Руководство правильной жизни для ранкера Том 2 Глава 151 Венец (6)

— Если бы я не знал, кто ты, то, наверное, не ожидал бы увидеть тебя здесь… — недовольно проворчал мужчина, чьи глаза скрывали тёмные солнцезащитные очки. На нём была яркая тропическая рубашка, а массивные буддийские чётки свисали с его шеи.

— Ты уговорил её, мадам?

Услышав это, платиновая красавица, мадам Ламбер, прищурилась, озарив собеседника улыбкой, и легко взмахнула веером из голубых перьев.

— Ещё неизвестно. Моя подруга не из тех, кто станет кого-то слушать только из-за уговоров.

— Чёрт, и не смей здесь торговаться.

— М-м. Просто наша Пинтада от всей души выполняет просьбы клиентов, которые владеют мастер-картой.

Вспоминая звонок, раздавшийся в конце лета, Маргрит Ламбер тихо улыбнулась.

«Свяжитесь со мной, когда вам понадобится помощь».

В знак благодарности она тогда осторожно оставила свой номер, но никак не ожидала, что он когда-нибудь прозвучит. Насколько же она была удивлена, когда ответила на звонок.

「Помоги Корее.」

«Ты сказала, что я всё пойму, когда придёт время… Но я и представить не могла, что масштаб будет таким».

— Я просто размышляла, как мне поступить, и поделилась со своей самой близкой подругой историей о своём долге. А уж насколько это её тронуло — не мне судить.

— И всё же, чтобы сама «Святая» пришла в движение… Ха…

Пока шли споры, Жизель Жунюи, сидевшая неподалёку, не отрывала взгляда от карты в своих руках.

Это было письмо без указания отправителя.

Взгляд Жизель стал мрачнее.

Рассказ её старой подруги Ламбер действительно глубоко тронул сердце Святой. Но это было ещё не всё.

Жизель шевельнула губами.

— Годо. А ты-то зачем здесь? Тебе же было совершенно плевать, в беде твоя родина или нет. Когда это ты успел спуститься с вершины Эвереста, где клялся жить как отшельник?

— Да это…

Мужчина, занимавший тринадцатое место в мировом рейтинге, замолчал на полуслове.

Жизель, даже не глядя на него, покачала головой.

— Не волнуйся. Я здесь не потому, что решила бросить свою страну, как ты.

— Эй, Жунюи!

— Ты ведь тоже получил письмо?

— …

После короткой паузы Годо нервно провёл рукой по волосам.

— Да. Но почему Тимоти Лилиуайт послал его мне, человеку, с которым он даже не знаком…

Жизель ровно произнесла:

— Если бы это не было завещанием с его душой внутри, мы бы не сдвинулись с места. Тимоти это прекрасно понимал.

— …Не смеши меня. Я ещё ничего не решил. Вступлю только тогда, когда всё будет окончательно доказано.

Едва утихло раздражённое бормотание Годо, как…

[Обновление рейтинга.]

[Рейтинг пробуждённых изменился. Желаете проверить?]

Вслед за глобальным оповещением Вавилона — личные сообщения.

Это системное уведомление высветилось перед каждым присутствующим.

Причина была проста: в этот самый момент все пробуждённые в мире поднялись в рейтинге на одну ступень.

Кроме одного-единственного.

— …Проклятье.

— Человечество снова лишилось «Сына Бога».

Мадам Ламбер горько осенила себя крестом.

Последнее место Тимоти Лилиуайта, «Сына Бога», в мировом рейтинге — второе.

Имя того, кто, благодаря межзвёздным приключениям с Чжо, поднялся вплотную к трону, теперь навсегда исчезло из списка.

— …

Наступило гнетущее молчание.

Среди ранкеров, опустивших глаза и плотно сжавших губы, Жизель встала.

— Значит, всё, что он написал нам в завещании, — правда. Доказано ценой его жизни. Как он и обещал.

