Меня приняли за святого в мире тёмного фэнтези Том 1 Глава 46 Меня приняли за Длинноногого Дядюшку (5)

"Директор Шун...?"

"Из Торговой Компании Меркурий...?"

"Он и вправду пришел?"

По комнате прокатилась волна шепотов.

Хинин.

Новое чудодейственное лекарство, остановившее страшную лихорадку, которая долгое время теснила Южный фронт Империи.

Среди простых обывателей Директор Шун был известен в первую очередь как создатель этого препарата.

И когда человек подобного масштаба появился лично, студенты не смогли сдержать изумленного перешептывания.

Но далеко не все отреагировали подобным образом.

'А чему они так удивляются?'

Валерия непонимающе склонила голову.

Приглашение прислал куратор фонда.

Там было черным по белому написано, что куратор устраивает приветственный банкет.

Разве это не логично, что куратор пришел на собственный банкет?

Сидящая рядом Айла выглядела не менее озадаченной.

"Сестренка, а почему все так удивляются?"

"Даже не знаю"

Сестры тихо перешептывались, чтобы их никто не услышал.

Но вскоре до Валерии дошло, в чем крылась причина столь бурной реакции остальных.

"Я и подумать не мог, что он явится лично"

"Ну да, я был уверен, что пришлют какого-нибудь представителя"

"Или хотя бы дворецкого"

Валерия навострила уши.

Представитель.

Точно.

Если подумать, в подобных ситуациях аристократы или богачи почти всегда присылали вместо себя доверенных лиц.

Она не раз сталкивалась с подобным во время учебы на среднем отделении Академии.

Представители высшего общества крайне редко снисходили до личных встреч с простолюдинами, предпочитая действовать через посредников.

Поэтому было вполне естественно предположить, что и Директор Шун поступит так же.

'Я об этом как-то не подумала'

И причина, по которой Валерии и Айле это даже в голову не пришло, была до боли банальной.

Всё из-за их матери, которая перед самым банкетом развела такую панику и накрутила их до предела.

'Мама...'

Осознав это, Валерия лишь горько усмехнулась про себя.

Шум среди стипендиатов всё никак не утихал.

Директор Шун молча ждал, пока дети успокоятся.

И лишь когда до студентов дошло, насколько невежливо они себя ведут, в комнате наконец воцарилась тишина.

В тени широких полей фетровой шляпы уголки губ директора Шуна изогнулись в лёгкой полуулыбке.

"Нет нужды так нервничать. Как я уже говорил, сегодня главные герои — вы. Всё в порядке, так что, если вам есть что сказать, прошу, говорите без стеснения"

Его низкий, нежный голос заполнил каждый уголок комнаты.

Плечи студентов заметно расслабились.

И в этот момент...

"Т-Тогда, если позволите..."

Один из мальчиков робко поднял руку.

Это был Каль, студент с отделения фехтования, который чуть было не устроил кровавую бойню тупым ножом.

Его взгляд был устремлен на Юлиана.

"Е-если вас не затруднит, могу я задать один вопрос?"

"Разумеется. Спрашивай"

"Тогда, возможно..."

Взгляд Каля соскользнул с Юлиана.

И, уставившись на рыжеволосую женщину, накинувшую пиджак от женского костюма на плечи словно плащ, он спросил:

"Прошу прощения, могу я узнать, сколько лет вашей телохранительнице?"

"На это я отвечу вместо Директора. Разница в возрасте у нас не больше года-двух"

"Тогда скажите, у какого мастера вы обучались? Ваши движения только что... это было просто невероятно"

В мире фехтования и магии мастерство было неразрывно связано с родословной.

Конечно, существовали студенты, которые закладывали базу в Академии и пробивали себе путь с самых низов.

Но истинные мастера, как правило, наследовали секретные техники, передающиеся от учителя к ученику, от предка к потомку.

По этой причине отпрыски прославленных магических или рыцарских семей порой даже не утруждали себя поступлением в Старшую Школу Академии.

Именно поэтому появление молодых гениев, берущихся словно из ниоткуда на уровне бакалавриата, ступени после старшей школы, не было чем-то из ряда вон выходящим.

'С такими рефлексами она вполне может быть старшей ученицей известной школы или наследницей престижного рыцарского рода'

Каль отчетливо помнил Боевую Ауру Эрики, вспыхнувшую всего пару минут назад.

