Меч Рассвета Том 1 Глава 1092 Совместный морской и воздушный дозорный рубеж

Выражения лиц у делегатов разных стран были всякими, но в их откликах, за исключением Трёх Империй, сквозило одно общее чувство — тревога, ничем не прикрытая тревога.

— Могу ли я спросить? — поднялся один делегат, рослый и темнолицый. Он представлял северо-западную окраину Огурейского Племенного Царства, будучи предводителем, избранным несколькими вольными городами к северу от Мшистого Леса. Он посмотрел на Мелитту, и лицо его было чрезвычайно серьёзным. — Насколько сильна магическая сопротивляемость у драконов? Насколько прочна чешуя? Прошу прощения, мой вопрос, возможно, несколько бестактен, но для нас это чрезвычайно важно.

Мелитта, казалось, уже предвидела, что кто-то на собрании затронет эту сторону вопроса. Она держалась очень невозмутимо и отвечала, сохраняя вежливую улыбку:

— Не нужно так строго соблюдать этикет. Драконы прибыли сюда, чтобы установить равное общение с друзьями на континенте Лорен. Что же до вашего вопроса… здесь трудно дать точный количественный ответ, ведь и среди драконов есть сильные и слабые, и разные роды драконов имеют разные силовые склонности.

Если говорить в общем, исходя из уровня обычного взрослого дракона, с магической сопротивляемостью по всем направлениям выше среднего, в нормальном здоровье, без тяжёлых недугов и без специального боевого снаряжения, то урон от большинства заклинаний ниже среднего ранга для нас… равен нулю. Заклинания среднего ранга могут причинить драконам определённый урон, но для этого нужны известное число и непрерывность атаки, а конкретно зависит от силы заклинателя. Если с драконом сойдётся один на один адепт среднего ранга, только-только прорвавшийся на этот уровень и с недостаточным магическим резервом, то угроза от него для нас всё равно равна нулю.

Адепты от высокого до легендарного уровня могут действенно противостоять взрослому дракону, однако слабые тела большинства смертных рас всё равно остаются фатально уязвимым местом. Чтобы остаться невредимым под драконьим пламенем, нужна защита мощного доспеха и щита.

Всё это касается лишь магической сопротивляемости драконов. Что же до прочности нашей чешуи… знаете ли вы крепостные ворота, целиком отлитые из пурпурной стали? Если поверх них ещё и настелить слой мифрила толщиной в палец — примерно такова прочность чёрного дракона. Драконы прочих цветов немного уступают прочностью чешуи — сравнимо с тем, как если бы без мифрилового слоя.

Высокий вождь северных городов-государств, стоя на месте, тщательно вслушивался в описание Мелитты. Когда посол драконов умолкла, он серьёзно поразмыслил, счёл, что браниться здесь лучше не стоит, и лишь вздохнув, сел.

Другой же делегат не сдержался и вскочил:

— Тогда как же нам… сбивать тех драконов, что, по вашим словам, Тар-Лонд «исключил»? Если все они столь могучи, как вы описали, то это явно уже превосходит способности многих стран. Возможно, важнейшие центры королевств с крепкой обороной и сумеют совладать с этими налётчиками, но в заурядных приграничных землях вовсе не обязательно повсюду расквартированы крупные корпуса!

«Драконье бедствие» — для сидевших здесь делегатов это слово было, без сомнения, несколько неловким, но всё же неизбежным. Посланник из Тар-Лонда стоял здесь, неся намерение мирного сосуществования с государствами континента Лорен, однако их вышедшие из-под контроля собратья явно были далеко не так безобидны. Неведомо сколько могучих драконов будет тревожить границы континента Лорен. Эти уже доказанные угрозы заставляли холодный пот литься куда сильнее, чем завершившаяся божественная война.

— Именно об этом я и скажу далее, — поднялся Гавейн, обвёл взглядом всё собрание и, лишь когда все взоры сосредоточились на нём, продолжил: — Мы создаём Союз прежде всего для решения «проблем безопасности». Поэтому одной из первых задач Союза будет устранение угроз, ставящих под удар безопасность стран-членов, таких как вышедшие из-под контроля драконы.

