Первозданная Лоли: за семью печатями (Новелла) Том 1 Глава 28 Заселение
Ранее в Первозданная Лоли: за семью печатями (Новелла)...
На пароме мы всего за пару часов прибыли в порт при академическом городе Рушин. Оказалось это именно город, что лишь подогревало мой интерес. В отличии от Омегана, здесь нас встретили не стенами, а магией. Воздух звенел от количества манны, которая казалось сгустилась над этим местом. Башни Академии, вздымавшиеся в небо подобно кристаллическим копьям, переливались всеми цветами радуги, а то и теми, которых в природе не существовало. Улицы кишели не просто людьми – здесь мелькали мантии всех цветов и фасонов, посохи, светящиеся артефакты, и существа, которых учебники Альберта описали бы как гипотетические.
Я чувствовал себя колхозником, приехавшим из села в столицу, когда с тупым взглядом уставился на кентавров с табличками Такси до «Академгородка», летающие книжки, гоняющиеся за рассеянными студентами, и даже мелкий огненный саламандр, мирно греющийся на тротуарной плитке.
[Вау!] – засвистела Сири. — [Концентрация магического фона просто зашкаливает! Чувствуешь, Широчка? Как будто купаешься в газировке из чистой энергии!]
Не только я, но внутренний интерфейс ликовал, подсвечивая прохожих кратким:
[Уровень: 40, Маг-Элементалист] или [Уровень: 26, Артефактор-Практик].
Здесь не было глушилок, а без них Сири могла работать на полную катушку.
Мы пересели на другую карету, выделявшуюся относительно простым окрасом на фоне разукрашенных экипажей. И теперь пробирались к главным воротам Академии – гигантской арке из сияющего белого камня, испещренной рунами. Прямо над ней парил полупрозрачный фамильный герб Рушина – открытая книга, из которой бил фонтан разноцветных искр.
— Остановись здесь, Альберт, – скомандовала Эмилия, собирая свои чертежи, — дальше пешком. Регистрация абитуриентов и их сопровождающих проходит в зале Первых Истин. Широ, вот твои документы. Не теряй их, – она сунула мне плотный конверт с восковой печатью Академии. – И помни: до испытаний – тишина. Никаких демонстраций силы. Никаких... шариков и, умоляю, ни каких пивных гейзеров.
{Да-да, без шариков и пива,} – мысленно вздохнул я. – {Пока не начнутся испытания.}
Сойдя с кареты, я вдохнул полной грудью. Воздух действительно был другим – насыщенным, искристым. Моя Первозданная Энергия отозвалась легкой волной тепла под кожей, как бы приветствуя родственную стихию.
[Статус: «Насыщение» усилено до «Эйфория от избытка маны». Пилик!] – прокомментировала Сири.
Альберт остался с каретой, его бесстрастный взгляд сканировал округу с профессиональной настороженностью. Он был настроен серьёзно, что было ему несвойственно.
Эмилия двинулась к арке, а ее прямая спина и уверенная походка выделяли ее среди толпы суетливых абитуриентов и их напуганных родителей, что не удивительно. Каждый из них хотел увидеть своё чадо среди поступивших. Я ухмыльнулся
{Пришло время снова стать студентом.}
С этими мыслями я последовал за Эмилией, стараясь не наступить на хвост какой-нибудь бородатой ящерице с кипой свитков.
Зал Первых Истин оказался гигантским помещением, больше похожим на собор, чем на приемную. Высокие витражи изображали великих магов прошлого, а своды терялись в полумраке, подсвеченном парящими светящимися шарами. Но в центре зала царил хаос: длинные очереди к регистрационным столам, плачущие дети, довольные дети, дети, которые вроде и не дети, взволнованные родители, и строгие, как инквизиторы, регистраторы в темно-синих мантиях с серебряными нашивками. Кого тут только не было.
И во всём это хаосе Эмилия без колебаний направилась к самому дальнему столу, за которым сидела пожилая эльфийка с лицом, высеченным из гранита, и очками, сползавшими на кончик длинного носа. На табличке рядом с ней было чётко высечено:
«Старший Регистратор. Магистр Ульвина»
— Леди Эмилия фон Кранштайн и сопровождающая, – четко произнесла Эмилия, кладя на стол свой паспорт с гербом графства.
Магистр Ульвина подняла глаза, и ее взгляд скользнул по Эмилии с холодным признанием, а по мне – с едва скрываемым презрением.
— Кранштайн... – она пробормотала, листая толстый фолиант. — Ах, да. Курс продвинутых матричных расчетов. Вас ждут, леди, – она ткнула пером в книгу. — А это...? – она кивнула на меня.
