеству уже не человек.

Ослепляющий луч рассек небо. Этот уродливый, искорёженный рыцарь снова попал под зенитный огонь бронепоезда. Его развевающийся плащ из плоти и бесчисленные щупальца вмиг были зажжены и испарены высокоэнергетическим лучом, и всё его тело превратилось в несколько обугленных ошмётков, падающих с неба.

На сей раз рыцарь больше не появился.

То был уже третий раз. Чудо ограничено, и тот, кто исчерпает его, душой вернётся к божеству.

— Похоже, перед этими «новыми штучками» сесильцев и трёх жизней, дарованных божеством, как-то маловато.

Кремелент усмехнулся и, высоко вскинув руки, призвал силы шторма, молний, льда и пламени и снова ринулся вперёд.