Последнее пламя в долгой ночи (Новелла) Том 4 Глава 698 Контроль разума

Цзян Баймянь и Шан Цзяньяо обменялись взглядами.

После непродолжительной паузы она произнесла: — Помощники нам не повредят.

— Можно идти одной дорогой, а на месте каждый займётся своими поисками. Если обнаружим что-то важное — поделимся информацией.

Никто не знал, что именно ожидает их в Тайчэне.

Если Армия спасения направит сюда сильных бойцов, часть рисков ляжет и на них, что было бы выгодно.

К тому же, в деле поиска Пяти буддийских святых мест группа стремилась прежде всего к истине, а не к конкретной добыче.

Истина ведь не обязательно должна принадлежать только одной стороне.

При отсутствии фундаментального конфликта интересов сотрудничество выглядит вполне разумным.

Хуан кивнул. — Я понял вашу позицию.

— Однако, что именно мы будем делать, мы ещё обсудим внутри.

Сказав это, он вынул из кармана помятую пачку сигарет, достал одну, засунул в рот и закурил.

Похоже, табак помогал ему собраться с мыслями.

Цзян Баймянь и Шан Цзяньяо не стали его отвлекать.

Сами открыли дверь и вышли.

Вернув оружие и усевшись в зелёный внедорожник, Шан Цзяньяо тут же сказал Дин Лин: — Комитетчик Хуан просил кое-что передать начальнику Хуну. Поезжай сначала в Отдел въезда.

«Почему у меня всё сильнее возникает ощущение, что его эмоциональный интеллект приближается к уровню Старины Гэ? Или просто чем честнее человек, тем сильнее он раздражает окружающих?»

Цзян Баймянь промолчала.

Дин Лин удивлённо спросила: — Что именно передать?

— Что выдача нам пропуска была безобразием.

— В этот раз Хуна Гуанмина простят, но больше такого допускать нельзя.

— И даже если он думает о детях, нельзя нарушать установленные правила.

Способность Шан Цзяньяо выделять главное действительно была впечатляющей.

Проблема заключалась лишь в одном:

именно из-за их группы Хун Гуанмин теперь получал выговор.

А Шан Цзяньяо передавал всё с таким видом, будто вообще не имел к этому никакого отношения.

Дин Лин несколько секунд помолчала.

— Не стоит вам ничего передавать.

— Я сама поговорю с дедушкой Хуном позже.

«Подберу подходящие слова и момент», — мысленно закончила за неё Цзян Баймянь.

Нужно же оставлять людям лицо.

Опасаясь, что Шан Цзяньяо будет настаивать, Дин Лин вздохнула и, не отрывая взгляда от дороги, добавила: — У дедушки Хуна несколько детей погибли в самом начале Нового календаря — во время масштабных кампаний по освоению территорий, строительству и спасению людей.

— Остался только младший сын, который родился, когда Хун был уже немолод. Он его очень оберегает.

Она сделала паузу.

— Возможно, слишком избаловал.

— Младший не любит тяжёлую работу и не хочет занимать сложные должности. Само по себе это ещё ничего: дедушка Хун всё равно смог бы устроить его неплохо.

— Но тот связался с отпрысками нескольких членов комитета.

— То вино с поместий Первого города, то новейшая электроника от компании «Апельсин», то дорогие машины от «Объединённой промышленности»…

— Ни его должность, ни уровень жизни ничего подобного ему не позволяют.

Шан Цзяньяо серьёзно кивнул.

— Думаю, мне необходимо поговорить с этими людьми.

— Объяснить: сначала трудности, потом удовольствие. Помочь вернуть чистоту идеалам.

«Ого. Он что, собирается применить Направление Мысли?» — Цзян Баймянь мысленно цокнула языком.

Дин Лин совершенно не понимала, почему посторонний человек проявляет столько инициативы и ответственности за чужие дела.

— Эм… — Она аккуратно подбирала слова. — Стремиться к лучшей жизни — это естественно.

— Когда они станут старше и почувствуют ответственность, возможно, сами изменятся.

Смысл её слов был очевиден: «Мы сами разберёмся без тебя».

— Ладно… — Шан Цзяньяо заметно расстроился.

***

В «Отеле Пепельных земель» Лун Юэхун, Бай Чэнь и Генава по очереди дежурили у окна, наблюдая за джипом на парковке.

— Интересно, когда командир вернётся… — пробормотал Лун Юэхун, сменив Бай Чэнь.

Стояло лето. В отеле не было кондиционеров, которые потребляли бы слишком много энергии.

У окна хотя бы гулял ветерок, и это было гораздо приятнее, чем сидеть в душной комнате.

Лун Юэхун лениво переводил взгляд с одного места на другое.

И вдруг он заметил странного человека.

На нём была выцветшая, почти до серого, чёрная форма Армии спасения.

Корпус был слегка наклонён вперёд.

А на голове красовалась глубокая серо-белая алюминиевая кастрюля. Из-под неё виднелась лишь нижняя часть лица.

«Один из тех психов?»

Лун Юэхун сразу вспомнил людей, которых группа встретила при въезде в Убэй, и объяснения Дин Лин.

Оставался другой вопрос.