— Моя техническая ассистентка, Шираори. Вот её документы на допуск. – Эмилия указала на конверт у меня в руках.
Ульвина протянула костлявую руку. Я молча подал конверт. Она вскрыла его перочинным ножом, доставшимся ей, видимо, еще от прадеда-ремесленника, и начала изучать бумаги. Ее брови медленно поползли вверх.
— Шираори Рейнхард... – она прочитала вслух, приподняв бровь. — Аристократка в костюме горничной? – видимо её смутило наличие фамилии. — В прочем не важно. Ваша специализация: Управление магическими потоками. Практический опыт: значительный, – она смерила меня взглядом поверх очков. — Значительный опыт? В ваши-то годы? Ещё и будучи служанкой?
[Ох, а старушке палец в рот не клади, бьёт сразу в цель,] – засмеялась Сири. – [Говори, Широчка, что в свободное время подрабатываешь магическим пивоваром.]
— Я... пробивалась сквозь трудности, магистр, – выдавил я, избегая взгляда Эмилии, ощущая, как она прожигает меня взглядом. — Перебивалась подработками тут и там... мастерила всякие штуковины, копалась с нестабильными артефактами... В общем, жизнь была насыщенная, ха-ха...
— Понятно, – фыркнула Ульвина. — Ладно. Здесь распишитесь. И здесь. А теперь оставьте отпечаток манной подписи на кристалл. – Она пододвинула странное устройство, напоминающее чернильницу с небольшим прозрачным камнем внутри.
Я взял перо. Оно было лёгким, изящным. Слишком изящным. Я изо всех сил сконцентрировался, пытаясь представить, что держу не кузнечный молот, а лишь лёгкое перышко. Щелк. Перо треснуло ровно посередине, и чернила брызнули на пергамент.
— Ой! – воскликнула я с наигранной неловкостью. — И-извините, меня недавно контузило, из-за чего я долгое время была без сознания. Мне пока сложно контролировать свои силы... ха...
{Сири, чёрт возьми... Ты же обещала помочь.}
Ответа не последовало. Однако Ульвина застыла, уставившись на сломанный инструмент и кляксу, а Эмилия закрыла глаза, совершая глубокий вдох.
[Уровень раздражения Эмилии: 70%. Рекомендация: учись справляться со всем самостоятельно.]
— Прошу прощения, магистр! – я поспешно схватил кристалл для подписи маной. – Я-я сейчас... – я влил в палец крошечную толику Первозданной Энергии, совсем чуть-чуть... всего полпроцента... и... кристалл вспыхнул... но не привычным синим или зелёным, который я видел у других абитуриентов, а ослепительным золотым сиянием, на мгновение заполнившим весь стол.
— А-А-А!!! – вскрикнула Ульвина и отшатнулась, ослеплённая, а Эмилия замерла, уставившись на меня тупым взглядом, словно увидела перед собой неведомого монстра.
Когда свет погас, на кристалле проступил сложный, совершенно уникальный узор, похожий на сверкающую молнию или карту неведомых звёзд, парящих в пустоте.
В зале на мгновение воцарилась полная тишина. Даже плачущий ребёнок на руках у матери затих. Все взгляды устремились к нашему столу.
— Что... что это было? – прошептала Ульвина, протирая очки.
Окружающие начали перешептываться, и я быстро замахал руками.
— Да это так, мелочи! Ха-ха! Просто у меня особая манная сигнатура, – быстро произнёс я, отдёрнув палец. — Редкий дар. Простите за эту вспышку. Совсем вылетело из головы. Хе...
Ульвина не ответила. Её взгляд снова переместился на кристалл, затем на меня, потом на Эмилию. Эмилия лишь утвердительно кивнула.
— Редкий дар... – пробормотала старуха, всё ещё пребывая в шоке. — Ладно... Допуск... утверждён, – она шлёпнула печать на мою анкету с такой силой, что стол задрожал. — Вот ваши бейджики. Лучше их не терять. Восстановление стоит 2 золотых монеты. Теперь о вашем уровне допуска. Ассистент... Шираори – синяя зона. Всё, кроме архива S и лабораторий Альфа. Леди Кранштайн – золотая зона. С-Следующий!
Мы отошли от стола, оставив позади шепчущуюся очередь и всё ещё не оправившуюся от шока Ульвину. Я хмыкнул, ускоряя шаг, ведь Эмилия двигалась стремительно, а её лицо было непроницаемым.
— Особая манная сигнатура? – прошипела она, не глядя на меня. — Я велела не привлекать к себе внимания, Шираори! Неужели это так сложно?! – она яростно развернулась и уставилась на меня. — Золотой свет? Ослепляющий блик? Да о тебе теперь каждая мышь будет шептаться! Как ты собираешься сдавать вступительные экзамены, будучи всеобщим врагом?
