Принцесса-злодейка хочет жить в кондитерской Том 2 Глава 223.2 Экстра 5

— …О каком ещё доме?

— Похоже, подруги уже узнали насчёт участка под мою будущую княжескую усадьбу.

Ася, прижав плечи к ушам, весело рассмеялась.

— Говорят, перед свадьбой мне стоит обзавестись своей резиденцией.

— Хм… А она точно необходима?

— Я тоже сначала так думала! Ведь есть твой дом в столице, так ли уж нужна своя резиденция? Но потом как следует поразмыслила и поняла: нужна. Если мы с тобой поссоримся, мне ведь даже уйти будет некуда.

Карно тут же передумал.

— …Если мы поссоримся и тебе захочется уйти, ты можешь просто отправиться во дворец.

— Не бежать же к кузену из-за мелкой ссоры с мужем, это как-то несерьёзно.

— Да и вообще, мы с тобой не будем ссориться.

— Что? Ну ты и сказал, Карно. Как это — не будем?

Ася посмотрела на Карно так, словно он сказал какую-то глупость. Карно заворожённо смотрел на свою невесту — девушку сказочной, почти неземной красоты, которая, тем не менее, оставалась хладнокровной и беспощадно практичной. Ася твёрдо заявила:

— Люди, жившие отдельно более двадцати лет, не могут просто так съехаться и не поссориться. Мы будем ругаться, и ещё как.

Ася отпустила руку Карно, сжала кулаки и принялась попеременно выбрасывать их вперёд, имитируя боксёрские удары. Карно открыл рот, закрыл, затем аккуратно перехватил её кулачки, опустил их и медленно произнёс:

— Даже если поссоримся… Всё равно нельзя уходить из дома… В крайнем случае уйду я.

— Тоже не дело, чуть что — выгонять тебя на улицу. Хм, тогда будем уходить по очереди?

— …

— …Тоже не вариант?

— …Да нет же, надо думать, как вообще не ссориться…

— А-а.

Раз уж зашла речь об усадьбе великой княгини, Ася попробовала под шумок предложить второй этаж своей кондитерской, но её идею, разумеется, сразу же отклонили. Алексей лишь улыбнулся её словам и сделал вид, будто ничего не услышал.

Зато к информации об участках, предоставленной подругами Аси, Алексей отнёсся со всей серьёзностью. Он добавил к критериям выбора несколько своих условий. В первую очередь он вычеркнул все варианты, расположенные слишком далеко от императорского дворца. Затем учёл репутацию и характер соседствующих дворянских семей, и после отсева осталось всего три подходящих места.

— Мне самой съездить и посмотреть?

Ася, только собиравшаяся взять кусочек подрумяненного, аппетитно пахнущего поджаренного с маслом хлеба, удивлённо подняла голову. Сидевший напротив Алексей зачерпнул правой рукой щедрую ложку крем-сыра и протянул левую руку к Асе.

— Это ведь твоя будущая усадьба, так разве не лучше выбрать место, которое понравится именно тебе?

Алексей взял у неё тост, густо намазал его крем-сыром и вернул обратно.

— Твои подруги подали отличную идею. Ты будешь там жить, так что лучше увидеть всё своими глазами и принять решение.

— Да что я там пойму…

Ася хотела было сказать, что толку от её осмотра будет немного, но осеклась и лишь кивнула. То, как искренне Алексей заботился о строительстве усадьбы, само по себе было драгоценным подарком. Ей нечем было отплатить за такую доброту, поэтому портить настроение врединой не хотелось.

— Хорошо. Тогда я подойду к выбору максимально серьёзно.

Ася ответила с самым серьёзным видом. Алексей, улыбнувшись, достал из кармана платок и аккуратно вытер крем-сыр с уголка её губ. Ася застенчиво покраснела и ответила:

— Я и сама могу вытереть.

— Знаю-знаю. Наша горошинка ведь выросла и превратилась в фасолинку.

— Я уже давно выросла из фасолинки!

— Но для меня ты навсегда останешься крошечной фасолинкой. Всё время боюсь, что стоит оставить тебя без присмотра, как ты куда-нибудь укатишься и потеряешься.

Алексей говорил с наигранно-серьёзным видом. Ася, молча слушавшая его, не удержалась и рассмеялась.

— Никуда я не укачусь!

— Если ты исчезнешь, я не смогу ничем заниматься, пока не найду тебя.

— Да говорю же, никуда я не исчезну…

Ася недовольно окинула Алексея взглядом, но тот лишь тепло улыбался в ответ.

— Вообще-то я был бы только рад, если бы ты и дальше оставалась жить во дворце.

На этот раз Ася густо намазала тост Алексея крем-сыром и лукаво улыбнулась. Поглядев на неё, Алексей понял, что ответ ему и так заведомо известен.

— Но больше всего я не хочу, чтобы люди подумали… будто мне жалко пожалеть для тебя какую-то усадьбу. Так что выбора у нас нет.

— А что, кто-то правда так думает?

Удивлённая Ася широко распахнула глаза и подскочила с места. Впрочем, окружающие привыкли, что она действовала импульсивно и без оглядки, поэтому никто даже глазом не моргнул.

— Меня же так любит мой Алёша! Неужели на свете есть кто-то, кто этого не знает?!

С этими словами Ася порывисто уселась Алексею на колени и шустро выхватила тост, который тот только собрался откусить.

— Это потому, что ты не хвастаешься этим на каждом шагу. А могла бы и похвастаться.

Алексей слегка щёлкнул Асю по кончику носа.

— А по-моему, я и так только этим и хвастаюсь!

Возбуждённо возразила Ася. Но Алексей не уступал.

— Значит, мне придётся хвастаться ещё громче.

— Э-э… Это как?

— Как только твоё поместье будет готово, все сомнения рассеются.

— !..

Ася застыла с открытым ртом, затем беспокойно огляделась, ища кого-то, кто мог бы умерить пыл Алексея. Однако все слуги и придворные, присутствовавшие в зале, поспешно отвели взгляды.

— Ваше Величество, вы ведь опекали Великую княгиню Пешеранскую, Анастасию, с самого детства. Строить для неё ещё и столь роскошную резиденцию... не слишком ли это?

Алексей едва сдержал улыбку и отложил документы. Если бы это сказал кто-то другой, его улыбка тут же сменилась бы таким морозом, что даже Пафнир бы не растопил.

Но человек, стоявший перед ним, преследовал совершенно иные цели.

— Хм. Ася росла у меня на глазах, так разве я не должен позаботиться обо всём наилучшим образом, дядюшка?

— Это... это, конечно, так, но всё же оставьте что-нибудь и нам...

Поскольку Алексей до сих пор не сделал никаких официальных заявлений относительно усадьбы Анастасии, вся родня с нетерпением ожидала возможности принять участие в строительстве и внести свой вклад.

И тут внезапно выяснилось, что Алексей лично выбрал участок для Анастасии и взялся за дело! Все оставшиеся в столице родственники забеспокоились и помчались к нему.

— У вас ещё будет много шансов проявить себя, дядюшка. Не стоит так волноваться.

— Не верится мне... Чует моё сердце, вы нам ничего не оставите...

Пробормотал Максим, на его лице читалась смесь тревоги и обиды. Алексей лишь ободряюще улыбнулся.

— Если я ничего не оставлю, разве вы не сможете порадовать Асю как-нибудь иначе?

На лице Максима отразилось полное осознание своего поражения. Молодой император явно намеревался вложить в усадьбу Анастасии только свою собственную заботу.

— Юрию... Хотя нет, неважно.

Гордость не позволяла ему признаться, что если он не поучаствует в постройке усадьбы для племянницы, то его родной брат просто уничтожит его. Поэтому Максим поспешил сменить тему.

— Лучше скажите, Ваше Величество... Теперь, когда Ася... Великая княгиня Пешеранская покинет дворец... Не пора ли и вам...

На самом деле, именно эта цель и была главной причиной визита Максима во дворец. И Алексей, судя по всему, разгадал его намерение с первых же слов, лишь тепло улыбнувшись.

— Вы правы, во дворце станет очень пусто.

Максим горько усмехнулся.

— Ваше Величество...

Поскольку император давал понять, что не желает развивать эту тему, настаивать было бессмысленно. Заметив выражение лица Максима, Алексей мягко пояснил:

— Если сейчас зайдёт речь о женитьбе императора, то свадьба моей сестры превратится в пустую формальность или окажется в тени моей собственной.

Молодой император всё ещё оставался холост, поэтому дворяне из кожи вон лезли, надеясь выдать за него своих дочерей, и постоянно досаждали ему. Впрочем, дядя Максим пытался завести разговор о женитьбе не из корысти, а из искренней заботы о старшем племяннике, который после отъезда Анастасии остался бы совсем один в огромном дворце.

— Это... конечно, вы правы, но...

Брак императора — важнейшее государственное дело, превосходящее по значимости любые другие события. Если объявить о поиске невесты, всё внимание двора моментально переключится на это.

Кто займёт непредсказуемый престол императрицы, какой род возвысится подле государя, в чьих руках окажется власть...

— Пусть сначала благополучно пройдёт свадьба Аси. Когда я увижу, что она счастлива в новой жизни, тогда и займусь собой. Позже, вовсе не значит поздно.

— Ваше Величество, Ася всегда была счастлива рядом с вами. А если герцог Седвойер попытается сделать её несчастной, она скрутит его в бараний рог и всё равно добьётся своего счастья.

От волнения Максим забыл про официальный титул и заговорил по-простому. Алексей мягко улыбнулся ему.

— Вот потому я за неё совершенно спокоен. Смогу спокойно наблюдать за тем, как она обустраивается на новом месте, не переживая ни о чём.

Максим окончательно опустил руки и отказался от попыток переубедить его.

— Вы ещё даже не женаты, а рассуждаете прямо как заботливый отец...

Алексей тихо усмехнулся. И пошутил, что будь Ася действительно его дочерью, герцогу Седвойеру пришлось бы целый месяц пить с ним чай и проходить суровые проверки, так что ему ещё повезло.

Место под усадьбу Великой княгини Пешеранской наконец было выбрано. На юге протекала река Вычегда, а в ясные, погожие дни далеко за рекой виднелся персиковый сад.

Проект и дизайн усадьбы доверили Мюре Айллау. Эта гениальная художница обладала невероятным талантом во всём, за что бы ни бралась, и архитектура не стала исключением.

Строительный лес доставили из владений Седвойер, знаменитых своей высококачественной древесиной. Остальные редкие и ценные материалы раздобыли купцы, знакомые с Анастасией, а также её многочисленные друзья и родственники.

И вот, когда работы уже начинались...

На участке будущей усадьбы появился старый и огромный грузовой фургон.