Ничтожество из графского семейства. Часть 2. Законы Охоты Том 1 Глава 576 Хаос (3)

Стать персонажем кошмара — это именно то, о чём Бог Смерти неустанно предупреждал.

«В зависимости от силы кошмара, можно не осознавать реальность».

«Нельзя позволить кошмару затянуть вас и стать частью его».

Чхве Хан не вполне постигал истинный смысл этой угрозы, равно как и хозяин сна — Кейл — тоже. Казалось невообразимым, как посторонний может оказаться вплечённым в чужой кошмар.

— …

Но сейчас Чхве Хан не ощущал ничего.

— …

Перед его взором простиралось бесконечное поле надгробий. Все те товарищи и близкие, с кем он плечом к плечу сражался против Белой Звезды, теперь покоились здесь.

Территория Хэнитьюз, с трудом отбитая у Северного Альянса Клопе Секки, превратилась в руины. Ни графства, ни Леса Тьмы больше не существовало — лишь бесплодная, каменистая пустынь.

На этой земле были установлены несчётные надгробия. Так как вокруг было много камней, надгробия были сделаны из них.

Здесь обрели вечный покой те, кого Чхве Хан знал лично, и те, кто был лишь союзником в той затяжной войне.

— …

Что же осталось?

Ничего.

Победа над Белой Звездой принесла лишь горькое осознание того, что он был лишь пешкой на шахматной доске, и намёк на существование иных противников.

В этот миг Чхве Хана захлестнула ненависть к этому миру.

Зачем меня привели сюда?

Деревня, где он нашёл умиротворение после Леса Тьмы, была уничтожена Рукой.

После этого он сражался бок о бок со своими товарищами против Руки и Белой Звезды. Он надеялся, что в конце этой битвы наступит мир.

Но почему мир так и не наступил даже после завершения войны?

Зачем меня привели в столь ужасное место?

Почему я продолжаю проигрывать, почему я не могу обрести душевный покой, и почему я никогда, по-настоящему никогда не могу быть счастлив до самого конца…

— Проснись.

Чхве Хан поднял голову. Перед ним стоял красноволосый мужчина.

«Кто это?»

Но интерес тут же угас. Ему было всё равно.

Он больше не желал никого узнавать, не стремился к сближению, ведь финал всегда один — потеря.

Он просто устал.

Тем не менее, он был обязан держаться.

Тех, кто сделал его таким…

Нет, тех, кто сделал это с его товарищами, его людьми, он непременно уничтожит.

Мир называл его героем.

«Наверное, и этот человек один из тех, кто хочет мне подлизаться».

Но какой смысл быть героем, утратив всё?

Мёртвые молчат, а среди живых не осталось счастливых.

Лок.

Он потерял всю свою семью и выжил в одиночку. Он отомстил, но семьи у него больше не было.

Почему?

Потому что, постоянно теряя товарищей, которые были ему как семья, он возненавидел само слово «семья». Он стремится лишь к жестокой и неистовой силе, направленной против врага.

Розалин.

Она прославилась благодаря своему магическому дару, но её руки по локоть в крови, и она задыхается от осознания, что этот мир после исчезновения Белой Звезды — лишь краткая передышка перед новой бойней.

Лок, Розалин, он сам.

Мир восхваляет их как героев.

«И что с того?»

У них ничего не осталось.

Это звание не стоит ничего. Для него оно лишь...

— Эй. Чхве Хан.

А.

Этот красноволосый мужчина... Кто же он?

Его лицо кажется на удивление знакомым.

Где же я его видел?

Память о человеке перед глазами кажется бесконечно далёкой, погребённой под грузом бесчисленных сражений.

Кто он?

Кто он такой, что продолжает звать меня?

Я просто хочу отдохнуть.

Я просто... просто...

Мне кажется, я задыхаюсь под тяжестью этого мира, который нельзя ни бросить, ни вернуть.

Я просто хотел...

— Эй. Чхве Хан.

А, этот мужчина снова...

— Ты должен отработать свою еду.

...Этот мужчина...

