Плохой конец этой отоме игры Том 1 Глава 30

Глава 30.

Маркиз Виндроуз, стойкий сторонник нейтральной фракции, умело воспользовался тем, что его единственная дочь была при смерти, и фактически отошёл от дел в политике и финансах.

Однако в этом году стали распространяться слухи о его возвращении в высшее общество.

Говорили, что маркиза, также жившую уединённо в фамильном особняке и не носивший ничего нового, вдруг заказала несколько новых нарядов в бутике, который она часто посещала раньше.

И даже вызвалась стать компаньонкой для одной юной леди.

Сутью светской жизни, в конечном счёте, являлся политический брак.

Офелия Виндроуз скончалась, и наследником маркиза стал Лэотис Хоп.

В зависимости от того, кто займёт место рядом с Лэотисом Хопом, весы политических сил значительно сместятся, ведь в игру вступит мощь маркиза Виндроуза и поддержка рыцарей Гламис.

Было невозможно, чтобы Королева, стоящая на том же пути, не возжелала Лэотиса.

В такой ситуации предложение Касио Брамантофа стать партнёром Принцессы буквально накаляло атмосферу.

Дело в том, что у Касио не было незамужней партнёрши даже во время его собственного дебюта.

И сейчас Касио холодно усмехался, наблюдая за людьми, развязавшими спор.

Семья Брамантоф, будучи частью нейтральной фракции, никогда не принимала чью-либо сторону.

Конечно, они отличались от маркиза Виндроуза тем, что желали сохранить нейтралитет до момента обострения, чтобы сыграть роль арбитра.

Получать максимальную выгоду при минимальных вложениях.

Это был девиз семьи Брамантоф. Это было очевидно по тому, как люди здесь сидели и несли чушь, не имея даже малейшего намерения сесть на уходящий в конце корабль.

– В итоге всё сводится к тому, кто станет партнёром Принцессы… другими словами, всё зависит от того, какие силы привлечёт к себе Королева?

Касио пожал плечами, будто не желая вникать в ситуацию.

– Вы что-нибудь знаете?

– Всё, что я знаю, так это то, что ещё ничего не решено относительно того, кто станет партнёром Принцессы.

– Есть ли вероятность, что Лэотис не будет участвовать в этом светском сезоне?

– Говорят, Маркиза нарушила молчание. Учитывая их дружеские отношения, это вряд ли возможно.

Это была довольно щекотливая ситуация для второго сына, который был куда более выдающимся, чем его старший брат, и из-за этого Лэотис Хоп с детства рос, курсируя между маркизом Виндроузом и своим отцом, маркизом Хопом.

После того, как в юном возрасте его посвятили в рыцари, что доказало его гениальность, Лэотис почти полностью разорвал связи с семьёй Хоп.

Конечно, обе семьи договорились об этом между собой. Мадам Хоп, которая благоволила только своему старшему сыну, также сыграла свою роль в неприязни к Лэотису.

Благодаря этому маркиз Виндроуз стал считать Лэотиса Хопа своим сыном.

– Нужно постараться как-то сблизиться с ними.

– Он славится своим каменным характером, так что вряд ли что-то получится.

– Лорд Касио, у вас нет никаких идей?

– Вообще-то, Принцесса ведь не так важна?

– Что это значит?

– Настоящий враг, с которым нужно иметь дело, – это не Королева или Принцесса, а Его Высочество юный Принц.

Эрцгерцог молчал.

Да, ему неприятно слышать, что он – трус, который должен столкнуть своего юного племянника на край обрыва и захватить трон.

Однако он тот, кто не сможет отказаться от жажды трона.

Конец власть имущих, которые однажды начинают стремиться к власти, очевиден, – Касио мягко улыбнулся:

– Вы – члены высшего общества, и всё же есть люди, которые разбираются в этом лучше нас, так что стоит оставить это им. Почему бы нам не подумать обо всём этом позже? – осматривая притихших стариков, Касио задумался.

Как и думал, будет лучше дать ей хотя бы одно оружие для самозащиты.

В этом году бальный зал, где мы будем танцевать, будет скорее полем битвы, где люди прячут в своём смехе мечи и стремятся уколоть друг друга, чем местом для танцев и напитков.

*****

– ...Не кажется ли, что это уже перебор?

Касио с лёгким удивлением посмотрел на бледное лицо девушки, на котором отражались редкие признаки усталости.

Он только что ворвался в третью гардеробную, таща за собой Эмилию, которая корчила недовольное лицо, из-за своего желания загладить унижение, которое она пережила вчера.

Верно. Именно *«таща»*.

Китти, находившаяся рядом с Эмилией, воодушевлённо воскликнула: *«Мисс, они все такие красивые!»*, и Касио тоже решил вмешаться, таская девушку от платья к платью.

Везде, где они были, персонал гардеробной и их хозяйки улыбались самыми счастливыми лицами в мире и постоянно что-то рекомендовали.

Касио увидел, что бледное и изначально безразличное лицо Эмилии постепенно темнело от недовольства, поэтому захотел увидеть, как далеко он сможет зайти.

Даже сейчас девушка, казалось, не замечала, как дрожали её глаза, когда она переводила взгляд с кучи обуви на гору нарядов и обратно.

У черной кошки, лежащей на полу животом вниз и не меняющейся в выражении лица, что бы я ни делал, от шока шерсть встала дыбом, едва она увидела перед собой сложенные в горы сушёный лосось, кусочки хурмы и клубки лисьего меха.