Один из устоев Союза — взаимная помощь и защита. Каждая страна имеет долг и обязанность обеспечивать интересы всего Союза. В рамках этого я призываю страны, которые в настоящее время способны противостоять вышедшим из-под контроля драконам, взять на себя ответственность за создание вокруг континента Лорен «Совместного морского и воздушного дозорного рубежа». Конкретный план осуществления таков:

Взяв за опорную линию кольцевую морскую трассу, создать полную цепь наблюдения из цепи морских дозорных постов, патрульных кораблей, прибрежных портов, гражданских флотилий и так далее, чтобы постоянно нести дозор от угроз, идущих из-за пределов континента. В узлах этого дозорного рубежа разместить базы воздушной обороны и корабли противовоздушного боя, военные порты и прочие вооружённые силы, чтобы в любой миг оборонять безопасность стран-членов Союза.

Принимая во внимание, что вышедшие из-под контроля драконы могут стать угрозой на довольно длительный срок, «Совместный морской и воздушный дозорный рубеж» также будет действовать как долговременный проект, пока угроза не исчезнет. Тогда мы снова созовём конференцию, чтобы обсудить, сохранять ли ряд сооружений и военных сил, созданных за время дозора.

Голос Гавейна стих, и он дал делегатам время для высказываний. Первой поднялась представительница Огурейского Племенного Царства, серый эльф с распущенными до плеч волосами — Гавейн узнал её: это была Вена Белая Изморозь, предводительница серых эльфов, всегда поддерживавшая добрые отношения с Сесилом. Эта миниатюрная дама подняла голову и с суровым лицом спросила:

— Кто именно будет отвечать за создание этого «Совместного дозорного рубежа»?

Гавейн посмотрел на стоявшую рядом Серебряную Императрицу Берселию и на сидевшего поодаль тифонского императора Розетту. Встретившись с ними взглядом, он отвёл взор, кивнул предводительнице серых эльфов и ответил:

— Сесил, Тифон, а также Серебряная Империя. Три державы, каждая в соответствии со своими конкретными условиями, возьмут на себя ответственность за создание оборонительных рубежей на море, на суше и в воздухе. У нас есть силы перехватывать малые группы драконов, тревожащих континент Лорен, и даже если противник двинется крупными силами, мы сумеем в краткий срок собрать достаточные войска и сбить их. Кроме того…

Говоря это, он посмотрел на сидевшую неподалёку Мелитту. Та немедля кивнула и поднялась с ответом:

— Тар-Лонд со своей стороны также выделит определённое количество воздушных сил, чтобы вместе с государствами Лорена создать этот дозорный рубеж. Для нас это тяжкое дело, но драконы непременно понесут ту ответственность, которую должны нести.

— Не нужно быть столь пессимистичной, госпожа посол, — с лёгкой улыбкой посмотрел на Мелитту Гавейн. — Ведь сперва будут три попытки диалога, не так ли? Я верю, что большинство драконов, совершивших ошибочный выбор, нападают на чужие страны отнюдь не по зову сердца. Если они узнают, что есть иной выбор, полагаю, подавляющее большинство из них пожелает вернуться в цивилизованный мир.

Произнося это, он мысленно слегка вздыхал: с какой стороны ни посмотри, создание оборонительного рубежа против драконьего бедствия было неизбежным делом. С одной стороны, это и впрямь необходимо, чтобы обеспечить безопасность стран-членов Союза, с другой — чтобы продвинуть его план кольцевой морской трассы и дальше укрепить влияние Империи Сесил на весь континент Лорен. Однако это дело было не по силам нынешнему Сесилу в одиночку. Даже если бы ему дали ещё несколько лет спокойного развития, он едва ли смог бы создать военную силу, способную охватить кольцом весь континент. Так что найти «помощников» и привлечь их к участию было вынужденным шагом.

Но он об этом не сожалел. В конце концов, с самого начала развитие союзников входило в его замысел. Этот мир огромен, путь Сесила ещё долог, и он уже сейчас чуял запах приближающегося кризиса. Времени мало, обстановка такова, и он не мог своей единоличной силой разрешить все угрозы этого мира. По сути, возможности героизма ограниченны, и лишь подняв целый мир в совокупном развитии, можно принести большую надежду.

Пока Гавейн размышлял, снова раздался голос Вены Белой Изморози:

— Тогда кто должен нести расходы на создание этого Совместного дозорного рубежа? И что должны отдать принимающие защиту страны-члены в обмен на эту «безопасность»?