Жизель испытывала искреннее восхищение Тимоти Лилиуайтом как человеком.

Но выразить соболезнования придётся позже.

— Если каждое слово в письме — чистая правда, то Армагеддон человечества настанет сегодня.

Поле последней битвы, где добро и зло сплетутся воедино, и наступит конец всему.

— Возможно, сегодня мы совершили ошибку, выбрав не то место, где должны встретить катастрофу.

Она знала, что может пожалеть об этом выборе — о том, что в этот миг она находится не на своей родине, не в любимом Париже.

Но.

— Тимоти наверняка сделал такой же выбор, когда писал это письмо. Если это такая искренность… если это доверие, которое он, видевший «Её» вблизи, хотел доказать ценой собственной жизни…

То это более чем достойно того, чтобы поверить и встать на ту же сторону.

В тот самый миг.

— Они идут.

Дэн Ё Хан, до сих пор молчавший, подал голос.

Ранкеры тоже не заставили себя ждать, ощутив то самое искажение, ради которого они проделали путь до далёких Фарерских островов.

Шва-а-ах! Бух!

Сквозь лазурную гладь моря вверх взметнулся прямой столб воды. Окроплённый брызгами, на край утёса приземлился Хранитель Запада.

«Демонический зверь морских глубин» Готтша осмотрелся. Сначала — в сторону людей, сражавшихся с открывшимися Внешними Вратами, а затем — на стоящего перед ним… собрата-Хранителя.

— [Опять? По-настоящему невыносимо глупо, Кроули.]

Вторжение в личные владения между Хранителями запрещено. Готтша, несмотря на попытки сохранить невозмутимый вид, был изрядно удивлён.

Кроули ответил с бесстрастным лицом:

— А ты, я смотрю, снова собрался причинить вред моей бедной подруге.

— [Бедной? Настоящее несчастье — этот мир и его люди. Глаза есть — глянь. Кто превратил наш мир в такое? Если кто-то не положит этому конец, всё повторится снова.]

— Мы давно знаем, что друг друга не переубедим. Мы и так слишком долго вели бессмысленные споры.

— Ха-ха... Ты полагаешь, что одолеешь меня силой? Падший Хранитель. Неважно, с Рамлатой Нумой или без неё — тебе не сравниться со мной.

Губы Готтши холодно искривились. Неужели...

— Ты же не хочешь сказать, что веришь этим ничтожествам?

Топ. Топ.

Вместе с чёткими шагами начало разноситься Звёздное эхо.

— Стигматы. Откройтесь, врата.

Рассветный свет пронзил небеса.

Легендарные серебряные доспехи Святой окутали фигуру охотницы сияющим светом.

За бесстрастной Омелой, возглавляющей отряд, последовали Жизель Жунюи и ведущие мировые ранкеры.

Все лица были знакомы.

Готтша нарочито нахмурился.

— Вот же... Ненавижу ваших «Звёзд».

✧

「Мне так опротивело убивать тебя снова и снова. В какой-то момент появилось такое отвращение, что я начал убивать тебя всевозможными способами. В этот раз я не хочу этого делать. Ты поможешь мне, Тими?」

Тимоти взглянул на яд в бокале. Когда он снял крышку, в лицо ударил резкий аромат лилий.

Лили.

Этот яд, носящий такое же имя, — [Вино непорочности Марии].

Созданный специально для святых классов, он не имел противоядия и моментально убивал даже пробуждённых высокого ранга.

«Вот так дела...»

Тимоти горько усмехнулся.

Он только что закончил последнее письмо в своей жизни. Срок сделки с Киддо также приближался к концу.

Цикличность мира.

Звёздная война «Претендентов» за один Священный Престол. Хранители, Судья, Исполнитель...