— Но я же не разбил стол! – парировал я, остановившись и скрестив руки, поражённый её реакцией. — Не сделал из пера шарик и пиво не кастовал! Это прогресс, разве нет? Тем более... – на этот раз мой голос звучал холодно, и я встретил взгляд Эмилии. — Здесь нет ни одного ученика сильнее меня. И ты, к твоему сведению, не исключение.
Эмилия долго смотрела на меня, словно желая испепелить взглядом, услышав мой ответ. Я, в свою очередь, отвечал ей тем же.
— Плюнули. Будь что будет... – спустя некоторое время она сдалась и, отвернувшись, направилась к выходу из зала. Я промолчал, продолжая следовать за ней.
Нам нужно было найти общежитие для сопровождающих и разместить вещи. Но наш путь преградила... знакомая фигура. Массивная и мохнатая.
— К-Какого... – мои глаза расширились от удивления.
Пахан, Небесный Медведь, стоял у колонны, невозмутимо поглощая огромный пряник в форме башни, а рядом, на крошечной складной табуреточке, сидела Мара. Она что-то вязала из толстой блестящей нити, напоминающей проволоку, время от времени поглядывая на снующих людей с выражением глубокого умиротворения. Они выглядели так, будто наблюдали за суетливым муравейником.
— Беловолосая девочка с глазами цвета золота, – произнёс Пахан, дожевывая последний кусок пряника. Его гулкий голос заставил пару студентов вздрогнуть. — И Дитя Человеческое с острым умом. Ожидаемо, – прочавкал он. — Вот мы и вновь встретились.
[Будь осторожнее, ты же помнишь, что они...]
{Сам знаю,} – мысленно перебив Сири, я постарался сохранить невозмутимый вид, открывая рот:
— Медведь... Пахан, – Эмилия опередила меня, но было очевидно, что после нашего с ней разговора в карете, она тоже действовала с осторожностью. — Вы...Последовали за нами?
— Вами? Нет, — Пахан фыркнул. — Я направляюсь в Академию. Между прочим, я преподаватель по магии зверей. Но по вечерам защищаю территорию от глупых двуногих, — он кивнул на табличку на своей груди, где коряво, но гордо было написано: «Проф. Пахан. Отд. Биоэнергетики и Территории Империи». — Мара — шеф-повар. Студенты должны питаться хорошо. Даже если некоторые из них всего лишь люди. Мара подняла голову и кивнула, ее лапы искусно орудовали спицами. {А про то, что эти двое периодически обворовывают людей в лесах, словно бандиты, он решил промолчать. Очень, блять, по-медвежьи!} — И что вам нужно? — спросила Эмилия, одной рукой прикрывая меня, а второй держа камень телепортации на поясе. — У меня предложение к беловолосой девочке, — Пахан скрестил могучие лапы на груди, игнорируя Эмилию. Он смотрел на меня. — Ты сильная. Таким будет сложно здесь. Много глаз. Много глупых вопросов. Я чувствую... нечто знакомое внутри тебя. Как будто ты живешь не первый век на этом свете. А ещё, что-то тяжелое и опасное. Оно не может вырваться наружу, не имеет оболочки, но оно сдерживает тебя. Что-то, чью природу я не могу понять, но могу ощутить... — его умные глазки прищурились, глядя прямо на меня. [Внимание! Обнаружена попытка сканирования. Заблокировать? Да/нет?] — Сири мгновенно среагировала. {Блокируй. Не хватало ещё стать целью некроманта.} — я мысленно выбрал «да», и глаза Пахана сузились. — Ты очень интересная леди... — Ближе к сути, — я отмахнулся от его слов, продолжая сверлить медведей настороженным взглядом. — Я могу... помочь тебе. Немного. Могу скрыть тебя от любопытных глаз за небольшую услугу. Эмилия насторожилась, смотря то на меня, то на медведей. Но меня предложение Пахана заинтересовало. Не похоже, что он или тот, кто за ним стоит, был настроен ко мне враждебно. — Какую услугу? — спросил я. — Мара, — кивнул Пахан на медведицу. — Ей нужны... редкие грибы. Для нового рецепта. Растут они в старых катакомбах под Академией. Там темно. Пахнет смертью и глупостью. Мне лень. Ты сильная. Сходи. Собери и принеси мне одну корзинку, — он ткнул когтем в небольшую, но крепко сплетенную корзину у ног Мары. — Взамен... мое слово. Никто из зверей Академии тебя не тронет. И я... замолвлю словечко Старой Башне. Чтобы она не пялилась. Честное небесное медвежье, — он договорил, смотря на меня выжидающе. {Старая Башня?