Принцесса-злодейка хочет жить в кондитерской Том 2 Глава 223.7 Экстра 5

— Итак, что ты говорила? Что-то старое, что-то взятое взаймы и что-то голубое?

— Да, именно так. У меня есть несколько мыслей на этот счёт.

С этими словами Людмила развернула бумаги, которые получила от кучера.

— Это чайная плантация на юге империи...

— Ого! Я знаю эту плантацию! Мама иногда покупает чай этой марки...

— Правда? Она действительно весьма известна. И их логотип как раз голубой. Я подумала, может, подарить эту плантацию Асе?

— Но ведь нельзя же подарить чайную плантацию прямо на свадьбе.

— Ну, мы можем вручить ей купчую на землю...

Дойдя до этого момента, Людмила, похоже, сама осознала, насколько нелепо это звучало, и её голос затих.

— ...Хотя бросить купчую в самый разгар торжества было бы не очень уместно, верно?

— Пожалуй...

Людмила плотно сжала губы, затем отодвинула документы с южной плантацией и достала следующий документ.

— Хорошо, с голубым мы разберёмся позже. Теперь насчёт того, что нужно взять взаймы...

Однако, прежде чем Людмила успела продолжить, Наталья её перебила:

— Погоди, но если это «взятое взаймы»... Значит ли это, что мы подарим Асе подарок со словами: «Это тебе взаймы, надень на свадьбу, а потом... потом верни»?

— Ах...

Обе девушки на мгновение потеряли дар речи. Как ни крути, избавиться от ощущения собственной скупости было практически невозможно.

— Н-нет, мы ведь не потому даём взаймы, что нам жалко!

— Ася, конечно, всё поймёт и ничего такого не подумает, но всё же...

— ...

— ...

Настроение у обеих девушек окончательно упало, но они всё же перешли к следующему пункту.

— Что-то старое...

— Это значит просто поношенное, да?

— Ну, если быть точной, то вещь с историей, созданная давным-давно...

— ...

— ...

Людмила уткнулась лицом в ладони и пробормотала:

— С таким подходом нам ни за что не превзойти Карно Нойштеттера...

В этих словах сквозило искреннее соперничество, совсем не свойственное обычно вежливой Людмиле, которая привыкла называть его «герцог Седвойер» или «господин Карно».

Наталья поспешно всплеснула руками:

— Но ведь ты сама говорила, что у таких вещей есть особый смысл!

— Говорила. Что-то старое — это символическая связь с прошлым. Знак того, что даже после свадьбы Аси мы останемся друзьями. Взаймы — знак нашей готовности прийти к ней на помощь в любой момент. А голубой цвет — это верность, искренность и всё в таком духе.

Наталья энергично закивала, поддерживая подругу. Казалось, девушки поменялись ролями.

— Ася точно будет растрогана и оценит по достоинству!

Людмила уныло возразила:

— Вот только бриллиантовое кольцо само по себе выглядит невероятно эффектно...

— ...

«И это правда...»

Наталья уселась рядом с Людмилой и тоже уткнулась лицом в ладони.

Пока подруги ломали голову над подарком, сама Ася тоже пребывала в глубоких раздумьях.

— Неужели один человек сможет сам испечь торт на несколько сотен гостей?

— ...

— И ведь делать это придётся дважды: утром и после обеда. Включая банкет.

— ...

— Самая главная проблема здесь в том, что печь этот торт собирается сама невеста...

— В-ваше... Ваше высочество, даже если вы так говорите...

Видя, что Павел вот-вот расплачется, Ася больше не смогла сдерживаться и громко рассмеялась.

— Ладно-ладно, прекрати. Я просто шучу.

— Если вам весело, то... то я готов терпеть всё что угодно...

Ася снова постучала по кухонному столу от смеха, но затем всё же успокоилась и выпрямилась. Хотя она и поддразнивала Павла, идея испечь свадебный торт собственными руками полностью её захватила.

— Я придумала такой торт, коржи для которого можно подготовить заранее. Хочешь взглянуть?

Ася раскрыла блокнот с записями и украдкой огляделась. Пиби сладко спал в чашке, стоящей на дальнем подоконнике.

