Плохой конец этой отоме игры Том 1 Глава 44

Глава 44.

Кассио, с его светлыми волосами, мерцающими в утреннем свете, обладал проницательным и изящным взглядом, напоминающим мудрую лису. Глядя в его сверкающие серые глаза, можно было понять, что этот человек мог бы управлять кем угодно, если бы только пожелал. Он был тем, кто, при желании, мог бы казаться более «нежным», чем кто-либо другой.

Если бы чьи-то надежды были домиком из сахарного печенья, Кассио без колебаний залил бы его молоком, разрушая до основания. А затем, указав на тающие следы теста, он улыбнулся бы и сказал: «Твоя надежда теперь здесь».

– Пожалуйста, продолжайте так расстраиваться.

– Это уже слишком.

– Уже одно то, что я возьму вас за руку для дебюта, вызовет поток гневных писем в мой адрес, поэтому, если вы не будете расстроены, мои жертвы не будут того стоить.

Причина, по которой графиня Мейнкин предложила Эмилии выйти замуж за её племянника, была совершенно ясна. Эмилия, так сказать, была «бездомной».

В действительности, с точки зрения социального положения, и Элоди, и Эмилия, прибывшие в столицу из деревни без какой-либо поддержки, оказались в одинаково шатком положении. Нет, Эмилия, будучи проданной собственными родителями за деньги, находилась в ещё более уязвимом положении. Но пока Элоди имела поддержку семьи Виндроуз, по крайней мере, было мало тех, кто осмелился бы оскорбить леди, которую маркиз, её спонсор, потерявший дочь, опекал.

Однако Эмилия, после смерти Офелии, разорвала все связи с семьёй Виндроуз. Более того, покинув особняк маркиза, она осознала, что ей не на кого рассчитывать. И если бы такая девушка, как она, внезапно взяла за руку одного из самых многообещающих женихов этого времени, Кассио Брамантоф, чтобы дебютировать… разразился бы огромный скандал.

Кассио Брамантоф, Лэотис Хоп и Эдмонд Глостер. Эти трое неофициальных поклонников Офелии имели нечто общее. Они также были стратегически важными персонажами игры, и, пожалуй, по всей стране не найти женихов более перспективных. Кроме того, никто из них не проявлял особого интереса к женщинам. Возможно, именно поэтому слава «Офелии», которая одновременно привлекла внимание этих троих мужчин, распространилась так широко.

В общем, если говорить прямо, Кассио Брамантоф был невероятно популярной фигурой в обществе. Своим хитрым нравом и привлекательной внешностью он причинил немало страданий светским дамам. У него не было невесты или серьёзных романтических отношений, поэтому, если бы Эмилия, как и Элоди, появилась на балу в качестве его пожизненной спутницы, её будущее было бы поистине великолепным, даже без красоты или влияния.

Только Эмилия продолжала размышлять над словами, сказанными Офелией во сне.

Моя жизнь оказалась в опасности лишь потому…… что я согласилась стать спутницей Кассио? Однако сон был слишком странным, чтобы отмахнуться от него как от простого сна.

Эмилия отложила вилку и сделала глоток воды.

– Уроки танцев проходят хорошо? – внезапно спросил Кассио, элегантно разрезая бекон.

Элоди чуть не выплюнула воду, которую пила. В свободное время она посещала занятия у нескольких преподавателей, тщательно отобранных графиней Мейнкин. Они обучали её танцам, этикету и языку веера. На самом деле, язык веера был более популярен среди юных леди, чем среди молодых мужчин.

Однако, если бы Эмилия ничего не знала об этом, ей было бы трудно справиться с неловкими ситуациями.

На самом деле, девушка уже давно освоила основы этикета, а язык веера был настолько простым, что понять его не составляло труда. Проблема заключалась в танцах. Выросшая в особняке маркиза вместе с Офелией, Эмилия не всему обучалась, и танцы были одним из таких пробелов.

– ……Умеренно, – пробормотала девушка, глядя в свою тарелку.

– Насколько сильно вы собираетесь наступать мне на ноги?

– ……. – Эмилия не могла заставить себя ответить.

Ей удалось освоить простейший вальс, но ноги девушки неизбежно путались, когда дело доходило до более быстрых танцев.

– Мисс так спокойно спотыкается… – без всякого выражения лица сказала мадам Хелен, учительница, нанятая графиней.

Это было удивительно, ведь Эмилия падала без всякой паники.

– Хотя бы вальс вы танцуете хорошо, мисс – ободряюще прошептала Китти, наблюдающая за этим.

Эмилия была искренне благодарна за её добрые слова, но они не придавали ей сил. В конце концов, графиня Мейнкин, прибывшая для промежуточной проверки, вместо того чтобы сказать что-либо, просто нахмурилась.

Несмотря на светский сезон, развлечений было не так уж много. Это было время для общения утончённых и элегантных аристократов, поэтому устраивались прогулки, балы, оперы, чаепития и визиты в салоны. Мужчины могли посещать клубы для игры в карты или насладиться скачками, однако именно балы были самым важным событием.

Ежегодный королевский дебютный бал, проводящийся в середине мая, являлся местом сбора всех дебютанток без исключения. Это была привилегия, предназначенная только для тех, кто дебютировал в текущем году.

