Последнее пламя в долгой ночи (Новелла) Том 4 Глава 686 Усиление

Шан Цзяньяо даже не думал притворяться скромным.

— Конечно. И довольно сильно.

Он сделал небольшую паузу.

— А вот насколько именно…

И его взгляд остановился на Лун Юэхуне.

Тот инстинктивно отступил на несколько шагов.

Его тело уже само предчувствовало неприятности.

Шан Цзяньяо усмехнулся:

— Позже я найду подходящую психологическую тень и проверю. Результат будет практически таким же, как в реальности.

Лун Юэхун замер.

— Ты говорил иначе раньше.

Шан Цзяньяо немедленно пояснил:

— В прошлой психологической тени — той, что была связана со Второй пищевой компанией города Тешань, — хозяин комнаты на тот момент ещё не был Пробуждённым.

— Я не мог там нормально ощущать человеческие сознания. Способности сильно искажались, поэтому сравнение с реальностью не работало.

— А вот лайнер был почти полностью похож на реальность.

«Звучит разумно. И всё равно кажется, что ты меня обманываешь…»

Лун Юэхун мысленно проворчал, но вслух спорить не стал.

Главное, что снова удалось не стать подопытным кроликом.

Цзян Баймянь тем временем разглядывала очки, в которых теперь заключалась аура «Хаоса».

— Море Истоков также нельзя напрямую сравнивать с реальностью. Цифры экспериментов там неточны.

— А мне ещё нужно выяснить радиус действия этих очков, сколько целей они могут охватить, насколько отличаются эффекты на обычных людях, Пробуждённых Моря Истоков и Пробуждённых уровня Коридора Сознания…

Лун Юэхун медленно повернул голову.

«Командир?..»

На мгновение ему показалось, что за спиной Цзян Баймянь распахнулись чёрные крылья демона.

Она улыбнулась ему:

— Для уровня Коридора Сознания у нас, конечно, есть Шан Цзяньяо.

— Пробуждённым Моря Истоков буду я сама — Шан Цзяньяо применит предмет на мне.

— А обычного человека кого выберем? Тебя или Малышку Бай?

— Меня! — мгновенно ответил Лун Юэхун.

Цзян Баймянь посмотрела на него.

Её губы начали подрагивать.

Несколько секунд она ещё держалась.

Потом всё-таки рассмеялась:

— Ха-ха! Сяохун, ты самый простодушный и доверчивый парень из всех, кого я встречала!

— А?..

Лун Юэхун одновременно был растерян и смущён.

Машинально искоса взглянул на Бай Чэнь.

Та тоже явно сдерживала улыбку.

Цзян Баймянь, продолжая смеяться, объяснила:

— Мне вообще не нужно испытывать предмет на себе.

— Я просто верну его Шан Цзяньяо, пусть перенесёт ауру в чужую психологическую тень и проверит там.

— Это ничем принципиально не отличается от проверки собственных способностей.

— Максимум после этого уже в реальности протестируем на нём, насколько слабее действует предмет на Пробуждённого уровня Коридора сознания.

Хлоп-хлоп-хлоп!

Шан Цзяньяо зааплодировал столь прекрасному обману.

Лицо Лун Юэхуна заметно покраснело.

Цзян Баймянь решила не добивать и сразу похвалила:

— Вообще-то ты даже не стал ничего просчитывать именно потому, что доверяешь товарищам и готов ради группы немного рискнуть.

— Это хорошее качество.

Она показала большой палец вверх.

«Командир, вы слышали сказку про мальчика и волка? Если будете так шутить — однажды никто не поверит, когда вы серьёзно предупредите об опасности…»

Лун Юэхун мысленно поворчал.

А вслух лишь махнул рукой:

— Ничего страшного.

Не говорить же при всех, что он просто не хотел подставлять Бай Чэнь.

Цзян Баймянь перевела взгляд на Генаву.

— А вот тебя, Старина Гэ, действительно придётся попросить поучаствовать. Я хочу проверить, не обладает ли «Хаос» заодно способностью вмешиваться в электромагнитную среду.

Генава предложил:

— Сначала можно проверить Воздействие на Материю и исключить один вариант.

Цзян Баймянь покачала головой:

— Не получится. Вполне могут присутствовать обе способности.

— Можно, конечно, использовать рации и другую электронику, но они не дадут настолько ясной обратной связи.

— А в психологической тени Шан Цзяньяо ещё попробуй найди настоящего разумного робота.

Генава принял объяснение.

— Хорошо.

После серии экспериментов результаты наконец стали ясны.

Прохождение психологической тени на лайнере заметно усилило Шан Цзяньяо.

Максимальное количество людей, которых он мог одновременно затронуть, возросло до ста.

Радиус способности Литературный Юноша · Позёр достиг ста пятидесяти метров.

Отказ Четырёх Конечностей и Электромагнитное Вмешательство теперь действовали до двухсот метров.

Воздействие на Материю — до ста.

Направление Мысли в этом отношении не изменилось: всё по-прежнему зависело только от того, слышит ли цель слова. Поэтому через телефон или радио способность могла влиять на людей на огромном расстоянии.

У ауры «Хаоса» цена оказалась вполне конкретной: сильная боязнь холода.

Даже летом её носитель был вынужден надевать свитер, иначе начиналась дрожь.

Способность действовала в радиусе ста метров и могла одновременно погрузить десять человек в то самое хаотичное, безумное и почти бессознательное состояние.

Даже после прекращения воздействия эффект сохранялся почти две минуты.

На обычных людей и Пробуждённых Моря Истоков предмет влиял примерно одинаково.

У Пробуждённых уровня Коридора сознания и длительность, и глубина эффекта резко снижались.

Состояние сохранялось примерно пятнадцать секунд.

