Сестра, на сей раз престол будет за мной Том 1 Глава 100 Щемящая нежность

Дата выхода оригинала: 17.11.2021

Ариадна испуганно отпрянула и рефлекторно выпрямилась. Она слишком хорошо знала, как мужчина может ударить ножом в спину после того, как она удовлетворит его желания — не получив ничего взамен.

— Ари, разве ты не любишь меня? — тоскливо спросил Альфонсо. — Иди ко мне.

Вот почему королевой станет Изабелла. Голос Чезаре зазвенел у неё в ушах. Ариадна с силой оттолкнула руку Альфонсо.

— Нет! — воскликнула она и, посмотрев ему прямо в глаза, чётко произнесла: — Я не хочу.

Альфонсо опешил. Отказ Ариадны обрушился на него, словно ушат ледяной воды. Но, верный себе и своему воспитанию, он извинился:

— Прости, что напугал тебя.

Он опустил руку, обнял её за плечи и поцеловал в щёку.

— Так лучше? — спросил Альфонсо. Сердце тревожно колотилось в его груди.

Уголки губ Ариадны приподнялись; она не сводила глаз с принца. Наконец, счастливо улыбнувшись, она поцеловала его и ответила:

— Намного лучше.

Альфонсо улыбнулся ей в ответ, и юные влюблённые рассмеялись, потянувшись друг к другу. Легко соприкоснувшись губами, они снова прильнули в жадном поцелуе. Но громкий звук, раздавшийся в малой столовой, прервал их.

Ариадна взглянула на Альфонсо. Он отвернулся, и его щёки залила краска — явное урчание исходило из его живота. Лишь тогда она очнулась от наваждения и окинула его взглядом с головы до ног. Судя по одежде, его путешествие выдалось тяжёлым — он так долго гнал лошадь сквозь зимнюю стужу.

Она осторожно провела рукой по его волосам, заправив прядь за ухо.

— Тебе пришлось нелегко. Должно быть, ты умираешь с голоду. Когда ты в последний раз ел?

— Вчера ночью. Перекусил вяленым мясом.

Уже наступил поздний вечер — почти время ужина. Это означало, что Альфонсо не ел весь день.

Ариадна резко вскочила:

— Нет, так нельзя! Тебе обязательно нужно поесть! Подожди минутку!

Она стремглав кинулась на кухню, примыкающую к малой столовой. После возвращения в прошлое Ариадна почти перестала есть — привыкла к строгой диете, и теперь один только вид еды вызывал у неё приступы тошноты.

Но как хозяйка дома она должна была следить, чтобы все домашние были сыты. Присматривать за готовкой было для неё самой неприятной обязанностью, но сейчас еда предназначалась её любимому Альфонсо. Ради него она была готова с радостью накрыть на стол.

На кухне никого не оказалось: служанки разошлись, ведь время приёма пищи ещё не настало. Ариадна собрала с полок всё, что нашла — хлеб, мясо, молоко. Ещё она взяла глинтвейн и горячий суп — нужно было обязательно согреть Альфонсо после зимней стужи. Разложив всю эту снедь на большом подносе, она на минуту задумалась — и добавила сладкое. Вот теперь всё готово.

Она закрыла шкаф и вернулась к принцу.

— Вот! Ешь скорее! — поторопила она.

Альфонсо вскинул бровь: на столе лежали приборы лишь для одного человека.

— А как же ты?

— Я уже поела, — без тени смущения солгала Ариадна.

Он окинул её проницательным взглядом: её плечи и тонкие запястья выдавали, что девушка не питалась по меньшей мере несколько дней. Но вместо упрёков Альфонсо лишь улыбнулся:

— Поешь со мной. Я не люблю есть в одиночестве.

При этих словах Ариадна нехотя принесла посуду и для себя. Она поковырялась в супе — лишь намочила губы, так и не проглотив ни ложки. Больше она ничего себе брать не стала. Лишь суп не вызывал у неё отвращения.

Альфонсо задумчиво наблюдал, как ложка девушки зависла в воздухе на полпути ко рту. Их взгляды встретились.

— Что? — спросила она.

— Ты почти не ешь, — тихо сказал Альфонсо, пристально вглядываясь в её истончившиеся черты лица. — Неужели после всего, что ты сделала для семьи, тебя теперь морят голодом? Или… это твоё решение?

Ариадна отвела глаза.

Но Альфонсо не собирался отступать:

— Открой рот.

Ариадна вздрогнула. Уже одна мысль о том, чтобы запихнуть в себя еду, вызывала у неё тошноту. Если поесть, она ведь растолстеет. А если растолстеет... Он говорил, что ты здоровенная, как мужик, и ему с тобой противно.

Этого нельзя допустить. Ни за что.

Ариадна упрямо сжала губы, так и не поднеся ложку ко рту. Альфонсо нахмурился. Заметив его недовольное выражение лица, она надулась. Что, теперь ещё и разозлишься, если я откажусь есть?

Она ожидала, что он обидится, но Альфонсо неожиданно поцеловал её, застигнув врасплох. Сделав глоток тёплого молока, подслащенного сухофруктами, он припал к её губам и заставил проглотить, напоив её десертом. Почему так сладко? Из-за молока или поцелуя?..

Впервые за десять месяцев после возвращения в прошлое она попробовала что-то сладкое. Обычно она бы пришла в ярость, выплюнула напиток и закричала. Но сладость — от поцелуя ли, от десерта ли — полностью овладела ею. У неё не было выбора, кроме как сдаться.

— Ох...

Он оторвался от её губ, и Ариадна поспешно вытерла уголки рта.

— Альфонсо, что это было!..

— Ари, я хочу, чтобы ты была здорова.

Она собиралась рассердиться — но гнев растаял от его ласковых слов.

— Я не хочу, чтобы ты стала совсем прозрачной. Я мечтаю, чтобы ты с радостью ела вкусную еду и не терзала себя мыслями, — он осторожно вытер капли молока с её губ. — Ты прекрасна.

Ариадна тревожно вздрогнула. Все мужчины обольщали женщин сладкими словами, чтобы переспать с ними. В прошлой жизни она наслушалась подобного досыта.

— Что бы ты ни говорил, сегодня я с тобой не лягу.

Серо-голубые глаза Альфонсо дрогнули при этих обидных словах, но он не разозлился. Вместо этого он нежно коснулся губами её лба и прижался к ней всем телом.

— Ари, не говори так, — взмолился он. — Я не это имел в виду.

Тщательно подбирая слова, он произнёс:

— Для меня именно ты — самая прекрасная девушка на свете. Тебе не нужно морить себя голодом. Я хочу, чтобы ты делала то, что любишь, и ела то, что тебе нравится. Хочу, чтобы ты была собой и жила комфортно.

Это была та жизнь, которой не мог жить принц Альфонсо — но он обретёт свободу и покой и для себя. Жизнь, где он сможет быть собой и заниматься любимым делом. И он обязательно подарит такую жизнь своей женщине, чего бы это ни стоило.

Он бережно прикоснулся к ладони Ариадны, а затем крепко сжал её. Другой рукой он поглаживал её по лбу.

— Я не мог не приехать. Слишком сильно беспокоился о тебе, хоть это и странно. Ты ведь всё делаешь идеально — а мне всё равно кажется, что ты беззащитна. Не могу перестать о тебе думать и волноваться.

Ещё в дороге Альфонсо узнал, что Ариадна была жива — ему вовсе не нужно было ехать в Сан-Карло. Но… он не мог остановиться: в глубине души он заботился о ней. Любил её. Именно эта привязанность и тревога привели его в столицу.

Арабелла была любимой сестрёнкой Ариадны — её единственной опорой среди чудовищ в этом доме. Поставив себя на её место, он почувствовал, что сердце его разрывается.

