Тайная служанка графа Том 1 Глава 5 Сумасшедший хозяин (5)

– Еще одно слово и я убью тебя на месте.

– …

– Убирайся немедленно!

Я, конечно, слышала, что королевские особы и дворяне хранят в своих спальнях оружие для самообороны. Но откуда, черт возьми, взялось то, чего минуту назад там не было?

Я тяжело сглотнула, встретившись с его изумрудными глазами, которые, казалось, смотрели прямо на меня.

– Тогда позвольте я вынесу это грязное бельё.

Выпрямившись, я схватила кучу собранного белья и выскочила из комнаты. Как только я закрыла за собой дверь, мои ноги подкосились.

Я остановилась перед дверью. Сердце бешено колотилось. Я до сих пор чувствовала, как холодное дуло пистолета упирается мне в лоб.

Он собирался застрелить меня.

Как я могла упустить это из виду?

Здешний граф был абсолютным психом.

Леника была поражена, когда я вручила ей корзину с бельем. Её удивило то, что сегодня я принесла полный комплект, в то время как обычно это были лишь наволочки и простыни.

Леника была одной из немногих, кого я видела каждый день с тех пор, как приехала в особняк. Каждое утро она приходила в пристройку, чтобы забрать старое белье и принести мне свежее.

– Похоже, что на этот раз всё прошло гладко.

– Лишь благодаря господину.

Теперь благодаря ему у меня трудные времена.

Хоть через мою челку лицо разглядеть было сложно, всё же я постаралась натянуть улыбку. Пришлось притвориться, что все в порядке. Я не знала, как могут прозвучать мои слова, если пожалуюсь на свои трудности. Леника оглядела меня с ног до головы с вновь обретенной признательностью, затем забрала белье и направилась в главное здание.

Когда она ушла, я вздохнула и спотыкаясь поплелась обратно в дом.

Это все, чем я могу похвастаться за это утро. Завтрак, как и обычно, провалился с треском. Я вспомнила, как он прижимал пистолет к моему лбу, и не смогла заставить себя поесть. Вчера вечером я тоже ничего не ела.

Винсент тоже ничего не ел с прошлой ночи, и ему было на это наплевать. Как только ему что-то приносят, он сразу же это выбрасывает.

Так что избавляться от еды, которую он не ел, приходилось мне. Я поздно позавтракала, перекусив остывшим супом и хлебом. Это тоже было своего рода облегчением. Раньше голод был естественным явлением – я ела лишь то что оставляли отец и Алисия.

Да, когда я вспоминаю свою жизнь до приезда сюда, то перестаю бояться нрава своего господина.

Однако жестокость Винсента на этом не закончилась. Меня выгнали из комнаты, даже не позволив принести обед. Как только я вошла в комнату, он начал разбрасывать вещи. Атака началась, как только я открыла дверь, будто у него уже был заранее заготовлен план, и он не останавливался ни на секунду. Я поняла, что совершила ошибку, поставив часы и вазу на место, когда он спал.

Каждый раз, когда он что-то бросает, оно разбивается, и мне приходится приносить новые вместо них. Однажды я спросила Изабеллу, не опасно ли это и следует ли их вообще убрать, но она ответила, что однажды он все сломал и в итоге начал сам себя царапать и резать.

Короче говоря, он занимался самобичеванием. Она рассказала, что хоть его ногти были обломаны, а царапины разодраны и кровоточили, он не переставал себя истезать, и после нескольких таких случаев она начала пополнять запасы вещей в комнате. Очевидно, что он выпускал пар, бросая вещи. Но от этого ему становилось только хуже.

И за ужином случилось то же самое. В обед такого не было, потому что я не вернула ему вещи обратно, так что и бросать было нечего, но еда всё же опрокинулась, как и обычно. Когда я принесла её снова, результат был тот же.

Теперь, когда я подхожу к нему, он сначала отмахивается руками. А если дотронуться до него, то угрожает мне пистолетом.

На следующее утро я даже не смогла поменять наволочку. Отбросив все вещи в сторону, я сунула ему в лицо еду, которую принесла, окончательно решив накормить его. Стоит ли говорить, что я снова провалилась.

Так прошли два дня. Когда Изабелла пришла проведать меня, она странно посмотрела на меня. Как будто она это уже предвидела. Когда она вздохнула и ушла, у меня по спине пробежал холодок – явное предупреждение о том, что больше я не должна слышать её вздохов.

В тот день мое терпение достигло предела. Я больше не боялась пистолета, который он направлял на меня. Намного больше меня пугало мое нынешнее положение. Я вспомнила услышанные недавно слова: «Раньше служившие люди, внезапно исчезали». Не стоит спрашивать о том, что с ними случилось.

Миска поднялась в воздух и приземлилась мне на голову, суп стекал вниз, увлажняя волосы. На этом пролитый ужин закончился.

Это уже никого не удивляло.

Я вытерла с лица суп, вернулась в свою комнату, взбила подушку и сказала себе:

Посмотрим.

Еще посмотрим.

Скотина ты эдакая!

Взяв гнев под контроль, я оделась, позавтракала, и с рассветом поспешила в комнату Винсента. Оказавшись внутри, я раздвинула шторы, чтобы осветить мрачную комнату, подобрала упавшие на пол вещи и откинула грязные простыни.

И тут, как по команде, дуло пистолета коснулось моего лба.

– Умереть захотела?

– Просто стреляйте.

– Что?

– Если я и дальше буду так пренебрегать вами, то в конце концов умру, а это произойдет еще не скоро. Так что лучше, если я буду иметь честь умереть от ваших рук. Просто пристрелите меня и покончите с этим.

– Ты сошла с ума?..

– Если не собираетесь стрелять, тогда я поменяю простыни.

Когда я потянула за простыни, он испугался и схватился за нее. На мгновение наши силы уравнялись. Моим противником был кровожадный пациент. Я фыркнула и потянула со всей силы.

– Ты сумасшедшая!

Я схватила свежие простыни, оставив Винсента кричать.

– Убирайся отсюда!

– Хорошо, но только как закончу свою работу. А теперь не могли бы вы встать, чтобы я быстрее могла покончить с этим и уйти?

Протиснувшись мимо Винсента, уже готового снова закричать, я потянула покрывало вверх. Он вместе с постельным бельем упал на пол. Я сделала вид, что ничего не заметила, сняла постельное белье и поменяла его. Затем быстро сменила наволочку.

На мгновение он ошеломленно уставился в пространство, но потом пришел в себя и перевернулся.

– Ты! – сказал он, но так и не продолжил.

– Я принесу вам завтрак.

Пол был завален вещами, я не была уверена, что он ничего не будет с ними делать, поэтому положила принесенную еду перед самой дальней дверью. Я отошла, нарочно громко шагая, а потом вернулась с едой, оставленной перед дверью.

Винсент пощупал пол, затем забрался на кровать и сел. Я схватилась за простыни, когда он снова попытался в них завернуться, и протянула ему ложку.

– Что ты делаешь?

– Кормлю вас.

– Я не буду есть.

Он бросил ложку на пол. Я смотрела, как она ударилась об пол и отскочила в сторону, а затем схватила новую ложку. Я знала, что так и будет, поэтому взяла еще несколько запасных.

– Не знаю, сколько вам лет, но ведете себя вы как ребенок.

– Ты действительно хочешь умереть от моей руки, поэтому и ведешь себя так дерзко?

Пистолет все еще находился в его руке. Я посмотрела, как он возится с ним, прежде чем перевести взгляд обратно на лицо Винсента.

– Вы же не видите. Думаете, что сможете выстрелить в меня?

– Мои пальцы в порядке.

– Должно быть вы уверены в своей меткости.

– Я хорошо стреляю.

Ух ты, подумала я, и недолго думая, опустилась перед ним на колени, поставив на них миску с супом. Я зачерпнула немного ложкой и поднесла ее к уголку его рта.

– Откройте рот и дайте мне вас накормить.

– Убери это!

Винсент замахнулся, но я оказалась проворнее, схватила миску и уклонилась назад. Он судорожно искал, чем бы бросить, но я уже все убрала после вчерашней атаки.

Поняв, что бросать нечего, Винсент крепче сжал пистолет. Тыльная сторона его руки напряглась, но он и не думал стрелять.

Я снова поднесла ложку к его губам.

– Вот, скажите «а-а».

– Почему бы тебе не убрать это прямо сейчас?

– Одна ложка, и я всё унесу.

– Я не буду есть. Убери это.

– Всего лишь одна ложка, пожалуйста. Или вы хотите съесть это сам?

– Я сказал, убери, проваливай!

– Вы не можете жевать?

– …

– Вы взрослый человек и даже не в состоянии положить еду себе в рот, не натворив при этом дел. – сладко добавила я, и Винсент сглотнул.

Я не остановилась на этом и предложила показать ему, как пользоваться челюстью, если он хочет.

Внезапно он пнул миску, стоявшую у меня на коленях, и она с громким стуком покатилась по полу. Я прищурилась, наблюдая за тем, как миска катится и опрокидывается вверх дном.

На этот раз я не смогла сдержать свой гнев.

– Вы боитесь меня, не так ли?

– Чего?

– Я спросила вас, боитесь ли вы меня настолько, что не можете даже съесть одну ложку. Почему, вы думаете, я кормлю вас? Вы настолько велики? О, да, господин великий человек, хозяин этой большой семьи.

– Что ты делаешь?

– Читаю вам лекцию.

Причина, по которой я терпела все это время, заключалась в том, что его сердце было больным.

С того момента как он потерял зрение, он не всегда сидел в своей комнате. Когда Винсент только ослеп, он как ни в чем не бывало занимался своими повседневными делами, слушал голос дворецкого и делал все, как будто мог видеть, а затем произошло еще несколько инцидентов.