Сознание не было полностью утрачено: цель просто путала реальность с галлюцинациями, принимая образы за действительность и действуя соответственно.

Другими словами, Пробуждённый уровня Коридора сознания, подвергшийся воздействию «Хаоса», не превращался в абсолютно безумного человека без самоконтроля.

На внешнюю угрозу он по-прежнему мог отреагировать.

Если только нападавший случайно не совпадал с одной из галлюцинаций.

Шан Цзяньяо взглянул на Цзян Баймянь.

— Поэтому этот предмет идеально подходит тебе.

Командир группы по Старому миру обладала Пространственной Иллюзией и Неузнаванием Предметов — двумя способностями, тесно связанными с ложным восприятием.

В обычных обстоятельствах Цзян Баймянь, находясь на уровне Моря Истоков, не смогла бы всерьёз обмануть Пробуждённого Коридора сознания. В лучшем случае — на мгновение сбить с толку или показать нечто похожее на голограмму.

Но если цель уже была под воздействием «Хаоса», ситуация кардинально менялась.

Цзян Баймянь улыбнулась.

И, не проявляя излишней скромности, ответила:

— Раз уж ты так искренне настаиваешь, я приму этот дар.

Она прекрасно понимала: отказ лишь задел бы Шан Цзяньяо, который очень дорожил своими товарищами.

— Но есть одно условие.

Цзян Баймянь достала пару чёрных кожаных перчаток с тёплой подкладкой.

— Лучше закрепишь ауру на правой перчатке. Так будет удобнее пользоваться.

Хотя группа планировала добраться до Тайчэна летом, когда на Ледяной равнине погода была наиболее благоприятной, Цзян Баймянь не исключала возможных задержек. Поэтому ещё в Первом городе все запаслись тёплыми вещами.

Шан Цзяньяо, разумеется, не возражал.

Через Коридор сознания он перенёс «Хаос» из очков в правую перчатку.

Новый предмет получил название:

«Правая Рука Хаоса».

— Жаль только, что она не создаёт электромагнитных помех и не воздействует на материю, — проговорила Цзян Баймянь, взяв перчатку и дрожа от холода.

Она хотела вздохнуть, но тут же решила, что тратить тёплый воздух — непозволительная роскошь.

Рядом Шан Цзяньяо запел каким-то странным голосом:

— Бр-р-р, бр-р-р, меня заморозит холодный ветер…

Цзян Баймянь испепелила его взглядом и убрала предмет обратно в тактический рюкзак.

Затем она обвела взглядом своих товарищей.

— После вчерашнего у меня появилась большая уверенность, что я смогу пройти этот остров страха. Попробую сейчас.

Никто не возразил.

***

Море Истоков.

Безлюдный и мёртвый подземный комплекс «Паньгу-Био».

Цзян Баймянь стояла у собственного дома и заговорила так, будто рядом кто-то был:

— Я кое-что поняла.

— В Пепельных землях случайности неизбежны.

Она смотрела в пустой коридор.

— Даже если я ничего не предприму. Даже если всё сделаю правильно. Я всё равно могу однажды проснуться и обнаружить, что случилось нечто ужасное.

— Возможно, кто-то из моих близких побывал в руинах и принёс оттуда какой-то предмет.

— Может быть, совершенно невиновный человек когда-то перенёс операцию.

— Или же не будет никаких предупреждений, и близкий человек, друг или товарищ внезапно заболеет болезнью утраты разума.

Цзян Баймянь сделала паузу.

Её лицо стало серьёзным.

— Да, я боюсь потерять семью, родных, друзей, товарищей.

— Боюсь лишиться нынешней жизни.

Голос стал твёрже.

— Но сам по себе страх не предотвращает эти события.

— Пока мы не узнаем источник болезни утраты разума и истинную причину гибели Старого мира, все люди будут жить в страхе.

— Я иду вперёд именно для того, чтобы однажды больше не бояться неизвестности за каждым поворотом.

Наконец она выговорила всё, что накопилось.

И улыбнулась.

— Сейчас я заложу взрывчатку в нескольких ключевых точках.

— А затем сама взорву этот подземный комплекс.

Цзян Баймянь глубоко вдохнула.

— Страх не остановит меня.

— Он станет тем, что будет двигать меня вперёд.

Примерно через полчаса она находилась у выхода из подземного комплекса, ведущего на парковку.

Надев тёмные очки.

И направилась к воротам.

На губах даже появилась песня:

— Помнишь ли ты мечту юных лет,

— словно цветок, что никогда не увянет…

Грохот!

Один взрыв за другим прокатился под землёй.

Земля задрожала.

Казалось, будто весь остров рушится.

Сквозь пыль и дым пробивались языки пламени.

Цзян Баймянь ни разу не обернулась.

Она шаг за шагом шла к краю острова.

Когда последний отзвук затих, ей уже не требовалось подтверждение.

Этот страх был преодолён.

***

Вернувшись из Моря Истоков, Цзян Баймянь проверила, насколько усилились её способности.

Пространственная Иллюзия теперь могла одновременно воздействовать на семерых в радиусе тридцати метров.

Неузнавание Предметов — на две цели в радиусе двадцати метров, длительность эффекта достигала полутора минут.

Нарушение Стимулов по-прежнему позволяло изменить только одну связанную реакцию у одной цели, но теперь оно держалось до двух минут, а максимальная дистанция увеличилась до пятнадцати метров.

После того как и Шан Цзяньяо, и Цзян Баймянь сделали шаг вперёд, группа по Старому миру вновь двинулась в путь.

Примерно через две недели, после множества объездов и обходных путей, они достигли границы между территориями Первого города и Армией спасения.

Перед ними простиралась горная цепь.