Повелитель тайн Том 7 Глава 1331 Помощь ближнему

Для Венделла убийство не было чем-то незнакомым. Услышав это, он не испугался и совершенно спокойно перевёл взгляд с женщины в дверях на обстановку в комнате.

Тут же он увидел мужчину, лежащего на полу с окровавленной грудью.

— Уверены, что он мёртв? — мирно спросил Венделл.

Девушка лет двадцати сначала растерялась, а потом неуверенно ответила:

— Должно быть… я не знаю…

— Если его ещё можно спасти, нужно немедленно везти в больницу, — тон Венделла был таким, будто он говорил с родственниками пациента, а не с убийцей.

Леди с окровавленным кинжалом в руке подсознательно посторонилась, освобождая дорогу.

Венделл сделал несколько шагов и приблизился к жертве.

Ему не нужно было наклоняться; одного взгляда хватило, чтобы по различным признакам сделать вывод:

— Он действительно мёртв.

На лице женщины лет двадцати с растрёпанными льняными волосами не отразилось никаких эмоций. Она опустила голову и, глядя на кончики своих туфель, сказала:

— Вызывайте полицию.

— Как вас зовут? — Венделл уже слышал торопливые шаги на лестнице.

Очевидно, это был официант или хозяин гостиницы, который, услышав крик, поднялся проверить, что случилось.

— Трисси… — тихо ответила девушка, в которой дикость сочеталась с невинностью.

После этого она погрузилась в свой мир и не произнесла больше ни слова.

Венделл собирался что-то сказать, но тут к двери подбежал хозяин гостиницы, который ранее оформлял его заселение.

— О, Богиня! — увидев, что происходит в комнате, пожилой мужчина не смог сдержать крика.

Венделл опустил правую руку, призывая его к спокойствию, и сказал:

— Немедленно идите в полицию, я здесь присмотрю.

Его манеры и слова внушали доверие и покорность. Хозяин гостиницы без лишних слов развернулся и побежал вниз.

Для Венделла подойти и проверить, что случилось, было лишь привычкой джентльмена. На самом деле у него не было ни малейшего намерения ввязываться, ведь на нём лежала миссия. Но растерянный, отрешённый и нарочито холодный вид мисс Трисси вызвал у него сочувствие. Это была нормальная мужская реакция.

Он огляделся и, словно обращаясь к пустоте, сказал:

— Не за всякое убийство приговаривают к суровому наказанию. Всё зависит от обстоятельств.

Трисси медленно подняла голову и посмотрела на него.

В её, казалось бы, безжизненных и растерянных глазах появился какой-то неописуемый блеск.

Венделл взглянул на её лицо с синяками:

— Он вас избил?

— Да, — в его голосе была какая-то властность, заставившая Трисси, желавшую молчать, всё же ответить.

Взгляд Венделла опустился на кинжал, с которого уже не капала кровь:

— Вы принесли его сюда, или он?

Трисси с небольшой задержкой ответила:

— Он.

Венделл слегка кивнул:

— Законная самооборона соответствует предписаниям закона. Я могу подтвердить полиции, что у вас перед этим была ожесточённая ссора, перешедшая в драку. Очевидно, что в этом плане у мужчин есть природное преимущество. Я не дискриминирую женщин, так говорят наука и опыт.

Он сделал паузу и спросил:

— В каких вы отношениях и что между вами произошло?

Глаза Трисси дрогнули, и она немного вышла из состояния глубокой замкнутости и отрешённости от реальности.

Словно отвечая на допрос полицейского, она с проблеском надежды и печали в голосе сказала:

— Я… хех, я его любовница.

При этих словах на лице Трисси появилась самоуничижительная улыбка:

— Когда-то я была уродливой женщиной, гонявшейся за деньгами до потери рассудка. Вскоре после окончания грамматической школы, поддавшись его соблазнам, я стала его любовницей.

— Он подарил мне гостиницу и велел оставаться там, ожидая его прихода или вызова каждую неделю.

— Постепенно я потеряла интерес к такой жизни. Я чувствовала себя всё более подавленной и неполноценной. Я хотела вернуть ему всё и полностью порвать с ним, но он не соглашался. Он угрожал мне разными способами, не давая уйти. Последние несколько наших встреч проходили в ссорах.

— Только что он сказал, что уйти от него можно лишь одним способом — через смерть. Затем он избил меня и достал кинжал. А что было дальше… вы знаете…

«Любовница…» — Венделл с сожалением и досадой окинул взглядом лицо Трисси и сказал:

— Улики на месте преступления также предварительно подтверждают ход событий.

Он думал, что Трисси и покойный были мужем и женой, но оказалось, что их отношения были ещё хуже, чем он предполагал.

Трисси безучастно кивнула:

— Спасибо.

Она больше не говорила, нарушив молчание лишь с приходом полиции Утопии, когда добровольно подняла руки, чтобы ей надели наручники.

Венделл, заметив её слегка пошатывающуюся походку, сказал полицейским:

— Сначала отвезите её на освидетельствование и обработку травм, чтобы избежать непредвиденных осложнений.

Полицейские и сами не поняли, почему подчинились указанию свидетеля, но, так или иначе, без возражений повели Трисси и Венделла под проливным дождём в небольшую городскую больницу.