Хотя существовала четкая иерархия, основанная на классах, как только аристократ оказывался на балу, все могли танцевать как равные. В огромном королевском замке, обычно закрытом для посторонних, наряды, манеры и каждое движение дебютантов подвергались тщательной проверке. Поэтому, если бы Эмилия не умела танцевать, у неё возникли бы серьёзные проблемы, а падение стало бы настоящей катастрофой.

– Или вы намерены мучить ноги другого ни в чём не повинного джентльмена?

– Я достаточно застенчива, поэтому не планирую танцевать со множеством незнакомцев.

– Приятно слышать, – улыбнулся Касио Брамантоф. Выражение его лица выглядело весьма довольным.

– Означает ли это, что я буду гораздо чаще наступать на ваши ноги, мистер Касио?

– Придётся подготовить более плотные туфли.

– Почему бы вам не сказать, что я легка как перышко и это не причинит боли?

– Потому что леди Эмилия не одобрит таких пустых слов, не так ли? – хитро ответил Касио, словно всегда предвидя реакцию девушки, и поэтому иронизировал.

Доброжелательно улыбнувшись, мужчина протянул Эмилии чашку с кофе. Из изысканной кофейной чашки с золотой каймой исходил приятный аромат.

– У меня есть вопрос относительно нашей стратегии.

– Какой?

– Следует ли нам сохранить секрет до самого королевского бала, или сначала произвести впечатление на общество на другом мероприятии?

– Я много размышлял над этим, но пришёл к выводу, что лучше сохранить его до дня королевского бала, – без малейших колебаний ответил Касио.

Эмилия сделала глоток кофе и взяла лежавший рядом кубик сахара:

– Разве дело не в том, чтобы не дать возможности ответить тем, кто может недоброжелательно отнестись к нашей паре?

– Её Высочество принцесса, несомненно, дебютирует на балу в тот же день. В конце концов, это день её официального «дебюта»… поэтому она не сможет возразить против того, чтобы мы поступили так же.

Вместо ответа Эмилия посмотрела на мужчину, на безупречном лице которого сияла улыбка. С момента её прибытия в этот особняк, сфера её деятельности была довольно ограничена. И дело было не только в неожиданной встрече с Эдмондом Глосто в гримёрке на днях.

Время пролетело незаметно, и вот уже наступил конец апреля. Разгар светского сезона.

В столице, куда ни глянь, везде царит оживление. Я могу это понять, просто посмотрев на газеты, доставляемые в таунхаус. Если бы у меня была настоящая семья и родители, вероятно, уже наступило бы время заявить о себе.

Эмилия знала кое-что, о чём Касио не упомянул. Было нетрудно упомянуть пару слов об Эдмонде Глосто и Элоди, но мужчина лишь слегка улыбался, будто показывая, что ей не о чем беспокоиться. И это при том, что в газетах уже открыто публиковались статьи о загадочной и прекрасной мисс, которая выглядела точь-в-точь как «Офелия Виндроуз», с добавлением ярких фотографий Лэотиса Хопа и Эдмонда Глосто, сопровождающих её.

Эмилия уже собиралась заговорить, ощущая укол подозрения, но её внимание невольно привлекли другие слова Касио:

– Её Высочество принцесса дебютирует в тот же день?

– Вероятнее всего, да. Даже если королевская семья официально не объявляла об этом, все уже знают.

…дебютировала ли принцесса в том же году, что и «игрок»? Похоже, нет? Согласно истории игры, в год своего дебюта у Элоди не было достойной соперницы. Ни по внешности, ни по происхождению, ни по характеру.

Конечно, были зависть, интриги и заговоры со стороны других юных леди, завидовавших Элоди, но они были настолько неуклюжими и детскими, что разоблачить их было легко, что только повышало рейтинг симпатии главных героев-мужчин в каждом маршруте.

Я помню лишь нескончаемый поток комплиментов от мужчин в самом начале: «Вы и правда похожи на юную леди Офелию», «Это сияние, этот голос, эта манера поведения – как прекрасно!». Однако если бы принцесса дебютировала одновременно с ней, мог ли игрок оказаться в центре внимания в одиночестве…?

– Что случилось? Вас что-то беспокоит?

– ……просто, любопытно. Члены королевской семьи обычно дебютируют рано.

– Верно. На самом деле, Её Высочество принцесса Алоизия дебютировала на балу, когда ей было всего 5 лет.

– ……вот как?

– Но всё изменилось после рождения Его Высочества принца.

– …… – Элоди думала, что это не её проблема, но при этом её охватило странное чувство беспокойства.

Спокойное поведение Касио, который говорил так, будто речь шла о чужих делах, было странным. Оно всегда было таким, но…

– Если подумать, Её Высочество принцесса, вы и даже Офелия, в этом году должны отметить своё двадцатилетие.

– Так и есть.

– Леди, которую Эмилия встретила в тот день в гримёрке, в этом году также отмечает своё двадцатилетие.

– ……какое странное совпадение.

– Я тоже так считаю.

...Это ведь ненормально, когда кто-то дебютирует в двадцать лет, правда? Самые нетерпеливые делают это в шестнадцать. Но обычно это происходит в восемнадцать. В крайних случаях, когда обстоятельства того требуют, дебют может состояться и к двадцати двум годам.

Поскольку браки между аристократами больше похожи на деловые контракты, чем на союз по любви, дебют до двадцати лет является вполне обыденным явлением.

...Но как же так, что героиня игры тоже дебютировала в двадцать лет?

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –