Могу ли я быть твоей героиней, даже если я твой учитель? (Новелла) Том 3 Глава 6 Эпилог. Даже будучи твоей учительницей

Шум школьного фестиваля сюда не доносился, и царившая тишина пронизывала всё тело.

Я устроился в одиночестве на старой, заброшенной скамейке позади здания бассейна, наблюдая за заходящим солнцем.

Это место располагалось в мёртвой зоне здания, здесь редко кто проходил, поэтому сорняки буйно разрастались у моих ног.

Рэйю: Спасибо за труд. Кагуя-тян сказала, что пойдёт домой первой.

Рэйю: Хочу с тобой поговорить, ты где сейчас?

Я кое-как сочинил ответ, и спустя некоторое время появилась Тэндзё-сенсей.

— Юнаги-кун, ты простудишься, если будешь так долго сидеть.

Она назвала меня по имени, хотя мы находились на школьной территории.

— Вы так и пришли в костюме горничной?

— Мне хотелось увидеть тебя как можно скорее.

— Какая вы сегодня откровенная.

— Перед тобой я стараюсь быть максимально честной.

— Зачем вы пришли? Мы могли бы поговорить и дома.

— Кубоин-сан попросила меня утешить тебя.

Бедняжка сама страдает, а ещё и о других думает.

— А что, если кто-нибудь зайдёт?

— В это время сюда никто не заходит. Поэтому ты сам выбрал это место, верно? Идеальное укрытие для конфиденциальных бесед.

Тэндзё-сенсей присела рядом со мной.

— Нам с вами, Тэндзё-сан, столько всего нельзя обсуждать на публике, правда?

Я обратился к ней с той же интонацией, которую использовал у нас дома.

— Взрослые люди часто сталкиваются с ситуацией, когда хотят что-то сказать, но не могут.

— Это как когда притворяешься пьяной, чтобы понравиться?

— А, так ты раскусил?!

— Я догадался по некоторым признакам.

— Боже, готова провалиться сквозь землю от стыда.

Тэндзё-сан прикрыла лицо ладонями.

— …У нас с вами вечно так. Без какого-либо предлога, без возможности выдать всё за случайность, мы даже прикоснуться друг к другу не можем, хотя и очень этого хотим.

Всё вокруг намеков, туманных фраз, лишь очерчивающих главного.

В этом, конечно, есть своя тайная прелесть, заставляющая сердце биться чаще, но сейчас я желал быть предельно откровенным.

— Я скажу прямо.

— Да?

— В конечном счёте, любовь — это всегда доля лжи. Приходится терпеть, чтобы казаться лучше, или скрывать что-то неудобное. Наверное, в этом мире не существует любви, в которой не было бы ни капли лжи ни перед собой, ни перед другими, — ни в хорошем, ни в плохом смысле.

— Угу.

— Но, знаешь, врать — это ужасно утомительно.

Я изложил свои истинные чувства, без прикрас.

Я больше никогда не соглашусь играть роль чьего-то парня.

Для меня это стало огромным испытанием.

Я не настолько бесчувственный, чтобы оправдывать свою ложь собственным удобством.

— Согласна.

— Приходится следить за каждым словом, чтобы не попасться, сдерживать спонтанные реакции. И всё равно, по неуловимым изменениям в поведении и атмосфере, которую невозможно скрыть… Акира всё поняла.

Вот она, плата за ложь.

— Похоже на то.

— Простите.

— Любящий человек наблюдает очень внимательно, поэтому замечает всё. Я понимаю это чувство до боли.

— Но на фестивале я, как положено, завершил эту роль.

Почувствовав облегчение от того, что наконец-то сбросил этот груз, я невольно положил голову ей на плечо.

— Ты хорошо постарался. Спасибо.

Тэндзё-сан ласково погладила меня по голове.

— Вы боялись, что мои чувства к Акире изменятся?

— Да, боялась каждый день. Убеждала себя, что всё в порядке, будто гипнотизировала, и постоянно лгала самой себе.

— И как человек с такими подозрениями может верить в вечную любовь?

Я наконец-то выплеснул всё накопившееся недовольство.

Сегодня я так устал, что мои тормоза полностью отказали.

— Вот почему я волнуюсь, поэтому и прибежала к тебе в таком виде! К тому же, когда человек тебе дорог, иногда сомневаешься, не стоит ли поставить его будущее выше собственных чувств.

На её лице, признавшемся в этом, промелькнула тень печали.

Я вдохнул прохладный осенний воздух, чтобы очистить разум и сердце.

Пока солнце окончательно не село, нужно подвести черту всему, что произошло до сегодняшнего дня.

Я признался в своих чувствах, без единой капли лжи.

— Каким бы ни было моё будущее, оно в любом случае связано с вами. Я принял это решение и живу каждый день, думая о вас. Мне совершенно безразлично общественное мнение или здравый смысл. В тот момент, когда я влюбился в Тэндзё Рэйю, мою учительницу и соседку, любые сравнения потеряли всякий смысл. Для меня вы — номер один, и только вы. Я просто хочу быть с вами счастливым. Поэтому, чтобы не расстраивать вас как учительницу, я готов на любые жертвы, но буду соблюдать закон и следовать здравому смыслу. Сексом я тоже хочу заняться, но пока терплю.

Я изложил всё начистоту.

— Ты… слишком хороший парень. Слишком великолепен.

— Это моё подтверждение любви.

— …Тебе точно подойду я?

— Нет никого привлекательнее вас для меня.

— Но ведь я старше?

— Просто человек, которого я полюбил, случайно родился раньше меня.

— Я ведь скоро стану бабушкой.

— Когда мы станем взрослыми, эта разница будет почти незаметна.

Неужели, когда мы станем мужем и женой и вместе состаримся, она всё ещё будет переживать из-за таких мелочей?

Впрочем, такая Тэндзё-сан мне тоже очень нравится.

— Возраст для женщины — это очень чувствительная тема.

— Тогда я буду любить вас так сильно, что у вас не останется времени на эти переживания. С нетерпением ждите.

Когда я задумался о нашем совместном будущем, на моём лице невольно расцвела дерзкая улыбка.

— П-пожалуйста, будь со мной нежным.

Тэндзё-сан элегантно сложила руки на коленях и склонила голову в вежливом поклоне.

— Юнаги-кун, ведь я всего лишь учитель, которая ненадолго оказалась в твоей жизни. Мечтать о вечности, будучи кем-то временным, — это ведь само по себе противоречие. Именно эти мысли заставляли меня сдерживать свои истинные чувства. Лишь сейчас я осознала это.

Так Тэндзё-сан объяснила причины своего прежнего поведения.

— Знаете, за всё это время я кое-что понял. Могу я поделиться?

— Я внимательно слушаю.

— Наверное, в любви одной лишь серьезности недостаточно, но и на одном веселье далеко не уедешь. Особенно, если мы говорим о вечной любви.

— Угу.

Тэндзё-сан с явным интересом внимала рассуждениям парня, который был её моложе.

В обычной жизни мы постоянно помнили о нашем социальном статусе и разнице в возрасте, но когда оставались наедине, эта разница исчезала, и мы становились равны.

— Я верю, что поступки, основанные на разумной серьезности, укрепляют доверие. Но если чрезмерно зацикливаться на правильности, это может принести боль. Тревога порождает напрасные страхи, и так можно довести себя до грани нервного срыва.

— Ох, как же мне это знакомо…

Лицо Тэндзё-сан исказилось от переживаемой боли.

Но прежняя аура «тёмной Рэйю» полностью исчезла.

— С другой стороны, если слишком поддаваться инстинктам, это легко может привести к проблемам. Можно ранить дорогого человека или разрушить доверие.

— Понимаю! Так сложно найти баланс между разумом и инстинктом. Меня саму постоянно штормит.

Тэндзё-сан искренне разделила мою глубокую внутреннюю борьбу.

Даже если решения нет прямо сейчас, одно только осознание того, что тебя понимают, приносит огромное облегчение.

— Но знаете, эти колебания — это совершенно нормально, — ответил я, расслабившись.

— Что с тобой? Ты говоришь так, будто достиг просветления.

— Суть того волнения, что мы испытываем в любви — это и есть этот самый шторм, эти внутренние колебания.

— Но если всё стабилизируется, разве не станет скучно?

— Нет, не станет. Даже разделяя тайну, о которой нельзя никому рассказать, нужно иметь достаточно душевных сил, чтобы просто принять ситуацию и наслаждаться ею. Думаю, это и есть секрет долгих отношений. Вот так.

Я взял за руку любимую женщину, сидевшую неподалеку.

Сюда всё равно никто не зайдёт. Можно позволить себе немного смелости.

Тэндзё-сан удивлённо моргнула, но в следующий миг их пальцы переплелись с моими.

— И ещё. Для меня вечная любовь — это значит окружить человека такой безграничной заботой и лаской, чтобы он буквально утонул в них.

— А?

— Я буду любить вас вечно. Я никогда не дам вам повода сказать, что вам скучно или не хватает эмоций. Моя любовь будет бездонна, как океан.

Я сам не ожидал от себя такой возвышенной метафоры.

Но как ещё можно описать любовь, не имеющую физической формы?

Я клянусь лелеять эту любовь, глубокую и бескрайнюю, как океан, до самого конца своих дней.

Перед лицом такой любви возраст и статус — всего лишь незначительные мелочи.

— Послушай, а можно я попрошу об одной услуге?

— О какой?

Тэндзё-сан замялась, явно не решаясь произнести свою просьбу.

— Сейчас самое время быть честной, разве нет?

Под моим настойчивым взглядом она закусила губу и наконец произнесла:

— Ну… с тех пор, как мы узнали, что живём по соседству, прошло уже больше полугода. Я называю тебя по имени, а ты, Юнаги-кун, всё ещё обращаешься ко мне по фамилии.

— Я думал, это проявление уважения к человеку, который старше. Это как-то неправильно?

— Нет, не неправильно! Совсем не неправильно! Но, знаешь…

Тэндзё-сан запнулась, подбирая слова.

— Скажите мне. Я искренне хочу исполнить желание Тэндзё-сан.

Мне действительно хотелось узнать.

— …Я подумала, что… может быть, пора бы тебе уже звать меня по имени?

Последние слова Тэндзё-сан прозвучали так тихо, что почти растворились в воздухе.

— ……

— Это значит, не Тэндзё-сан, а просто по имени.

Я решил осторожно уточнить, чтобы избежать недопонимания.

— Я-я не заставляю! Мы соседи, мы равны. Но дело ведь не только в этом. То, что мы до сих пор обращаемся друг к другу по фамилиям, как-то… грустно. Хотелось бы, чтобы мы почувствовали себя чуточку ближе… Да, как подтверждение нашего доверия и привязанности!

Запинаясь, она всё же смогла высказать своё заветное желание.

Я сделал глубокий вдох.

А затем положил руки ей на плечи.

Наши взгляды встретились.

Напряжение между нами достигло своего пика.

— Тэндзё-сан.

— Д-да.

— …Рэйю, сан.

— А?!

— Рэйю-сан!

— Да!

— Рэйю-сан, я люблю вас!

— Я тоже тебя люблю!

Рэйю-сан наконец-то, ясно и чётко, облекла свои чувства ко мне в слова.

— Наконец-то я услышал это. Я так счастлив, что сейчас мог бы умереть.

Мой голос дрогнул, и я чуть не упал от переполнявших меня эмоций.

Есть сердца, которые может исцелить одно искреннее «люблю» [1], а не мимолетная плотская связь, скрывающая внутреннюю пустоту.

Меня переполняло невиданное доселе чувство облегчения.

Я обрёл полную уверенность в наших отношениях. И завтра я буду любить эту женщину ещё сильнее, чем сегодня.

— …Слушай, Юнаги-кун. Время ещё есть, давай устроим фестивальное свидание.

Рэйю-сан встала и потянула меня за руку.

— Свидание? Но разве это нормально, если учитель и ученик будут гулять вместе?

— Одолжи мне свою классную толстовку. На мне ведь сейчас юбка от костюма горничной. Если я натяну капюшон, меня не сразу узнают. У меня и маска есть, так что с маскировкой проблем не будет.

— Вы уверены?

Неужели такая сказка может стать явью?

Я всегда грезил об этом, но, оказавшись лицом к лицу с реальностью, я запаниковал и отступил.

— Я тоже хочу создать с тобой общие воспоминания.

— Я согласен.

Конец моей роли стороннего наблюдателя. Я буду наслаждаться своей юностью здесь и сейчас, рядом с любимым человеком.

— Тогда подними руки, я сниму с тебя толстовку.

— Я сам могу её снять.

— Давай же!

Подчинившись её просьбе, я поднял руки вверх.

Рэйю-сан схватилась за край моей толстовки и потянула её вверх.

В тот момент, когда толстовка закрыла мне лицо, я невольно зажмурился.

И тогда я почувствовал на своих губах что-то мягкое и тёплое.

Открыв глаза, я увидел перед собой свою самую любимую женщину. Взгляд её был полон решимости, в нём не осталось и следа прежних сомнений.

— Это сейчас было…

— Исключение.

— Разве это не нарушает наше «Соседское соглашение»?

Я всё ещё не мог поверить, что это происходит на самом деле, и выпалил первое, что пришло в голову, рискуя всё испортить.

— Э-это волшебство школьной ярмарки [2]! Не спрашивай больше ничего!

— Ну, раз так, то тут ничего не поделаешь.

Ах, действительно существует волшебство школьной ярмарки.

— Да, это как извинение за то, что заставила тебя волноваться. К тому же, моё терпение тоже иссякло.

— Сдерживать свои чувства вредно для здоровья.

— Поэтому я скажу это прямо!

Лицо Рэйю-сан озарила улыбка, такая же яркая, как солнце.

Я никогда не забуду этот момент до самой смерти.

— Потому что я твоя учительница и возлюбленная!!

Моя юность никогда не утратит своего сияния.

У нашей с учительницей вечной любви не будет выпускного.

Конец.

---

Примечания:

[1] Одно искреннее «люблю»: В оригинале «「好き」の二文字» (suki no ni moji) — «Две буквы слова „люблю“».

[2] Волшебство школьной ярмарки (bunkasai majikku): Распространённое в Японии поверье, что во время школьной ярмарки атмосфера становится настолько особенной и эмоциональной, что люди легче влюбляются или решаются на смелые поступки.