Одержимость приведёт к гибели Том 3 Глава 1 Альтернативная история

※ Этот специальный выпуск представляет собой реконструкцию, основанную на вымышленной стране с современной цивилизацией.

Все географические названия и названия организаций, появляющиеся в этом специальном выпуске, являются вымышленными.

В этом специальном выпуске иностранная речь, отличная от родного языка главной героини, будет отмечена [ ].

***

Классовая система, которая, казалось бы, должна была остаться в прошлом с наступлением демократии, всё ещё подобно пиявке присасывалась к обществу, причиняя страдания многим. Так называемые аристократы не исчезли и до сих пор открыто совершают беззакония — то, что в народе называют «злоупотреблением властью» — против бесправных слоёв населения...

В последнее время Ариэль остро ощущала эту реальность.

*Дзы-и-и-инь —*

Как только она миновала арочные ворота Академии Реблет, раздался звонок телефона. Она раздражённо закусила губу. На экране чётко отображалось звание источника этого беспокойства.

【Председатель студсовета】

Человек, которого можно назвать главой элитной аристократической школы, Академии Реблен. Он стремится выглядеть как выдающийся лидер, и для обычных студентов он действительно кажется хорошим старшим, что сводит её с ума ещё больше.

Уже целый месяц этот уважаемый человек проявляет к ней неуместное внимание.

Он постоянно нагружал её различными поручениями, мешая нормально посещать занятия, и не давал ей заводить друзей. Взамен он без всякой видимой причины вручил ей льготы, которые иначе как дискриминацией не назовёшь — из-за этого на неё ещё и косо смотрели.

Сколько бы она ни спрашивала «почему», он никогда не давал вразумительного ответа, так что только она одна и мучилась.

Ариэль, скорчив недовольную гримасу, выключила экран. Ей хотелось заблокировать его, но он был председателем студсовета, что делало это непростым делом. Если бы она так поступила, он бы снова выдал ей какие-нибудь странные привилегии, и она бы ещё больше оказалась изолированной от остальной школы.

Поэтому лучше было сделать вид, что она ничего не слышала и не видела. Что она была слишком занята из-за болезни. Быстро придумав оправдание, она тут же направилась в медпункт.

Он был дотошным и настойчивым, так что нужно было создать хотя бы видимость алиби. Сказать, что у неё обострился стрессовый гастрит и болит голова, поэтому ей нужен отдых. И поэтому она не слышала звонка. Вчера вечером она тоже приняла антацид и легла спать, так что это была не совсем ложь. Возможно, даже удастся получить разрешение уйти раньше.

Но эта надежда рухнула, как только она вошла в коридор.

— Ариэль Хаккли, тебя вызывают в кабинет студсовета, — оповестили её двое студентов, которые, словно стражи, поджидали её у двери медпункта. Это были члены студсовета, помогавшие председателю.

Вздохнув, Ариэль развернулась. Её пробрала дрожь от того, что он, будто знал её планы и мысли, отправил людей ждать её. Пока она, под конвоем двух членов студсовета, шла в кабинет, её настроение упало ниже плинтуса. Когда, пройдя длинный коридор в противоположную от медпункта сторону, она увидела табличку с надписью «Кабинет студсовета», она крепко закусила губу.

Один из сопровождающих приоткрыл бежевую дверь и произнёс:

— Старший Реблен, та девушка, о которой вы говорили, пришла.

— Ага, понял. Можешь идти.

«Можешь идти» — словно речь шла о какой-то вещи, которую отпускают.

Пока Ариэль хмурилась от недовольства, два члена совета приоткрыли ей дверь и тут же растворились. Утренние занятия начинались в 8:30, самые ранние, так что им тоже нужно было спешить. Принимая во внимание преимущества членства в студсовете, поддержание успеваемости было важным. Прежде всего, нужно было быть прилежным.

«У этого человека, что ли, нет утренних занятий?» — подумала Ариэль, входя в кабинет и щуря глаза.

Мужчина, сидевший один за массивным столом, почувствовав её взгляд, улыбнулся. Золотистые волосы, упавшие набок вместе с наклоном его головы, коснулись бледной щеки.