Нет, этот человек...

— Ты собираешься оставить меня здесь?

Высохшие, полные ярости зрачки медленно зашевелились.

Взгляд Чхве Хана переместился с алых волос ниже, в самую глубину глаз Кейла.

Чистый, ясный взгляд, направленный прямо на него.

— ...Отработать еду.

— Да, Чхве Хан. Нужно отработать свою еду.

Ах.

Нет, как...

Как я мог забыть...

— Проснись.

…этого человека?

Только теперь Чхве Хан смог по-настоящему увидеть Кейла.

Стать персонажем кошмара означало взвалить на себя бремя жизни этого персонажа.

— Кх-..!

Чхве Хан невольно зажал рот рукой. К горлу подкатил приступ тошноты.

— Ха-а... Ха-а...

Лоб мгновенно покрылся холодным потом.

Это ужасно. По-настоящему жуткий кошмар.

Жизнь Чхве Хана в кошмаре Кейла была такой, какую он никогда бы не захотел прожить снова.

Без дома.

Без семьи.

Жизнь, где отобрали абсолютно всё.

Герой? Победа?

Всё это не имело для Чхве Хана ни малейшего значения.

Он не желал жизни, в которой его бы превозносили и почитали. Жизнь, к которой он стремился...

— Ты в порядке?

— ...Да.

Это была его нынешняя жизнь.

Реальность, в которой он живёт сейчас.

Жизнь, где есть и дом, и семья.

То, что он ни за что не может потерять.

Тук. Тук.

Пульс Чхве Хана начал выравниваться.

Жизнь Чхве Хана из кошмара, которую он полностью прочувствовал за этот краткий миг...

«А что, если... если я всё это потеряю?»

Охотники из семьи Пятицветной Крови.

Второй Император, кандидат на роль Абсолютного Бога, и даже Первый Император.

И дальше — Мир Богов.

Сможет ли он защитить эту жизнь во всех этих грядущих битвах? Если он не справится, то он...

Тук. Тук.

Сердце предательски билось в груди, отказываясь успокаиваться. Пусть это мгновение было мимолетным, но воспоминания о той невыносимой жизни, подобной кошмару, глубоко отпечатались в его душе.

«Никогда».

Кулаки невольно сжались до предела.

«Я ни за что не позволю это потерять».

Эта семья, этот дом, этот обретенный покой – всё это нельзя было упустить.

А значит...

«Мне нужно стать сильнее».

Чхве Хан, закусив губу, почувствовал, как бешено стучит его сердце.

— Чхве Хан. Ты точно в порядке?

— Да.

Я в порядке. Я справлюсь.

— Я в порядке.

Так и должно быть.

Я должен стать сильнее, чтобы во что бы то ни стало защитить этот покой.

Мои бесценные сокровища. Я не отдам их никому.

— Правда?

Увидев решительный ответ Чхве Хана, Кейл похлопал его по плечу и двинулся дальше, упустив из виду то, что произошло дальше.

— Обязательно... — прошептал Чхве Хан, почти не слышно.

Его взгляд, казалось, был прикован к тысячам надгробий, простиравшихся перед ним.

Кулаки, сжатые до побелевших костяшек, говорили сами за себя.

Этот кошмар ни в коем случае не должен стать реальностью. Он ни за что не допустит, чтобы это произошло.

Чхве Хан почти одержимо твердил это в своей голове.

— М-м.

Кейл, не подозревая о внутреннем состоянии Чхве Хана, огляделся, оценивая обстановку.

— Господин Эрухабен, с вами, похоже, и так всё в порядке?

Древний дракон Эрухабен, с выражением легкого недоумения на лице, осмотрел окрестности и кивнул на слова Кейла.

— Похоже на то. Видимо, я не являюсь персонажем этого кошмара.

Кейлу нечего было на это возразить.

Кем же изначально был древний дракон Эрухабен в «Рождении героя»?

Кейл не знал, ведь в тех частях, которые он успел прочесть, Эрухабен не фигурировал.

— Хм. Однако...

