Сестра, на сей раз престол будет за мной Том 1 Глава 325 Дебютный бал герцогини Бьянки (2)

Неторопливым шагом Альфонсо направлялся на второй этаж, где его ожидали Бьянка и Ариадна. Обнаружив свою троюродную сестру, которая спокойно сидела в комнате для приготовлений, он нежно погладил её по прядям волос, выбившимся из-под украшенного головного убора.

— Извини, что задержался, — произнёс он. — Ты очень волновалась?

Бьянка, совершенно не подозревая о надвигающейся катастрофе, лишь озадаченно моргнула:

— А? Ч-что?

Как раз в этот момент в комнату стремительно ворвалась баронесса Джанелли.

— Ваше Высочество! Какое счастье, что вы успели хоть сейчас! — воскликнула она. — Не трогайте её волосы! Вы же всё испортите!

— Ах, прошу прощения.

Принц Альфонсо протянул свою широкую ладонь Бьянке.

— Теперь тебе не о чем беспокоиться, — мягко сказал он. — Ну что, пойдём?

Для Ариадны слова «не нужно беспокоиться» прозвучали так, словно предназначались ей лично. Но в то же время, увидев, как Альфонсо протягивает руку Бьянке, она почувствовала острую боль в сердце.

Осознав истинные чувства, она пришла в замешательство.

О чём я вообще думаю?..

Ревность жгла её. Но ведь Альфонсо и Бьянка были всего лишь близкими родственниками. К тому же, она давала себе обещание больше не смотреть на принца так…

Первобытный инстинктивный порыв смел все эти мысли.

Тем временем Альфонсо, сопровождая Бьянку, неторопливо прошёл по галерее второго этажа и остановился у лестницы.

Рядом с принцем, который был выше обычного взрослого мужчины на полголовы, стояла сегодняшняя дебютантка — герцогиня Бьянка. Её маска закрывала всё лицо, кроме самого кончика подбородка, а пышный наряд из перьев, придававший ей вид павлина, полностью скрывал фигуру.

При виде возвышающегося над ними принца и стоящей подле него герцогини, весь первый этаж моментально затих, а затем почтительно склонился в едином порыве. Оставшись позади Альфонсо и Бьянки, Ариадна тоже присела в реверансе.

— Синьорина, мы тоже пойдём? — нарочито игривым тоном спросил Рафаэль.

Лишь благодаря этому Ариадна смогла выбраться из своих раздумий и выдавить подобие улыбки.

— Благодарю, Рафаэль. Пойдёмте.

С мягкой улыбкой, скрытой серебряной маской, Рафаэль взял её под руку и повёл вперёд. Однако перед его глазами всё ещё стояли её лицо и тоскливый взгляд, которым она провожала удаляющуюся спину Альфонсо.

***

Прошло уже два часа с тех пор, как графиня Клементе де Бартолини с уверенным видом начала приветствовать гостей на благотворительном вечере графини Бальдзо. Получается, что она прибыла сюда даже раньше самой хозяйки.

— Графиня Бартолини, вы делаете доброе дело, — поприветствовал её граф ди Паскале, один из её любовников во времена юности.

Он прибыл вместе со своей женой и, не утруждая себя, поздоровался с мужем Клементе:

— Граф Бартолини, ваша супруга просто восхитительна.

Седовласый граф добродушно улыбнулся и ответил бывшему партнёру своей жены:

— Бог помилует, не стоит.

Граф ди Паскале одарил Клементе наглую, торжествующую улыбку победителя и неторопливо проследовал в зал.

— Клементе! Давненько не виделись!

Следом шёл любовник номер два — сын виконта Бенедетто. Где он нашёл свою спутницу, было загадкой, но рядом с ним явно прижималась какая-то молодая девка, совершенно не подходящая по формату к благотворительной вечеринке: казалось, это была уличная девка с наполовину открытой грудью.

Брови старого графа Бартолини сошлись на переносице. Какой-то сопляк, даже не виконт, а всего лишь сын виконта, посмел без тени смущения обращаться к уважаемой графине по имени! Но Бенедетто даже не удостоил старого графа приветствием — лишь захихикал вместе со своей девицей и нахально проследовал в зал.