— Основой станет простой и элегантный трёхъярусный торт. Мы сделаем его сладким, чтобы подчеркнуть вкус коржей, хорошо пропитаем сиропом, а крем будет нежным и лёгким.

— А эта фигурка сверху, птица?

Услышав вопрос Павла о декоре на вершине торта, Ася снова покосилась на Пиби. Тот всё так же тихо посапывал во сне.

— Ага. Я слеплю её из марципана. В форме птицы. А ещё мы испечём ровно столько маленьких капкейков, сколько будет гостей, и украсим их густой глазурью из сахарной пудры и лимонного сока. Нарисуем птичьи перья... Перья хвоста. Чтобы казалось, будто птица расправила свой пышный хвост.

Это выглядело так, словно ярко-золотая, прекрасная птица уселась на белоснежный сугроб и раскинула по земле свой роскошный хвост.

— Гостям будет удобно брать капкейки по одному, да и я смогу подготовить всё заранее. Ну как тебе?

— О! А я-то думал, где я уже видел эту птицу! Она же нарисована за спиной первого императора на его портрете, не так ли?

Павел сиял от радости, гордясь своей догадливостью. А вот Ася, напротив, растерялась.

— Нарисована за спиной первого императора?..

Ася медленно шла по просторному залу, где вереницей висели портреты всех правителей империи, пока не дошла до самого конца. Самый старый портрет, изображавший глубокого старика, слегка выцвел от времени.

Пожилой мужчина восседал в плюшевом сине-зелёном кресле. Его сжатые губы и взгляд, устремлённый исподлобья, ясно выдавали недовольство пышной короной, покоившейся на его голове.

Старый император без церемоний задрал полы своего одеяния до самых колен, демонстрируя под ними сапоги, напоминавшие армейские. А помятый край его наряда странным образом походил на птичьи перья.

Эти длинные перья тянулись всё дальше назад, превращаясь на холсте в едва различимый силуэт. И хоть контуры были нечёткими, птица определённо напоминала ту, которую Ася изобразила в наброске торта.

— Как же так…

Если бы Ася в своё время внимательно вслушивалась в уроки, которые они проходили вместе с Алексеем, она, несомненно, уже увидела бы этот портрет. Но поскольку тогда её мысли были поглощены исключительно сладостями, она заметила его лишь сейчас.

<Когда же он успел меня нарисовать?>

Пиби, сладко потянувшийся на плече у Аси, произнёс с искренним недоумением.

— Ты и сам не знал?

< В те времена я ненадолго странствовал по миру в поисках того, с кем можно заключить договор. Правда, недолго. Видимо, у художника, создававшего портрет, был такой проницательный взгляд, что он смог хоть смутно, но разглядеть меня.>

Обычно Пиби чрезвычайно гордился бы тем, что его изобразили на портрете самого первого императора, но сейчас он лишь с живым интересом разглядывал холст.

Ася прекрасно понимала, что у него на душе. С гибелью семени Мирового Древа не всё удалось завершить так, как хотелось. Духи и люди, а вместе с ними и вся их дальнейшая жизнь, отныне были обречены оставаться неполноценными. Вот и эта крошечная птичка уже никогда не сможет вернуть свой истинный облик.

— Какая же у неё, однако, свободная поза, — сменила тему Ася.

Пиби, увлечённый собственным изображением, не заметил этой перемены и тут же принял свой обычный высокомерный вид:

<Я помню то время. Эта женщина, считай, в одиночку подняла всю эту огромную страну. Так кто же посмел бы ей перечить?>

Ася полностью разделяла его мысль. Для основательницы империи в те времена не нашлось бы человека, способного запретить ей позировать хоть бы и вверх ногами.

<Кстати, зачем ты пришла смотреть этот портрет?>

— А? Ах, это… Скоро здесь повесят и портрет дедушки. Вот я и решила заодно проверить, где именно его разместят.

Ася указала на свободное место у самого входа.

<Подумать только, вот и настало время для этого старого дуба…>

Птенец размером с кулак взрослого человека тоскливо замигал чёрными глазками. Ася ласково погладила его по макушке.