Почему такой человек бродит по парковке гостиницы для приезжих?

— Маленькая Бай, Старина Гэ, тут что-то странное, — позвал Лун Юэхун.

В одиночку можно было что-нибудь упустить.

Пока Бай Чэнь и Генава подходили, человек в кастрюле медленно двигался вперёд.

Похоже, из-за слишком глубокой посуды на голове он видел только землю прямо под ногами.

Эта кастрюля была заметно больше и глубже тех, что носили встреченные ранее люди.

Идущий добрался до джипа их группы.

Бац!

Словно не заметив препятствия, он врезался головой в машину.

Отшатнулся.

И опустился на землю.

Лун Юэхун почему-то сразу вспомнил старые истории о мошенниках, которые специально бросались под колёса транспорта и требовали компенсацию.

— Спустимся посмотреть? — спросил он, когда человек долго не поднимался.

Бай Чэнь задумалась.

— Да.

Она повернулась к Генаве:

— Старина Гэ, оставайся здесь. Присмотри за нами и за окружением.

— Хорошо.

В таких делах Генава был идеальным напарником.

Бай Чэнь опёрлась руками на подоконник и выскользнула наружу.

Используя трубы и выступы стены, за несколько быстрых движений она оказалась на земле.

После генетической модификации «Оружейный талант» её реакция, оценка расстояний и координация значительно улучшились.

Даже при обычной лазании по зданию она теперь двигалась очень уверенно.

Тем более это был всего третий этаж.

Лун Юэхун, не используя военный экзоскелет, последовал за ней гораздо более осторожно.

Его движения казались скованными и немного неуклюжими.

Бай Чэнь обернулась и кивнула:

— Я уже хотела прикрыть тебя.

— Да тут ничего сложного, — машинально выпрямился Лун Юэхун.

Бай Чэнь промолчала и направилась к джипу.

Человек в кастрюле всё ещё сидел на земле.

Создавалось впечатление, что от удара он получил сотрясение.

Лун Юэхун обеспокоенно присел рядом.

— Вы как? Сильно ударились?

Ответа не последовало.

Лун Юэхун посмотрел на Бай Чэнь.

Он показал на кастрюлю и жестом спросил: снять?

Она слегка кивнула.

Ей всё сильнее казалось, что группа «людей с кастрюлями» может скрывать что-то интересное.

Слишком легко было списать всё на внешнюю нелепость.

Группа не собиралась вмешиваться во внутренние дела Армии Спасения, но осторожность ещё никому не вредила.

Лун Юэхун взялся обеими руками за серо-белую кастрюлю и поднял её.

Солнечный свет упал на спрятанную голову.

Под ней оказался старик.

Его белые волосы были спутаны, кожа на лице напоминала кору дерева, а морщины были глубокими.

Он тяжело дышал и смотрел расфокусированно.

Но как только свет попал в его глаза, он словно мгновенно очнулся.

Он поднял руку, закрывая лицо.

— Что вы делаете?!

— Кто вы такие?!

— Вас прислали эти разложившиеся мерзавцы?

— Верните мою защиту!

Реакция оказалась настолько бурной, что Лун Юэхун растерялся.

Он неловко опустил кастрюлю обратно.

Снова оказавшись под защитой алюминия, старик постепенно успокоился.

Он ощупал землю руками и медленно поднялся.

Несмотря на возраст, спину он держал очень прямо.

— Извините, — искренне сказал Лун Юэхун. — Вы упали рядом с нашей машиной. Мы боялись, что вам стало плохо.

— Я вообще не знаю, кого вы называете разложившимися. Мы приезжие охотники. Хотим пройти через земли Армии Спасения к Ледяной равнине.

Старик фыркнул:

— Вот поэтому приезжие ещё подозрительнее.

— Если снять с меня защиту и тайно взять под контроль, никто и не подумает на тех разложившихся.

«Точно из тех, кто боится контроля над разумом», — окончательно понял Лун Юэхун.

Бай Чэнь мягко перевела разговор:

— Почему вы уверены, что эти люди разложились и кем-то тайно контролируются?

Старик снова фыркнул.

— А разве не очевидно?

Он заговорил всё громче.

— За последние годы они забыли, что нужно спасать тех, кто в Пепельных землях всё ещё голодает и мёрзнет.

— Забыли, что все люди равны, что нет высших и низших.

— Забыли клятвы не пользоваться властью, чтобы урвать себе больше еды, больше вещей, чужих жён и дочерей.

— Забыли держать в узде собственные семьи, чтобы дети не перепродавали ресурсы, не лезли в чужие дела и не наживались на системе.

— Народ злится, нравы портятся!

Старик перевёл дыхание.

— Я говорил им это прямо в лицо.

— А они отвечали: старый упрямец, мозги закостенели, не понимаешь перемен, не видишь, куда идёт общество, тебя эпоха выбросит.

Голос поднялся ещё выше.

— Так кто из нас ненормальный?

— Это они изменились!

— Значит, их контролируют!

— Только из-за контроля над разумом можно вот так забыть первоначальные идеалы и добровольно скатиться!

Он словно пытался убедить не только собеседников, но и самого себя.

— Да. Их точно контролируют!