Реинкарнация Безработного: Зеркало Судьбы (Новелла) Том 1 Глава 24 Осколки восприятия

С точки зрения Перугиуса

Уже четыре столетия я совершаю облеты, патрулируя владения по всему миру. Клятва отомстить Лапласу за его деяния — единственное, что движет мной. Нет иной цели, нет другого предназначения. Все остальное теряет значимость в этом мире. Долгие века проходят в обществе лишь моих верных слуг. В юности я не мог представить, что настанет время, когда мне нечем будет заняться, но одержав победу над Лапласом, я познал мучительнее ожидания ничего не бывает. Порой я размышлял, не испытать ли кого-нибудь, заставив ждать своей казни, посмотреть, выдержит ли так же долго, как я. Но в этом нет смысла, ведь врагов в этом мире у меня больше не осталось. Он вернется, но когда — понятия не имею. Многое указывает на его скорое возвращение. Дети, рождающиеся с зелеными волосами, магическими очами и усиленным запасом маны, — явный признак. Я должен быть бдителен. Но ведь нельзя постоянно концентрироваться на подготовке, это изнуряет. К тому же, в этом мало смысла. Само по себе ожидание — сомнительное занятие. Как вообще можно активно или пассивно ждать? Мне явно нужно чем-то занимать это время. Но чем? Долго я задавался этим вопросом. Общение с людьми иногда приносило истинное наслаждение. Те, кого я мог бы назвать друзьями, были поистине выдающимися личностями. Чего стоит один король Арс. Как жаль, что их раса живет столь недолго. Из-за короткой продолжительности жизни среди людей так редко встречаются интересные индивиды, да и нет смысла искать кого-то на несколько десятилетий. Я благодарен судьбе, что встретил Сильварил. Она оказалась весьма полезной и интересной спутницей. Я лишь раз оказал ей помощь, а она в ответ присягнула мне на верность. Она просто ощутила мое величие и осознала, что я достоин служения. Все на срединном континенте признают мое величие, поэтому мне так трудно встретить достойного человека, который осмелится взглянуть мне в глаза.

Волей судеб я встретил молодого бога дракона Орстеда. Я настолько привык к уважению, что был застигнут врасплох. Он не проявлял ко мне того трепета, что все остальные. Он не был учтив и вежлив. Говорил лишь самое необходимое, и казалось, знал все. Его личность была и остается для меня загадкой. Со временем я проникся симпатией к молодому дракону и желал бы, чтобы он стал моим другом, но гордость не позволила мне преодолеть сложности нашего знакомства. Из-за наших тогдашних отношений я теперь не могу перейти от простого сосуществования к дружбе.

Шли долгие десятилетия, и я нашел утешение в искусстве. Это единственное, что помогало скоротать время в этой нескончаемой рутине ожидания. Ведь искусство — это наш след в истории. Я наблюдал, как из юных талантов вырастали поистине великие мастера. Я видел, как таланты не успевали раскрыться, утопив свой потенциал в алкоголе. Я научился распознавать руку мастера в работах и познал истинную ценность искусства. Однако фамилиары не смогли оценить мое стремление, а Сильварил не понимала его ценности. Ирония в том, что самые близкие мне люди не разделяют моих стремлений и моих ценностей.

Забавно вспоминать день, когда Аруманфи принес нечто из мира искусства, что он счел интересным. Сначала я подумал, что это не достойно моего внимания, но одного взгляда было достаточно, чтобы понять обратное. Работа была выполнена из цельного куска материала, без единого шва. В ней не хватало искусности, но внимание к деталям было на высоте. В этой фигурке легко узнавалась до боли знакомая мне личность. И в этом крылась причина, по которой Аруманфи принес мне эту статуэтку. Аруманфи часто спускается на континент, чтобы собрать информацию о Лапласе. И так сложилось, что множество алчных чиновников пытаются угодить мне, делая подношения, чтобы получить мое покровительство. Ненавижу этих жалких вельмож. Но в этот раз его подарок оказался весьма кстати. Одно лишь его существование свидетельствовало об опасности. Если существует кто-то, способный получать информацию о моих спутниках, это может серьезно подорвать наш боевой потенциал. Я должен был лично познакомиться с автором этой статуэтки.

****

Рудеус Грейрат — отнюдь не обычный ребенок и даже не обычный человек. С нашей первой встречи стало ясно, что он не собирается лебезить передо мной. Он не вел себя так же безразлично, как в свое время Орстед. Он все же засвидетельствовал свое почтение, говорил со мной вежливо, но и не давал мне повода демонстрировать свое превосходство. Вернее, он понимал, что, показав свою связь с Орстедом, он не станет моей целью и я не захочу делать его своим врагом. И несмотря на это, он демонстрировал множество лучших качеств, присущих обычному человеку. Естественно, меня заинтересовала техника, с помощью которой он проживает свою жизнь во второй раз. Происхождение подобной техники можно считать божественным. Неудивительно, что такой человек заинтересовал Орстеда.

Рядом с этим человеком я сейчас погружаюсь в изучение магической аномалии. Бесспорно, такого я никогда прежде не встречал. Эта субстанция напоминала живое существо. Основываясь на моем опыте в магии призыва и работе с духами, могу с уверенностью сказать, что этот плотный сгусток маны имеет нечто общее с духами, но в то же время различий слишком много. Мана, содержащаяся в этом сгустке, была отличного от привычной маны нашего мира. Ее плотность и потенциал превышали любую ману, с которой я сталкивался за всю свою жизнь. Несмотря на свою двойственную природу, казалось, что эта субстанция дремала. Мы попытались отделить частицу маны от этой субстанции. Бесчисленное количество попыток потребовалось нам, прежде чем мы достигли успеха. Благодаря способностям Дотбата и Харкенмайла, нам удалось отделить частицу маны от этого сгустка. Взаимодействовать с ней и хоть как-то ею управлять было чрезвычайно сложно. После нескольких опытов по нанесению этой маны на различные предметы и растения, никаких заметных результатов обнаружено не было. Некоторые камни незначительно меняли свой цвет. Настолько мало, что на первый взгляд изменений не было видно. При использовании на растениях происходило нечто странное. Воздействие маны было заметным, но из видимых эффектов, максимум, что мы обнаружили — это изменение положения растений. Сколько бы опытов мы ни проводили, связать эту ману с призывом чего-либо из другого мира нам не удалось.

После экспериментов с маной мы решили перейти к экспериментам непосредственно с самим сгустком энергии. Изначально мы помещали объекты в непосредственную близость к сгустку, но ничего не происходило. Когда мы пытались поместить что-либо внутрь, оно встречало огромное сопротивление. Применять большую силу мы не рискнули, так как, по словам Рудеуса, эта субстанция обладает такой мощью, с помощью которой можно разрушить целый регион королевства Асура. Затем мы перешли к экспериментам с заклинаниями. Рудеус занял относительно большое расстояние от сгустка и направил каменную пулю в его центр. Рядом со сгустком стояли Юрузу и Трофимус. Рудеус выпустил каменную пулю, и она полетела прямо в центр сферы. Пройдя сквозь защитные слои, она вызвала волны, подобные тем, что возникают при броске камня в воду. Каменная пуля исчезла внутри сферы. Мы решили, что эксперимент не удался, но после этого сфера издала одну пульсацию, исказившую пространство. Мы с Рудеусом находились достаточно далеко от сферы, и на нас ее влияние не распространилось, но Юрузу и Трофимус упали без сознания. Буквально через несколько мгновений они снова встали, как ни в чем не бывало, но на их лицах было смятение. Оказалось, что они не помнят ничего из того, что с ними произошло за последние двадцать четыре часа.

Исход этого эксперимента сильно повлиял на наше дальнейшее восприятие этой аномалии. Мы не смогли связать воедино магию потери памяти, незначительные изменения цвета камня и огромную катастрофу, которая затронет целый регион. Наше исследование породило больше вопросов, чем ответов. К сожалению, дальнейшие эксперименты могут спровоцировать преждевременную катастрофу, и Рудеус сказал, что он не готов так рисковать. По правде говоря, я тоже не хочу лишиться своего замка, ведь он так важен для моего наблюдения за миром, но я сделал вид, что прислушался к мнению Рудеуса, чтобы сделать его своим должником. Будучи королем, я обязан проводить подобные манипуляции, чтобы налаживать полезные связи.

****

С точки зрения Сауруса

Я даже не заметил, как привык к помощи Рудеуса. Его работа над запросами стала настолько обыденной, что я забыл, что для этого требуется несколько человек. Даже Альфонс, который являлся одним из самых способных людей в моем поместье, не смог в полной мере заменить Рудеуса. В очередной раз я поражаюсь способностям, которые демонстрирует этот юнец. Он – настоящий бриллиант дома Грейрат. При должном воспитании его можно было бы вырастить в превосходного правителя региона, возможно, даже страны. Но это невозможно, если только королевой не станет принцесса Ариэль, и она не проявит интерес к Рудеусу как к мужу. Ах, слишком много «если». А такой талант пропадает.

Я был в ярости, когда Рудеуса не оказалось на шестой день съезда. Изначально я предположил, что он нашёл себе даму сердца и проводит с ней время. Это вполне соответствовало его натуре Грейрата. Я думал, это займёт максимум день. Но он не явился даже на седьмой день съезда. Учитывая его возраст, можно было бы подумать о похищении, но мы говорим о Рудеусе. Его сила достаточна, чтобы в одиночку одолеть значительную часть регулярной армии Асуры. Вариант с похищением или его поражением в случайной уличной схватке я даже не рассматривал. В тот момент, я решил, что он нашёл себе любовницу и развлекается с ней в какой-нибудь столичной гостинице. По завершении съезда я ждал его почти до вечера следующего дня, но он так и не появился. Он парень сообразительный, поэтому я посчитал, что он сможет вернуться самостоятельно после своих приключений в столице. Я ожидал, что он вернётся через пару дней, но его не было неделю, затем две. А потребность в Рудеусе становилась всё более очевидной. Я и не заметил, как превратился в подобие какой-то мелкой девицы, ожидающей своего избранника с войны. Мне стало противно от того, каким я стал. Я не должен испытывать подобные чувства. Мне следовало отругать его за столь долгое отсутствие. Я понимаю, что он заслужил своего рода отпуск за время своей службы, но также я должен наказать его за то, что он даже не предупредил меня. Я осознаю, что сделал бы всё возможное, чтобы не отпустить его, но он должен был хотя бы объяснить мне всё.

Так я размышлял вплоть до момента, когда Рудеус вернулся, ведя себя так, словно ничего не произошло. Он не отрицал своей вины или наказания; напротив, он заявил, что обязан отлучиться ещё на неопределённое время в место, известное каждому жителю королевства Асура. Поначалу я не поверил, ведь летающий замок Перугиуса — это ожившая легенда. Он словно сказка, которую родители рассказывают детям перед сном. Я решил подождать, пока он извинится за свою ложь. Но этого так и не произошло. К тому же, замок действительно завис над городом на несколько недель. Я не помню ни одного случая, чтобы летающий замок задерживался где-то на столь продолжительный срок. Из этого следует, что Рудеус не обманывал меня.

****

— Приветствую вас, лорд Саурос. Меня зовут Сильварил.

Передо мной стояла женщина в маске и с чёрными крыльями за спиной. Она излучала некую таинственность и утончённость. Особенно привлекала внимание её воронья маска.

— Меня послал Перугиус-доно, чтобы я прояснила вам ситуацию с аномалией, находящейся над вашим городом. Мы провели множество опытов и с полной уверенностью можем заявить, что она представляет серьёзную угрозу для региона. Сейчас она выглядит безобидной, но это лишь вопрос времени.

Она перевела свой взгляд на Рудеуса и продолжила.

— По нашим предварительным оценкам, эта аномалия нанесёт огромный ущерб через два месяца или около того. Перугиус-доно рекомендует вам сделать всё, чтобы сохранить жизни своих подчинённых.

— Есть ли какие-либо доказательства опасности этой аномалии?

Сильварил слегка наклонила голову.

— Мне следует считать ваше поведение грубостью? Или неуважением? Только из-за вашей связи с Рудеусом и его просьбой вы вообще получаете эту информацию. Или вы считаете, что Перугиус-доно — лжец?

Как же неприятно иметь дело с фанатичными слугами своих господ, которые во всём видят неуважение к своему повелителю. Я задал свой вопрос исключительно из необходимости понять ситуацию, а не из какого-то мнимого неуважения.

— Что вы, Сильварил-сама. Так уж случилось, что я лишь управляющий этим регионом, но никак не владелец. Любые масштабные действия по отношению к региону должны быть чётко согласованы с высшими чинами. Я бы очень хотел обладать убедительными доказательствами того, что это может произойти, ведь на почве предположений очень трудно добиться каких-либо результатов.

— Вам невероятно повезло, что вы узнали об этой угрозе, не говоря уже о том, что у вас появилась возможность сохранить своих людей. Не проявляйте своих амбиций там, где не способны даже усидеть за одним столом.

Её высокомерие чрезвычайно сильно меня раздражает. Она даже не воспринимает меня как равного. Для неё я скорее как нечто мимолётное, не заслуживающее внимания, нежели человек, достойный даже обычного диалога. И ведь вся проблема в том, что её статус выше моего. Фактически, влияние Перугиуса на континенте Асура сравнимо с влиянием королевской семьи. Чего только стоит тот факт, что мы живём по календарю, названному в его честь. Учитывая это, стоящая передо мной личность, являющаяся его правой рукой — это человек, обладающий большей важностью, чем я. Прискорбно признавать это, но в данных переговорах я занимаю слабую позицию, и даже не способен ничего предложить; всё, что я могу, — это лишь просить. Ненавижу позицию просящего. Единственное, что я способен сделать, — это испортить репутацию Перугиуса с помощью различных слухов и интриг. Фу. Мне даже противно от того, что подобная мысль промелькнула у меня в голове.

— Я тронут вашей заботой о нашем крае, Перугиус. Если существует возможность получить какие-либо свидетельства грядущей катастрофы, буду весьма признателен. В противном случае, я смирюсь и с этим. Еще раз благодарю за помощь в спасении жизней моих соотечественников.

 Сильварил склонила голову.

— Я рада, что вы наконец осознали свое истинное положение. Полагала, что человеку вашего ранга не придется растолковывать столь очевидные вещи. Однако, я вынуждена вас предупредить: если вы позволите себе подобное проявление неуважения еще раз, я…

Не успела Сильварил закончить свою тираду, как дверь в помещение распахнулась, и вошел мужчина, скрывающий лицо под маской.

— Рудеус Грейрат, прошу немедленно проследовать со мной. Возникли обстоятельства, требующие вашего неотложного присутствия.