Девонсия Реблен.

Он носит фамилию древнего имперского рода, его кровь голубая с рождения, и ко всему прочему он аристократ в современном обществе. Председатель студсовета школы. Его палец двигал ручкой, выводя изящные буквы.

Шорох письма разносился по комнате.

Не может быть, чтобы такой продуманный человек, как он, делал домашнее задание вне дома — наверное, это дела студсовета. Как бы то ни было, раз уж он вызвал — должен сказать зачем. Ариэль молча наблюдала за ним, но когда молчание затянулось более чем на пять минут, она заговорила первой:

— В чём дело, старший?

— Через неделю состоится обмен с зарубежной школой-побратимом.

— ...Да?

— Каждый год мы проводили приём в главном здании школы, но, кажется, это слишком банально. В этот раз мы арендовали частный музей. Сегодня мы поедем туда на осмотр.

При внезапном объявлении о работе Ариэль застыла.

«Он что, просто уведомляет меня о своих планах? Но зачем он говорит именно мне, а не членам совета?»

Недоброе предчувствие шевельнулось внутри. И так страдавший от стресса желудок теперь, казалось, подступал к самому горлу.

Девонсия закончил писать, сложил бумаги и встал. Аккуратно разложив документы по разным ящикам, он взял телефон, оставленный на столе, и посмотрел на неё.

— Сегодня занятия для тебя отменены, но ты будешь присутствовать в качестве специального наблюдателя. Ущерба это не принесет, наоборот, по итогам года за внеучебную деятельность тебе добавят баллы.

— ...Вы это обращаетесь ко мне?

— А к кому же еще?

Девонсия ответил с таким невозмутимым видом, что Ариэль почти согласно кивнула.

— Я против этого!

— Неужели? Если будут какие-либо убытки, я возмещу их. Моральный ущерб — тоже. Как бы то ни было, я уже уведомил администрацию и получил согласие преподавателей, так что тебе придется меня сопровождать.

— Зачем?

— Я же только что все объяснил?

Девонсия ослепительно улыбнулся. Ариэль, взглянув на его бесцеремонную физиономию, зажмурилась, а затем снова открыла глаза.

— Старший...

— Нет времени. Я уже вызвал машину. Поехали.

Не дожидаясь ответа, он взял её за руку.

Ариэль, испугавшись, оттолкнула его. Его красивое лицо на миг омрачилось, но это было недолго. Он тут же снова улыбнулся, широко распахнул дверь и вышел. Было бы хорошо, если бы он ушёл один, но он, придерживая дверь, стоял и ждал её.

— Мы опаздываем, дорогая.

— Не называй меня так.

Нахмурившись, Ариэль едва сдержалась, чтобы не выругаться, и покинула кабинет студсовета.

В конце концов, у неё не осталось иного выбора, кроме как сопровождать его. Чтобы закончить школу без проблем, ей пришлось подавить желание закидать его коктейлем Молотова.

«Пока этот человек не закончит учебу».

В машине он молчал. Она боялась, что он начнет докучать ей бессмысленными разговорами, но её опасения не оправдались. В частном музее было то же самое. Пока он кратко беседовал с директором и, осматривая экспозицию вместе с ответственным сотрудником, обсуждал разные детали, он не задавал Ариэль никаких вопросов.

«Зачем тогда было меня брать, если так?» — подумала она, но внутренний мир этого человека всегда оставался для неё загадкой.

Ариэль сидела в кресле для отдыха на лестничной площадке музея и грызла край бумажного стаканчика. Живот всё ещё ныл — похоже, она действительно подорвала своё здоровье. Это были последствия пребывания слишком долгого времени рядом с председателем студсовета. Раз уж он пообещал компенсацию, нужно потребовать. Ну, скажем, миллионов триста русилей…

— [Что за девушка здесь сидит в одиночестве? Разве вы не говорили, что сегодня посетителей не будет?]

Раздался незнакомый язык. Глаза Ариэль, до этого расфокусированные, прояснились, и она заметила чужую тень, лежащую у её ног. Их было двое, а не один.

— [Наверное, они прибыли по тому же делу, что и мы.]