Эрухабен собирался продолжить, но вдруг осекся.

Оказавшись в этом кошмаре, он тоже увидел некоторые воспоминания.

Это были его собственные воспоминания как древнего дракона.

Но в них не было ни Раона, ни Он, ни Хонга.

И Кейла там тоже не было.

Да, многое отсутствовало.

Жизнь древнего дракона в этих воспоминаниях была неполной и пустой — лишь существование существа, ожидающего своей кончины. Эмоции персонажа Эрухабена были пугающе безразличны.

«Конечно, они были слабыми».

Поскольку он не был ключевым персонажем кошмара, Эрухабен быстро пришел в себя из-за нестыковок в воспоминаниях. Кейлу даже не пришлось помогать ему осознать реальность.

— ...Я тоже в порядке, — следом за ним невозмутимо произнесла Мэри, также самостоятельно вернувшись к реальности.

— ...Это кошмар.

Мэри ограничилась этими словами и замолчала.

— Верно.

Кейл почувствовал облегчение и позволил себе легкую улыбку.

— ……

Мэри пристально посмотрела на него, а затем легонько коснулась плеча Кейла, когда тот собрался подойти к остальным спутникам.

— М-м?

Кейл обернулся, и Мэри спокойно повторила:

— Это кошмар.

— Да, верно.

Пока он недоумевал, почему она повторяет одно и то же, девушка неторопливо продолжила:

— Я имею в виду, что это просто сон. Это не реальность.

А.

Кейл тихо выдохнул и приподнял уголки губ.

— И правда. Это не реальность.

В который раз он ловил себя на мысли, что среди всех его спутников Мэри, пожалуй, обладала самой несокрушимой волей.

Девушка, пережившая Пустыню Смерти и выбравшая путь некроманта.

Несмотря на всё пережитое, она умела ценить красоту ночного неба и простые радости этого мира, что делало её поистине удивительным человеком.

«Возможно, именно поэтому в противостоянии со Вторым Императором помощь Мэри будет неоценима».

Даже если не брать в расчет её способности некроманта, в схватке с тем, кто погружает человеческие души в отчаяние, сама внутренняя сила Мэри может оказаться решающей. Её твердая и непоколебимая воля никогда не дрогнет перед лицом врага.

«С другой стороны, Чхве Хан...»

Кейл всё же немного беспокоился.

— Ты как?

На вопрос Кейла Бикрос, сидевший на земле с опущенной головой, поднял взгляд.

— Нормально, — ответил он ровным голосом, хотя сам уже был покрыт холодным потом.

— Пришел в себя, когда услышал, как я сказал Чхве Хану просыпаться?

— Да.

Первым ключевым словом для Чхве Хана было «Проснись».

Если бы это не сработало, планировалось упомянуть «еду».

Бикрос же просто сказал, что ему лень придумывать что-то сложное, и попросил оставить для него то же «Проснись».

К слову, фразой для господина Эрухабена было: «Раз уж вы помолодели, эта пыль кажется жалкой».

«Он ведь сам сказал, что после такого точно не сможет не проснуться?»

Правда, Кейлу совсем не хотелось использовать эту фразу, так как она звучала слишком дерзко — за такое можно было и схлопотать.

Кейл внимательно посмотрел на Бикроса и кивнул.

— Хорошо.

Бикрос с невозмутимым видом натянул новые белые перчатки, всем своим видом показывая, насколько очевидны слова Кейла. Пока тот направлялся к последнему — Богу Смерти, Бикрос проводил его взглядом и сдержал вздох.

«Проклятье».

Это был поистине паршивый кошмар.

Территория Хэнитьюз исчезла. Более того, в этих воспоминаниях Кейл существовал лишь как никчемный отброс, который в итоге бесславно погиб.

Это не был ни нынешний Кейл, ни тот молодой господин, которого он знал — просто карикатурная версия ублюдка.

«Очередной бред».

Сон, которому никогда не суждено стать реальностью.

Однако Бикрос никак не мог избавиться от этого неприятного осадка в душе.