} [Видимо, какой-то мощный артефакт или сущность в Академии, ] — предположила Сири. [Побочный квест добавлен в архив: Медвежий Заказ > Цель: Спуститься в старые катакомбы под Академией Рушин и собрать корзину «Теневых Звездочетов» (грибы) для Мары. > Награда: Покровительство Пахана среди маг-зверей Академии; ослабление наблюдения со стороны Старой Башни; +50 к репутации у Мары. > Штраф при провале: Если грибы испортишь – Мара применит [Реквием по ебалу 10]. Пилик!] {Грибы. Катакомбы. Старая Башня. И все это до вступительных испытаний... Звучит как ловушка.} — Катакомбы... — задумчиво произнесла Эмилия. — Это же старые служебные туннели. Говорят, там небезопасно даже для опытных стражей, — она посмотрела на меня и в ее глазах мелькнуло... беспокойство? Пахан хрюкнул, что, видимо, означало согласие. Видимо, слово «небезопасно» было для него синонимом «скучно». — Ладно, — я подошел к Маре и взял корзинку, мое лицо скорчилось. Корзина пахла смолой и медвежьей шерстью. — Договорились. Будут вам грибы, но только после завтра. Делать мне нечего, посреди вступительных испытаний по катакомбам шляться. — Да будет так, — Пахан удовлетворенно кивнул, а рядом стоявшая Мара улыбнулась, насколько это возможно медведице, и протянула мне... крошечный медальон в виде когтя. — Для ориентира, — прохрипела она своим тихим, но четким голосом. — Этот коготь начинает сиять, когда чувствует поблизости грибы лазурита, а также отпугивает мелкую нечисть. Не потеряй. Я кивнул и взял медальон. Он был теплым. — Спасибо, шеф. На этой ноте мы попрощались с медведями, и двинулись дальше, оставив их у колоны. Пахан снова принялся за пряник (откуда-то появился новый), а Мара – за вязание. — Катакомбы... — повторила Эмилия, когда мы вышли в более тихий коридор. — Это неразумно, Широ. Что старые туннели, что слова того медведя про тебя или связь с загадочной «Старой Башней»... — она посмотрела на меня. — Это всё как-то связано с твоей... истинной целью здесь? Не только с моим спонтанным решением привести тебя в академию? Ее Аналитический Гнобизм бил без промаха, но я промолчал. — Ладно, всему свое время. Я не хочу лезть в твои дела. — она вздохнула. — Делай что должна, но помни, что именно я тебя сюда привела, поэтому будь добра вести себя соответственно. Я уже поняла, что не смогу в должной мере управлять тобой, пока моей матери нет рядом. Однако надеюсь ты еще немного послужшь на благо дома Кранштайнов, — Эмилия говорила тихо, но уверенно. Поэтому мне не оставалось ничего другого, кроме как кивнуть.— Отлично, а теперь иди отдыхай, уже поздно, – она взглянула на наручные часы, — и не забывай, что завтра в 9:00 начинаются испытания. Тестовая часть, физические нагрузки и проверка запасов маны. Последними двумя пунктами я не обеспокоена, но вот теория... Не проваливайся. От этого зависит не только твой доступ к архивам, но и моя репутация. И постарайся не разрушить Зал Истин до основания. Его только восстановили после очередного «незабываемого выступления» одного огненного дракона с третьего курса.
Она указала на дверь с надписью «Общежитие для обслуживающего персонала. Сектор Синий».
— Твоя комната — 7Б. Ключ находится в конверте вместе с бейджем. Отдыхай. Завтра... будет жарко. В прямом смысле, если ты не сдержишь свой пыл.
Пожелав мне спокойной ночи, Эмилия развернулась и ушла. Провожая ее взглядом, пока темный плащ полностью не исчез за поворотом, я остался стоять один в коридоре, сжимая в руке медальон медведя и разглядывая синий бейдж ассистентки. В кармане фартука из «Стальной Паутины» лежал конверт с пропуском. В голове гудела Сири, планируя огненный шар. А внизу, под древними плитами Академии, ждали грибы и мрачные подземелья – первое, но не главное испытание после зачисления.
[Ну что, Широчка?] – весело спросила Сири. — [Готовишься блистать? В прямом и переносном смысле? Завтра твой выход! Не подведи! А пока... может, проверим, насколько «огнеупорным» можно сделать этот синий бейдж? Тестовый файербол? Ма-а-аленький???] – это типично для нее.
Я усмехнулся, открывая дверь моей скромной комнатушки. Уже завтра Рушин узнает, что такое настоящий «академический скандал». А пока... пора готовиться к теории, физподготовке и проверке маны. И держать Сири подальше от всего, что могло загореться. Даже от собственных мыслей.