В отличие от него самого, которому приходилось изрядно напрягаться ради её создания, Эрика управлялась со своей Боевой Аурой так же легко и естественно, как дышала.

Уровень её мастерства явно находился на недосягаемом для Каля уровне, занимавшего второе место по успеваемости на отделении фехтования.

Естественно, Каль просто сгорал от любопытства: кто же тот мастер, выковавший столь совершенный клинок?

"..."

Но, услышав вопрос Каля, Эрика лишь непонимающе склонила голову набок.

Потому что никакого учителя у неё не было.

И уж тем более она не принадлежала ни к какой школе.

Хотя, погодите.

Боевой Ауре её научил Ванчо, значит ли это, что Ванчо — её учитель?

С Капитаном Шеном, который обучал её магии, всё было ясно, но называть этого бандита своим учителем... как-то язык не поворачивался.

В итоге, после недолгих раздумий, она выдала единственное пришедшее на ум:

"...Реальный бой"

"Простите?"

"Я научилась всему в реальных боях в Лимбус-Пите"

И это не было ложью.

Метод обучения Ванчо всегда сводился к суровой практике.

Швырнуть её в самое пекло бандитских разборок без предупреждения и просто наблюдать со стороны, чтобы она не сдохла — вот и вся школа Ванчо.

Благодаря такому экстремальному подходу Эрике и удалось достичь того уровня, когда Боевая Аура включалась рефлекторно, как дыхание.

Однако ответ Эрики поверг Каля в полнейший шок.

"В реальных боях...?"

Без академии, без школы, без наставника.

Это означало, что она достигла таких высот, полагаясь исключительно на опыт выживания.

Каль потерял дар речи.

Он держал меч в руках с тех самых пор, как научился ходить, и вырос в лучах похвал о своей гениальности.

Порой он даже втайне посмеивался над детьми из куда более благополучных семей, которые всё равно глотали пыль у него за спиной.

Но сейчас этот самый мальчик не мог выдавить из себя ни слова.

Эрика, в куда более суровых условиях, проливая кровь и пот, с легкостью превзошла уровень мастерства Каля.

И в таком юном возрасте её навыки были признаны, и она удостоилась чести стоять по правую руку от самого Директора Шуна.

'...Я был слишком высокомерен'

Каль наконец-то осознал собственную гордыню.

Он слишком возгордился тем фактом, что сам Директор Шун обратил на него внимание.

Из-за этого он едва не позволил тщеславию затуманить разум и сбавить обороты в тренировках.

'Как же я рад, что мы встретились сегодня'

Каль почтительно сложил руки в традиционном приветствии бойцов.

"Для меня это стало бесценным уроком! Старшая!"

От столь внезапной реакции Каля Эрика лишь озадаченно моргнула, так ничего и не поняв.

Тем не менее, следуя въевшимся в подкорку правилам приличия, Эрика ответила ему таким же приветствием:

"Ага, ну... рада, что смогла помочь"

Хотя над её манерами речи ещё определенно стоило поработать.

И как раз в тот момент, когда диалог между Эрикой и Калем подошел к концу.

Юлиан внезапно поднялся со своего места.

"Прошу меня извинить на пару минут"

Взгляды всех присутствующих мигом переключились на него.

"У меня тут возникло одно небольшое дело. Пожалуйста, располагайтесь поудобнее и чувствуйте себя как дома"

Юлиан направился к двери, и Эрика тут же вскочила, чтобы последовать за ним.

Уже на пороге Юлиан обернулся и произнес:

"Я вернусь, когда подадут закуски"

С легкой улыбкой на губах они вдвоем покинули зал.

Скрип.

Дверь закрылась.

И тут же...

"Фу-у-х..."

Кто-то громко и с облегчением выдохнул.

Словно по команде, студенты тут же начали переговариваться.

"Ах, я думал, что от напряжения слягу."

"Ага... я даже дышать старался через раз"

"А он не такой страшный, как я думал. И голос у него классный"

По комнате прокатилась волна оживленного шепота.

С уходом Юлиана и Эрики напряжение спало, и дети наконец смогли вздохнуть полной грудью.

"А нам точно можно вот так вот болтать?"

Спросил кто-то из студентов.