「...Почему ты мне это говоришь?」

「Я же сказал — пришёл убедить тебя.」

「Хватит. Я понимаю, какую боль ты испытал, но я...」

「Внешние Врата откроются не только в Корее. Весь мир — везде, где есть ранкеры, я намерен уничтожить всё.」

「!..」

「Туда, разумеется, входит и твоя любимая родина, США.」

Киддо говорил сухо, словно лишённый эмоций.

「И куда, и в каком количестве упадут эти инопланетные ядерные ракеты... пульт управления находится у меня, друг.」

Веки Тимоти задрожали.

Киддо улыбнулся.

「Ну что, теперь у тебя появилось желание выслушать мои аргументы?」

「Ты...」

「Время решать, друг. Ты встаёшь на мою сторону и предаёшь Чжио? Или превращаешь свою родину в пепелище?」

「...」

「Если оба варианта тебе не по душе, у меня, конечно, есть и другие.」

Тук. Киддо достал из кармана маленький флакон и поставил его на стол.

「Сделай это сам, Тими Лилли.」

Если он покончит с собой до Хэллоуина, откроется лишь столько врат, сколько сможет выдержать Америка.

Был путь компромиссов и взаимных уступок, но оба слишком хорошо знали друг друга, чтобы не понимать — это невозможно.

Значит, остаётся только один.

— ...

Всё было готово.

Звёзды плакали, издавая хриплые, жалобные звуки.

Вавилон передаст весть о его конце тем, кто готовится к битве за океаном, и тем, кто ожидает за дверью.

Тимоти зажмурился.

Аромат лилий, который он вдыхал, был невыносимо густым.

Моим дорогим друзьям.

Если честно, я думал, что когда наступит такой момент, список имён будет довольно длинным...

Но, взяв в руки ручку и оглянувшись на прожитую жизнь, я понял — и я говорю это не для того, чтобы вызвать у вас слезы, — что рядом со мной действительно не было никого, кроме моих друзей.

Возможно, вы возненавидите моё решение, возможно, назовёте меня глупцом.

Заплачет ли Джонни, а Люк разозлится?

Поэтому я не буду вдаваться в пространные оправдания своей глупости, скажу лишь то, что необходимо сказать именно сейчас.

Я не могу передать многого, но... к тому времени, как вы прочитаете это, вы все уже увидите Внешние Врата, так что вы поймёте, о чём я говорю.

Друзья.

Прошу вас, поверьте в эту просьбу, под которой я подписываюсь своей жизнью и нашей общей верой.

Победа Чжио — это наша победа.

Встаньте на её сторону.

Чтобы друг, ведущий одинокую битву, больше никогда не чувствовал себя одиноким. Чтобы маг, обладающий самой проницательной мудростью, мог без колебаний идти своим путём.

Помогите ей в этом.

Если мы бросимся защищать наш дом прямо сейчас, мы сможем на короткое время обезопасить мир. Но, друзья.

Разве вы не знаете?

Мир не заканчивается сегодняшним днём.

Помните клятву, которую мы дали перед флагом, когда только стали охотниками?

Мы поклялись сражаться не ради нас сегодняшних, а ради героев, покинувших этот мир вчера, и ради тех, кто будет жить на этой земле завтра.

Суть остаётся неизменной.

Какие бы громкие титулы ни присваивал мне мир, для вас я всё тот же простой пастух из Айдахо.

Эта обычная история просто продолжается.

Я разослал подобные письма друзьям по всему миру. По моей просьбе они уже встретились с Омелой и отправились в другие места.

Так что нет необходимости отдельно сообщать о моей смерти.

Особенно Чжио... до завершения этой долгой войны, прошу, храни это в секрете.

Я горжусь вами, мои друзья.

Было замечательно, что мы смогли вместе построить тёплый дом и надёжный забор.

Спасибо.

С искренностью,

ваш Тими Лилли.

Примечание:

1. Расстрига — это служитель религиозного культа (священник, диакон) или монах, который был лишён сана (или монашества) церковным судом за проступки, либо добровольно отказался от него.