Черноволосая девушка, сидящая перед ним, — казавшаяся такой сильной — в действительности была очень ранима, и теперь ей не на кого было опереться. Он так хотел сказать ей, что она может на него рассчитывать, но Альфонсо оставался юным принцем без капли королевской власти. Да, единственным законнорождённым сыном — однако наследником его так и не провозгласили. И всё же многое было ему по силам.

Даже будь он простолюдином, он мог утешить девушку, сказать ей, что она не одинока — и всегда её поддерживать. Вот почему он проехал три дня и три ночи сквозь снежную бурю. Люди назвали бы это безумием — но оно привело его к любимой.

— Не пугай меня, отказываясь от еды. Даже маленькие дети способны поесть сами, — поддразнил Альфонсо. — Вот поэтому я и приехал сюда, в Сан-Карло — следить, чтобы ты ела. — Он прикоснулся носом к щеке Ариадны. — Ты словно взрослое дитя.

— Я не ребёнок!

— Тогда ешь самостоятельно.

Он вложил ложку в руку Ариадны и пододвинул к ней миску супа — и она не сумела отказать ему. Но, зачерпнув прозрачный бульон с говядиной и грибами, она не смогла поднести ложку ко рту.

Тогда Альфонсо прошептал ей на ухо:

— Не заставляй меня кормить тебя снова.

Ариадна растерялась от его баритона, прервавшего мысли. Застигнутая врасплох, она проглотила суп — её рот наполнился вкусом сушёных белых грибов и сочной говядины. Прошло так много времени с того момента, как она в последний раз нормально ела. Ощущение показалось странным, и на секунду ей стало дурно. Но теперь она вспомнила, как радовали её вкусные блюда. Да... раньше мне это нравилось...

Альфонсо осторожно потрепал её по голове и подбодрил:

— Ещё ложечку.

С его поддержкой Ариадна зачерпнула суп ещё раз — на этот раз ощутив его насыщенный вкус.

На третью ложку уговаривать её уже не пришлось.

Альфонсо подпёр подбородок рукой. Всё это время он смотрел на неё с довольной улыбкой. После грибного супа Ариадна съела ещё немного картофельных ньокки* и кусочек жареной баранины.

Прим перев.: похожи на клёцки, не склоняется

Прошло слишком много времени с тех пор, как она ела мясо, так что большую порцию она не осилила. И всё же это был значительный прогресс для неё. Тем временем Альфонсо — выживавший несколько дней на голодном пайке из вяленого мяса — набросился на еду с жадностью. Он съел почти всё и готов был даже вылизать тарелки: в мгновение ока поднос с деликатесами опустел. Последний кусок баранины исчез, но казалось, что юноша всё ещё не наелся.

— Хочешь добавки? — спросила Ариадна.

— Нет, всё в порядке. Просто не хотел, чтобы остатки еды пропали.

Пища была слишком проста для принца, но он выглядел довольным. Ариадна тихо рассмеялась и заметила нетронутый рисовый пудинг в углу стола.

— Ты не будешь десерт? — спросила она.

Альфонсо скользнул взглядом по пудингу.

— Я не люблю сладкое. Не выношу эту склизкость.

Ариадна на мгновение замерла. Но ведь принц тогда* съел огромную порцию сангвиначчо дольче — сладкого пудинга из свиной крови — без единой жалобы.

Прим. перев.: отсылка к 1 главе новеллы.

Она осторожно попыталась выведать:

— Но я никогда не видела, чтобы ты оставлял десерт нетронутым.

Альфонсо горько усмехнулся:

— Потому что не хочу создавать поварам проблемы. Им влетит, если на моей тарелке останется еда.

Королева Маргарита уделяла исключительное внимание тому, хорошо ли накормлен её сын. Няня Альфонсо знала это и хотела заслужить благосклонность королевы — поэтому всякий раз устраивала слугам разнос. Если принц не доедал свою порцию, она закатывала истерики, требовала объяснений и обвиняла главного повара — говорила, что блюда плохи или пришлись не по вкусу принцу.

И её поведение оставалось безнаказанным — у няни было куда больше влияния, чем даже у главного повара его дворца. Альфонсо был свидетелем того, как работников кухни увольняли, а прислугу и горничных избивали всякий раз, когда блюда не были съедены до конца.

— Приходится давиться, нравится мне это или нет.

Сердце Ариадны ушло в пятки. Неужели поэтому он съел весь тот сангвиначчо дольче, который я дала ему? Потому что у меня могли возникнуть проблемы с Чезаре?

Она невольно погладила Альфонсо по щеке. Даже если я спрошу сейчас, никогда не узнаю. На некоторые вопросы ответа не дождёшься — но Ариадне и не нужно было, чтобы он ей что-то говорил. Сердце само подсказывало ответ.

На этот раз именно она первой прикоснулась к нему, и лицо юноши словно озарилось.

Мягкая улыбка тронула его губы.

— Береги себя, ешь хорошо и спи спокойно. Полагаю, мне пора отправляться в путь, — сказал он Ариадне.

Тон речи Альфонсо изменился. Его голос вырвал её из раздумий, и Ариадна коротко рассмеялась.

— Ваше Высочество, почему вы вдруг так величественны? — поддразнила она.

Принц заглянул ей в глаза и рассмеялся вместе с ней.

— Ну разумеется. Я же не могу разговаривать с любимой женщиной так же, как с друзьями.

Ариадна тут же вспыхнула. Не желая, чтобы он заметил её смущение, она игриво возразила:

— А с каких это пор я твоя любимая?

Прежде лицо Альфонсо в такой момент уже налилось бы краской, но сейчас он стал совсем другим — его уши лишь слегка порозовели. Зато он пылко кивнул:

— С тех самых. Дай мне только время.

Ариадна счастливо улыбнулась; сердце наполнилось теплом. Слова Альфонсо подействовали, как снадобье, которое излечивало от всех трагедий и несчастий.

Но она слишком привыкла сама обо всём заботиться — в том числе и о любимом мужчине. Поэтому она спросила:

— Как ты объяснил своё исчезновение? Похоже, официального разрешения ты не получал.

— Не беспокойся об этом, — твёрдым голосом ответил принц. — Я всё улажу.

Решимость во взгляде Альфонсо слегка озадачила её: он вёл себя совсем не так мягко и обходительно, как обычно. И он был до смешного непохож на Чезаре. С тем за любой чих приходилось расплачиваться.

О, Чезаре непременно стал бы жаловаться и ныть, рассказывая, в какую трудную ситуацию попал, и просить у неё помощи. Долго и нудно расписывал бы, как сложно скрыть своё отсутствие и как он гениально это провернул. Ариадна годами выслушивала такие хвастливые причитания. Сейчас же она лишь поражалась, насколько отличались эти двое мужчин.

Быстро опомнившись, Ариадна кивнула: у Альфонсо наверняка был план, и она была готова ему довериться.

— И ты береги себя, — сказала она. — Не загоняй себя до изнеможения.

Если бы они просто плыли по течению жизни, ничего не предпринимая, то рано или поздно их желание исполнилось бы.

Брачный договор между принцем Этрурии и великой герцогиней Галлико неизбежно бы рухнул — после королевского приказа принцу Альфонсо жениться на одной из дочерей кардинала де Маре.

Но для исполнения их желания требовалась сакральная жертва.

И этой жертвой стала бы королева Маргарита.---Прим. перев.: 63-64 главы манхвы.Сотая глава — словно перекрёсток с отсылками к первой части и в далёкое будущее, поэтому мы очень рекомендуем перечитать начало новеллы и тот самый момент с сангвиначчо дольче. Он красной нитью идёт через весь сюжет и мысли Ариадны, влияя на её отношение к Альфонсо.