В мире не бывает бесплатного угощения — даже дети понимают эту истину, а уж искушённые в делах серые эльфы тем более. Такой «Совместный дозорный рубеж», без сомнения, требовал колоссальных затрат. Даже если Три Империи и драконы объединят усилия, защитить весь континент Лорен будет нелегко. А значит, принимающие защиту страны-члены внутри дозорного рубежа, верно, должны будут чем-то поступиться, чтобы дело выглядело справедливым.

В конце концов, Гавейн только что назвал первый устой Союза: «взаимная помощь и защита, каждая страна имеет долг и обязанность обеспечивать интересы всего Союза». Если переиначить эту фразу в иной плоскости, то она попросту означает: когда приходит беда, все принимают её сообща. Те, у кого есть сила, — дают силу; те, у кого есть деньги, — дают деньги. А те, у кого нет ничего… тем, боюсь, придётся выложить цену куда более высокую, чем деньги.

Гавейн посмотрел на серую эльфийку и, прочистив горло, заговорил:

— Прошу не беспокоиться. Мы создаём этот Совместный дозорный рубеж для защиты общей для всех нас земли, а не для того, чтобы шантажировать или грабить какую-либо страну-члена. Принимающие защиту страны не должны нести никаких военных расходов или какой-либо формы «наёмной платы». От них требуется лишь предоставить необходимые места дислокации для несения обороны. Текущие расходы Совместного дозорного рубежа частью покроются из доходной доли кольцевой морской трассы, принадлежащей Тифону, Сесилу и Серебряной Империи, частью лягут на Тар-Лонд. Учитывая, что на нынешнем этапе континент Лорен ещё не установил с Тар-Лондом торгового сопряжения и что сам Тар-Лонд испытывает свои трудности, эта часть расходов пока будет временно покрыта Сесилом.

Тут он сделал паузу и продолжил:

— Разумеется, как члены Союза, страны вдоль дозорного рубежа тоже несут свою ответственность: вступить в кольцевую морскую трассу, подписать единый союзный торговый акт и вместе с нами встретить ещё более процветающую новую эпоху. Это и есть самый основной и самый важный вклад каждой страны-члена в целый Союз.

В собрании тут и там зазвучали негромкие обсуждения. Делегаты начали всерьёз оценивать этот вопрос и обдумывать скрытые за условиями Гавейна выгоды и потери. Многое здесь было нетрудно просчитать. Тот рослый вождь от Северного Союза Городов быстро поднялся:

— Иными словами, лишь страны, являющиеся членами Союза и одновременно вступившие в кольцевую морскую трассу, будут включены в дозорный рубеж?

— Это неизбежно, — кивнул Гавейн. — Мы не в силах защищать страну, что по своей воле хочет держаться от Союза в стороне. Это и есть самая базовая взаимная почтительность, не так ли?

— …Тогда можем ли мы считать, что это всё равно своего рода «заложничество» и «шантаж»? — не сдержавшись, поднялся один из делегатов, почти не подававший голоса прежде. — Прошу простить мою прямоту, я не намерен злым умыслом судить об этом великом плане. Но раз уж мы собрались на эту конференцию, то здесь и сейчас нужны и толика сомневающихся голосов, разве нет? Теперь нам, чтобы получить защиту, непременно нужно вступить в некий Союз. Звучит так, будто не вступившие будут уничтожены драконами. Я понимаю, это смахивает на теорию заговора, но… кто поручится, что всё рассказанное про Тар-Лонд — правда?

Кто-то выдвинул сомнение — вполне ожидаемо. Однако Гавейн этому был даже рад, потому что только после достаточных сомнений и развеивания их этот новорождённый Союз сможет обрести более прочное основание и будущее без скрытых угроз. Однако на сей раз отвечать поднялся не он, а сидевший неподалёку Розетта Август.

— Прошу правильно разграничивать понятия «заложничества», «шантажа» и «равенства прав и обязанностей», — низким голосом, ровным тоном, но с убедительной силой заговорил Розетта. — Во-первых, Совместный морской и воздушный дозорный рубеж не является принудительным. Каждый имеет право отказаться от вступления в него, а также имеет право, уже вступив, выбрать выход из него. И даже сам Союз в целом — свободен для входа и выхода. Если какая-то страна-член решит, что её интересы и достоинство в Союзе не обеспечены, она в любой миг может выйти. И пока она за время членства не нападала на другие страны-члены, это не считается нарушением союзного договора.