Касио было забавно наблюдать, как Эмилия колеблется, словно даже не может представить себе цену этим вещам и как осторожно протягивает руку, чтобы потрогать одну из вещей, сложенных в кучу, а затем крутит головой, чтобы проверить нет ли ценника или каталога.

Эмилия была словно крайне осторожной кошкой, которая передними лапами аккуратно трогала башню из лакомств и игрушек, которую нагромоздили люди, а затем в ужасе отпрыгивала назад, увидев, как она с грохотом рассыпается.

Даже если какое-то время она жила жизнью, ничем не отличающейся от жизни простолюдинки, стоит ли бояться подобного?

Слышал, что в поместье Виндроуз она жила жизнью, которая вызывала зависть у всех других.

Маркиз Виндроуз – аристократ из знатной семьи и покупал, а также привозил в особняк все возможные вещи для своей дочери, которой трудно было выходить за пределы дома.

Всем известно, что поскольку Эмилия и Офелия были одного возраста, Офелия постоянно настаивала на том, чтобы делить всё с подругой, поэтому сразу покупалось под два комплекта одинаковых нарядов.

Кстати, говорят, покидая особняк Маркиза, она ушла почти голой, – Касио изо всех сил постарался подавить неприятное чувство, которое нахлынуло на него в этот момент.

Сейчас не время для беспечного волнения.

Эмилия стоит прямо передо мной с пустыми и полубездушными глазами.

Откровенно говоря, Эмилия была более дисциплинированной, чем любая другая женщина, которую когда-либо видел Касио Брамантоф.

Это не означало, что она совсем не волновалась. И также не означало, что она была лишена элегантности.

Наоборот, она была куда лучше, чем некоторые юные леди, которых с детства воспитывали как воинов.

Но Эмилия сохраняла спокойствие. Вокруг неё царила странная, почти просветлённая атмосфера.

Чёрные глаза с отстранённым взглядом. Спокойная улыбка, словно она ничего не ожидает.

Когда вижу эту улыбку…… странно, но я ощущаю боль где-то внутри, словно злюсь.

Раздражает. Да. Не могу понять, почему она не боится, хотя у неё ничего нет, ведь она ушла почти голой, и не имеет никого, за кого может ухватиться.

Когда она была рядом с Офелией, это раздражало меня ещё сильнее.

Было смешно, как она смела встать рядом с Офелией, обсуждая собственное место, высоко держа голову и действуя невероятно уверенно, полагаясь исключительно на её благосклонность.

Она была похожа на ржавую медь, прилипшую к прекрасному бриллианту. Я думал, кто она такая, что «смеет» насмехаться над самим Касио Брамантоф?

Поэтому и не знал.

Касио думал, что всё из-за того, что Эмилия выросла в семье маркиза Виндроуз, ведь к ней с юных лет относились как к родной дочери, поэтому она и не понимала своего места.

А потому и осмеливалась говорить, что является самым близким другом Офелии.

Вот как думал Касио. В противном случае, он отказывался вообще что-либо понимать.

И поэтому он ждал, что однажды Эмилия потерпит великое поражение.

Веря, что однажды увидит, как спокойное, уравновешенное лицо девушки исказиться от отчаяния.

И эти чувства Касио достигли пика в день похорон.

Теперь, когда источник её гордости исчезнет, она наконец-то впадёт в отчаяние.

Но в тот момент, когда он увидел лицо Эмилии, которая не плакала, что-то щёлкнуло в его голове. Ведь он действительно думал, что в этот раз она расстроится и заплачет.

Или, скорее, Касио считал, что наконец сможет увидеть её внутреннюю сущность, скрытую за притворством.

Здравый смысл подсказывал ему, что причиной, по которой Эмилия оставалась рядом с Офелией всё это время, был именно день её смерти.

Иначе зачем, чёрт побери, ей терпеть подобные унижения и страдания так долго?

После того, как Офелия исчезнет, она останется одна и заявит о своих правах на всё это……

Однако реакция Эмилии была совсем не такой, как он ожидал.

Она улыбалась. Её улыбка отражала настоящее облегчение. Касио Брамантоф на мгновение оцепенел.

Эдмонд Глостер, стоявший рядом с ним, тоже замер. Они никогда не видели у неё подобной улыбки.

Ни разу.

«Эмилия», которую они знали, так не улыбалась.

Наоборот, им было привычно видеть, как она с презрением относится к окружающим, спрашивая зачем они снова здесь или говоря о том, как же они надоели.

С Эмилией Офелия вела себя как кошка спрятавшая когти, а Эмилия заботилась об Офелии, как мама-кошка о своём котёнке.

Эмилия и они постоянно сталкивались друг с другом, а Офелия была между ними.

Поэтому Касио думал, что и в этот раз будет тоже самое. Что ничего не изменится.

Думал, что Эмилия будет охранять гнездо Офелии даже после её смерти, словно смеясь над теми, кто назовёт её жадной и как заявит, что всё, что оставила после себя Офелия, принадлежит только ей, поэтому они могут смотреть и завидовать.

В какой-то момент мужчины даже подумали, что для Эмилии естественно занять место, где была Офелия, что даже после её смерти девушка будет рядом с ними.

Опираясь на то, что «эта» Офелия никогда не отдаст ни единой своей вещи кому-то, кроме Эмилии, поэтому в будущем их повседневная жизнь никак не изменится……

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –