Первозданная Лоли: за семью печатями (Новелла) Том 1 Глава 46 Ненормальный...

Если бы мне, тридцатилетнему измученному жизнью мужчине с дипломом фармацевта, которому всего пару часов назад пришлось рвать на части ожившие книги для макулатуры, сказали, что я окажусь перед зеркалом в полный рост, пока хладнокровная и расчётливая аристократка будет затягивать на мне корсет, я бы просто рассмеялся этому человеку в лицо. А затем, вероятно, выпил бы пива.

Однако реальность Силестии была суровой и не допускала возражений.

— Вдохни, Шираори. И выпрямись, ты не мешок с картошкой, — ледяной тон Эмилии не оставлял места для сомнений, когда она с силой дёрнула за шёлковые шнурки на моей спине.

— Кх-х-х! — весь воздух вырвался из моих лёгких со свистом. — Эмилия... Госпожа... Я же задохнусь! Моя жизненная сила меня не спасёт от удушья, если эта машина для пыток продолжит действовать!

— Не драматизируй. Это бальное платье из лунного шёлка, укреплённое артефактными нитями. Оно сможет защитить тебя от быстрых магических атак и ядовитых игл, — невозмутимо ответила она, завязывая идеальный бант. — Принц Кассиан устроил сегодняшний приём в честь прибытия не просто так. Это смотр. Он будет оценивать лояльность магистров, искать слабые места Академии и, без сомнения, провоцировать тебя. Поэтому сегодня ты предстанешь в образе моей личной помощницы, а не как наёмница из придорожной таверны.

Я уныло уставился на своё отражение.

Тёмно-синее платье в пол, открытые плечи, серебряная вышивка, изображающая звёздные карты, подчёркивало мою талию, а мои белые волосы... Они были уложены в сложную, но изящную причёску, с парой небрежно спадающих на лицо прядей. Золотые глаза сияли на фоне бледной кожи. И, честно говоря... Я выглядел... потрясающе.

{Слишком потрясающе,} — мысленно причитал я. — {Я выгляжу как финальный босс из какого-нибудь симулятора свиданий. Меня же на этом банкете взглядами уничтожат!}

[Ой, да хватит тебе жаловаться, красавица! Пилик!] — радостно заверещала Сири. — [Ты выглядишь на миллион золотых монет! Держу пари, Фенрир, увидев тебя, тут же упадёт в обморок? Или споткнётся о собственный пафосный меч!]

{Сделай так, чтобы я оглох, пожалуйста.}

К сожалению, моя маленькая просьба не была услышана. Эмилия отступила на шаг, оценивающе осматривая результат своей работы. Её «Аналитический Гнобизм», казалось, не нашёл никаких изъянов.

— Идеально, — заключила она с довольной усмешкой, но затем её лицо мгновенно помрачнело. — Запомни: держись рядом со мной, не пей из бокалов, которые тебе передают другие люди, и, ради Силестины, Шираори, не вздумай превращать столовые приборы в шарики, если леди Люсиль снова начнёт вести себя грубо. Мы идём на дипломатический вечер, а не на гладиаторские бои.

— Да поняла я, поняла... Буду самой тихой мышкой, — пробурчал я, пытаясь сделать шаг в туфлях на небольшом, но всё ещё непривычном каблуке, на что мои лодыжки немедленно подали сигнал о своей готовности сломаться. — Если, конечно, не споткнусь и не снесу головой фуршетный стол...

На этом приготовления были завершены. Оставалось лишь сделать глубокий вдох и, гордо подняв голову, отправиться навстречу к этому больному извращенцу.

{Ну, что ж... С богом... — задумался я. — Со мной, кажется... — задумавшись ещё сильнее. — В общем, удачи мне...}

---

Главный Бальный Зал Академии сиял так, словно в него поместили десяток солнц. Хрустальные люстры искрились магическим светом, столы буквально прогибались под тяжестью изысканных блюд, а в воздухе висел плотный гул из сплетен, смеха и звона бокалов.

Когда мы с Эмилией начали спускаться по мраморной лестнице, гул заметно поутих.

Я чувствовал, как сотни взглядов буквально впиваются в нас. И если на Эмилию смотрели с уважением и некоторой опаской, то на меня...

— Во имя Бездны... — раздался приглушённый шёпот откуда-то снизу.

Я искоса глянул вниз. У подножия лестницы стоял «Круг Старших» в полном составе. И, кажется, все они смотрели на меня...

Тео поперхнулся вином, забрызгав свою мантию. Лоренс, обычно незаметный, как тень, замер с бокалом у самых губ, забыв сделать глоток. А Фенрир... Фенрир выглядел так, будто его только что ударили кувалдой по голове. Его челюсть отвисла почти до пола, а щёки залил густой румянец.

[Я же говорила! Пилик! У него система жизнеобеспечения перезагружается!] — Сири ликовала, но я не разделял её энтузиазма.

Отвернувшись и стараясь избегать зрительного контакта, я спустился в зал. Эмилия, до этого стоявшая позади, тут же была окружена стайкой каких-то высокопоставленных профессоров, а я, сам не понимая как, оказался в центре своего отряда.

— Ш-Шираори... — с трудом выдавил Фенрир, нервно поправляя воротник своей парадной мантии. — Ты... это платье... оно...

— Если ты скажешь, что я похожа на цветок или звезду, я сломаю тебе ногу, старший брат, — ласково, но с угрозой предупредил я, хватая с пролетающего мимо подноса канапе с икрой. — Эти туфли и так желают моей смерти, не усугубляй.

— Ты выглядишь внушительно, — быстро нашёлся Лоренс, едва заметно кивнув.

— Вот, это уже ближе к делу, — я удовлетворённо кивнул в ответ, отправляя канапе в рот.

Вечер казался мучительно долгим. Я постоянно пытался скрыться в тени колонн, прятаться за широкими столами, прикрывая лицо веером, созданным с помощью [Создателя], но это мало помогало. Аристократы, студенты старших курсов и даже пара преподавателей, один за другим, подходили, чтобы начать разговор. Мой недавний статус «маньячки из женской бани» (спасибо навыку [Футанари]) в мужских умах странным образом трансформировался в ореол «опасной, но невероятно притягательной экзотики». И это пугало. Действительно пугало!

Всё это продолжалось безостановочно, и уже через два часа светских улыбок и отшиваний местных Дон Жуанов у меня начала болеть голова. Духота в зале стала невыносимой. Поэтому, дождавшись, пока Эмилия отвлечётся на спор с магистром Орвилом (который смотрел на меня так, словно я отравил его любимую кошку), я тихонько соскользнул на открытый балкон.

Холодный ночной воздух мгновенно ударил в лицо, принося долгожданное облегчение. Я облокотился на каменные перила, стянул с ног проклятые туфли и с наслаждением вытянул пальцы на холодном мраморе.

{Счастье существует,} — мысленно выдохнул я, глядя на звёздное небо.

— Сбегаешь от поклонников, моя маленькая аномалия? — раздался за моей спиной бархатистый голос, пропитанный ядом и самодовольством.

Услышав его, мой внутренний покой моментально и с громким треском разбился вдребезги.

Я медленно обернулся. У выхода на балкон стоял принц Кассиан. На нём был безупречный белый мундир с золотыми эполетами, а в руке он лениво вертел бокал с красным вином, и его серые глаза... они хищно скользили по моей фигуре.

— Ваше Высочество, — я не стал кланяться. Просто смотрел на него исподлобья. — Вы заблудились? Банкетный зал в другой стороне.

На моё колкое замечание Кассиан лишь усмехнулся, делая шаг ко мне. Послышался тихий звук. Щёлкнув пальцами, он активировал звуконепроницаемый барьер, и в ту же секунду лёгкая фиолетовая пелена маны окутала балкон, скрывая наши голоса от остальных. Теперь нас никто не мог услышать.

— Я пришёл туда, куда хотел, мисс... Шиори? Верно? — он подошёл вплотную, и в нос сразу ударил запах дорогого парфюма, смешанный с алкоголем. — Знаешь, я наблюдал за тобой. Причём очень давно. Взрыв оценочной сферы, зачистка теневых волков на границе, унижение Люсиль... И знаешь, я пришёл к выводу, что ты дикая. Необузданная. В тебе скрыта сила, которую эти академические крысы вроде Эмилии и Орвила боятся. Но я — нет.

Он попытался опереться рукой о перила прямо рядом со мной, намеренно вторгаясь в моё личное пространство. Однако сейчас я даже не шелохнулся.

— Вы переоцениваете свой порог бесстрашия, принц, — холодно ответил я. — Чего вам надо?