На что Каль уверенно ответил:

"Я пару раз бывал на ужинах с аристократами, так что знаю, как это работает. Обычно в таких ситуациях они специально выходят, чтобы дать нам возможность перевести дух и пообщаться в неформальной обстановке"

"И сколько у нас времени на болтовню?"

"Думаю, пока не принесут закуски"

"Ого, откуда ты знаешь такие тонкости аристократического этикета?"

"На отделении фехтования есть практические занятия по сопровождению студентов с отделения политологии. Там и нахватался"

"Ничего себе, так ты планируешь стать рыцарем?"

"Вроде того. Если кто-то не силен в столовом этикете, обращайтесь, я подскажу, чтобы мы не опозорились"

Каль тут же принялся с энтузиазмом объяснять правила пользования приборами ребятам, которые были с ними не знакомы.

Поначалу некоторые отнеслись к нему с подозрением, гадая, что ему от них нужно, но его добродушие и искреннее желание помочь быстро растопили лед между ними.

Естественно, Каль моментально стал неформальным лидером среди стипендиатов.

Пока одни проходили ускоренный курс этикета под чутким руководством Каля, Валерия общалась с другой группой студентов.

В основном это были ребята с отделений, близких по духу к её Отделению Дипломатической Экономики — те, кто предпочитал перо мечу.

"С ума сойти, не верится, что мы ужинаем с самим Директором Шуном"

Восторженно начал один из парней.

Валерия вспомнила, что этот студент был с Отделения Военного Дела.

И, к тому же, он был самым старшим в их компании — второкурсник Старшей Школы.

Крупный, похожий на медведя парень обладал куда более широкими плечами и низким голосом, чем Каль с отделения фехтования.

'Он больше похож на генерала, чем просто на офицера...'

Пока Валерия оценивала его взглядом, парень с военного отделения уже вовсю распинался о величии Директора Шуна.

"Все же слышали историю о хинине, да?"

"Конечно. Говорят, именно благодаря ему наши смогли удержать южный фронт, да? Невероятное лекарство"

Но парень-медведь лишь покачал головой, давая понять, что они упускают самое главное.

"Нет. Самое невероятное в хинине — это вовсе не его эффект"

"А что тогда?"

"То, что он снизил цену на него вдвое, чтобы даже простые солдаты могли себе его позволить. И ради этого он отказался от собственной доли прибыли!"

Студент военного отделения перевел взгляд на Валерию.

"Ты ведь учишься на экономическом, так? Вам там случайно не рассказывали, от какой баснословной прибыли отказался Директор Шун?"

"С чего бы нам учить такое?"

"Но ты же сможешь хотя бы примерно прикинуть, да?"

"Хм-м..."

Валерия задумчиво промычала, производя в уме грубые вычисления.

Цена одной дозы хинина — около 4000 мар.

И если учесть, что стандартный процент роялти при передаче патента торговой компании составляет около четырех процентов...

"Ну как? Переменных слишком много, так что точно подсчитать в уме сложно. Но, похоже, он добровольно пожертвовал суммой, примерно равной среднему годовому доходу баронской семьи"

"Вот видите! Вот какой он человек!"

Похожий на медведя парень начал с энтузиазмом говорить о величии Директора Шуна.

"Он создал инсулин, а теперь ещё и вакцину!"

В его голосе зазвучали почти фанатичные нотки.

"Сам факт того, что мы сейчас сидим с ним за одним столом — это уже самое настоящее чудо!"

После пламенной речи их старшего товарища остальные студенты дружно закивали.

Но в этот момент раздался тихий, неуверенный голосок:

"Н-но мне кажется, что Директор создал эти лекарства не в одиночку"

Взгляды всех студентов разом скрестились на источнике звука.

В центре всеобщего внимания оказалась девочка в очках.

Лучшая ученица Старшей Школы Отделения Алхимии, Эли.

Почувствовав на себе столько глаз, она испуганно вжала голову в плечи.

"Ах, нет. Я просто хотела сказать..."

Её пальцы нервно затеребили оправу очков.

"Хинин — да. Скорее всего, Директор Шун разработал его лично. Есть научная статья, да и патент на формулу оформлен на его имя. И компанию он поднял именно благодаря этому препарату"

"Именно"

"Но..."

Голос Эли стал ещё тише.

"Сказать, что он в одиночку синтезировал инсулин и вакцину... э-э... в это верится с трудом"

Брови парня с военного отделения поползли вверх.