— А ведь я скоро выхожу замуж, знаешь?

<Да знаю я, знаю!>

Пиби громко пискнул, а потом вдруг уставился на Асю растерянным взглядом и всхлипнул.

— П-Пиби?

<Малышка уже выросла и замуж выходит…>

— Эй, ты чего это вдруг… Пиби, ты что, плачешь? Серьёзно плачешь? Ну-ка, перестань, а? Ну, Пиби…

<О-о-о-й-ё-ё-ё-й!>

— М-может, мне тогда не стоит выходить замуж?

<Даже не думай говорить это всерьёз!>

— Кья-а-а!

Громко взвизгнув, Пиби взмыл в воздух и начал нападать на неё с чириканьем, очень похожим на ворчание. Ася прикрыла голову руками и бросилась прочь из галереи.

Слуги с улыбками наблюдали, как их великая княгиня играет в догонялки с отважно нападающим птенчиком.

Хотя Юрий недавно и получил титул маркиза Вишти, Ирина в первую очередь вернулась на пост вице-командующего императорской гвардии, и лишь потом вспомнила о том, что она маркиза.

Разумеется, пересудов избежать не удалось. Рыцарь, много лет не державший в руках оружие, внезапно возвращается в строй спустя десятилетия. Да ещё и не просто так, а в статусе матери любимой внучки императора и супруги принца, которого так ценил прежний правитель.

Сплетники судачили без умолку: где это видано, чтобы маркиза и член императорской семьи размахивала мечом и обливалась потом!

С другой стороны, шептались, что даже опытному рыцарю нельзя вот так запросто возвращаться на службу после двадцатилетнего перерыва. С первыми сплетниками разобрались быстро: все в императорском доме просто проигнорировали их болтовню.

Валерий немного беспокоился по этому поводу, однако не мог сказать ни слова против невестки, превзойти которую по физической силе в императорской семье не мог никто.

Со вторыми же Ирина справилась сама, доказав, что все эти двадцать лет не прекращала тренировок. Она просто сразилась со всеми рыцарями ордена, кроме самого командира, и уложила их на лопатки. Поединки проходили с личного одобрения императора Алексея. А когда Ирина одолела последнего противника, Юрий подбежал и возложил на острие её меча цветочный венок, тем самым поставив жирную точку в спорах.

— Молода, ох как молода~! И полна сил~!

Вернувшись после дневных дел в ордене, Ирина увидела маркизу Серенетеф, мать Дмитрия. Та аплодировала ей, встречая с улыбкой. Ирина мягко улыбнулась в ответ.

— Маркиза.

Ирина легко спрыгнула с лошади и пожала её руку. Маркиза Серенетеф шутливо изобразила обиду:

— Ты ведь и сама маркиза, забыла? Ах, нет, простите, госпожа вице-командующий! Рада встрече, сэр Ирина.

Маркиза Серенетеф, шутя, приподняла подол платья и сделала реверанс Ирине. Тем не менее, её лицо оставалось бледным, а руки казались совсем исхудавшими.

Не так давно маркиза Серенетеф так сильно переживала из-за нелепых слухов о возвращении Ирины в орден, что свалилась с болезнью на несколько дней и только сейчас смогла вновь подняться.

— Пройдёмте в дом. К вечеру воздух становится прохладным.

— Я выбежала, едва услышав топот копыт.

Маркиза Серенетеф была одной из тех, кто горячее всех поддерживал брак Ирины и Юрия, и одновременно с этим изо всех сил тайно помогала им в их непростой семейной жизни.

— По какому делу вы прибыли? Неужели Ася...

— Ах, нет-нет! Что вы, вовсе нет!

Маркиза Серенетеф энергично замахала руками.

— Позавчера ко мне заглядывала маркиза Татарич. Ей самой некогда, вот она и обратилась ко мне первой. Сказала, что у неё есть замечательная идея для свадебного подарка Асе. Вот я и приехала передать её слова.

Сказав это, маркиза Серенетеф повлекла за собой Ирину, которая всё ещё не до конца понимала, в чём дело.