Точка зрения Всеведущего читателя Том 5 Глава 97.4 Звезда, которую нельзя увидеть [4]

— tls123?

Лицо Короля Токкэби, когда он тихо произнёс это про себя, имело весьма необычный вид. Голубоватые искры порхали на его губах, которые подрагивали, будто он переживал системный глюк.

Я переформулировал вопрос:

— Я спрашиваю, этот парень — автор этого мира?

Король Токкэби склонил голову, прежде чем отозваться.

— Скорее не автор, а «Древнейшая Мечта» — он ближе к образу читателя. Это не то создание, что сочиняет истории для других. Оно лениво и порой крайне жадно.

«Древнейшая Мечта» — не «tls123»?

Если так, то кто же отправлял мне файлы с текстом? Автор, что написал роман, который я читал свыше десяти лет, кто он такой…

— Кажется, тебе крайне интересно узнать о самом начале. Но угадывать бесполезно. Неважно, как появился этот мир; если на него никто не смотрит, его словно и нет вовсе.

«Король Токкэби» уставился на вселенную «Звёздного Потока». Сияющие обрывки Историй неслись по космическому течению вдаль. Там, куда падал его взгляд, фрагменты обретали смысл, чтобы мгновенно его потерять.

Я перевёл глаза на Ю Джунхёка, висящего в воздухе, скованного цепями. За его спиной простиралась пустая вселенная «Звёздного Потока».

— Есть вещи, что существуют, даже если их не видно.

Тьма в этой вселенной была чересчур огромной и бездонной. Её просторы не одолеть даже на скорости света. Но этот свет рано или поздно доберётся до цели. Невозможно увидеть — не значит, что ничего нет. Бывали вещи, испускающие свет в полной пустоте.

「Слабые звёздные огни мерцали в бездонной космической тьме.」

Звёзды, родившиеся в темноте. Звёзды, не утратившие себя. Их свет обратился в Истории — в предложения.

Когда эти предложения достигли Последней Стены, дверь уже закрытой истории распахнулась заново.

「Чёрный Огненный Дракон Бездны взвился, истекая чёрной кровью по всему телу.」

Увидев это предложение, я изумился. Предложения обратились в видеокадры. Вскоре я узрел, как Чёрный Огненный Дракон Бездны поднимается среди разорённого поля битвы. Хан Соён была права: лишившись сил «Дракона Апокалипсиса» после отмены «Трансформации Сцены», он всё равно пребывал Драконом Чёрного Пламени.

「Великий Мудрец, Равный Небесам, парящий в небесах иного мира, открыл свои уставшие глаза и…」

Великий Мудрец яростно сражался с уцелевшими созвездиями под градом непрекращающихся молний.

「Последнее «Великое Добро» пробивало путь к завершению Добра и Зла.」

И Уриэль тоже; она разила «Вспышкой Пламени», озаряя потемневшее ночное небо «Звёздного Потока»…

— Нет. Они не существуют без наблюдателя.

С этими словами кадры Истории развеялись. Я инстинктивно потянулся к рассеивающейся Истории. Король Токкэби заговорил со мной, будто дразнясь над моим жестом.

— Нет ничего бесполезнее истории, что тянется без читателя. Всё рождается в миг наблюдения. Такова эта вселенная. Без взгляда История не может подтвердить своё бытие.

— Они точно существуют...

— Хочешь ли ты увидеть продолжение?

[«Звёздный Поток» ждёт вашего решения]

[«Последняя Стена» ждёт вашего решения]

Весь мир замер в ожидании моего ответа.

— Я…

Я замялся, не зная, как ответить. Хан Соён всё ещё сражалась внутри прозрачных стен.

「Увижу ли я желаемое, если эта История продолжится?」

«Король Токкэби» усмехнулся, будто прочитав мои сомнения. «Последняя Стена» яростно задрожала. Предложения заструились по ней; словно в подарок, История лениво ожила вновь.

Великий Мудрец, Чёрный Огненный Дракон Бездны и Уриэль возобновили битву.

「Эй, Огненный Дракон... Не смей реветь из-за потери своей нуны!」

「Ке-ке. Ты сдается слишком рано, Архангел! У меня ещё есть рука в запасе!..」

「Но эту руку уже отсечена, Дракончик.」

「Моему телу хватит и без руки, тупая обезьяна!»