— Клементе, вы настолько близки с ним? — подозрительно спросил муж.

— Ч-что вы? Вовсе нет! — сразу же ответила она.

Но уже в следующую секунду до неё дошло: называть её по имени, не будучи близким знакомым, — это ещё более подозрительно.

— Э-это… м-мой друг д-детства… — поспешно добавила она. — М-мы в ц-церкви… познакомились…

Граф Бартолини не стал настаивать на расспросах и постарался вновь сосредоточиться на гостях. В конце концов, если постоянно думать о плохом, настроение окончательно испортится. Проблема заключалась в том, что собравшихся гостей было катастрофически мало.

Следующий прибывший гость вёл себя с его женой так же дерзко и непочтительно — хотя старый граф и не подозревал, что этот тип был его третьим любовником.

А после этого визитёров не было вообще.

— Ох, графиня Бартолини. Похоже, гости запаздывают? — обеспокоенно спросила баронесса Лоретан, одна из участниц Женского общества Серебряного Креста. Она появилась спустя довольно продолжительное время после начала и окинула взглядом жалкий, зияющий пустотами зал.

— Д-да, вы правы… — запинаясь, ответила Клементе.

— А маркиза Сальбати где?

— О-она… сказала, что придёт…

К сожалению, маркиза Сальбати в этот самый момент рассыпалась в приветствиях при виде принца Альфонсо на дебютном балу герцогини Таранто.

— А герцог Чезаре будет?! Я ведь только ради него эту вечеринку выбрала!

— Х-ха-ха… н-ну не знаю… — нервно рассмеялась Клементе.

По её спине потек холодный пот.

Почему никто не приходит?!

На благотворительном вечере собрались лишь любовники Клементе да пара дам из Женского общества Серебряного Креста. К тому же старый граф Бартолини, решив, что гостей больше не предвидится, взял бокал вина и присоединился к присутствующим.

Боже правый!

Если хоть один из её любовников ляпнет что-то не то — она погибла! Погибла окончательно и бесповоротно!

Небесный Отец, сжалься надо мною! Может, напоить мужа до отключки? Если он упьётся так, что у него отрубит память, его ведь наверняка сразу утащат домой?

И пока Клементе отчаянно шевелила мозгами, появилась графиня Бальдзо, одолжившая вечеринке и своё имя, и особняк.

Увидев пустой зал, она тоже побелела как полотно.

— Бартолини! Как это понимать?! — скрежеща зубами, набросилась на неё графиня Бальдзо. — Ты же сама уверяла, что успех — дело решённое! Где, чёрт возьми, герцог Чезаре?!

— Н-ну… э-это… — залепетала Клементе. — П-подождите ещё немного, и он…

Но в глубине души она прекрасно знала, что герцог не появится. Рубина так и не дала твёрдого ответа, лишь бросив вскользь: «Чезаре, может, и заглянет». Единственным чётким приказом герцогини было: «Хорошенько распускай слухи, чтобы всё получилось».

Клементе была далеко не дурой и прекрасно поняла, к чему это было сказано. Единственное, чего она не знала, — так это того, *кто именно* появится на вечеринке вместо герцога Чезаре.

— Клементе!

При виде мужчины, возникшего на пороге бального зала, графиня Бальдзо остолбенела. Услышав своё имя, Клементе обернулась на голос и не просто вытаращила глаза, а чуть не рухнула в обморок прямо на месте.

— М-маркиз Кампа!.. — воскликнула она.

Там действительно стоял маркиз Кампа. За это время он разжирел ещё сильнее, а его лицо и тело сплошь покрывала гнойная сыпь. Нарядившись с иголочки в атласный мундир, маркиз явился с единственной целью: устроить скандал и выяснить, по какому праву она созвала сюда всех остальных своих бывших, а про него забыла.

Слух о том, что Клементе де Бартолини собирает в одном месте всех своих бывших любовников, со скоростью лесного пожара разнёсся по игорному клубу для сомнительных господ. Услышав это, завсегдатаи возбуждённо захихикали: кто-то предвкушал «Ещё разок?», а кто-то — «Безумную оргию».

