План вернувшегося наёмника Том 1 Глава 474 К этому моменту ты уже должна была понять (2)
Гислен сделал шаг назад и спокойно произнёс:
— Здесь не место для этого. Выйдем наружу.
С того самого мгновения, как Парниэль начала излучать свою ауру, Гислен инстинктивно понял — бой неизбежен. Именно поэтому его меч уже был обнажён.
В прошлой жизни она всегда действовала, следуя инстинктам. И почти всегда результат оказывался в её пользу. Всё потому, что её вела непоколебимая вера в справедливость — в необходимость карать зло.
Прислушавшись к словам Гислена, они вышли наружу, и напряжение сразу стало осязаемым.
Войска мобильная армии Фенриса, ожидавшие неподалёку, крепко сжали поводья, будто были готовы в любой момент ринуться в атаку. В то же время жрецы и храмовые рыцари, сопровождавшие Парниэль, наблюдали за происходящим с настороженными лицами.
— Начнём, — сказал Гислен.
Вшух!
Он высвободил ману, и тёмная энергия вокруг него сгустилась, став ещё более зловещей.
Парниэль прищурилась.
— Крайне подозрительная аура.
— Так уж вышло, — ответил Гислен.
Хотя усиление, получаемое благодаря Дарку, он ценил, сама ситуация была крайне изматывающей. К счастью, столь бурно на его энергию реагировали лишь такие люди, как Эренет и Парниэль — особенно чувствительные к подобным силам.
Но Парниэль отличалась от Эренет. В бою она поймёт, что сила Гислена отличается от силы Церкви Спасения.
Такова природа божественной энергии.
Туп!
Парниэль шагнула вперёд, перехватывая поудобнее свою булаву.
— Тебе придётся выложиться по полной.
Бам!
Внезапно булава обрушилась на Гислена с силой сходящей лавины, целясь прямо в голову.
Один такой удар убил бы большинство людей на месте. Однако по выражению лица Парниэль было ясно — её это совершенно не заботит.
Бум!
Гислен поднял меч, чтобы блокировать удар. Но принимать всю силу атаки напрямую было бы безрассудством.
Кланг!
Провернув корпус вместе с клинком, Гислен перенаправил удар. Его движения были текучими, словно вода, и меч сам собой вытянулся вперёд.
Свист!
На щеке Парниэль появилась тонкая рана, и брызнула кровь.
Взгляд Гислена был холодным и пустым — почти леденящим. В его выражении читалось: при необходимости он не станет колебаться и убьёт противника.
Без такой решимости он не смог бы даже поцарапать её.
Вшух!
Парниэль не колебалась ни мгновения. Как только клинок задел её щёку, она снова взмахнула булавой. Если бы удар попал, бок Гислена был бы раздроблен.
Грохот!
Гислен принял удар мечом и отступил.
Как и следовало ожидать от благословлённой божественной силой, Парниэль обладала подавляющей мощью. Гислену приходилось осторожно рассеивать силу каждого столкновения.
Парниэль слегка усмехнулась.
— Двигаешься, как призрак.
Её удары не достигали цели так, как должны были. Пришлось признать: техника противника превосходит её собственную.
Раз так, остаётся задавить чистой силой и скоростью.
Хррк.
Её мышцы вздулись, по телу проступили вены, а фигуру окутало слабое сияние.
В следующий миг Парниэль сократила дистанцию и с невероятной скоростью обрушила булаву.
Бум!
Удар пришёлся в землю. Даже несмотря на то что Гислен уклонился, наблюдатели не могли перевести дух.
На месте удара образовалась гигантская воронка, будто туда рухнул метеорит.
Бум! Бум! Бум!
Земля стонала под каждым её неумолимым ударом. Булава оставляла одну огромную яму за другой, словно она раздавливала насекомых.
Хотя Гислен и уклонялся от всех атак, приблизиться безрассудно он не мог.
«Чёрт, её грубая сила просто абсурдна. Вот бы Елене когда-нибудь достичь такого же уровня…»
Стиль боя Парниэль единодушно признавался самым жестоким среди Семерых Сильнейших Континента.
Не имея иного выхода, Гислен высвободил больше силы.
Вшух!
Тёмная аура вспыхнула вокруг него, потрескивая, словно живое пламя. Активировав все три ядра, Гислен рванулся вперёд со скоростью света.
Бум!