Созвездия Добра и Зла, плюс те, что не ведали ни добра, ни зла, объединились в Последней битве. Глядя на это, Король Токкэби сказал мне:

— Твоя История поистине поразительна. Даже могучая гигантская История «Звёздный Поток» встала на твою сторону. Хоть многие части твоего эпоса ещё пусты, этого достаточно для основания «начала» нового мира.

— Я не вёл свою историю ради такого.

Истории ослепительно сияли за спинами Созвездий.

[Гигантская История «Факел, Поглотивший Миф» продолжает своё повествование!]

[Гигантская История «Сезон Света и Тьмы» продолжает своё повествование!]

[Гигантская История «Освободитель забытых» продолжает своё повествование!]

Перед нами раскинулись наши колоссальные Истории. Они не относились исключительно к «Компании Ким Докчжа». Те, кто долгое время следил за конкретной историей, постепенно начинал испускать такой же свет, как и она сама. Созвездия, взиравшие на наш сюжет, теперь светились подобно нам самим.

— Это конец истории, которую ты создал.

「Чёрный Огненный Дракон яростно взревел, когда его хвост был отрублен.」

「Сломленное пламя Уриэль разлеталось пеплом.」

「Великий Мудрец, Равный Небесам, взмахнул своим сломанным Посохом Жуи в сторону созвездий Императора.」

Фразы, выгравированные на «Последней Стене», постепенно угасали. Я протянул руку к этому уходящему свету.

Тр-р-р-р-р!

[У вас нет полномочий вмешиваться в «Последнюю Стену»]

Острая боль пронзила кончики пальцев. Искры опалили их до черноты. Стиснув зубы, я закричал:

— У меня есть право контролировать эту историю! Я уже прошёл основной сценарий.

Наградой за финальный сценарий послужила «Последняя Стена».

Король Токкэби улыбнулся.

— Действительно, у тебя есть право. Однако у тебя нет власти изменять эту историю. Это нарушит «Вероятность».

Я вперил взгляд в фразы, появлявшиеся на Последней Стене в реальном времени, и высвободил свой подлинный голос.

— Останови эту историю... Сейчас же.

Все Истории, собранные мной ранее, взвыли. Ещё не поздно было. Для Уриэль, Чёрного Огненного Дракона и Великого Мудреца — тоже. Они по-прежнему оставались в живых.

「Аид, наше ■■ здесь.」

Всё ещё можно было перевернуть, если действовать немедленно. Эти свежие фразы поддавались исправлению. Я способен был схватить хвосты незавершённых предложений и наложить на них иной текст.

— Ты хочешь спасти их? – спросил Король Токкэби. — Я тоже когда-то был таким, как ты.

Мир его обитания развернулся у него за спиной. Показалась мне чуждная планета. На ней разыгрывался сценарий.

— Я тоже пережил страшные беды. Трагедии, неподвластные выдержать в одиночку ни одному созданию… Когда эти трагедии перестали ощущаться трагедиями, я осознал, что оказался здесь.

Как прорвавшаяся дамба, фрагмент стены обрушился на меня. Грандиозная история, удерживаемая Последней Стеной, хлынула в меня.

Тр-р-р-р-р!

Мой разум балансировал на краю краха. Известные мне Истории и неизвестные — Истории целой вселенной скапливались в моей душе.

[«Четвёртая Стена» яростно сопротивляется!]

[«Четвёртая Стена» защищает ваш рушащийся разум!]

Смерти, пережитые мной, и те, что я наблюдал, наслаивались одна на другую.

— Почему с тобой случилось столько плохого?

Эти истории, просто классифицируемые как бедствия, стали нарастать в моей голове.

— Не опьяняйся Историями. Ведь это лишь одна из бесчисленных мировых линий, которые ты создашь в будущем.

Постепенно притуплялась печаль. Скорбь и отчаяние следовали за ней. Все эти горестные чувства слились в бесформенную глиняную массу, став неразличимыми.

「В этом мире так много несчастий, так есть ли причина горевать о каждом из них?」

Даже слишком многое со временем надоедает.

