Путешествие к бессмертию (Новелла) Том 6 Глава 956 Неожиданная прибыль

— «Это Блестящий Сияющий Самоцвет. Тебе, Даос, следует взглянуть, подходит ли он». — белый силуэт преподнёс шкатулку Хань Ли.

Хань Ли схватил и открыл её, обнажив бледно-жёлтый драгоценный камень, излучавший ореол слабого пурпурного света, почти ослепляющего глаза.

Внушаемый радостью, он осмотрел его, синий свет вспыхнул в его глазах. Затем он зажал камень между пальцами, вникая в его суть.

Пока Хань Ли с невозмутимым видом осматривал Самоцвет, белый силуэт был поражён. Сам он мог смотреть на самоцвет лишь короткое время, однако этот неизвестный культиватор был способен пристально взирать на кристалл так долго.

— «Неплохо. Это Самоцвет высшего качества. Забирай Алмаз». — затем Хань Ли убрал самоцвет в свою сумку для хранения.

— «Тогда я не стану отказываться». — белый силуэт усмехнулся и осторожно убрал алмаз. Он посмотрел на другой Алмаз и произнес жадным тоном: — «Ну а теперь, раз уж нет никого другого, кто хотел бы обменять его на нужные тебе предметы, я готов приобрести его по высокой цене или обменять на другие редкие материалы. Каким бы ни был способ, я обязательно удовлетворю тебя».

— «Кто сказал, что ни у кого нет для него материалов? У меня есть кусок Стихийного Нефрита».

— «Погоди, этот предмет мой. Я запрещаю кому-либо ещё владеть им!».

Как только белый силуэт закончил говорить, из толпы внезапно раздались женский и мужской голоса.

Мужской голос был глубоким и громоподобным, в то время как женский — плавным и нежным. Следом за этим перед Хань Ли вспыхнули полосы чёрного и серебряного света.

Когда это произошло, остальные культиваторы начали наполнять зал шёпотом.

В то время как лишь немногие знали о Блестящих Сияющих Самоцветах, Стихийный Нефрит пользовался громкой славой в мире культивации как первоклассный материал для очистки нефритовых магических сокровищ. Однако этот материал был невероятно редким и появлялся в мире культивации лишь раз в пятьсот лет.

Теперь, когда кто-то предъявил его, многие исполнились зависти и шока. Оказалось, что эти культиваторы действительно владели столь редкими сокровищами, но не желали их раскрывать.

Когда белый силуэт услышал мужской голос, выражение его лица дрогнуло от шока, хотя это и было скрыто туманом света, окружавшим его.

Чёрная фигура проигнорировала изящный серебряный сгусток, прибывший первым, и уставилась на белый силуэт, властно произнеся:

— «Второй старейшина Е, ты смеешь нарушать правила торгового собрания и контролировать Алмаз?».

Хотя разглядеть его истинный облик было невозможно, фигура была высокой, а голос — холодным.

— «Брат Кунь ты слишком беспокоишься. Как я мог совершить подобное? Я просто делал этому Даосу предложение. Раз вы двое теперь здесь, я не стану больше вмешиваться в это дело». — белый силуэт заговорил кривым голосом и поклонился ему, прежде чем вернуться на своё прежнее место.

— «Какая тактичность!» — чёрная фигура фыркнула и заложила руки за спину.

Серебряная форма сбоку грациозно замерла на месте, словно несколько ошеломлённая этим представлением.

Затем со всех сторон раздалась серия шёпотов:

— «Кунь... Неужели это старейшина Секты Суровой Крови Кунь Уцзи? Его голос действительно звучит так же».

— «Кто ещё, кроме этого культиватора поздней стадии Зарождающейся Души, мог бы быть столь дерзким?».

Когда Хань Ли услышал это, выражение его лица изменилось. Эта чёрная фигура была культиватором поздней стадии Зарождающейся Души из одной из прославленных десяти великих сект Дьявольского Дао!

После минуты молчания серебряная форма издала неглубокий вздох и произнесла:

— «Так это был старейшина Кунь из Секты Суровой Крови. Я проявила неуважение. У тебя тоже есть материалы, необходимые этому Даосу? В таком случае я отступлю и отдам этот предмет тебе».

Похоже, женщина не собиралась отказываться от Алмаза, несмотря на культивацию и статус своего оппонента.

Кунь Уцзи усмехнулся и произнёс жутким тоном:

— «Хотя у меня нет Стихийного Нефрита или Блестящих Сияющих Самоцветов, у меня есть материалы равного уровня. Если ты мудра, тебе лучше отступить».

Серебряная форма издала смешок и сказала:

— «Это будет довольно проблематично. Я уже очень давно хочу заполучить Алмаз. Как насчёт этого? Я буду готова передать этот предмет тебе брат Кунь, если этот Даос предпочтёт твои материалы моему Стихийному Нефриту».

— «Хорошо, раз уж я не являюсь неразумным человеком, я позволю ему решить». — удивив многих, Кунь Уцзи проявил полную уверенность в своих словах.