В тот миг, когда булава Парниэль вновь ударила в землю, Гислен молниеносно рассёк её руку.
Кланг!
Удар был достаточен, чтобы отсечь конечность, но оставил лишь неглубокую тонкую линию, сопровождаемую металлическим визгом.
«Как и ожидалось.»
Цокнув языком, Гислен отступил. Самым страшным в святой деве была её почти непробиваемая защита.
Без колоссальной энергии его атаки не могли пробить тело, укреплённое божественной силой.
Именно это позволяло ей атаковать, не задумываясь о последствиях.
«Ха… даже не представляю, сколько это может длиться.»
Её выносливость была ещё одной пугающей чертой. Святая дева могла подпитываться божественной силой, сохраняя неослабевающую боеспособность и сражаясь днями напролёт.
Именно благодаря этому она могла противостоять «Повелителю Мёртвых» и его ордам трупов.
Хотя Парниэль часто называла жрецов Церкви Спасения тараканами, многие считали, что это прозвище больше подходит ей самой. Просто никто не осмеливался сказать это вслух.
Бум! Бум! Бум!
Парниэль продолжала размахивать булавой с ужасающей силой и скоростью. Но ни один из ударов не достиг цели.
«Невероятно… подумать только, что кто-то может владеть такой техникой…»
Как боевая жрица, Парниэль оттачивала своё мастерство с детства. Она никогда не ленились — её дни были заполнены молитвами, служением и тренировками.
В конце концов, её техника превзошла технику любого рыцаря.
В сочетании с божественной силой, исполинским телосложением и непревзойдённым мастерством она верила, что рождена для битвы — благословение данное самой богиней.
«И всё же… этот человек превосходит меня.»
Как святая дева, идущая путём войны, она понимала, каких усилий стоит достичь таких высот, и не могла не испытывать восхищения.
И не только его.
«Неужели бой может быть… таким захватывающим?»
Всю жизнь, проведённую в стенах церкви, она так и не встретила равного себе. Все преклонялись перед ней — из благоговения или страха.
Даже жрецы Церкви Спасения были слабы по сравнению с ней. Их сила была велика, но техника — посредственна.
У Парниэль не было друзей. Её дни состояли из чтения писаний, молитв и тренировок.
Она всегда жила в одиночестве.
Но теперь…
«Я и не знала, что сражаться может быть так весело!»
Впервые в жизни Парниэль испытала радость боя.
Ей хотелось, чтобы это противостояние длилось ещё немного.
Хррк!
Парниэль ухмыльнулась, крепко стиснув зубы.
Бум!
Каждый взмах её булавы разрывал землю, разнося по полю боя ударные волны.
Её атаки начали искажать сам воздух.
Гислен увидел её преображение и усмехнулся.
«Похоже, она наконец-то получает удовольствие.»
Так было и в прошлой жизни. Чем дольше Парниэль сражалась, тем сильнее упивалась битвой — особенно против достойных противников, вроде Семерых Сильнейших.
Такова была истинная природа святой девы, служащей богине войны.
«Может, и мне стоит добавить жару.»
Вшух!
Тело Гислена полностью окутала тёмная аура.
В конце концов, он тоже любил жар битвы. Если бы он ненавидел сражения, он никогда не взошёл бы на трон Короля Наёмников.
Наконец меч Гислена напрямую столкнулся с булавой Парниэль.
Бум!
Столкновение маны Гислена и божественной энергии Парниэль породило мощную ударную волну.
Наблюдатели инстинктивно прикрыли глаза от ослепительного света.
Бум! Бум! Бум!
Битва стала ещё более яростной, вынуждая всех отступать всё дальше.
Парниэль, сияя от восторга, воскликнула:
— Граф Фенрис! Ты и правда невероятен!
— Я знаю.
Бум!
Два воина выплеснули всю свою силу и мастерство.
Не имея возможности долго поддерживать такую мощь, Гислен компенсировал это превосходной техникой, направляя ход боя.
Наблюдая за сражением издалека, Морис почувствовал, как краска сходит с его лица.
С тех пор как святая дева присоединилась к их стороне, он пребывал в отличном настроении. А известие о том, что Гислен по пути сюда уничтожил армию Дельфина, лишь усилило его радость.
«Но какого чёрта они вообще дерутся между собой?!»
От Гислена, известного своей безрассудностью, этого ещё можно было ожидать, но кто бы мог подумать, что надёжная святая дева окажется такой же безумной?
