Перерождение в раба (Новелла) Том 1 Глава 86 Общий враг

— Лесной Дикарь, должен признаться: ты находишься в нашем с братом списке тех, кого мы непременно должны убить. Но, к сожалению, из-за того, что ты тоже подписал магический контракт с Диреклией, на данный момент мы фактически не можем ничего с тобой сделать…

Энергично проговорив всё это, старший из братьев сделал небольшую паузу, после чего продолжил уже более спокойно:

— Не знаю, удивишься ты или нет, но сейчас твоя персона находится лишь на третьей строчке нашего списка. Перед тобой есть ещё два человека, и один из них, к слову, прямо сейчас находится здесь, с нами, в одной палате.

Когда квази-маг договорил, Энель немедленно перевёл взгляд в сторону Изабель. Очевидно, его собеседник имел в виду именно эту ненормальную женщину.

В тот же момент он вспомнил слова Клауса. Ранее маг второго уровня определённо упоминал, что Изабель уже пыталась убить этих квази-магов. Тогда её удалось остановить лишь благодаря тому, что Клаус вовремя вмешался.

По какой-то причине Энель совершенно выкинул эту безумно полезную информацию из головы. Но сейчас, когда перед ним стояли два брата, память резко прояснилась, и он в деталях вспомнил всё, о чём тогда говорил Клаус.

Пазл сложился, и ещё через секунду до Энеля наконец-то дошло, почему квази-маги так неожиданно к нему подошли. Однако он не стал их перебивать и, сделав вид, что по-прежнему ничего не понимает, как ни в чём не бывало продолжил их слушать.

— Хоть я и мой младший брат откровенно ненавидим тебя, но, по крайней мере, сейчас мы можем быть уверены в том, что ты не атакуешь нас из-подтишка. Чего, к сожалению, нельзя сказать об Изабель...

Он на мгновение отвёл взгляд в сторону, тем самым словно стараясь как можно точнее сформулировать свои мысли.

— Лесной Дикарь, мне интересно, слышал ли ты когда-нибудь выражение «Враг моего врага — мой друг»? По-моему, в данной ситуации оно подходит как нельзя лучше.

Пока старший из братьев говорил, Изабель слушала с явным интересом. Её безумная улыбка медленно расползалась всё шире, будто каждое новое слово лишь подливало масла в огонь её помешательства.

И Энель, и квази-маги прекрасно видели её слегка жуткую реакцию. Однако, несмотря на это, никто из них никак на неё не отреагировал, словно все трое молчаливо решили проигнорировать любые внешние раздражители и полностью сосредоточиться на переговорах.

— Клауса здесь больше нет, и в случае чрезвычайной ситуации вряд ли кто-нибудь за нас вступится. Отныне мы можем надеяться лишь на самих себя!

— По отдельности Изабель наверняка довольно легко сможет прикончить каждого из нас. Но если мы хотя бы на время объединим усилия, у нас появится шанс на выживание. Как говорится, два кулака не могут конкурировать с четырьмя ладонями.

Услышав предложение квази-магов, Энель не стал спешить с ответом. Около пяти минут он сидел с задумчивым выражением лица, уставившись в одну точку, тем самым намеренно набивая себе цену. Затем, почувствовав, что время пришло, он неожиданно повернул голову в сторону братьев и наконец начал говорить.

— Я тщательно обдумал твои слова и могу сказать, что это действительно неплохое предложение. Но у меня есть одно условие. Если вы не согласитесь на него, то ни о каком альянсе не может быть и речи.

Когда Энель произнёс эту реплику, он неосознанно довольно театрально отвернул голову в сторону. Со стороны это выглядело немного забавно, но, к удивлению, братья не заметили в этом никакой фальши. Поэтому уже в следующий момент они перешли к вопросу о его условии.

— На самом деле здесь всё очень просто, — начал Энель в весьма расслабленной манере. — Всё, чего я хочу, так это того, чтобы, когда медсестра принесёт мне мой меч, вы не мешали мне его заполучить.

Услышав условие Энеля, два квази-мага странно переглянулись. После этого старший из них, с явным непониманием во взгляде, заговорил:

— Послушай, Лесной Дикарь, мы, конечно, согласны на твоё требование, но мне вот что любопытно: с чего ты вообще взял, что мы можем как-то помешать тебе завладеть твоим же оружием?

Когда Энель услышал то, что сказал старший из братьев, в его голове мгновенно зашевелились сотни разных мыслей. Ещё несколько минут он молча сидел, пытаясь всё осмыслить, но в конечном итоге простой и логичный вывод напрашивался сам.

«Чёрт, похоже, из-за того, что в последнее время я несколько раз был на грани жизни и смерти, внутри моего разума неосознанно развилась довольно сильная и устойчивая паранойя. Я буквально стал везде видеть подвохи и даже так называемые заговоры.

Например, в данной ситуации это очень хорошо видно: не успели мне принести мой меч, как я уже предположил и почти полностью представил сценарий, в котором эти два идиота могут заявить на него свои права. Не то чтобы это было совсем невозможно — просто вероятность подобного поворота событий была крайне невелика.

Странно даже не то, что я сразу подумал о плохом сценарии. Проблема в том, что я даже не допустил мысли о том, что всё может быть хорошо — я буквально был уверен в том, что они попытаются его у меня отнять.

«Похоже, моё психологическое состояние действительно сейчас далеко от идеала. Хотя, если честно, разве это так удивительно? Ведь в последнее время я постоянно оказывался на грани гибели…»

Быстро прервав свои размышления, Энель моментально собрался и резко встал с кровати. В следующий миг он уже стоял, абсолютно не дрогнув, лицом к лицу с двумя братьями.

Следует отметить, что братья были весьма внушительными: их рост достигал двух метров. Энель же был куда ниже — всего около 175 сантиметров. Тем не менее, несмотря на разницу в габаритах, он держал голову гордо, а его взгляд оставался таким же уверенным и невозмутимым, как и прежде.

Энель явно не собирался отвечать на последний вопрос. Тот факт, что у него неожиданно начала развиваться лёгкая паранойя, должен был остаться его тайной, чего бы это ни стоило.

По его мнению, любая огласка нестабильного состояния его разума могла привести к непредсказуемым последствиям. Другими словами, даже осознав проблему, он всё равно ощущал её губительное влияние.

Чтобы избежать неловкого продолжения диалога, Энель просто молча протянул руку в сторону старшего из братьев. Тот, заметив этот жест, не стал колебаться и ответил тем же.

Когда их ладони встретились в крепком рукопожатии, это стало своего рода печатью договорённости. С этого момента, по крайней мере на некоторое время, им предстояло действовать сообща ради общей безопасности — и всё из-за поистине безумной Изабель.