Последнее пламя в долгой ночи (Новелла) Том 4 Глава 699 Подстава

Лун Юэхун не понимал почему, но в повышенном голосе старика слышалась не только злость.

Там было что-то похожее на печаль.

И ещё — едва уловимая надежда.

Бай Чэнь несколько секунд молчала, затем спросила:

— Почему вы вообще считаете, что контроль разума существует?

Старик после недавней тирады тяжело задышал.

Перевёл дух и ответил:

— Я разве не объяснил?

— Если никакого контроля и никаких приборов для мозговых волн нет, как люди, прошедшие через горы трупов и моря крови, могли внезапно так измениться?

— Отказаться от идеалов?

Он слегка поднял голову под кастрюлей.

— Вы охотники за реликвиями. Раз добрались до Убэя, наверняка встречали Пробуждённых.

Бай Чэнь и Лун Юэхун промолчали.

— Они воздействуют на мозг через мозговые волны и вызывают самые странные эффекты.

— Разве это не одна из форм контроля разума?

Старик снова воодушевился.

— Но человеческие способности слишком неэффективны.

— Настоящие виновники гибели Старого мира создали устройства мозговых волн, способные накрывать один город, а то и несколько сразу!

— Сотни тысяч людей!

Он ударил себя по алюминиевой защите.

— Только те, кто подготовился заранее и носит кастрюлю, могут избежать скрытого воздействия.

— Сохранить независимое мышление.

— Не забыть идеалы.

— Не стать такими же!

К концу каждой фразы он почти выкрикивал слова.

Лун Юэхун не удержался:

— И кастрюля защищает даже от способностей Пробуждённых?

Из-за глубокого алюминиевого колпака лица старика выше носа видно не было.

— Конечно!

— Я тебе вот что скажу: если бы я не носил её постоянно, давно бы стал лишённым разума.

— Тем, кто узнал тайну контроля, закулисные хозяева пощады не дают.

— Либо полностью лишают человека самостоятельных мыслей, либо уничтожают мозг и превращают его в лишённого разума.

Он тяжело вздохнул.

— Много моих боевых товарищей были недостаточно осторожны.

— Не носили защиту каждую минуту.

— И вдруг заболевали болезнью утраты разума.

— Их просто убрали…

«Но Шан Цзяньяо говорил, что чувствовал сознания людей в кастрюлях. Раз чувствует — значит, теоретически способен воздействовать».

Лун Юэхун оставил мысль при себе.

Разубеждать настолько напряжённого человека было опасно и бессмысленно.

К тому же Дин Лин уже рассказывала: среди сторонников этой теории люди всё равно заболевали болезнью утраты разума.

Наверняка у движения существовало объяснение и для подобных случаев.

Бай Чэнь спокойно дослушала и неожиданно спросила:

— Почему вы всё это рассказываете именно нам?

Она заранее придумала несколько способов вывести старика на разговор.

Но ничего не понадобилось.

Он выложил всё сам, будто они лишь случайно оказались подходящими слушателями в подходящий момент.

Старик махнул рукой.

— Потому что вы только приехали в Убэй.

— Скорее всего, вас ещё не успели взять под контроль.

— Значит, есть шанс спасти.

— Чем больше спасём людей, тем больше будет товарищей.

На секунду Лун Юэхун отчётливо представил Шан Цзяньяо.

Тот наверняка шагнул бы вперёд, прижал правую руку к груди и торжественно выкрикнул:

«Ради всего человечества!»

Бай Чэнь слегка растерялась.

В конце концов сказала лишь:

— Спасибо.

Старик уже хотел продолжить, но внезапно повернул голову к заднему входу отеля.

— Идёт цепной пёс разложившихся.

— Я слышу шаги.

— Пора.

Он махнул рукой, опустил голову, чтобы видеть землю из-под кастрюли, и медленно направился к боковому выезду с парковки.

Лун Юэхун и Бай Чэнь посмотрели в ту же сторону.

В дверях стоял знакомый управляющий отелем — Шэнь Кан.

Лицо у него было одновременно неловким и злым.

Старик, уже отходя, крикнул:

— И кастрюли себе найдите!

Шэнь Кан наконец пришёл в себя и быстрым шагом подошёл к Бай Чэнь и Лун Юэхуну.

— Не слушайте его. У него с головой…

Он постучал пальцем по виску.

— Проблемы.

Бай Чэнь не показала никаких эмоций и, наоборот, изобразила лёгкое недоумение:

— А кто он вообще? Очень странный человек.

«Маленькая Бай отлично научилась у командира», — не к месту подумал Лун Юэхун.

А потом поправился:

«Или она ещё до компании умела так разговаривать».

Шэнь Кан оглянулся по сторонам и понизил голос:

— Это один из старых бойцов Армии спасения.

— Вступил ещё в годы основания и каким-то чудом дожил до нынешнего времени.

Он вздохнул.

— Вы наверняка слышали: после больших войн и тяжёлых потерь у людей бывает посттравматический синдром.

— В Эпоху Хаоса и первые годы Нового календаря никому было не до лечения. Выжить бы.

— После одной войны за другой он становился раздражительным, вспыльчивым, не мог сосредоточиться.

Шэнь Кан продолжил:

— То же происходило с многими его товарищами.