«И всё же…»

Наблюдая за прямой спиной Кейла, Бикрос ощутил странное переполнение эмоций.

Он моментально постиг истинную природу этого кошмара. Это было не просто трагическое будущее, отличающееся от реальности.

«Присутствие или отсутствие Кейла».

Мир, в котором не существует Кейла с душой трансмигратора.

Мир, где никто не вспоминает такого Кейла, и впоследствии всё рухнуло.

— …Чёрт.

Кошмаром было не его отсутствие в этом мире, а то, что этот мир пал без него.

Вот каким был кошмар этого человека.

«Ха!»

Это поистине поразительно.

Прямо сейчас этот человек, безусловно…

«Если бы это был мир, который счастлив и без него, он бы не посчитал это кошмаром».

Этот факт Бикрос ощутил весьма отчётливо. Этот кошмар действительно слишком хорошо раскрывал человека по имени Кейл Хэнитьюз.

Его истинную сущность. И даже его желания.

Желание быть вместе с этим миром.

А также желание, чтобы этот мир был счастлив.

«Раздражает…»

Сколько же он собирается взвалить на свои плечи в одиночку?

Действительно нелепый и удивительный человек.

— Фух.

Он выдохнул. Эмоции немного улеглись.

Бикрос с трудом сдержал уголки губ, которые почему-то странным образом так и норовили подняться.

«Проклятье!»

Казалось, вот-вот вырвутся грубые слова, но необъяснимым образом настроение улучшилось.

Кейл Хэнитьюз.

То, насколько этот человек ценит этот мир и территорию Хэнитьюз. И также то, насколько он сам желает жить в этом мире вместе с людьми вокруг.

Осознав это, Бикрос испытал такое раздражение, что…

«Стал спокойнее».

На душе становилось легче.

Это действительно чертовски раздражало, но, столкнувшись с этим кошмаром и постигнув истинные мысли Кейла Хэнитьюза, он почувствовал умиротворение.

Потому что они были схожи. Схожи с его собственными чувствами.

«Действительно, раздражает…»

Было ещё кое-что, что бросалось в глаза.

«Что с ним?»

Чхве Хан. Его вид был необычен.

«Кошмар внутри кошмара».

Неужели он погружается в него?

Бикрос со вздохом поднялся и подошёл к Чхве Хану. Было несколько вещей, которые требовали внимания.

Для Кейла всё обстояло точно так же.

— Эй. Чему ты улыбаешься?

На слова Кейла Бог Смерти изобразил обиженное лицо.

— Да нет, я просто умиляюсь, неужели даже этого нельзя?

Он выглядел искренне обиженным.

— Видеть, как ты будишь Чхве Хана и остальных, было так трогательно для меня…

— Врёшь.

Кейл, несомненно, сначала осмотрелся, а затем подошёл к Чхве Хану.

— Ты улыбался с самого начала.

С самого начала Бог Смерти стоял с ухмылкой на лице.

Его седые, пепельные волосы развевались на ветру, и Бог Смерти, небрежно поправив их рукой, ответил:

— Заметно было?

— Ага.

На бесстрастные слова Кейла Бог Смерти пожал плечами.

Он заговорил, осматривая территорию Хэнитьюз, которая почти утратила функции поместья и превратилась в руины, более похожие на гигантскую могилу.

— В конце концов, перед лицом смерти люди показывают свою истинную сущность.

Его глубоко застывшие глаза скользнули по Кейлу, Бикросу и остановились на Чхве Хане. Когда на его губах мелькнула едва заметная улыбка, послышался безразличный голос Кейла.

— Если желаешь изрекать пророчества, делай это перед своими последователями. И ищи способ добраться до бессознательного.

На безжалостные слова Кейла Бог Смерти выдал:

— Хнык.

— Х-а-а. Хватит меня раздражать.

— …Ладно.

Хотя Бог Смерти предстал перед ним в своём истинном обличье, Кейл даже глазом не моргнул.

«Он стал сильнее».

Этот парень действительно вырос. Эрухабен и другие инстинктивно не могли подойти близко, но Кейл не выглядел ни капли смущённым.