— [А, Ребленская Академия?]

Несмотря на другой акцент, она смогла разобрать фразу «Ребленская Академия».

Ариэль оторвала стаканчик от губ и подняла голову. Она увидела двух мужчин с яркой внешностью. Один студент с грубоватыми чертами лица и рыжими волосами, и другой студент с тёмно-золотистыми волосами и довольно расслабленным взглядом. На их тёмно-синих блейзерах висели пропуска в музей.

— [Ты уже доела свой стаканчик?]

Студент с рыжими волосами улыбнулся и обратился к ней.

Ариэль не понимала языка, на котором они говорили. Слегка растерявшись, но заметив, что он смотрит на её стаканчик, она слегка приподняла его.

— Вы ищете воду?

— [Похоже, она думает, что я хочу пить.]

— [Кажется, она не понимает по-солийски.]

Они продолжали разговаривать перед ней на языке, которого она не знала. Ариэль стало казаться, что над ней издеваются. Хотя она видела их впервые, у неё появилась уверенность, что связываться с ними — себе дороже. Она тихо поднялась с места.

— Куда ты направляешься?

Когда она попыталась уйти, чувствуя себя неловко, студент с рыжими волосами заговорил на знакомом языке.

Ариэль остановилась и обернулась к нему. На её лице отразились лёгкое раздражение и удивление.

— Ты говоришь по-реблейски?

— Ага.

— Но зачем ты тогда...

— Было весело наблюдать, как ты смущаешься.

Мужчина широко улыбнулся, забрал у неё бумажный стаканчик и, пока Ариэль растерянно моргала, самовольно бросил его в ближайшую урну.

— Ты одна?

— Нет, со мной есть сопровождающие.

— Друзья?

— Нет, не друзья. Это члены студсовета. Мы приехали сюда осмотреть музей по делам школы.

— Да, понятно. А почему ты вдруг перешла на «ты»?

— Потому что ты обращаешься ко мне на «ты».

Он резко менял тему разговора, как ему вздумается. Но Ариэль, не растерявшись, спокойно отвечала. Мужчина, проявив живой интерес, прищурился.

— [Хватит. Нет времени на игры. Скоро обед.]

Студент с золотистыми волосами, который до этого молча стоял рядом, легонько толкнул рыжеволосого. Ариэль не поняла, что они говорили, но было ясно, что он торопит своего спутника.

— [Уже? А что мы успели сделать?]

— [Осмотр.]

— [Я не о том спросил...]

Рыжеволосый мужчина с досадой начал было говорить, но вздохнул и покачал головой. Похоже, у них возникло разногласие.

Ариэль, неловко застыв между ними, незаметно попятилась к лестнице. Идти к председателю студсовета было равносильно смерти, а связываться с этими двумя, которые стояли прямо перед ней, ей тоже не хотелось. Поэтому оставалось только ей самой уйти.

— Эй, свой телефон не забудь.

Услышав эти слова, Ариэль пришла в себя и замерла. Неужели она обронила телефон? Она в растерянности похлопала по карманам, и, не обнаружив его, обернулась. В тот же миг ей на плечо мягко опустился телефон. Она поспешно схватила его, боясь выронить, и тут же раздался смешок.

— Будьте осторожнее. До встречи.

Мужчина с рыжими волосами, дружелюбно улыбнувшись, попрощался и отвернулся. Студент с золотистыми волосами уже ушёл вперёд.

Ариэль, проводив взглядом их удаляющиеся спины, повернула голову и крепко сжала телефон. Она почувствовала, что его габариты были несколько необычны. Казалось, внутри чехла что-то находилось. Внутренне вздрогнув, она тут же сняла чехол — и обнаружила посторонний предмет, спрятанный внутри.

Слегка глянцевое белое студенческое удостоверение. Под фотографией рыжеволосого мужчины, которого она только что видела, были написаны его имя и принадлежность на незнакомом языке.

«Зачем он засунул это в чужой телефон?»

— Эй, подождите!

Она позвала его, обернувшись, но никого уже не было. Её голос лишь эхом отозвался на пустой лестничной площадке.