Во-вторых, защита Совместного дозорного рубежа для стран, неспособных в одиночку противостоять вышедшим из-под контроля драконам, есть «благо». Безопасное существование внутри союзной системы — это базовое право стран-членов. Пользование правом требует несения равных обязанностей и ответственности. И я вовсе не считаю, что вступление в кольцевую морскую трассу и принятие союзного договора есть «шантаж». Это дело, приносящее выгоду обеим сторонам.

И последнее. Если у кого-то из друзей есть сомнения по поводу событий в Тар-Лонде… думаю, госпожа посол драконов хочет сказать слово.

Розетта посмотрел на стоявшую поодаль Мелитту Пернию и, слегка кивнув ей, сел обратно. Мелитта же с невозмутимым видом поднялась и безо всякого выражения взглянула на ранее выступившего делегата.

— Тар-Лонд открыт для стран континента Лорен. Мы в любое время рады новым друзьям, желающим посетить нашу родину, — неторопливо произнесла она. — Тар-Лонд разместит воздушные порты в столице Священного Княжества Драконов, а также в столице Империи Сесил. Еженедельно будет совершаться как минимум три рейса в Тар-Лонд и обратно. Пусть наша транспортная задача тяжела, но взять на борт нескольких добавочных пассажиров нам более чем по силам. И вы можете не беспокоиться: драконы обеспечат пассажирам полную безопасность на протяжении всего пути. Этот господин, есть ли у вас интерес записаться первым?

Лицо того делегата тотчас переменилось. Очевидно, он никак не ожидал, что Мелитта вдруг выбросит такое «приглашение». Нежданный поворот привёл его в некоторое замешательство, и, коротко поразмыслив, он покачал головой:

— Нет… в этот раз всё же нет. Но если в будущем представится случай, я, возможно, и задумаюсь.

Гавейн же невольно покосился на Мелитту. Зная эту госпожу драконицу, он почти не сомневался, что это «приглашение» было её импровизацией, да ещё, скорее всего, с толикой досады. Однако, если прикинуть как следует, в этом деле и впрямь крылось много такого, что можно было бы претворить в жизнь…

Надо будет после посоветоваться с ней и прикинуть, нельзя ли и впрямь, при обеспечении безопасности, запустить нечто вроде «тура по пустошам Тар-Лонда». Это потребует от Тар-Лонда немалой защиты, но можно взимать плату повыше. В этом мире полным-полно денежных тузов… искателей приключений, которые не пожалеют состояния, чтобы проникнуть в тайны драконов. А уж те маги, что одержимы всевозможными тайными знаниями, — один богаче другого.

Если с умом повести дело, это для нынешнего стеснённого Тар-Лонда может стать прорывной точкой. Как знать, не с этого ли и начнётся первый валютный доход у горьких бедолаг-драконов…

Эти разрозненные мысли пронеслись за единый миг. Гавейн быстро вернул блуждавший ум обратно и посмотрел на делегата, чей вид всё ещё был немного смущён. Опознав штандарт за его спиной и сопоставив с данными в памяти, он улыбнулся:

— Вообще-то посол Сивод только что высказал чрезвычайно естественный вопрос. Думаю, он и был тем, что тревожит многих здесь присутствующих. Когда образуется новая организация, между членами должны установиться полное понимание и доверие, а для этого все сомнения и скрытые опасения нужно вынести на свет, открыто обсудить и открыто разрешить. Это тоже один из устоев Союза: открытость и прозрачность, честность и взаимодоверие.

Всем не стоит тревожиться. Как и образование Союза ещё не поставлено на голосование, так и вопросы о Совместном морском и воздушном дозорном рубеже, а также о кольцевой морской трассе сейчас лишь предлагаются в качестве проектов — время голосования ещё не настало.

Нам всем необходимо сперва обрести полное понимание будущего Союза, чтобы сделать точные выводы. А сейчас мы уже много сказали о вопросах, касающихся кризиса… Теперь пора обсудить и положительные, радостные вещи.

(Конец главы)