Хань Ли было безразлично, кому достанется Алмаз. Хотя он и чувствовал недовольство из-за того, что приходится проходить через эти хлопоты, он испытал некоторое облегчение, увидев, что Стихийный Нефрит всё же появился.

В этот момент она подняла руку и направила на стол зелёную деревянную шкатулку. Сверху она была запечатана слабым серебряным талисманом.

— «Даос, тебе следует убедиться, подлинен ли мой Стихийный Нефрит». — произнесла серебряная форма нежным голосом.

— «Ты должен понимать, что предметы, которые я выставил, гораздо ценнее какого-то Стихийного Нефрита».

Хань Ли не стал больше ничего говорить и, указав на зеленую деревянную шкатулку, призвал ее к себе движением ветра. Проведя рукой по ней, он снял оберег, и шкатулка открылась, показав круглый кусок радужного нефрита. На странность, он не сиял многоцветным светом, но в нем ощущалось обилие духовной Ци.

Мгновение Хань Ли держал нефрит в руке, осматривая его, прежде чем подавить волнение в сердце. Он кивнул серебряной форме и произнес:

— «Неплохо, это подлинный Стихийный Нефрит». — Сказав это, он закрыл шкатулку и перевел взгляд на остальные предметы на столе.

Он хотел лишь обменять Стихийный Нефрит и завершить сделку, однако не собирался опрометчиво оскорблять культиватора поздней стадии Зарождающейся Души. К тому же, судя по уверенности оппонента, Хань Ли испытывал любопытство, что скрывалось в этих шкатулках.

Кунь Уцзи указал на стол, и крышки шкатулок раскрылись сами.

— «Дерево Падения Феникса, Камень Фокусировки Души, Цветок Мириад Колес...».

Прежде чем Хань Ли успел распознать содержимое, внимательные культиваторы из толпы начали называть предметы, заставив большинство присутствующих ахнуть.

Серебряная форма также была глубоко потрясена и обеспокоенно повернулась к Хань Ли.

Неудивительно, почему Кунь Уцзи был так уверен. Эти материалы были невероятно редкими и превосходили Стихийный Нефрит по своей дефицитности. Цветок Мириад Колес, в частности, был не менее ценным, чем Алмаз Дьявольской Сущности.

Взор Хань Ли был сосредоточен не на самом ценном материале на столе — Цветке Мириад Колес, — а на тускло-золотой руде.

Когда серебряная форма увидела это, ее сердце сжалось.

Хань Ли поднял руку, призвал золотую руду и принялся внимательно ее осматривать.

Увидев это, Кунь Уцзи усмехнулся и с гордостью произнес:

— «Похоже, моя Золотая Сущность привлекла твой взор. Ты весьма проницателен. С этим культиваторы меча получат колоссальный прирост силы, и я полагаю, что во всем Великом Цзинь только мне удалось раздобыть кусок такого размера».

— «Я обменяю алмаз на эту Золотую Сущность», — заявил Хань Ли.

— «Пожалуйста, подожди, разве ты не желаешь мой Стихийный Нефрит...».

— «ТИХО! Ты действительно желаешь меня разгневать?» — первоначальная радость Кунь Уцзи внезапно сменилась яростью, и его тело испустило поразительное давление, подавляя серебряную форму. Хань Ли наблюдал со стороны, как она отшатнулась на несколько шагов, прежде чем ей удалось восстановиться.

Кунь Уцзи затем схватил алмаз перед Хань Ли и с огромным волнением осмотрел его.

— «Это истинный Алмаз Дьявольской Сущности. Моя поездка того стоила. Если бы те старые дьяволы узнали, что на этой торговой ярмарке появится такой, они бы локти кусали от досады», — он убрал алмаз и дико расхохотался. Взмахом рукава он забрал оставшиеся нефритовые шкатулки со стола и размытым пятном направился к выходу из зала.

Белый силуэт тогда произнес:

— «Брат Кунь, разве ты не хочешь остаться до конца и взглянуть на великое сокровище, которое я могу предложить?».

— «Какое великое сокровище может быть мне ценно? Теперь, когда у меня есть Алмаз, я желаю поскорее вернуться и очистить чистую дьявольскую Ци, которую он содержит. Я не в настроении для каких-либо "великих сокровищ"», — разразившись хохотом, силуэт Кунь Уцзи вспыхнул в формации телепортации зала, и он исчез без следа.

«Очистить дьявольскую Ци?» — Хань Ли был удивлен, но затем пришло внезапное осознание.

Эти Алмазы были чем-то, что конденсировалось в самых глубоких безднах дьявольской Ци и должно было содержать значительную ее концентрацию. Культиватор Дьявольского Дао наверняка получил бы от этого много преимуществ. Неудивительно, почему Кунь Уцзи потерял интерес к любым другим сокровищам после того, как ему удалось его заполучить.

В этот момент серебряная форма была в ярости из-за того, что Алмаз увели у нее из-под носа, и потянулась, чтобы забрать Стихийный Нефрит обратно в свои руки.

Внезапно Хань Ли прижал шкатулку к столу и сказал:

— «Погоди! Я тоже хочу это».