Вся его реакция так и кричала: 'Да как ты смеешь очернять имя великого человека, которым я восхищаюсь?'

"На что это ты намекаешь?"

Эли съежилась ещё сильнее.

Но, несмотря на это, она продолжила говорить:

"Н-не поймите меня неправильно. Я в-вовсе не хочу сказать, что Директор Шун присвоил чужие заслуги"

"А что тогда?"

"П-просто алхимия — это не так-то просто"

Эли опустила взгляд на стол. Ей явно было не по себе смотреть кому-либо в глаза.

"Хинин относится к области инфекционных заболеваний. А вот инсулин — к совершенно иной области. Это физиология крови… Абсолютно разные сферы."

"..."

"Чтобы один-единственный человек одновременно создавал инновационные препараты в настолько далеких друг от друга сферах... В теории, конечно, возможно всё, но в реальности..."

Она замолчала на полуслове.

Повисла неловкая тишина.

Плечи Эли сникли окончательно.

'...Ах'

Она уже сто раз пожалела о том, что вообще открыла рот.

Беседа ведь текла так непринужденно и весело.

Никто не тянул её за язык.

Но из-за своего нелепого желания хоть как-то влиться в компанию она заставила себя заговорить.

'Я сболтнула лишнего, да?'

Она робко выглянула из-под стекол очков, оценивая обстановку.

Лицо парня-военного было до странности жестким.

Остальные тоже выглядели так, будто им было жутко некомфортно.

Пальцы Эли вновь затеребили оправу.

И тут, словно спасательный круг, раздался голос Валерии:

"Она права. Я тоже так думаю"

Эли резко подняла голову.

Валерия смочила губы аперитивом и продолжила:

"Вы вообще в курсе, какими темпами росла Торговая Компания Меркурий в последние годы?"

Валерия говорила спокойно и размеренно.

"Обычно на разработку одного нового препарата уходит не один год. Но Меркурий каждые два-три года выкатывает на рынок сразу несколько новинок. Я слышала, он даже публикует научные статьи по физиологии в свободное время, так?"

"...В-всё верно"

Глаза Эли засияли.

Среди простых людей Директор Шун был известен своими лекарствами, но на отделении алхимии он славился прежде всего своими прорывными научными статьями.

Лекарство не создать без понимания базовых принципов, так что это было логично.

Тот факт, что студентка с другого отделения знала о таких вещах, вызвал у Эли невольное чувство симпатии к Валерии.

Прочитав мысли Эли, Валерия горько усмехнулась и продолжила:

"Такие объемы работ не под силу одному человеку. За этим должна стоять целая команда"

Валерия постучала пальцами по столу.

"Скорее всего, Директор Шун заработал начальный капитал на хинине, а затем нанял лучших алхимиков. Он выступает в роли главного куратора: задает вектор развития, контролирует процесс, а вся черновая работа и детальная разработка ложатся на плечи команды. Вот как всё работает на самом деле"

Услышав доводы Валерии, парень с военного отделения опустил глаза и задумчиво потер подбородок.

"А... В армии всё устроено точно так же. Генерал не выигрывает войну в одиночку... у него для этого есть штаб советников"

"В точку. Так работают все крупные организации. Именно это ты и имела в виду, да? Эли?"

Эли радостно закивала головой.

Увидев её реакцию, взгляд парня-медведя заметно смягчился.

"Что ж, раз ты об этом... тогда всё сходится"

"П-простите. Директор Шун всё равно невероятный человек, этого никто не отрицает"

"Твоя правда. Каким бы гениальным ни был штаб, это не умаляет величия великого полководца"

Атмосфера в компании вновь стала легкой и дружелюбной.

Эли бросила полный благодарности взгляд на Валерию.

'...Спасибо'

Она не произнесла этого вслух, но её глаза говорили сами за себя.

Валерия лишь едва заметно пожала плечами.

В этот момент кто-то из студентов вдруг задал весьма интригующий вопрос:

"Кстати, а сколько вообще лет Директору Шуну?"

"Хм... Кто его знает? Ну, как минимум он должен был закончить отделение алхимии или целительства..."

"И говорит он как-то чересчур мудро, даже наши преподаватели так не изъясняются..."

"А мне показалось, что он выглядит довольно молодо?"

"Может, он эльф или полуэльф?"

"Кстати да! У нас в академии есть один такой преподаватель. Росточком с первоклашку, а всё время твердит: 'Да мне всего-то 96 лет стукнуло'."