Мы с Сильварил перевели наши взгляды на Рудеуса. Он всем своим видом показывал, что ему совершенно неизвестны причины его призыва. Тем не менее, не было заметно и его желания противиться этому зову. Вдобавок, сама Сильварил, казалось, была в недоумении относительно происходящего.

— Несмотря на столь неуместное прерывание, я надеюсь, вы усвоили простую истину, которую я пыталась вам донести. Примите мои извинения.

С этими словами она протянула руку в сторону Рудеуса, и мы все вместе направились к выходу из зала. Перед самым выходом Рудеус обернулся, бросив на меня мимолетный взгляд.

— Когда я покидал пределы крепости, у нас не оставалось никаких неотложных дел, требующих моего внимания. Поэтому я надеюсь, что смогу вернуться в ближайшее время. Во всяком случае, я надеюсь…

Как же не хочется его отпускать. Если я потеряю такого ценного и умелого работника, я не уверен, что смогу быстро найти ему достойную замену. Скажем прямо, найти ему замену будет практически невозможно.

— Хахахах.

Ведь когда мы с ним обсуждали эту аномалию, и я упомянул о необходимости доказательств, мы как раз говорили о подобном исходе. Одно лишь слово Перугиуса, и нет никакой необходимости сомневаться в реальной опасности аномалии. Какая неудача… Теперь мне снова придется отправляться в столицу и испрашивать разрешение на эвакуацию региона, а также временное убежище у одного из местных лордов. Этот дерзкий юнец нашел самый элегантный способ добиться своего.

— Хахахах.

****

С точки зрения Орстеда

Я совершенно не в состоянии понять, что на самом деле происходит. Рудеус Грейрат – личность весьма интригующая, и, по моему мнению, он обладает по-настоящему выдающимися способностями во многих областях. Однако, его последние действия совершенно не согласуются с тем, что он излагал ранее. Зачем он вступил в контакт с Перугиусом? Я допускаю, что это действие не было им запланировано, но тогда зачем он изготавливал свои фигурки? Была ли в этом реальная необходимость? Если ему требовались финансовые средства, он мог бы обратиться ко мне. Он должен прекрасно осознавать, что материальные ценности для меня не имеют никакого значения. Я более чем убежден, что он это понимает. Следовательно, за продажей этих безделушек стоял совершенно иной мотив. И теперь все складывается воедино: он намеревался встретиться с Перугиусом. Но, судя по нашему последнему разговору, он ничего не просил, кроме как о проведении исследования аномалии. Я бы понял такой шаг, но он не остановился на этом. Ох, как же утомительно размышлять об этом. Пока я жду его, и мне нечем заняться, это позволяет скоротать время. Однако, спросить его напрямую было бы намного проще.

Прошло еще несколько десятков минут, прежде чем двери отворились, и через них в зал вошел Рудеус, сопровождаемый двумя фамильярами. Сильварил по-прежнему не скрывала своего явного неприятия. Аруманфи, напротив, отнесся ко мне гораздо спокойнее. Перугиус махнул рукой в моем направлении и недовольно прорычал:

— Сильварил, предоставь им отдельную комнату для беседы, чтобы они могли как можно скорее покинуть эти места. Орстед, я надеюсь, что впредь ты не будешь использовать мою крепость в качестве дешевой таверны для встреч со своими подчиненными, а моих слуг — в качестве бестолковых гонцов.

— Можете не беспокоиться, это был исключительный случай, вызванный сложившимися обстоятельствами. Благодарю вас за оказанное гостеприимство.

Мы последовали за Сильварил.

****

— И как же это следует понимать?

— Вы имеете в виду что?

Хотя он задал этот вопрос, он не вел себя как полностью невиновный. Скорее, создавалось впечатление, что он не до конца осознает, за что именно я его отчитываю. Вздох.

— Зачем ты пытаешься изменить судьбу всего региона? Ведь ты и сам прекрасно понимаешь, насколько сильно влияние подобной силы отразится на грядущих событиях. Или же твои слова о том, что ты не желаешь сколь-либо значительно влиять на ход истории, были всего лишь ложью?

Рудеус выглядел несколько озадаченным, но он быстро собрался с мыслями и дал ответ.

— Я не собирался вмешиваться настолько сильно. Просто у меня появилась возможность, и я решил ею воспользоваться. Я не уверен, что смог бы спокойно смотреть в глаза всем тем людям, чьи семьи пострадают от этой катастрофы. Вы, возможно, еще недостаточно хорошо меня знаете, чтобы до конца понимать мои мотивы, но я просто не хотел быть причастным к гибели десятков тысяч человек.

Это непрактично. Это безрассудно. Это совершенно излишне. Подобные мысли роились у меня в голове. Я осознавал, что его слова могут быть правдивы, и его намерения чисты, но для меня подобные доводы уже не имели веса. Настолько давно я простился с понятиями морали и подобными ценностями. Сколько жизней назад это было? Да и есть ли в этом смысл? Сколько жизней я мог бы спасти, если бы пожелал? Но сколько бы я ни старался, спасти всех было невозможно. Слишком многие гибнут каждый день. Я обязан сделать все для достижения своей цели. Всё остальное — лишь преходящие обстоятельства. Остальное несущественно.

Рудеус начал проявлять признаки беспокойства из-за паузы, вызванной мной. Вздох.

— Влияние такого масштаба способно изменить судьбы десятков тысяч людей. Весьма вероятно, что это вызовет хаос. Та временная линия, к которой ты привык, скорее всего, уже не сможет реализоваться при подобных изменениях. Я не ожидал такой безрассудности от тебя. Я предполагал, что ты более рассудителен.

Рудеус выглядел сбитым с толку, но на его лице постепенно начали появляться уверенность и твердость во взгляде.

— Я понимаю, что мои действия были несколько странными с вашей стороны и, вероятно, ненужными, но я должен был попытаться спасти этих людей. Что плохого в спасении людей? Что в этом неразумного? Чем это мешает вашим планам? Я не помню, чтобы вы упоминали кого-либо из Фитоа, кто был бы для вас важен. Поэтому вам безразличны их жизни? Поэтому вы готовы пожертвовать всеми ими, лишь чтобы благоприятное развитие событий не отклонилось на пару шагов от намеченного курса?

Какие же бесполезные эмоции. Его ментальный возраст превышает сто лет, а он до сих пор не научился подавлять ненужные чувства. Хотя, если задуматься, мало кто, прожив столетие, способен отказаться от этой излишней функции. Я не могу винить его за то, что он сохранил свою человечность. Вероятно, именно благодаря ей он обретает столько полезных знакомств и связей. Пусть я и не понимаю его поступков, я могу просто переложить все проблемы на него.

— Пусть будет так. Однако я не стану помогать тебе разбираться с последствиями твоих действий. Раз уж ты принял такое безрассудное решение, я позволю тебе в полной мере ощутить его последствия. Для меня это не составит труда. Этого достаточно. Думаю, мы можем перейти к теме, ради которой я и пришел на эту встречу.

— То есть, мое вмешательство в события — это не главная причина вашего визита?

— Совершенно нет. Это лишь твой глупый поступок, который не должен отрицательно сказаться на наших планах. Настоящая причина моего прибытия иная. Проблема с Хитогами. Вернее, проблема в том, что он сейчас не создает никаких проблем. Создается впечатление, будто он затаился и выжидает удобного момента для противостояния с нами.

— Могу ли я узнать, на чем основан ваш вывод?

— Можешь. Я сталкивался с ним в противостоянии более тысячи раз, и он обычно пытается вмешиваться в ход событий этого мира. Сейчас я посетил различные страны и проверял, происходят ли важные события и стоит ли способствовать их развитию. Я странствовал около года, и ни разу не возникло необходимости влиять на происходящее.

Я сделал паузу. Рудеус явно обдумывал мои слова, глядя в окно.

— Однако не все идет так, как должно. Вернее, есть одно отклонение, слишком явное, чтобы остаться незамеченным. Учение божественного дитя. Эта секта развивается, и весьма похоже, что она связана с чьей-то очень сильной судьбой. Я проверил семерых человек, склонных к проповедничеству и обладающих необходимыми задатками. Трое из них уже были вовлечены в это учение, остальных мне пришлось устранить, чтобы они не присоединились к секте. И вот здесь кроется проблема. Потенциальные лидеры этого учения в настоящее время иссякли. Поистине хороших пастырей для этого учения больше неоткуда взять, но само учение даже не думает распадаться. Из этого следует, что оно опирается на объект поклонения, но пока нет точного описания так называемого «божественного ребенка». Чтобы справиться с этой проблемой, нам всего лишь необходимо найти и устранить этого человека. Еще одна серьезная загвоздка в том, что Хитогами в прошлом не прибегал к подобному методу в это время, а значит, у меня нет предположений о том, кто может быть этим мессией.

— Понимаю. В таком случае мы просто должны выследить этого человека. Почему вы считаете это такой уж серьезной проблемой? Всего лишь необходимо выследить его. Да, это нелегко, но если Хитогами больше ничего не предпринимает, этого должно быть достаточно.

Нет иного выбора, придется ему все рассказать, если я хочу, чтобы его не застали врасплох.

— В этом учении содержится описание главного зла этого мира. В целом, мое упоминание меня не удивляет, но есть и кое-что еще.

— К чему вы клоните? Честно говоря, мне не очень нравится направление нашего разговора.

— Данное учение содержит очень четкое описание тебя и твоих способностей. Предоставлены довольно ясные инструкции, что делать при встрече с тобой, и какое божественное вознаграждение ожидает того, кто тебя убьет. Я не сомневаюсь, что твоих сил хватит для самосохранения, однако такая ситуация несет множество проблем. Я принес тебе кольца, позволяющие маскироваться под другого человека. Уверен, ты сам сможешь найти подходящий для маскировки облик. Решение этого вопроса я оставляю на твою ответственность.

— Благодарю за заботу. У меня осталось пара вопросов касательно этой секты. Какова её численность на данный момент? Почему вы считаете её такой опасной? И, главное, зачем мне скрывать свою внешность от этой церкви? Я полагаю, люди достаточно благоразумны, чтобы не нападать на незнакомца по мнимым причинам.

— По поводу численности — отличный вопрос, но я не в состоянии на него ответить. Их достаточно много, и их число продолжает расти. Кроме того, одно из их откровений гласит о грядущем божественном гневе на земли еретиков. Нетрудно догадаться, что Хитогами использует катастрофу телепортации для поднятия авторитета своего культа. К тому же, центр культа, вероятнее всего, обладает очень сильной судьбой. Насчет опасности, я считаю это глупым вопросом. Всё, к чему прикасаются руки Хитогами, становится опасным. Вспомни, по какой причине ты понял, что он — кусок дерьма. Буквально любое его вмешательство может стать весьма проблематичным, но если понимать его природу, бороться с ним не так уж и трудно. Отсюда следует, что нам необходимо понять, чего он хочет достичь этим культом. Учитывая фанатизм веры Милиса, можно с уверенностью заявить, что эта вера не сможет проникнуть на их континент. Ну а касательно внешности, ты и сам понимаешь, что лучше иметь дополнительный инструмент для маскировки.

— Прошу прощения за столь наивные вопросы. Я действительно недооценил опасность, исходящую от этого культа. Еще раз благодарю за кольца.

— Ах да. Раз уж мы обсудили важное, я хотел спросить тебя ещё кое о чем. Зачем ты делал фигурки фамильяров Перугиуса? Я пока не до конца понимаю, чего ты хотел этим добиться.

— Изначальной целью был заработок денег на путешествие. К тому же, я хотел, чтобы некоторые из этих фигурок достигли королевства Широн, и у Занобы появилась возможность узнать о моем существовании. Как по мне, все фамильяры Перугиуса выглядят достаточно интересно, чтобы сделать по ним фигурки. Ну и, совокупность факторов, привела меня к решению создать коллекцию из двенадцати фамильяров.

— Если посмотреть с этой стороны, то звучит логично. Но если у тебя была цель исключительно заработать денег и дать о себе знать Занобе, можно было создать фигурки больших зверей или монстров, с которыми ты встречался в подземелье. Как по мне, так было бы практичнее, не привлекая излишнего внимания.

— Ты хочешь сказать, что в твои планы не входило привлечение внимания Перугиуса? И ты выбрал фамильяров в качестве исходного образца лишь потому, что они «достаточно интересно выглядят»?

Рудеус опустил взгляд.

— Знаете, теперь, когда вы это ТАК сказали, я думаю, что можно было поступить иначе. Но в итоге всё произошло так, как я и хотел бы. Ведь изначально я думал встретиться с Перугиусом и попросить исследовать аномалию, но у меня не было представления, как я могу это сделать без свистка.

Вздох.

— Ты не перестаешь меня удивлять… Не забывай, последствия твоих необдуманных действий полностью лежат на тебе. Поскольку мы обсудили всё необходимое, и у тебя нет ко мне никаких просьб или вопросов, думаю, мы можем расходиться. Не забудь поблагодарить Перугиуса за гостеприимство, ведь у меня есть предчувствие, что вы с ним будете пересекаться довольно часто.

****

С точки зрения Эрис Грейрат

Я — дочь влиятельного рода, и я обладаю высоким положением, поэтому привыкла, что ко мне все относятся с почтением. Но почтение бывает разным. Когда прислуга обращается к дедушке или отцу, это всегда обращение, основанное на уважении и терпении. Но если они обращаются ко мне, то делают это так, словно я ребенок, с которым главное — избежать усугубления ситуации. Я не так давно начала это замечать. Спросите, почему? Это всё благодаря Рудеусу. Я думала, раз он тоже ребенок, к нему будут обращаться так же, как и ко мне. Но я заметила, что отношение прислуги к нему мало чем отличается от отношения к дедушке, отцу или к Гислейн. Больнее всего осознавать, что Рудеус относится ко мне так же, как и прислуга. Будто я для него лишь обычный избалованный ребенок. Но почему? Я ведь старше него! Это я должна на него смотреть как на избалованного ребенка. Не понимаю, как так случилось.

Хоть я и знаю, как он ко мне относится, я осознаю, что Рудеус – это действительно выдающаяся личность. Его такое обращение вызывает во мне не столько злость, сколько глубокую печаль. Ведь в свои девять лет он ведет себя как настоящий взрослый. Он познал многое из того, что недоступно даже многим взрослым. Даже эта ничтожная Мирса проявляет к нему гораздо больше уважения, чем к большинству мужчин. Всё, чего я желаю, это чтобы он видел во мне равную. Разве мои ожидания так велики? Мне достаточно лишь продемонстрировать ему свой благородный характер и свои лучшие качества, чтобы он наконец понял, что я заслуживаю иного отношения, и тогда он признает мое право на равное с ним обращение.

Прошло несколько месяцев, а Рудеус так и не удостоил меня своим вниманием, не увидел моего благородства. Как он вообще мог посметь? Я вознамерюсь преподать ему урок. Я понимаю, что он отправился со своим дедушкой на какой-то важный съезд и у него там дела государственной важности, но по возвращении я устрою ему такой теплый прием, что он наконец осознает, чего я стою и какого уважения заслуживаю.

Дедушка вернулся, но Рудеуса с ним не было. Похоже, его отсутствие его не слишком заботит. Тем не менее, отец выглядит крайне раздраженным. Я не в курсе, что там произошло, но его отсутствие вызывает у меня некоторое беспокойство.

Значительное время прошло, а Рудеуса всё нет. Дедушка не удосужился толком ничего объяснить ни мне, ни отцу. Похоже, отцу постоянно достается за какие-то проступки. Возможно, именно по его вине Рудеус сейчас отсутствует. В таком случае, и я должна начать относиться к нему более сурово. Я непременно проучу Альфонса. Отец выглядит обеспокоенным. Недавно я услышала от него: «Если мне снова придется искать учителя, я сойду с ума». Я полностью с ним согласна, учителя в наше время стали весьма сомнительными. Подумать только, что единственный достойный человек будет младше меня по возрасту. Времена нынче тяжелые.

Рудеус вернулся. Но, как бы это сказать… он вернулся не один. Он привел с собой небесный замок. Что это вообще значит? Я считала, что это просто совпадение, а слухи об этом – не более чем шутка, но замок продолжал висеть над городом. В это же время Рудеус не являлся на наши занятия. Дедушка вел себя крайне нервно. Почему он не радовался? Ведь это замок самого Бронированного Короля! Это же невероятно круто. Я не могу понять взрослых: когда происходят по-настоящему удивительные события, они ведут себя так, будто это нечто плохое… Что в этом такого плохого? Не понимаю…

Рудеус пришел к дедушке в сопровождении странной девушки. Вернее, она не была странной, просто у нее были крылья и маска. Такие прекрасные черные крылья. Почему-то, глядя на нее, я не думала, что она является звероподобным человеком. Возможно, она демон или кто-то в этом роде? Не знаю. Да это и неважно. Главное, что она была с Рудеусом, и они направились на прием к дедушке.

Что??? Как такое возможно? Почему дедушка ведет себя с ней так? Почему я чувствую, будто дедушка ничего не значит для этой женщины? Она посмела ему дерзить. А он ей даже ничего не ответил!!! Что происходит? Неужели эта незнакомка настолько влиятельная персона, что даже дедушка в сравнении с ней ведет себя так, будто он ничего не значит. И при этом девушка с почтением относится к Рудеусу. Это поразительно.

Появился еще один. Это был мужчина в маске. Он вошел прямо во время аудиенции и, словно ничего не произошло, позвал Рудеуса в летающий замок. Рудеуса – в летающий замок… Рядом находился дедушка, но его присутствие, казалось, не имело никакого значения. Они просто повернулись и ушли. Та женщина еще посмела что-то рявкнуть на дедушку в конце. Но он ничего не предпринял… Я не понимаю. Почему? Что вообще происходит? Я хочу понять. Разве мои вопросы так чрезмерны? Голова начинает болеть от всего этого, чего я не могу постичь. Лучше я пойду потренируюсь вместе с сестренкой. Когда я тренируюсь с ней, я чувствую пустоту в голове, и это позволяет мне отвлечься от всех этих уроков и событий.

****

— Эрис! Не витай в облаках!

Гислейн отчитала меня за неспособность полностью сосредоточиться на сражении.

— Д-да.

Выпад. Удар. Уклонение. Удар. Ох, небеса. Я снова на земле… Гислейн вздыхает.

— Эрис, что случилось? Я не смогу тебя тренировать, если ты будешь рассеянной. Перестань витать в облаках. 

— Я стараюсь, честное слово!

Я постоянно размышляю обо всем, что произошло. Я просто не могу сконцентрироваться. Досадно.

— Что тебя беспокоит? Давай, попробую тебя выслушать.

Я поведала ей вкратце о том, что происходило в особняке. Пару десятков слов. Я даже не заметила, как меня было уже не остановить. Я говорила и говорила. Я изложила всё, что меня тревожило. Я рассказала обо всем. Я не заметила, как начала плакать. Почему я плачу? Что заставило меня рыдать? Я чувствую досаду из-за чего-то? Но я не могу понять, из-за чего именно. Это такое неприятное ощущение. Бесит. Теперь я чувствую злость. Верно. Лучше злиться, чем плакать. Слезы – это признак слабости. Лучше уж я буду злиться. Но почему я плакала? Что заставило меня испытать эти эмоции?

— Эрис, успокойся. Да, Рудеус действительно вызывает смешанные чувства. Он невероятен. Даже я, будучи опытным мечником-авантюристом, удивляюсь тому, насколько он силен и умен в своем возрасте. Я понимаю, что ты хочешь быть рядом с ним н…

— Это совсем не из-за этого!!!

— Я не помню, чтобы давала тебе разрешение перебивать своего наставника. Что я говорила... Если ты желаешь быть рядом с ним, но считаешь себя недостойной, тебе следует больше стараться в том, в чем ты можешь превзойти других. Я не думаю, что обязана тебе это говорить, но у тебя огромный талант к фехтованию. Если ты продолжишь совершенствоваться в этом, то сможешь стать лучше его. И тогда ты сможешь быть рядом с ним на равных.

С этими словами Гислейн направила кончик своего тренировочного меча в мою сторону. Я резко вскочила и бросилась к ней. Слезы полились с новой силой, когда я обняла ее. После ее наставления я наконец поняла, почему так злилась и испытывала это недовольство. Все оказалось одновременно и проще, и сложнее. Подумать только, я хочу быть рядом с Рудеусом. Когда я успела так к нему привязаться? Мне нужно больше стараться, чтобы стать достойной находиться рядом с ним.

****

Приближался день рождения Рудеуса, и я попросила дедушку купить ему посох. Он был очень озадачен, видя парящий над нами замок. Однако он помнил о дне рождения Рудеуса, поэтому согласился на мою просьбу. Кстати, перед отъездом в столицу Рудеус передал дедушке кольцо и немного золота. Обычно бывает наоборот: люди платят за драгоценности, а не получают деньги, отдавая их. Я уже привыкла к тому, что все, связанное с Рудеусом, окутано какой-то странностью.

Я начала тренироваться намного усерднее, уделяя все свободное время отработке техник владения мечом. Не могу сказать, что на уроках Рудеуса я учусь столь же прилежно, но я наконец поняла, что мне не стоит беспокоиться о том, что Мирсу учится быстрее меня. В конце концов, я всегда могу врезать ей по лицу, так что нет смысла переживать по этому поводу.

Прошло несколько недель, но дедушка еще не вернулся. Все в особняке начали беспокоиться, но никто ничего не знал. Из столицы не поступало никаких новостей, а отец был занят разбором бумаг. До дня рождения Рудеуса оставалась буквально неделя, и мы начали подготовку. Я увидела, что ему пришло письмо, и отнесла его Рудеусу, желая убедиться, что он ни о чем не догадывается.

Он был как всегда вежливым и спокойным. Я отдала ему письмо, и его настроение сначала улучшилось, но затем на его лице появилось выражение некоторой обеспокоенности. Он открыл конверт и начал читать. На его лице сменялись сложные эмоции. В итоге он уставился в угол комнаты, источая жажду убийства. Я никогда не видела его таким. Впервые я испугалась этого мальчика. Я даже не могу представить, что могло довести его до такого состояния.

Сон принца далекой страны.

Несколько недель назад.

Ах, я снова оказался в этом пространстве. Ненавижу свое пребывание здесь. Возможно, если бы я избавился от негативных ассоциаций, связанных с этим местом, я бы смог смириться. Этот парень с зацензуренным лицом смотрит на меня своей вечной улыбкой…

— Здравствуй, мой друг. Давненько не виделись!

— Еще бы столько же не виделись. Ты ведь знаешь, как я ненавижу свое пребывание в этом пространстве.

— Не обижайся, дорогой. Я делаю это лишь для твоего блага. Если бы не было необходимости, я бы не тревожил тебя, — он сделал короткую паузу, а затем продолжил, — По правде говоря, на этот раз одним лишь советом не обойтись.

— Что это еще значит, «не обойтись одним советом»? С меня достаточно непонятных действий, я требую объяснений. Если я их не получу, я намеренно буду делать все наперекор твоим советам.

Парень с мозаикой сел на землю в позу лотоса и пригласил меня поступить так же. Его аура доверия невероятно раздражает. К сожалению, я не могу покинуть это место по своей воле, значит, нет особого смысла сопротивляться этому предложению.

— Знаешь, я ведь божество. Я истинный бог, и многие люди этого мира были бы благодарны лишь за мое явление в их снах.

— Ахах. Не смеши меня. Возможно, ты и есть бог, и ты можешь являться во снах людям этого мира, но это совершенно не означает, что ты добрый бог. Меня выворачивает от твоих проповедей и отношения ко мне. Я не изменю своего решения только потому, что ты бог. Так что жду объяснений.

Хитогами вздохнул и поднял руки в знак поражения.

— Ладно-ладно, мой друг, я позволю тебе узнать все, что тебя интересует. Пойми, я не намерен использовать тебя, а хочу помочь. Поэтому я дам тебе право услышать ответы, которые тебя волнуют.

Хм. Это что-то новенькое. Он всегда уклонялся от ответа. Но на этот раз он готов ответить на мои вопросы. Это довольно подозрительно. Возможно, он собирается попросить что-то очень серьезное? Моя интуиция подсказывает, что доверять этому парню себе дороже, но до сих пор он мне сильно помогал. В худшем случае я смогу получить ответы на интересующие меня вопросы.

— Почему я? Почему ты избрал меня? Разве мало других людей, достойных твоей «помощи»?

— Ха-ха, приятель. Я знал, что ты спросишь. Одной из причин ты и так ведаешь, потому говорить о ней я не буду. Ты обладаешь феноменально могущественной судьбой, и поэтому, посредством твоих действий, можно воздействовать на судьбы других людей и на судьбу всего мира.

Судьба? Что он имел в виду? Похоже, это весьма значимое понятие, но он изложил это так, словно это нечто само собой разумеющееся.

— Судьба? Что ты подразумеваешь, говоря, что я обладаю сильной судьбой?

— Ох-ох, я и забыл, что этим понятием пользуются лишь те, кого волнует судьба мира. Не беда, приятель, сейчас разъясню. Видишь ли, у каждого индивидуума существует сила судьбы. Это показатель, определяющий мощь стремления личности к своей конечной цели. По сути, это влияет на столкновения между людьми с противоположными взглядами на ту или иную ситуацию, в результате которых победителем выходит тот, кто обладает более сильной судьбой. Иначе говоря, это способность влиять на чужую судьбу.

— Ты хочешь сказать, что я владею огромной силой судьбы, и именно поэтому ты решил мне помогать?

— Молодец. Хватаешь на лету.

— Но, исходя из твоего объяснения, можно прийти к выводу, что ты стремишься использовать мои руки для совершения необходимых тебе действий. К тому же, почему-то мне кажется, что существуют и другие люди с сильной судьбой, с которыми ты мог бы установить контакт. На мой взгляд, причин недостаточно.

Хитогами захлопал в ладоши.

— Браво. Ты весьма проницателен. Но есть одно условие. Мои действия в отношении тебя не обязательно должны быть для тебя или твоего окружения негативными. Если я буду использовать твои руки, разве не логично помогать тебе настолько, чтобы тебе было выгодно мне подчиняться? Не забывай, я ведь добрый бог, и у меня нет причин наживать врагов среди влиятельных персон.

— Добрый бог никогда не назовет себя добрым. Если он действительно таков, ему нет нужды доказывать это кому-либо. Кроме того, если ты говоришь, что существует добрый бог, это означает, что существует и злой бог. Я не прав?

— Ты что, перед сном молока выпил? Ты сегодня на редкость проницателен.

— Хватит шутить. Я не хочу, чтобы наш разговор прервался раньше времени, как в прошлый раз. Давай по существу.

— Какой же ты скучный… О чем мы говорили? Ах, злой бог… Не знаю, слышал ли ты, но в этом мире есть бог-дракон Орстед. Он стремится убить меня. Если меня не станет, его никто уже не сможет остановить. Для борьбы с ним мне нужны люди с сильной судьбой. Кстати, ты говорил, что есть и другие люди с сильной судьбой. Так вот. В мире существует лишь несколько существ, обладающих такой же сильной судьбой, как у тебя. И так случилось, что один из них сейчас находится в подчинении у Орстеда.

— Ты утверждаешь, что он злой бог лишь потому, что желает тебя убить? Не думаю, что это объективная оценка. Я не уверен, что лишь по этому критерию я могу с уверенностью принять твою сторону. К тому же, мне совершенно не нравятся твои методы работы.

— Ну почему ты мне так не доверяешь? Все, что я делал по отношению к тебе, было во благо. К тому же, с помощью советов, все продвигается намного быстрее.

— Я понимаю, зачем ты направил меня в королевскую библиотеку за книгой магии. Я понимаю, зачем ты сводил меня с важными людьми королевства. Все это я могу понять. Но никак не могу уложить в голове, почему мне нужно было спешить к торговцу сувенирами и покупать фигурку Рокси. Ладно, только это, но ты заставил меня солгать Занобе, что это моя работа. В чем тут смысл? Я не хотел ему лгать, и теперь он ни на шаг не отстает от меня со своими фигурками. Я начинаю думать, что ты таким образом постарался сковать мои движения с помощью Занобы.

— Не держи на меня обиду. Это было ради тебя. Заноба — весьма полезный союзник. Именно от этой фигурки зависело, станет ли он тебе незаменимым соратником или сильным противником. Я не мог допустить такого исхода.

— Допустим, я приму тот факт, что фигурка была залогом успеха в отношениях с Занобой. Но я по-прежнему не понимаю значимости этого. Неужели это такая большая проблема, чтобы Заноба был верен кому-то другому? Он не настолько полезен, как может показаться. К тому же, у меня теперь намного меньше времени из-за того, что я вынужден практиковаться в изготовлении фигурок.

— Терпения, мой друг. Тебе недостает терпения. Полезность твоего старшего брата проявится позже. Он окажет тебе незаменимую помощь в повышении твоего боевого потенциала. К сожалению, велика вероятность, что злой бог-дракон захочет избавиться от тебя, и поэтому нам стоит максимально обезопасить твою жизнь.

— Именно потому, что ты так сразу все не объясняешь, я тебе и не доверяю. Если бы ты сразу отвечал на все мои вопросы, мне было бы проще тебе доверять. Но я все равно не пойму, зачем богу-дракону убивать меня. От чего ты думаешь, что такая вероятность высока? Не похоже, что это лишь предположение, если ты используешь даже Занобу.

— Проблема в том, что ему необходимо, чтобы трон Широна занял твой брат Пакс. И придет время, когда он захочет устранить всех остальных претендентов на трон, чтобы Широном правил твой брат. Ты же видишь, что на уме у твоего брата. И ты сам прекрасно понимаешь, что твой брат развалит страну. Лишь из этого можно понять, что планы Орстеда заключаются в разрушении мирового порядка, а не в его сохранении.

— Я вижу натуру Пакса, но я также не понимаю, почему именно Пакс. Среди остальных братьев и сестер хватает сомнительных личностей. Да и почему ты решил… Ну да ты видишь будущее. Стоп. Если ты знаешь будущее, значит твоя просьба требует чтобы я тебе доверял, ведь просьба не из легких? Говори уже, что ты хочешь от меня, чтобы у нас было достаточно времени, чтобы это обсудить.

Хитогами вздохнул посмотрев на меня. Казалось, что его улыбка впервые за весь разговор пропала из его лица.

— Необходимо отпустить Рокси помочь семье ее ученика.

— …

— Так случилось, что семья, которая приютила ее и относилась к Рокси как к родной, будет затронута катастрофой, и чтобы они могли спастись необходимо, чтобы Рокси находилась рядом с ними в момент катастрофы.

— Ты хочешь сказать, что катастрофа, о которой говорит эта треклятая религия правда? Ты хочешь сказать, что я должен рисковать человеком, которого я уважаю больше всех в этом мире? Даже если так, я не понимаю почему ее присутствие так необходимо там. Почему та семья так важна.

— Приятель, я не сказал, что эта семья так уж важна. По правде говоря, я был бы рад, чтобы все они умерли и Рокси осталась с тобой, — по моим ощущениям, сейчас его улыбка была максимально искренней за весь наш разговор, хоть и довольно зловещей. Приятно конечно, что его поведение для меня кажется искренним, но это не совсем та тема, которая демонстрирует его с лучшей стороны. — но… Она чувствует обязанность перед той семьей, и когда она узнает, что их затронула катастрофа, пойдет их искать. И вот это действительно важно, ведь в ходе этих поисков она обречена на смерть, даже с учетом ее огромного питомца.

— Тогда я могу просто ее не отпустить. Я могу сделать все так, чтобы она не узнала! Я могу предпринять многое, для того чтобы она просто осталась здесь. Разве это не решит проблему?

— Ах приятель. Поверь мне хотя бы сейчас. Все твои действия по поводу сокрытия катастрофы приведут к тому, что она отвернется от тебя. Все действия которые будут направлены на ее удержание здесь, лишь породят внутри нее чувство трусости и неполноценности. Как думаешь, что она будет чувствовать, когда перед ее глазами окажутся списки умерших в этой катастрофе? Она будет ненавидеть себя и закроется. Эта девочка очень ответственна в отношении дорогих ей людей. Она не сможет простить себя до конца жизни.

— … Возможно так и будет. Но правда ли, что она сможет вернуться в целости, если она пойдет спасать ту семью? В чем смысл ее чистого сердца, если она будет мертва?

Хитогами медленно встал, и подошел ко мне. Его рука оказалась на моем плече и казалось, что он смотрит прямо мне в душу.

— Честно, друг мой. Нет иного пути, помимо этого. Все остальные пути будут вести лишь к большим потерям. Я смотрел сотни развитий событий, и это лучшая. Я бог но я не всесилен. Я не способен все сделать так, как я хочу. Мне приходиться отказываться от многого, чтобы получить необходимое.

Во мне собирались злоба и отчаяние. Я понимал, что есть вещи на которые я не способен повлиять. Я не верю ему, но я неоднократно убеждался в его способностях. Определенно его подход в этот раз кардинально отличается от предыдущего. Но лишь этого недостаточно. И самое страшное, что у меня есть выбор и я обязан его сделать. Отказ от выбора, это тоже решение, которое предусмотрено в этой ситуации. Невозможно сделать что либо выходящее за рамки этой ситуации. Ах, как же я хочу, чтобы мне просто дали прожить спокойно эту жизнь, но увы я принц, и такого права у меня скорее всего не будет.

— Почему бы тогда не остановить катастрофу? Ты ведь способен предвидеть будущее, значит ты способен предотвратить причину.

— Причина уже произошла. И это случилось задолго до того, как я узнал об этой опасности.

— Знал бы ты, как мне тяжело сейчас тебе поверить. Если бы ты спас мою мать, я бы мог тебе поверить. Но у меня ее отняли, и моих сил было недостаточно, чтобы сохранить ей жизнь. Но у тебя было достаточно и ты не вмешался. Как ты смеешь после этого начинать этот разговор со мной и говорить о спасении. Подобное лицемерие это нечто такое, с чем я смириться не способен!

— Я честен с тобой, мой избранник. Я тебе уже говорил, что не наблюдал за тобой в тот момент, когда это происходило с твоей матерью. Я даже не знал о твоем существовании. Я приношу свои извинения, что тогда меня не было рядом и я не смог тебе помочь. Но, наше прошлое не должно нам мешать идти дальше. Мы обязаны помнить об уроках прошлого и мы обязаны идти в будущее твердым шагом. Прошу, поверь мне хоть раз. Молю. Если ты потеряешь Рокси… Лучше не буду об этом… Достаточно, думаю я сказал достаточно. Я лишь пытаюсь загладить свою вину…

Несколько долгих, как вечность, минут прошли в тишине. Сделав последнее заявление, он отошел от меня и уселся напротив, ожидая моего ответа. Он не издал ни звука, пока ждал моей реакции. Хорошо, что он дал мне время обдумать то, что мы обсудили. Он утверждает, что Рокси в любом случае будет затронута этим инцидентом. Это непроверенная информация. Следует воспринимать ее как неизвестный фактор. Информация о ценности семьи из той деревни правдива. В конце концов, я не раз слышал, как хорошо к ней там относились. Ее неравнодушие — это факт. Катастрофа… Абсолютно непроверенная информация. Ее достоверность никак не подтверждена. Да, я слышал об этом, когда собирал сведения о секте, но это никак не подтверждает информацию. Учитывая, что вся секта могла быть основана им, любая информация, поступающая от них и ничем более не подтвержденная, не может считаться правдивой. Сложно принимать решение, основываясь на двух непроверенных факторах. Но если свести их к одному: лжет ли он мне или нет. Если он лжет, я потеряю Рокси, если последую его словам. В лучшем случае — на некоторое время, в худшем — навсегда. Если он говорит мне правду, значит, я точно ее потеряю, если не послушаю его. Такое чувство, будто я просто бросаю монетку. Лжет ли этот парень мне или нет… Ну, я был уверен лишь в его словах касательно смерти той семьи. Как ни странно, те слова были сказаны настолько искренне, что это было заметно даже вопреки его наигранности. Странно, что он просит отпустить спасать эту семью, при условии, что он не желает этого. Можно даже сказать, что он желает им смерти. Но в этом я могу ошибаться. В конце концов, тяжело иметь дело с этим парнем.

Я не могу избавиться от ощущения, что я его марионетка, но не могу найти ни одного объяснения, зачем ему лгать в подобном. Если он мне лжет, я смогу это очень быстро проверить: лишь по слухам, случалась ли катастрофа или нет. В таком случае все его действия по достижению моего доверия просто будут бессмысленными. Тогда я направлю все силы на поиски Рокси. Необходимо узнать, через сколько произойдет эта катастрофа.