Через несколько минут, завершив свои дела, Девонсия поднялся по лестнице. Ариэль последовала за ним вниз. Насильно врученное студенческое удостоверение оставалось засунутым в чехол телефона.

— Дела закончили?

— В музее — да.

— ...Значит, поедете куда-то ещё.

— Посмотрим.

Он дал уклончивый ответ, полный неопределённости, и вышел из музея к машине. Он даже проявил неловкую любезность: прежде чем сесть самому, открыл дверцу на её место, чтобы она не вырвалась. Было очевидно, что он собирался заехать ещё куда-то.

В любом случае у неё не было возможности отказаться. Поэтому расспрашивать дальше — себе дороже. Она, сохраняя бесстрастное выражение лица, смотрела в окно и молчала.

Ариэль полагала, что и в этот раз, как и в музее, будет царить тишина. Но, к её несчастью, Девонсия прервал молчание в машине.

— Ты всё время была одна на лестничной площадке?

«Откуда он знает?»

Ариэль, подумав немного, решила ответить честно. Вести себя откровенно с ним было лучше — иначе будет больше поводов для беспокойства.

— Там были посетители, которые разговаривали на иностранном языке.

— Да? Разговаривала с ними?

— Посторонние обращались ко мне, но я не поняла языка.

— Повезло.

«Повезло в чём именно?» — недоумевала Ариэль, но не стала задавать глупых вопросов. В любом случае ответ был бы либо раздражающим, либо неприятным.

Председатель студсовета был таким человеком.

То же самое касалось и неожиданно полученного студенческого удостоверения. Позже можно будет заявить о находке в полицию. Не было необходимости докладывать ему о таком незначительном инциденте.

Ариэль, благоразумно храня молчание, мельком взглянула на него.

Он, чутко уловив её взгляд, нежно улыбнулся.

— Не смотри украдкой, можешь смотреть открыто. Я не рассержусь.

— ...Хорошо.

Ариэль, чувствуя изжогу, ответила и, вопреки собственным словам, отвела взгляд к окну.

«Как получилось, что я привлекла внимание этого психопата?» — размышляла она, перебирая в памяти прошлое, но ответа не находила.

Конечно, её появление в качестве редкой переводной ученицы в Академии Реблен привлекало немало внимания. Она была умна, выглядела неплохо, что тоже сыграло свою роль.

Но даже с этим она не могла превзойти Девонсию, который с рождения обладал и знатным происхождением, и богатством. Хотя она получила на годовой аттестации за первый семестр оценки, равные установленным Девонсией на первом курсе, по большинству пунктов, она, из-за значительной ошибки в сочинении, сильно (с большим отрывом) уступила ему. Она даже не заняла второго места, так что и говорить не о чем.

Это означало, что она не могла стать для него серьёзным соперником. Напротив, она лишь оттеняла его, преуспевающего во всём.

«Тогда за что же он так взъелся на меня и мучает?»

Она схватилась за ноющую грудь, и в этот момент машина остановилась.

Это была парковка в парке в центре города.

Ариэль надеялась, что этот день скорее закончится, но её желание, как всегда, не исполнилось.

Они гуляли по парку с мороженым в руках, он убирал с её волос залетевшие на ветру листья, сидели довольно тесно соприкасаясь на скамейке... Ещё и фотографировались...

— Такие вещи нужно делать с девушкой, — с полным возмущения лицом оттолкнула Ариэль его телефон.

Он склонил голову и продолжил улыбаться своей противной улыбкой.

— Сколько у меня девушек? Как их зовут?

— Шапель, старшая Сиена...

— Они мне не девушки.

— Я тоже вам не девушка. Отпустите.

Она резко встала со скамьи, отходя от него, который подсел слишком близко. Она и так достаточно с ним проводила время — сколько можно таскаться за ним целый день. Ей не хотелось оставлять даже фото в качестве доказательства.

Ариэль уже собралась уйти, оставив его одного.

— Тогда, может, начнём встречаться?

Спокойный голос остановил её, уже готовую покинуть парк. Будто услышав крик неведомого монстра, она, побледнев, обернулась.

И увидела лицо молодого мужчины с тёплой улыбкой. Мурашки пробежали по коже.