"Значит, он может быть куда старше, чем кажется на первый взгляд?"

Дискуссия о возрасте Директора Шуна набирала обороты.

Но чем больше нулей приписывали к предполагаемому возрасту Директора Шуна, тем больше Валерия замечала, как лицо её младшей сестры Айлы кисло от странного разочарования.

К чему бы это?

Наконец, когда студенты коллективным разумом постановили, что Директору Шуну, скорее всего, перевалило за восемьдесят и он стопроцентный полуэльф...

Скрип.

Дверь вновь отворилась.

"Прошу прощения за ожидание"

Вместе со своим мягким, нежным голосом в комнату вошел Юлиан в сопровождении Эрики.

Следом за ними очередью потянулись официанты.

На их серебряных подносах красовались пиалы с прозрачным золотистым бульоном и крошечные блины.

Пока официанты расставляли блюда перед каждым студентом, вперед вышел мужчина в белоснежной униформе.

Судя по всему, это был шеф-повар.

"На закуску мы предлагаем консоме из трюфелей. В говяжьем бульоне, томившемся на медленном огне ровно сутки, мы сохранили тончайший аромат черных трюфелей первого урожая в этом году..."

Студенты затаили дыхание.

Половину из того, что он говорил, они слышали впервые в жизни, но даже так было ясно: перед ними настоящий кулинарный шедевр.

"Блины выпечены из гречневой муки и свежего йогурта. В сочетании с консоме они позволят вам в полной мере ощутить всю глубину вкуса"

Шеф-повар вежливо поклонился и отступил на шаг.

Валерия осторожно взяла ложку.

Вместе с паром, поднимающимся над золотистым бульоном, до нее донесся восхитительный аромат, в котором переплетались нотки грибов и насыщенного мясного навара.

Глаза Валерии распахнулись от изумления.

"Ого-о-о..."

Сидевшая рядом Айла тоже не смогла сдержать тихого вздоха восхищения.

Для сестер, выросших на похлебках из овса, жареных голубях и самых дешевых сосисках, этот вкус был просто ошеломляющим.

Описать его словами было невозможно, но...

'Вот он... вкус по-настоящему свежих, первоклассных продуктов...'

Валерия была готова поклясться, что ничего вкуснее в своей жизни она не ела.

Она медленно поднесла ко рту вторую ложку.

Трапеза шла своим чередом.

Взгляд Валерии сам собой то и дело возвращался к Юлиану.

'...'

Поначалу она просто украдкой поглядывала на него, памятуя об этикете, требующем подстраиваться под темп хозяина застолья.

Но стоило ей зацепиться за него взглядом, как она уже не могла оторваться.

Его руки двигались плавно и уверенно: нож безупречно разрезал блинчик.

Но даже после того, как он отправлял кусок в рот, еда на его тарелке по-прежнему выглядела так, словно к ней не прикасались.

Блюдо, конечно, постепенно меняло ту форму, которую придал ему шеф-повар, но при этом сохраняло свою эстетическую привлекательность.

Валерия посмотрела на свою тарелку.

Её наполовину съеденный блинчик уже напоминал поле боя после артобстрела. Икра, которую она неловко ковыряла ложкой, была размазана по краям.

Тарелки остальных студентов выглядели ничуть не лучше.

Чем больше они ели, тем больше всё это превращалось в неаппетитное месиво.

Валерия всегда считала это неизбежным побочным эффектом любого приема пищи.

Однако, глядя на безупречную тарелку Юлиана, ей пришлось признать свое невежество.

'Так вот в чем истинная разница между нами и аристократией...'

Чем больше пустела его тарелка, тем аккуратнее и эстетичнее смотрелись на ней остатки еды.

Подобное искусство поглощения пищи было доступно лишь тому, кто в совершенстве понимал и уважал изначальную задумку шеф-повара при сервировке.

Валерия застыла с ложкой в руке, не в силах отвести взгляд.

Было ли дело в его безукоризненных манерах?

В благородной ауре, которую он излучал?

Или в идеальном сочетании всего этого?

Ясно было лишь одно: куратор их стипендиального фонда оказался человеком куда более совершенным, чем она могла себе представить даже в самых смелых фантазиях.

'Я тоже... тоже хочу стать частью этого высшего общества.'