Вот только сам маркиз Кампа не получил приглашения.

Услышав, что на вечеринке будет присутствовать муж графини, маркиз возбудился совсем в ином смысле. Наконец-то эта отбитая женщина приготовила нечто поистине скандальное! А уж назвать это сборище «благотворительной вечеринкой» — это было вполне в духе Клементе де Бартолини, самой безумной женщины в Сан-Карло!

Маркиз Кампа, перепробовавший все пороки столицы, не мог упустить такой шанс. Слава «самого отъявленного мерзавца» была предметом его личной гордости.

Колыхая своим жабьим силуэтом, он примчался туда и был заранее готов к тому, что его с позором выставят за дверь. Однако растерялся он ещё у входа.

Атмосфера здесь была до тошноты праведной и благочестивой, а каждый угол зала украшали статуи Гона из Йесака. При ярком свете пожилые дамы в скромных платьях уныло жевали пресную здоровую пищу и рассуждали о Небесном Отце. И лишь изредка между ними втискивались бывшие любовники Клементе, причём с такими кислыми лицами, будто дерьма наелись.

Впрочем, маркиз так и не успел предъявить ей претензии.

— К-Клементе?..

Графиня Бартолини закатила глаза и рухнула в обморок прямо на месте. Пена, выступившая у неё изо рта, стала отличным дополнением к этой сцене.Прим. перев.: язвительность здесь от автора — 입가에 문 거품은 덤이었다. А сыпь на теле маркиза Кампа — отсылка к главе 152.

***

Дебютный бал герцогини Бьянки увенчался грандиозным успехом. Не прошло и получаса с момента появления принца Альфонсо, как на бал прибыл король Лео III.

Увидев извивающиеся по залу желоба, по которым струилось фруктовое вино, он громко расхохотался, оставшись в полном восторге. То, что на балу собралось множество новых лиц — иностранных дворян и купцов, — тоже сыграло свою роль в его прекрасном настроении. В последнее время местный свет казался Лео III невыносимо пресным.

Единственной трудностью оказалось удержать короля, когда во время торжественного тоста в честь дебютантки он попытался лечь на пол, чтобы хлебнуть вина прямо из жёлоба. Но этот неловкий момент удалось благополучно замять, и всё остальное пошло как по маслу.

Поскольку Лео III, давненько не бывавший на маскарадах, пребывал в таком восторге, что наотрез отказывался уходить, герцогине Рубине поневоле пришлось стать заложницей этого бала. От небывалого вихря женских юбок глаза короля так и забегали по сторонам. Рубина была настолько поглощена слежкой за ним, что ни на что другое у неё просто не оставалось сил.

Вдобавок принц Альфонсо, словно искусный загонщик на охоте, пригнал сюда всю столичную знать. Так что даже если бы герцогиня Рубина вдруг захотела увести своих дам на другой приём, сделать это было невозможно.

Что до скромной Бьянки, то, появившись перед гостями лишь настолько, насколько того требовали правила приличия, она поспешно уединилась в свои покои. Дело было не только под строгим надзором баронессы. Бьянка страшилась, что, захмелев от впервые выпитого алкоголя, она начнет бродить по залу и случайно откроет всем свою неприглядную внешность, которую с такой тщательностью скрывала.

Лишь когда все было более-менее улажено, Ариадна смогла позволить себе расслабиться. До этого момента она была напряжена, словно струна, но постепенно напряжение начало отступать. Найдя в тихом уголке стул, она тяжело опустилась на него. В руке она все еще сжимала бокал с игристым фруктовым вином.

Ариадна залпом осушила шипучий напиток.

— Ух, какая горечь… — вырвалось у нее.

На дегустации перед балом это вино казалось абсолютно сладким. Она не могла даже представить, почему сейчас вдруг проявилась такая горечь.

В этот момент что-то, похожее на высокую башню, заслонило ей обзор и накрыло тенью.

— Довольно.

Чья-то широкая мужская ладонь протянулась к ней и плавным движением забрала бокал. Ариадна рефлекторно подняла голову.

— Раз горчит, больше не пей. Значит, сегодня вино тебе не по вкусу.