С видом пса, готовящегося справить нужду, Морис повернулся к жрецу, возглавлявшему свиту святой девы.
— Эй, вы не можете её остановить? Такими темпами кто-нибудь погибнет!
Жрец закрыл глаза и покачал головой.
— Всё, что делает святая дева, — воля богини.
Её без преувеличения можно было назвать представителем богини. Когда она что-то решала, остановить её было невозможно. Да и, откровенно говоря, даже если бы попытались — она бы не послушала.
Раздражение Мориса вырвалось наружу.
— Да что это за «воля богини» такая?! Почему она дерётся так яростно, если он даже не враг?! Просто остановите её!
— Всё происходит согласно воле богини.
— Чёрт побери! Тогда слова нашей старой гадалки — тоже воля богини?!
— Маркиз! Это опасные слова! Вас могут подвергнуть инквизиции—
Морис отмахнулся.
— Плевать! Это не церковь! Это Ритания! Я главнокомандующий армией этого королевства! Думаете, здешние жрецы не склоняют передо мной головы?!
— Даже так, как вы смеете сравнивать гадалку с богиней?!
— Мне всё равно! Просто остановите её! Что, у неё и мозги тоже из мышц сделаны?!
— Милорд маркиз, прошу! Это уже слишком!
— Слишком?! Это вы перегибаете!
Вместо того чтобы успокоить ситуацию, Морис и жрец сорвались на крик.
Командиры и солдаты вокруг обменивались тревожными взглядами.
С одной стороны — святая дева, с другой — командующий Северной армией. Наблюдение за их сражением привело бы лишь к катастрофе.
Растущее напряжение, словно пожар, распространялось по всей крепости.
Рыцари Фенриса беспокойно переминались, их руки дёргались, будто готовые в любой миг вмешаться. Даже боевые кони нервно фыркали, скребя копытами землю.
Морис схватил жреца за ворот, выкрикивая в приступе ярости:
— Проклятье! Это вы называете помощью?! Такими темпами все погибнут! Вы вообще видите, что там?! Это сильнейшая армия королевства!
Услышав крик Мориса, жрец нерешительно посмотрел в сторону мобильной армии Фенриса. Их свирепый вид наводил на мысль, что они готовы в любой момент пойти в атаку. Если эта масса солдат двинется вперёд — они погибнут все.
Никто не хочет считать собственную смерть частью воли богини. Такова человеческая природа.
— Л-ладно… Мы попробуем её остановить.
Существовал способ остановить Парниэль, но применять его легкомысленно было нельзя.
Жрецы и храмовые рыцари, сопровождавшие её, приняли торжественные выражения лиц. Нужно было действовать, пока святая дева не зашла слишком далеко.
— Святая де-е-ева-а-а! Прошу, останови-и-итесь!
Они бросились вперёд и пали ниц вокруг Парниэль.
Парниэль, размахивавшая булавой в сторону Гислена, замерла. Если бы она сейчас ударила в полную силу, жрецы вокруг превратились бы в пыль. Земля вокруг неё и так была полностью изуродована.
Когда она прекратила атаку, Гислен, усмехнувшись, отступил.
— Думаю, на этом можно остановиться.
— Я только начала разогреваться.
— Если продолжим, кто-нибудь из нас умрёт.
— Если такова воля богини — пусть будет так.
— Хватит. К этому моменту ты уже должна была понять, что я не имею никакого отношения к Церкви Спасения.
— ……
Губы Парниэль дрогнули. Он был прав.
Энергия Гислена могла напоминать ауру Церкви Спасения, но была иной. Как человек, бесчисленное количество раз сражавшийся с их жрецами, она это чувствовала.
Противоположная природа их сил ясно показывала: мощь Гислена — нечто совершенно иное.
Но бой был слишком приятным, и она продолжала, игнорируя доводы разума.
Гислен успокоил свою энергию и продолжил:
— Если кто-то из нас погибнет, Церковь Спасения будет ликовать. Это и есть воля богини?
— ……
— Атмосфера и так на пределе. Давай остановимся. Но если ты настаиваешь, мне придётся закончить всё быстро и решительно.
Гислен посмотрел на Парниэль холодным взглядом. Хотя её сила была ему нужна, если она продолжит упрямиться, она не оставит ему выбора.
— Ха…
Парниэль на мгновение заколебалась, затем вздохнула и огляделась.