Поскольку Трисси была женщиной, Венделл и двое полицейских остались ждать в коридоре, не заходя внутрь.

Время шло, и Венделл увидел, как в родильное отделение срочно доставили беременную женщину. Кажется, возникли какие-то проблемы, и потребовалась операция.

Через некоторое время он услышал плач младенца — так новый человек возвестил о своём приходе в мир. И как раз в этот момент вышла Трисси.

— Чувствуете? Всю прелесть жизни, — серьёзно сказал Венделл Трисси.

Трисси прислушалась к детскому плачу, пробивающемуся сквозь шум ветра и дождя, и её лицо заметно дрогнуло.

Её лицо уже успели умыть, и оно выглядело очень чистым.

Через несколько секунд Трисси пришла в себя, кивнула Венделлу и снова сказала:

— Спасибо.

На этот раз она уже не была такой безучастной, оцепеневшей и замкнутой.

Венделл втайне вздохнул с облегчением и проследовал за ними в полицейский участок, чтобы дать показания.

Сделав всё, что от него требовалось, Венделл вышел на улицу, намереваясь взять наёмный экипаж до гостиницы «Ирис».

Однако в эту ветреную и дождливую ночь на улице не было ни одного прохожего, ни одного экипажа.

— В этом и недостаток маленьких городков — неудобно, — пробормотал Венделл, раскрыл зонт, который взял с собой при выходе, определил направление и пошёл обратно в гостиницу «Ирис».

Как бывший «Шериф», он обладал мистической памятью на пройденные маршруты и совершенно не боялся заблудиться в незнакомом городке.

К этому времени ливень значительно ослаб, но ветер всё ещё бушевал. Порывы ветра, смешанные с дождём, хлестали Венделла сбоку.

Это заставило его поднять правую руку и прикрыть грудь и живот.

Секретный документ был спрятан во внутреннем кармане одежды именно в этом месте.

До этого Венделл, даже ложась спать, держал документ при себе, не расставаясь с ним. Он уже выработал привычку: достаточно было заранее дать себе установку, и он не переворачивался во сне.

Утопия была небольшим городком. Примерно через четверть часа ходьбы Венделл увидел гостиницу «Ирис». К тому времени его цилиндр и одежда немного промокли из-за сильного ветра.

Это его немного обеспокоило: он боялся, что секретный документ промокнет и повредится.

«Строго говоря, я уже нарушил правила выполнения миссии. Но как можно было не помочь такой леди? Это должное воспитание джентльмена…» — Венделл чувствовал лёгкое раздражение, но ни о чём не жалел.

Войдя в комнату, он тут же снял пальто, достал документ и положил его на стол.

Бумажный пакет, в который был завёрнут документ, имел явные следы намокания, и в нескольких местах, казалось, он порвётся от малейшего прикосновения.

Венделл тут же позвонил в колокольчик, вызвал официанта и попросил у него угольную печь, надеясь повысить температуру в комнате и ускорить высыхание запечатанного конверта.

В ожидании он заметил, что вокруг совсем не было тишины, присущей глубокой ночи. Похоже, предыдущие крики и приезд полиции разбудили постояльцев и местных жителей, и они ещё не успели снова уснуть.

Завывания ветра значительно ослабли. Сквозь стук капель дождя Венделл слышал детский плач, супружескую ссору, скрип скрипки, похожий на пиление дров, прерывистые рыдания, шаги наверху и приглушённые, то сдержанные, то забывшие о контроле голоса обсуждающих.

Он не испытывал умиления от этой сцены, полной жизни, а лишь находил её шумной, мешающей ему успокоиться.

Через некоторое время официант принёс угольную печь с уже горящими углями.

Венделл немного расслабился и небрежно спросил:

— Вы знаете ту мисс Трисси, которая была здесь?

Худощавый официант покачал головой:

— Нет.

Затем он добавил:

— Я слышал, что она местная, но до этого года я жил на плантации за городом.

— Что вы о ней знаете? — подсознательно спросил Венделл.

— Она приходила в нашу гостиницу три-пять раз в месяц с тем мужчиной, который умер, — официант вдруг вздохнул. — Она была совсем не счастлива.

Венделл помолчал несколько секунд, отпустил официанта и сел обратно за стол.

Время шло, и пакет с секретным документом постепенно высыхал.

К этому времени в гостинице и снаружи стало тише, лишь изредка раздавался стук капель дождя о землю и свист ветра в окнах.

Полный сил Венделл, вспоминая произошедшие события и сочувствуя судьбе мисс Трисси, поднял конверт и перевернул его.

И в этот момент он заметил, что на нижней стороне конверта появилось небольшое повреждение, сквозь которое смутно проглядывала бумага.

Венделл нахмурился, понимая, что его ждёт взыскание.

Конечно, взыскание не будет слишком суровым, ведь если бы требования к секретности документа были достаточно высоки, его бы не отправили в одиночку.

Венделл собирался оставить всё как есть и показать повреждение принимающей стороне, но, мельком взглянув, он увидел сквозь дыру на документе одно слово:

«Утопия».

Венделл мгновенно напрягся, и ему показалось, что шум ветра и дождя за окном внезапно прекратился.