Крошечное зернышко амбиций начало зарождаться в сердце Валерии.

Когда трапеза уже подходила к середине, Юлиан наконец нарушил молчание.

"Может, пообщаемся в более неформальной обстановке?"

Юлиан элегантно промокнул губы салфеткой.

Из-за белоснежной ткани донесся его мягкий голос:

"Не нужно так напрягаться. Если у вас есть ко мне какие-то вопросы, спрашивайте, я отвечу на любые"

Студенты нерешительно переглянулись.

Никто не решался заговорить первым в повисшей тишине.

'...Сейчас или никогда'

Эли тихо набрала в грудь побольше воздуха.

Её пальцы нервно затеребили оправу очков. Привычка, выдающая её волнение.

'Я обязана спросить'

В голове всплыл недавний разговор с Валерией.

Специализация Директора Шуна — инфекционные заболевания.

Весьма вероятно, что при создании инсулина он полагался на помощь других алхимиков.

А раз так, то, задав глубокий и каверзный вопрос именно по инсулину, она вполне может застать Директора Шуна врасплох.

'И всё же'

Эли не собиралась упускать такой шанс.

Инсулин.

Чудодейственный препарат, спасающий больных истощающей болезнью.

Но в последнее время среди научных кругов Отделения Алхимии всё чаще всплывали осторожные отчеты о случаях смерти от сердечных приступов после инъекций Инсулина.

Эли тоже слышала об этих случаях на лекциях.

И в процессе изучения этого вопроса у неё появились кое-какие соображения.

Это всё ещё было лишь её собственной, ничем не подкрепленной гипотезой, но если ей удастся получить подтверждение от самого Директора Шуна...

'Это мой шанс заявить о себе и произвести впечатление на Директора'

Если быть до конца честной, в этом был немалый расчет.

Такая возможность может больше не выпасть за всю её жизнь.

Чтобы выделиться среди десяти других одаренных стипендиатов, она просто обязана была взять инициативу в свои руки прямо сейчас.

Она должна задать вопрос, вступить в диалог и оставить после себя яркий след в памяти куратора.

Не беда, если Директор Шун не сможет дать развернутого ответа.

Скорее, это было бы вполне естественно.

Нет ничего зазорного в том, чтобы признать свои ограничения в области, не относящейся к твоей прямой специализации.

Главное — это сам факт того, что она задала этот вопрос.

Как лучшая студентка Отделения Алхимии, она обязана была продемонстрировать глубину своих познаний.

'...Была не была'

Эли неуверенно подняла руку.

"Извините"

Её голос прозвучал гораздо тише, чем она рассчитывала.

Но взгляды всех студентов всё равно моментально сфокусировались на ней.

Плечи Эли рефлекторно сжались, но на этот раз она не отступила.

"Могу я задать один вопрос?"

Юлиан кивнул.

"Конечно. Спрашивай"

"Это касается инсулина..."

"Ого. Подготовить вопрос по инсулину в твоем возрасте. Вижу, ты серьезно относишься к учебе"

"Хе-хе..."

Нет. Всё идет не по плану.

Пальцы Эли вновь затеребили оправу очков.

"На занятиях нам рассказывали, что в последнее время всё чаще поступают сообщения о случаях сердечных приступов с летальным исходом после введения инсулина. В-возможно..."

Эли глубоко вдохнула, собираясь с мыслями.

Юлиан не торопил её, терпеливо ожидая.

Благодаря этой тактичной паузе Эли смогла совладать с волнением и продолжила:

"Я хотела узнать... известно ли вам об этом побочном эффекте... и планируете ли вы как-то модифицировать препарат, чтобы его устранить... могу я спросить об этом?"

В комнате вновь повисла тишина.

Эли, затаив дыхание, ждала ответа Юлиана.

С высокой долей вероятности инсулин не был связан с прямой специализацией директора Шуна.

Если так, то, как правило, следовало ожидать один из трех вариантов ответа:

"Я уточню этот момент у своей исследовательской группы"

"Весьма любопытное наблюдение"

или "Этот вопрос всё ещё находится на стадии обсуждения внутри компании, поэтому я не могу дать вам однозначного ответа прямо сейчас"

В конце концов, невозможно с ходу ответить на подобный вопрос, если ты не контролируешь каждый этап разработки лично.

Однако ответ, который она получила, вдребезги разбил все её ожидания.