Все вокруг смотрели на них с тревогой. Если она продолжит, разразится настоящая катастрофа.
К тому же жрецы, пришедшие её остановить, наверняка погибнут первыми.
А это действительно обрадовало бы Церковь Спасения. Этого она допустить не могла.
— Ладно. Пока остановимся здесь.
— Не волнуйся, возможностей для битвы будет предостаточно. В мире хватает сильных врагов.
— Богиня обязательно нас направит. Я жду этого с нетерпением.
Парниэль кивнула, подавляя разочарование.
Многие дворяне вступили в союз с Церковью Спасения, и среди них наверняка найдутся отличные рыцари и сверхлюди. Не говоря уже о высокопоставленных жрецах Церкви Спасения — впереди будет бесконечное множество сражений.
Хотя вряд ли они будут такими же захватывающими, как это.
Когда бой наконец завершился, напряжённая атмосфера начала спадать. Жрецы, всё ещё лежавшие на земле, выглядели так, словно только что чудом избежали смерти.
Морис подошёл, явно испытывая облегчение.
— Фух… давайте не будем драться между собой, ладно? Моё сердце этого не выдержит. Пойдём внутрь. Эй! Пленных тоже ведите! Гислен, вопрос с пленными обсудим на военном совете.
Наконец Северная армия, до этого стоявшая в ожидании, смогла войти в крепость.
Когда суматоха улеглась и ситуация взялась под контроль, Морис наконец выдохнул с облегчением.
Это был идеальный момент, чтобы сменить тему. Морис собрал Гислена, Парниэль и оставшихся командиров и советников.
Хотя реальная сила была у Гислена и Парниэль, номинально обсуждение возглавлял Морис как главнокомандующий.
— Итак, давайте пока отложим личные эмоции и сосредоточимся на обстановке. Северная армия держится, но в целом нас всё же теснят, верно?
Это было правдой. Два вражеских легиона всё ещё продвигались к столице.
Самым стремительным был Пятый легион армии Дельфина, который первым двинулся на восток и на данный момент был практически неудержим.
Морис, указывая на карту, продолжил:
— Святая дева, полагаю, вы нужны нам на более срочном направлении…
Он не успел договорить, как Гислен сообщил:
— Часть Северной армии уже выдвинулась на перехват Четвёртого легиона армии Дельфина, прорвавшего Южный фронт.
— А, вот как! Тогда остаётся только восток. Если мы перекроем его там, мы полностью их зажмём!
План был прост. Пока Северная армия сдерживает один легион, святая дева и её духовенство быстро двинутся на восток, чтобы укрепить фронт. Их объединённая сила удержит линию обороны.
Когда Северная армия одержит победу и тоже двинется на восток, наступающие на столицу силы Дельфина будут уничтожены.
— Если всё получится, эта война фактически закончена!
Хотя точное число оставшихся на юге войск Дельфина было неизвестно, Морис чувствовал, что перевес теперь на их стороне.
Пока они обсуждали стратегию, в зал вбежал гонец с тревожными новостями.
— Пятый легион армии Дельфина, наступающий на востоке, остановил продвижение!
— Что? Почему?!
Морис был ошеломлён. Неужели недавно возведённая линия обороны смогла их сдержать?
Но ответ гонца назвал неожиданное имя.
— Графиня Рейфольд предприняла действия!
— Графиня Рейфольд? Амелия? Каким образом она остановила Пятый легион?
Армия Дельфина, разорявшая восток, насчитывала около пятидесяти тысяч человек. Силы Рейфольд были далеко не столь многочисленны.
Гонец замялся, прежде чем продолжить:
— Графиня Рейфольд нанесла внезапный удар и нанесла армии Дельфина серьёзный урон. Сейчас они перегруппировываются.
— Прекрасно! Значит, графиня Рейфольд направляется к линии обороны!
— Н-нет… не совсем. Она не присоединилась к обороне.
— Что? Почему? Тогда что она делает?
— Она… ушла.
— …Что?
— После нанесения урона армии Дельфины она немедленно покинула поле боя и…
— И?
— Сейчас она занимает свободные владения местных лордов, объявляя их своими. Она заявила, что выполнила соглашение, нанеся урон армии Дельфина.
Челюсть Мориса отвисла от услышанного.
Гислен же, напротив, тихо усмехнулся, словно именно этого и ожидал.