— Кошмары весьма цепкие.

Они отличаются от снов первой области.

В отличие от обычного сна, который разрушается и переходит в следующий при малейшем отклонении от рамок, кошмар сохраняет свою форму даже при значительных изменениях и неустанно пытается затянуть жертву в трясину.

Кошмар был подобен бесконечной ловушке.

— Однако в кошмаре определённо есть уязвимое место.

— Значит, и в этот раз нужно найти уязвимое место и отправиться в область бессознательного?

— Да. И область кошмара можно назвать началом истинного Мира Снов.

Улыбка.

Бог Смерти ухмыльнулся и добавил:

— Потому что с этого момента начинают появляться те, кто переходит из одного сна в другой.

Когда нам снятся кошмары, мы порой сталкиваемся с самыми разными и странными существами.

Было ли это порождено нашим воображением? Или, быть может, это было какое-то существо, перешедшее в наш сон?

— Отсюда всё взаимосвязано.

Следовательно, первоначальная цель.

— С этого момента мы ведём поиск Второго Императора.

Второй Император. Путь к области бессознательного, где она находится, мы будем искать отсюда.

— Раз Мир Снов взаимосвязан, способ добраться туда обязательно обнаружится.

Бог Смерти предупредил:

— Только нужно помнить об одном.

Он посмотрел на каждого из товарищей по отдельности и сказал:

— Ни в коем случае не заблудитесь в бесчисленных снах, связанных друг с другом. Если потеряетесь — я вас не найду.

И прежде всего.

— Особенно никогда не вторгайтесь в бессознательное в одиночку. Ведь там нет ни дорог, ни каких-либо ориентиров; это буквально область хаоса.

Топ.

Бог Смерти, положив руку на плечо Кейла, произнес:

— Поэтому держитесь рядом с Кейлом Хэнитьюзом, начальной точкой сна. Путь не возникнет, если нет отправной точки.

Он мягко подтолкнул Кейла вперед.

— Для начала, давайте обыщем этот кошмар. Разумеется, взяв это место за отправную точку.

Мир, где Кейл Хэнитьюз, в которого вселился Ким Рок Су, не существует. Начав с этой точки, Кейл решил всерьез отыскать путь ко Второму Императору.

— Молодой господин.

Бикрос, подошедший незаметно, спокойно произнес:

— Вон там есть гостиница.

Павшие земли Хэнитьюз.

Там, где раньше были лишь бесчисленные могилы, на месте, где должен был возвышаться замок лорда, теперь стояла лишь скромная гостиница. Это было небольшое место отдыха для тех, кто приходил почтить память ушедших.

— Пойдемте.

Кейл направился туда, чтобы организовать наше проживание, которое послужит отправной точкой.

И тогда.

— !

Взгляд Кейла встретился с тем, кто сидел на месте управляющего гостиницей.

Кейл невольно вскрикнул:

— Вор…!

Джур Темз.

Мать Кейла.

Его семья, дом баронов Темз, занималась исследованиями «времени и жизни». Кейл уже получил половину силы «Годовых колец жизни» Джур Темз.

И человек из этой семьи.

Самозванец Хилсман, выдававший себя за заместителя капитана рыцарей герцогства Хэнитьюз.

И человек из семьи Темз, семьи Кейла по материнской линии.

Этот человек, с рыжими волосами и лицом, точь-в-точь как у заместителя капитана Хилсмана, сидел на месте хозяина постоялого двора!

Тот самый человек, который ограбил сейф Кейла…!

— …Мои… деньги!

В тот момент, когда Кейл вскрикнул это...

Та-так!

Чхве Хан сорвался с места и начал действовать.

— Черт! А я так хорошо спрятался!

Самозванец Хилсман, родной брат матери Кейла, Джур, начал стремительно убегать.

Самозванец Хилсман, который говорил об истреблении Охотников и разжигал свою ненависть к ним.

Кейл столкнулся с ним как раз в тот момент, когда собирался схватить Второго Императора.