— Глупый вопрос. Мне нужна ты, — Кассиан наклонился ближе, а его голос понизился до интимного шёпота. — Бросай Эмилию. Она использует тебя как живой щит, замаскированный под боевую горничную или, как здесь считают — ассистентку, — его голос становился всё ласковее с каждой секундой. — Лучше иди ко мне на службу. Стань моим личным телохранителем... моей опорой! Я могу дать тебе всё: титулы, золото, доступ к запретным знаниям, а взамен ты всего лишь будешь принадлежать мне. Полностью.

Произнося последнее предложение, он потянулся свободной рукой, чтобы коснуться моей щеки. И в этот момент мой внутренний тридцатилетний мужик, которого только что попытался снять как дешёвую куртизанку малолетний заносчивый сноб, взорвался ледяной яростью.

Я не стал его бить. Бить принца — это государственная измена. Я сделал кое-что похуже.

Я перехватил его запястье, и мои пальцы вмиг сомкнулись на его руке, словно стальные тиски. Кассиан дёрнулся, пытаясь вырвать руку, но не смог сдвинуться ни на миллиметр.

{Сири. Отключи блокираторы ауры. Выдай ему 5% от титула [Король Демонов] в дополнение к ауре устрашения Первозданного Божества. Только ментальное давление.}

[Принято, босс. Включаю режим «Абсолютное Доминирование». Пилик!]

Как только я закончил мысль, время вокруг нас, будто бы остановилось... Температура на балконе упала ниже нуля за считанные секунды, а каменные перила покрылись инеем.

Я поднял взгляд на Кассиана, и мои золотые глаза вспыхнули потусторонним, инфернальным светом. Зрачки вытянулись в тонкие вертикальные щёлочки, уставившись в самую душу принца.

Я высвободил свою [Первозданную ауру]. Она не имела цвета или запаха, но ощущалась как океанская толща, обрушившаяся на плечи. Воздух вокруг стал густым, дышать стало невозможно.

Кассиан побледнел, а бокал выскользнул из его пальцев и разбился о мрамор, разбрызгав вино, похожее на кровь. Ноги принца подкосились, и он с глухим стуком рухнул на колени прямо передо мной, задыхаясь.

— Вы, кажется, перепутали меня со своей карманной собачкой, Люсиль, Ваше Высочество, — мой голос больше не звучал по-девичьи. Он резонировал, вибрировал в самом пространстве, пробирая до костей. — Принадлежать вам? Да вы даже стоять в моём присутствии не способны...

Кассиан взирал на меня снизу вверх, его лицо исказилось от ужаса. Он отчаянно хватался ртом за воздух, пытаясь активировать хоть какое-нибудь защитное заклинание, но моя сила полностью подавила его ману. Без каких-либо физических усилий я обратил его гордость в прах.

— Ещё раз... — я склонился к нему, заглядывая прямо в его полные ужаса глаза, — ...когда подойдёшь ко мне с подобными предложениями, я заставлю тебя съесть твою корону. Ты меня понял?

Я резко отнял руку и втянул свою ауру.

Давление мгновенно испарилось, оставив Кассиана, что тяжело закашлялся, опираясь руками о ледяной пол. Он жадно глотал воздух, и его безупречная причёска растрепалась. Лоб его покрылся холодным потом.

Я же не стал медлить и, развернувшись, подобрал свои туфли, направляясь к выходу с балкона.

— Шираори... — хриплый шёпот принца заставил меня замереть у самой двери.

Я обернулся, ожидая угроз, криков о казни или истерики.

Но то, что я увидел, вызвало во мне отвращение.

Кассиан всё ещё стоял на коленях среди осколков и разлитого вина. Он дрожал, но в его глазах больше не было страха. В них горел абсолютно больной, нездоровый, маниакальный блеск, который на мгновение пробрал даже меня. Изо рта у него медленно расползалась безумная ухмылка.

— Такая сила... — прошептал он, глядя на меня снизу вверх с извращённым благоговением. — Ты раздавила меня... словно букашку... Какая же ты... невероятная. Ты будешь моей. Я клянусь, ты будешь моей!

Меня передернуло.

[Ой-ой-ой...] — нервно прозвучал голос Сири в голове. — [Широчка, я же говорила! Триггер сработал! Ты его не напугала, ты активировала в нём мазохиста-сталкера на последней стадии! Он теперь от тебя не отстанет! Пилик!]

{Боже, дайте мне мыло, я хочу вымыть глаза изнутри,} — мысленно извергнул я, брезгливо пожимая плечами.

— Лечись, извращенец, — бросил я напоследок и покинул балкон, растворившись в толпе в бальном зале.

Этот вечер был официально испорчен.