Нуб максимального уровня (Новелла) Том 1 Глава 792 Руины в разломе «Корень гор» (1)

Руины раскинулись недалеко от Цветущей Горы Плодов.

Это место по своей сути кардинально отличалось от сорок девятого уровня, подчиненного Воле Двенадцати Знаков.

Иначе и быть не могло.

«Здесь находится один из входов на пятидесятый уровень».

Кан Джинхёк тщательно изучил местность, куда они прибыли.

Это был не стандартный путь, а скорее секретный проход.

Своего рода лазейка, созданная исключительно для того, чтобы хоть немного облегчить прохождение пятидесятого уровня, считавшегося неприступным.

Разумеется, даже если впоследствии, миновав сорок девятый уровень, воспользоваться этим путём и попасть на пятидесятый, никакого кардинального изменения шансов ожидать не приходилось.

Вероятность увеличится лишь на жалкие 1–1,5%.

Однако, учитывая, насколько недосягаемым был пятидесятый уровень, даже эти 1–1,5% представляли собой существенную прибавку.

«К тому же, без того, что скрыто здесь, эту войну не одержать».

Двойное преимущество.

Упускать такую возможность — поймать двух зайцев одним ударом — было бы непростительно.

Правда, эти руины нельзя было активировать просто так. Для их пробуждения требовался значительный отклик маны с Цветущей Горы Плодов.

И не просто «значительный».

Речь шла о таком потоке маны, который способен был бы поколебать саму основу горы.

Например, война…

Та самая война за территории Двенадцати Знаков, что сейчас бушевала вдалеке.

— Туда?

Элис указала на тёмную впадину.

— Да. Это и есть вход.

— Пахнет… кровью. Отвратительный запах. Старый, затхлый и такой, будто его здесь быть не должно.

Тем не менее, Элис принадлежала к тем, кого в Башне называли абсолютами. Её звериное чутье в подобных делах работало безупречно.

По способности ощущать опасность она не уступала ни одному опытному ветерану, прошедшему Башню испытаний.

«Сколько же раз я здесь погибал».

Кан Джинхёк сглотнул, перебирая в памяти прошлые события.

Самые зловещие руины на всём сорок девятом уровне.

По сложности, если брать только руины, за исключением пятидесятого уровня, это место уверенно входило в тройку самых опасных.

Причина заключалась в том, что первозданная мана, просачивающаяся отсюда, исказила местную экосистему до неузнаваемости.

«Зато перед пятидесятым уровнем можно будет оценить текущий уровень команды».

Эту гору всё равно придётся пересечь.

А раз уж подвернулась возможность устроить проверку сил, нужно извлечь из неё максимум пользы.

— Входим.

Кан Джинхёк осторожно шагнул вперёд.

И тут же его окутала непроглядная тьма.

— Ха! Наконец-то настал мой звёздный час! Доверься мне, хозяин!

Саламандра самодовольно извергла пламя.

Яркие языки огня осветили окрестности, словно демонстрируя: она уже достигла уровня, значительно превосходящего духа-зверя высшего ранга.

Но…

Фу-ух!

Едва пламя разгорелось, как откуда-то налетел необъяснимый ветер и поглотил свет.

Всё вновь погрузилось во мрак.

— А?

В темноте замелькали белые глаза Саламандры.

— Мерзко. Волны маны здесь текут нестабильно, поэтому долго полагаться на энергетическое чутье не получится. Если так продолжится, сражаться будет практически невозможно.

Элис провела рукой по стене.

Кан Джинхёк прекрасно её понимал.

Однако сейчас другого выхода не было.

Раз это место не терпит света, остаётся действовать на ощупь, пробивая путь, опираясь на другие чувства.

Зрение исчезло, но взамен обострились слух, обоняние и осязание. Так они и продвигались вперёд — медленно, но неуклонно.

Сколько времени прошло?

Вспышка!

Едва они свернули в правый ответвление расщелины, как впереди замерцали несколько зелёных огоньков.

В стенах виднелись плотно засевшие минералы различных размеров.

— Фух. Наконец-то!

— Теперь можно хоть вздохнуть.

Облегчённые вздохи послышались со всех сторон.

Давящая тьма осталась позади.

— Глубоководный… светящийся камень? Нет, не совсем он… Что это такое?

В голосе Морозного духа слышалось замешательство.

Даже для неё, успевшей побывать во многих землях, этот вид был незнаком.

Кан Джинхёк напряг память.

Казалось, что-то вертелось на языке… что же это было?

Тук-тук.

Адель с любопытством ткнул минерал острием меча.

— Его аура не берёт? Думал, он сейчас развалится пополам. Забавно.

Никакой особой реакции не последовало. Лишь мягкое свечение стало немного ярче.

Кан Джинхёк вспомнил.

То, что поглощает ауру и становится от этого ярче…

«Голодный светокамень».

Камень, который постепенно вытягивает ману из тех, кто находится поблизости, и преобразует её в свет.

«Чёрт. Он что, уже у самого входа был?»

Лицо Кан Джинхёка мгновенно исказилось.

Хотя голодный светокамень на вид не представлялся чем-то особо опасным, на деле он доставлял куда больше проблем, чем можно было ожидать.

Если свечение достигало определённого уровня, оно выдавало местоположение добычи Хищнику.

Хищник насыщался, пожирая жертву.

А светокамень впитывал ману, исходящую из оставшихся костей и останков.

Эффективный, но невероятно неприятный симбиоз.

— Здесь нельзя задерживаться. Всем назад, по той же доро…

Он не успел договорить.

— Кро-о-о-о!

— Киии!

Откуда-то сбоку раздался протяжный рёв.

Проклятье. Когда не везёт, то не везёт по всем фронтам.

Они столкнулись с существами, которых обычно встречали гораздо глубже — и то лишь при крайне неудачном стечении обстоятельств.

Скр-р-р-р!

Клац! Клац! Клац! Клац! Клац! Клац!

Мерзкий щёлкающий звук впился в уши.

— Ха-а.

Кан Джинхёк сжал виски пальцами.

— Что ты так беспокоишься? Что бы там ни появилось, я справлюсь. Не думай об этом.

Ву-у-ун!

Десятки кровавых копий возникли в воздухе.

— Я их заморожу, а добивать оставлю вам.

В ладонях Морозного духа также скопился синий холод.

Хр-р-рст!

Ледяные жилы мгновенно распространились по тёмному проходу.

Затем кровавые копья Элис безжалостно пронзили приближающихся тварей.

Туп-туп-туп-туп!

— Кииэк!

— Кхек! Кх-х-х…

По хриплым звукам стало ясно: что-то там издало дух.

— Ну что, достаточно?

Элис гордо выпрямила плечи.

Однако, напротив самоуверенной королевы, лицо Кан Джинхёка оставалось напряжённым, словно он только что попробовал горькое лекарство.

— Сначала посмотри туда.

На вид твари напоминали четырёхногих скорпионов размером с кулак.

Но принимать их за обычных пустынных монстров было бы огромной ошибкой.

Это были падальщики, которых на пятидесятом этаже называли армейскими муравьями.

И дело было не только в их чудовищном количестве: они сплошным ковром облепили стены круглого туннеля. У них были мощные челюсти, способные прогрызть даже усиленную ци.

Нет, чем сильнее способность, тем привлекательнее она была для этих тварей.

Хрусь!

Скрежет!

Они грызли лёд Морозного духа и разбирали на части кровавые копья, выпущенные Элис.

Трупы своих сородичей они тоже уже полностью пожрали.

Если возиться с каждым по отдельности, можно и всю жизнь здесь провести.

— Если у вас бесконечные запасы маны и времени, то нет вопросов. Собираетесь торчать здесь вечно?

— Т-тогда что нам делать?

А что тут делать.

— Бежать!

Раз отступление отрезано, остаётся только нестись вперёд без оглядки.

А если кто-нибудь споткнётся или отстанет…

Пусть готовится стать вторым Тибоном.

***

В то же самое время.

На Горе Цветов и Плодов продолжалась ожесточённая кровавая битва.

Воины клана Обезьяны во главе с Великим Мудрецом, равным Небу, сдерживали врагов, которые лезли на них как сумасшедшие.

Бум-бум-бум-бум!

Ба-а-ах!

— А-а-а-а!

— У-а-а-а!

Они использовали знакомый рельеф и последовательно разрушали вражеский план.

Ловушки срабатывали одна за другой, и потери противника росли экспоненциально.

А там, где появлялась хоть малейшая брешь, вмешивались клоны Великого Мудреца, равного Небу, снова и снова демонстрируя результат, которому подходило только одно слово — «разгром».

Неудивительно, что в стане коалиции начали раздаваться тревожные жалобы.

— О царь, наши потери слишком велики.

— Разве можно продолжать наступление таким образом?

В отличие от царей, уже осведомлённых об общей картине, старейшины толком не знали сути происходящего.

— Смотрите шире. Разве было бы разумно ожидать, что Гора Цветов и Плодов, которую не могли сокрушить тысячи лет, дрогнет меньше чем за час атаки?