— Некоторые начали пить.

— Армия спасения и так тратила на этих людей немало ресурсов.

Он развёл руками.

— Когда их сняли с передовой, стало хуже.

— Началась подозрительность: будто кто-то хочет убить, будто действующие члены комитетов и начальники окончательно разложились, забыли идеалы.

— В конце концов они вообще организовали движение против тайного контроля.

— Призывают всех носить алюминиевые кастрюли, чтобы не попасть под управление закулисных сил.

— Ну разве это не болезнь?

Лун Юэхун не стал поправлять его: правильнее было бы говорить о посттравматическом стрессовом расстройстве, а не о каком-то «синдроме».

Для обычного управляющего гостиницей уже само знание подобного термина говорило о неплохом общем образовании в Армии спасения.

Бай Чэнь подумала о другом.

«Почему управляющий отелем так уверенно говорит, что нынешняя задача уже не просто выжить, а правильно мотивировать людей и развиваться дальше?»

Но вслух спросила совсем о другом:

— А почему он пришёл именно на парковку нашего отеля?

Шэнь Кан тяжело вздохнул.

— Он с несколькими старыми товарищами живёт в санатории неподалёку.

— С таким стажем и заслугами мы не можем просто не пустить их на территорию отеля, если они настаивают.

Он криво усмехнулся.

— Раньше этот старик останавливал молодых прямо на улицах и рассказывал им про контроль разума и разложение.

— Потом его перестали слушать.

— И он переключился на приезжих.

Шэнь Кан показал рукой на джип.

— Часто приходит сюда.

— Делает вид, будто случайно во что-нибудь врезался, падает и ждёт, когда кто-нибудь подойдёт помочь.

— А потом начинает рассказывать спасителю про контроль разума.

— А-а… — Лун Юэхун уставился на него.

Только теперь всё сошлось.

Они с Бай Чэнь действительно попались на «подставу».

Старик специально ударился о джип и сидел на земле, ожидая помощи.

Если бы встал сразу, поговорить было бы не с кем.

«Вот почему он отвечал на всё так охотно и сам развернул целую лекцию…»

Чем дольше Лун Юэхун думал, тем сильнее ему хотелось провалиться сквозь землю.

Бай Чэнь тоже молчала несколько секунд.

Потом спросила:

— А торговцы и приезжие охотники правда подходят помогать?

С её опытом жизни в Пустошах это казалось сомнительным.

Большинство таких людей проходило мимо чужих проблем.

Людей вроде У Шоуши было слишком мало.

Шэнь Кан рассмеялся:

— Многие приезжие хотят вступить в Армию спасения.

— Поэтому стараются показать себя хорошими людьми.

Он добавил:

— Добрые поступки иногда действительно позволяют сократить срок обязательного проживания. Комитет по координации ресурсов это поощряет.

«Тогда понятно».

Лун Юэхун даже решил, что такая система сама по себе неплохая.

Разговор закончился.

Они попрощались с Шэнь Каном и вернулись на третий этаж уже по нормальной лестнице.

***

Когда Цзян Баймянь и Шан Цзяньяо вернулись, Бай Чэнь сама рассказала историю со стариком в кастрюле.

Глаза Шан Цзяньяо мгновенно загорелись.

Он повернулся к Лун Юэхуну:

— Давай наденешь кастрюлю, а я попробую тебя контролировать?

— Нет, — без малейшего колебания ответил Лун Юэхун.

И так очевидно, что защита не сработает.

Генава подошёл к вопросу с научной стороны:

— Обычная кастрюля не создаст полноценного электромагнитного экранирования.

— Нужно закрыть всё тело проводящим слоем и обеспечить заземление.

— Можно было бы проверить… — задумчиво сказала Цзян Баймянь.

Ей действительно хотелось выяснить, передаются ли способности Пробуждённых электромагнитными волнами.

Лун Юэхун заметно напрягся.

Бай Чэнь перевела разговор на Шэнь Кана и его неожиданно высокопарные рассуждения.

Цзян Баймянь улыбнулась:

— Тут всё довольно просто.

— Старик ведь регулярно приходит сюда искать слушателей.

— Значит, Шэнь Кан тоже не раз слышал обвинения в разложении и контроле разума.

— А сам управляющий берёт мелкие подарки и иногда продаёт чужакам информацию.

— Конечно, после таких речей ему становится не по себе.

Она продолжила:

— Вот и приходится заранее придумывать объяснения.

— Слушает радио, читает официальные документы, разговаривает с людьми.

— Постепенно складывает для себя связную систему, почему нынешняя Армия спасения должна быть именно такой.

Цзян Баймянь уже собиралась позвать всех на обед.

И тут одновременно заговорили все громкоговорители.

В комнате.

В коридоре.

И на улице.

Мужской голос был явно искажён устройством.

Он звучал высоко и возбуждённо:

— Дамы и господа, я люблю игры.

— И сейчас предлагаю вам сыграть со мной.

— Где-то в Убэе я спрятал ядерную боеголовку.

— Если за три дня вы её не найдёте, она скажет: «Бум».

— Старайтесь.

— Надеюсь, Убэй не превратится в руины во время прекрасного фейерверка.

Голос исчез.

Из динамиков потянулся сухой электрический треск.