"Потрясающий вопрос"

Голос Юлиана по-прежнему оставался мягким и дружелюбным.

"Студентка алхимического отделения, которая не только следит за тенденциями в своей сфере, но и глубоко погружается в проблемы, относящиеся к компетенции целителей. Я уверен, что этого не было в вашей учебной программе, и это поистине заслуживает похвалы"

"Хе-хе..."

"Что ж, отвечу на твой вопрос прямо. Да. Мне об этом известно, я с самого начала предвидел подобный исход, и мы уже разработали контрмеры, а также разослали соответствующие инструкции по дозировкам"

"...Что?"

Лучшая студентка Отделения Алхимии ошарашенно уставилась на Юлиана.

Юлиан же посмотрел на неё с лёгкой улыбкой и продолжил свои объяснения:

"Для начала позволь мне объяснить ситуацию"

Юлиан элегантно вытер пальцы салфеткой.

"То, что количество сердечных приступов после введения инсулина возросло — это неоспоримый факт. Однако корень проблемы кроется вовсе не в дефекте самого препарата"

"...Тогда в чем же?"

"Смотреть нужно глубже: проблема в несоблюдении пациентами предписаний по приему лекарства"

Эли растерянно заморгала.

На лекциях им говорили, что профессура Отделения Алхимии до сих пор бьется над разгадкой этой проблемы...

А Юлиан говорил так, словно раскусил суть проблемы уже давным-давно.

"Когда инсулин только-только появился на рынке, для пациентов с истощающей болезнью он стал настоящим чудом, манной небесной. Представьте: людям, которые всю жизнь были вынуждены отказывать себе в сладостях под страхом мучительной смерти, внезапно заявляют, что теперь им достаточно просто регулярно делать уколы"

"..."

"И как вы думаете, что произошло дальше?"

Тишина.

Юлиан не стал дожидаться ответа.

"Они слепо уверовали во всемогущество лекарства и начали бесконтрольно обжираться. 'У меня же есть инсулин, так что кусочек торта меня не убьет'. Вот как они рассуждали. Итогом стал диабетический шок... точнее, острая фаза истощающей болезни. В панике, пытаясь спасти пациента, ему вкалывали лошадиную дозу инсулина, что в итоге и приводило к остановке сердца"

Челюсть Эли так и отвисла.

Настолько простая и железобетонная логика.

Но... почему никто из маститых профессоров до этого не додумался?

И откуда Юлиан, которого она считала "специалистом совершенно иного профиля", мог знать такие тонкости?

Тем временем Юлиан продолжал:

"Так что до тех пор, пока пациенты строго следуют предписанным инструкциям по дозировке, побочные эффекты, как правило, не проявляются"

Юлиан кивнул, словно подтверждая свои же слова.

"Разумеется"

Его пальцы легко постукивали по столешнице.

"Даже при соблюдении всех правил побочные эффекты всё равно могут дать о себе знать. Возникают ситуации, когда в экстренном случае передозировка просто неизбежна, да и индивидуальные особенности организма пациента могут выдать совершенно непредсказуемую реакцию"

"..."

Эли лишилась дара речи.

Она ещё даже рта раскрыть не успела, а он уже разложил всё по полочкам.

Детальный анализ причин побочного эффекта и четкий план действий для любых непредвиденных осложнений.

'...Безупречно'

Выслушав этот ответ, ей не оставалось ничего иного, кроме как признать очевидное.

Инсулин не был исключением — Юлиан лично и в совершенстве контролировал разработку каждого препарата своей компании.

Он был гением, чей разум намного превосходил всё, что о нем говорили.

И пока эти мысли роились в голове окончательно раздавленной Эли...

Юлиан внезапно щелкнул пальцами.

"Ах, да"

Эли подняла голову.

"То, о чем я сейчас спрошу — это материал университетского уровня Отделения Целительства, так что нет ничего постыдного, если ты не знаешь ответа. Но я всё же дам тебе шанс проявить себя"

"...Простите?"

"Если ты задалась таким глубоким вопросом, значит, у тебя наверняка есть и собственные мысли на этот счет"

Взгляд Юлиана впился в Эли.

"Каким ты видишь решение этой проблемы? И как думаешь, какую именно добавку к лечению разработала наша команда?"

Из-под тени его фетровой шляпы на неё устремился мягкий, но пугающе пронзительный взгляд.