Пэкхи, Царь Змеи, лично подавила тревожный ропот клана Змеи.

Скорее всего, эта битва затянется.

Нынешняя атака была лишь разведывательной операцией: проверкой завершённости опорного пункта, расстановки сил и скорости реакции противника.

— Чёрт. Воевать вместе с этим сбродом — тоже непростая задача.

Чокхо с досадой щёлкнул языком.

Без настоящей элиты прорвать ту оборонительную линию было невозможно.

И особенно мешали…

[Защитная башня «адская крепость» приведена в действие!]

[Противопехотная мина «АК-553» активируется!]

…люди, прибывшие с других уровней.

— Ура-а-а!

Женщина, сражавшаяся в боевых перчатках, была далеко не проста.

Да и здоровяк, излучавший ману всех цветов, оказался не менее проблемным.

[Медрей активирует Радужный мост — «Пир красок»!]

Машинный владыка наполнился различными цветами.

Он изменялся и усиливался в зависимости от ситуации, доводя синергию до предела.

Если не устранить этих двоих сразу, только за сегодняшний день придётся смириться с потерей нескольких тысяч бойцов.

Но…

Сейчас вмешательство высших старейшин или царей, способных с ними справиться, было запрещено.

Взгляд Чокхо метнулся в сторону.

Новоприбывшая гончая Тиндалоса.

Амун де Акаша.

Единственный выживший из древнего королевства пятидесятого уровня.

Пока Бар-Абисс не прибыл, Акаша исполнял обязанности главнокомандующего в этой войне, но, похоже, ему было совершенно безразлично, сколько воинов погибнет.

Фермут, ранее владевший Короной отчаяния, также находился в главном лагере и наблюдал за битвой выше по склону.

— Корону передали? Он ничего не заподозрил?

Акаша заговорил первым.

— Мы всё обставили убедительно, так что вряд ли он что-то заподозрил. И, главное, у него не было причин отказываться от ключа к пятидесятому уровню.

— Не будь так уверен. У этого человека невозможно определить предел.

— Это мы знаем лучше вас. Мы всё закрыли без единой прорехи, так что вам, господин Акаша, лучше сосредоточиться на штурме этого опорного пункта.

— ……

Тр-ррак!

Между ними словно вспыхнула невидимая искра.

Волны маны, смешанные с настороженностью и жаждой убийства, были готовы вот-вот вцепиться друг другу в горло.

Акаша, прямой подчинённый Бар-Абисса.

И Фермут, следующий за тем мужчиной.

Сейчас их интересы совпадали, поэтому они шли по одному пути. Но корни двух сил были совершенно разными.

Иными словами, никто бы не удивился, если бы они в любой момент снова стали врагами.

Лязг.

Акаша положил ладонь на эфес массивного клинка, покоившегося за его спиной.

Одновременно, с грацией опытного мага, Фермут начал выводить руны заклинания на своем посохе.

И в этот самый миг…

Дзинь!

[«Алое пламя катастрофы» активировано!]

Огненный фейерверк алого цвета расцвел в небе, сопровожденный пронзительным сигналом.

Всего существовало семь типов тревожных сигналов, предусмотренных для различных угроз.

Именно «Алое пламя катастрофы», несущее весть о крайней опасности, взметнулось ввысь.

На пути к Корню обнаружен незваный гость.

На изображении, появившемся одновременно, запечатлелись Кан Джинхёк и главные фигуры «Корпорации Опытных Геймеров», проникающие внутрь.

— …Что!?

— …Не может быть!

Акаша и Фермут отреагировали в унисон.

Гора Корня.

Боковой проход на пятидесятый уровень.

Но как такое могло произойти?

Как он мог провести туда ключевых членов своей группы, когда Гора Цветов и Плодов находится под атакой?

«Но ведь, пока сорок девятый уровень не пройден, на пятидесятый не попасть?»

Неужели…

Он нашёл способ обойти даже это условие?

Будь на его месте кто-либо иной, такой вариант даже не рассматривался бы. Однако противником был не просто кто-то, а именно Кан Джинхёк.

Явление, выходящее за рамки понимания, неоднократно сокрушавшее прежние представления.

Взгляд Акаши стал ледяным и помрачнел.

— Он загнал нас в ловушку.

Нос-Идик, Бар-Абисс и Царь Демонов Быков ещё не могли вернуться: им предстояло не только справиться с Муджинрёном, но и разобраться с Риком Хеннесси.

Следовательно…

Придется выбирать из тех, кто находится здесь, и направлять силы к Корню.

Решение должно быть принято немедленно.

Пока противник не углубился ещё дальше.