— Я не говорю, что верю тебе, но для понимания, я хочу узнать, когда именно произойдет эта катастрофа.

— Через четыре с половиной недели. Но путь к деревне неблизкий, поэтому решение необходимо принимать сейчас, не откладывая в долгий ящик.

— Но ты ведь видишь будущее, разве ты не знаешь, что произойдет дальше? Я достаточно сильно уверен, что ты и так знаешь, как я поступлю. Ведь я просто марионетка для тебя, верно?

— Если бы это было так, думаешь, я бы говорил с тобой так долго? Думаешь, мне необходимо было добиваться твоего доверия? Я мог сказать что-то вроде покушения на Рокси, и что тебе необходимо ее защитить. Затем я бы мог спровоцировать покушение, и ты бы на эмоциях принял решение. Да, это не то, что ты хотел бы услышать от доброго бога людей, но иногда приходится совершить малое зло или прибегнуть к малому обману, чтобы спасти судьбы сотен или тысяч. Причинно-следственная связь — опасная вещь, знаешь ли.

— Я почему-то уверен, что есть иной выход. Скажи мне честно, как я могу оградить Рокси от опасности.

— Ты желаешь прийти к результату, совершая противоположные действия. Невозможно бежать вперед и оказаться сзади, так и здесь. Единственный способ защитить — это отпустить. Иного выбора я не находил, как бы ни искал. У нас заканчивается время, я попытался дать ответы на все твои вопросы и показать всю ситуацию, такой, какая она есть.

Хитогами сделал небольшую паузу, после чего посмотрел в мою сторону с серьёзным выражением лица.

— Принимай скорее решение, ведь нам предстоит сделать очень много работы, чтобы сохранить порядок вещей. Вещей… Вещей.

…

Мои глаза открылись, но, к моему сожалению, это не был простой сон. Не хочу ее отпускать. Она — это дверь в мир. Именно она сделала то, что было мне необходимо. Я сделал глубокий вдох и собрал все мысли воедино.

Я могу позволить ей уехать, но мне необходимо позаботиться о ее безопасности. Я отправлю за ней пару моих слуг, чтобы они приглядывали за ее безопасностью. Так будет лучше всего.

****

С точки зрения Рудеуса Грейрата

Нет. Нет. Невозможно. Этого никак не могло произойти. Рокси отправляется в Буэну. По крайней мере, такого не было в прошлый раз, значит, это проделки того негодяя. Письмо пришло только сейчас, что означает: она могла добраться до Буэны, но я крайне сомневаюсь, что ему удалось предоставить ей возможность прибыть вовремя. Велика вероятность, что Рокси не успеет воссоединиться с моей семьей, и её забросит в неизвестное место. Такой поворот событий совершенно противоречит моим намерениям. Мне следует написать письмо Айше, чтобы она велела Баглису забрать Рокси, если та прибудет скоро. Проблема в том, что я даже не знаю, где она находится. Я мог бы попросить Гислен забрать её. Но всё не так просто. Этот козёл следит за ней и не позволит ей встретиться с теми, кто повлияет на её судьбу. К счастью, у неё есть зверь-хранитель, у которого должно быть достаточно сил, чтобы сохранить ей жизнь в случае неблагоприятного развития событий.

Теперь мне придётся изменить планы действий на демоническом континенте. Мои приоритеты существенно изменились…

В последнее время проблем накопилось слишком много. Во-первых, этот культ. Он определённо связан с Хитогами, и что хуже всего, они знают о моём существовании. Скорее всего, на нашем пути возникнут различные трудности, связанные с этим.

После встречи с Перугиусом Саурос принял решительное решение и отправился в столицу, чтобы запросить разрешение на эвакуацию. Но уже больше недели от него нет никаких вестей. Когда он уезжал, я попросил его найти человека примерно моего возраста, чтобы он носил кольцо для изменения моей личности. Но, учитывая его отсутствие, я начинаю беспокоиться: нашёл ли он кого-нибудь вообще, или с ним что-то случилось. Таким образом, пока я решал первую проблему, возникла вторая. Остаётся надеяться, что с ним всё в порядке.

Пока я занимался своими делами, я и не заметил, как Эрис и Мирсу стали подругами. Я всё ещё чувствую, что Эрис слишком горда, чтобы признать в Мирсу подругу, но Эрис постепенно проявляет к ней сочувствие. Забавно наблюдать, как Эрис неловко демонстрирует свои тёплые чувства к человеку, не входящему в её семью. Они настолько сблизились, что я заметил их вместе во время подготовки к моему дню рождения. Забавно наблюдать, как они пытаются скрыть это от меня.

****

День рождения прошёл спокойно. Мои родители не приехали, как и в прошлый раз, что меня больше обрадовало, чем расстроило. Саурос так и не вернулся. Многие были обеспокоены этим, но праздник всё же состоялся. По какой-то причине я остался без посоха. Скорее всего, это связано с отсутствием Сауроса. Нельзя сказать, что он мне так уж нужен, но любые изменения вызывают у меня дискомфорт. После вечеринки Эрис пришла ко мне в комнату и молча выставила за дверь Мирсу. У бедняжки было такое безобидное, невинное лицо, но это не остановило безжалостную Эрис. С одной стороны, я хотел воспользоваться положением и потрогать прелести Эрис, но мне ведь больше ста лет. Я имею в виду, что я уже познал все прелести разных размеров груди, и я не хочу, чтобы в моих воспоминаниях остался образ маленькой груди Эрис.

Деньги, что я собрал с продажи фигурок, я разделил на две части. Одну из них я оставил у Перугиуса (не просто так. Этот прохвост заставил меня пообещать ему сделать его фигурку, в дополнение к остальным из коллекции фамильяров. Вышло довольно забавно, что Перугиус в итоге собрал все фигурки из коллекции и стал единоличным обладателем моих фигурок, если не считать фигурку Рокси и пару штук для Эрис). Те деньги, что я оставил у Перугиуса, составляли большую часть моего состояния. Было бы очень тяжело тащить всю сумму сразу с собой, поэтому я решил, что будет проще возвращаться за небольшими партиями, если возникнет необходимость. Вторую часть я припрятал у себя в обуви, как это делал отец. Надеюсь, в этот раз мне удастся сохранить ему жизнь.

****

Когда мы отправились «созерцать» мою магию, к нам привязалась Мирсу. Я хотел оставить её в поместье, но Эрис проявила свою несгибаемую волю и уговорила меня не сопротивляться её присутствию.

Пока мы направлялись к месту, где моя магия не повредит людям, я размышлял о предстоящем. Сегодня всё произойдёт, а я толком ничего не изменил для большинства людей, которых затронет эта катастрофа. Чувствую себя довольно двояко. С одной стороны, я понимаю, что мог сделать гораздо больше. Но с другой стороны, я понимаю, что излишнее вмешательство изменит многие вещи, которые я не хотел бы менять. Служа Орстеду, я уже привык к тому, что жизни некоторых людей необходимо оборвать для достижения нужного сценария, но ведь это не касается спасения. Чувствую себя палачом…

Мы пришли на поляну. Нас было пятеро: Гислен, я, Эрис, Мирсу и Цуна. Из всех присутствующих, я лишь Гислен не хочу брать с собой. Если она будет с нами, велика вероятность, что Руиджерд не вызовется нашим сопровождающим, поэтому я обязан позаботиться о том, чтобы она была отделена от нас во время телепортации.