— Ты спрашивал меня, кто автор этого мира. Ты можешь стать этим существом, – продолжал Король Токкэби. — Если хочешь спасти их, ты должен признать тот факт, что всё, что ты любишь, не имеет смысла, что уже написанные Истории – просто иллюзии, которые можно легко изменить, и что они всего лишь тени великого, благородного сна наяву.

С шепотом Короля Токкэби Вероятность Гигантской Истории сдвинулась.

— Стань архитектором совершенно нового мира, чтобы ты мог возглавить следующее поколение «Звёздного Потока».

Предложение манило невероятно. Приняв предложение Короля Токкэби и став новым архитектором «Звёздного Потока», я спасу всех. Я сохраню эту мировую линию, переписав Истории. Цена за спасение — всего одна.

「Перестать любить эту историю.」

Внезапно чья-то рука вцепилась в мою. Она покрылась кровью, словно её владелец долго сражался. Это была длань того, кто годами сочинял истории.

— Приди в себя... Ты не писатель.

Как она вырвалась из прозрачных стен? Хан Соён разговаривала со мной, перегрызая зубами бинты и вновь обматывая кулаки.

— Нет, ты читатель, который обещал стать первым читателем моего романа.

С последними её словами Истории вспыхнули вокруг её силуэта.

[История «Предвкушение Плагиата» начала своё повествование!]

Кр-р-р-р!

Фразы на «Последней Стене» забеспокоились.

[Воплощение «Хан Соён» активирует свой атрибут!]

— Даже если в мире полно трагедий, печальная вещь остается печальной, придурок!

Когда Хан Соён стукнула по полу, кусок Истории, прилипший к «Последней Стене», обвалился. Глаза Короля Токкэби расширились.

— Стена, ты смеешь!...

Он не сумел договорить.

Ибо сквозь разрыв в Стене, откуда посыпались Истории, пробилась чья-то рука. Гладкая, бледная рука. Рука самого праведного и могучего из всех, кого я знал.

— Она права. Печаль остаётся печалью. Так же, как счастье остаётся счастьем.

[«Стена, Управляющая Сансарой» искажает брешь в «Последней Стене»]

Из стены с яркой, бодрящей улыбкой выкарабкивалась Ю Сан-А. Рядом с ней, прижавшись боком, виднелись Шин Юсын и Ли Гильён.

— Аджосси!

— Хён!

Разлом, пробитый Ю Сан-А, ширился всё больше, пока не достиг противоположной стены. И оттуда донеслись голоса тех, кого я отлично знал.

[«Стена Невозможного Общения» усиливает громкость неслышимых голосов]

— Де-мо-ни-чес-кий-Ко-роль-Спа-се-ния!

Голос принадлежал Чан Хаёну. Вместе с грохотом обвала из трещины в дальней стене вылетело нечто крохотное. Это был Киргиоз.

— Жалкий глупец, тебя проглотила какая-то ничтожная История?

Вскоре послышался гул, будто бульдозер утрамбовывает почву, и в проломе разверзлась дыра человеческого роста.

[«Стена, Решающая Добро и Зло» восстанавливает границу между Добром и Злом!]

— Докчжа-сси! Мы пришли за тобой!

Это вынырнули Ли Хёнсон и Чон Хивон. Трещина, откуда появились мои товарищи, мигом затянулась. Истории с «Последней Стены» поспешно её заполняли. А над Стеной вновь заструились истории звёзд.

— Докчжа-сси? Что это вообще такое?..

— Хёнсон-сси! Смотри туда!

Крик Чон Хивон заставил всех моих спутников уставиться на «Последнюю Стену». Там мелькали Истории Созвездий, всё ещё бьющихся в запертом отсеке. Это был кошмарный хаос, где мертвецы в разы превосходили живых. Уриэль стояла на коленях, Чёрный Огненный Дракон Бездны рушился. Великий Мудрец сражался не на жизнь, а на смерть, прикрывая их.

「Вставайте, история моего макнэ-я ещё не закончена.」

Предложения неумолимо скользили мимо. При таком раскладе они все погибнут. Уриэль, Чёрный Огненный Дракон Бездны, даже Великий Мудрец – всем им конец.

Несмотря на жгучую боль, я протянул к ним руку. Боль так сдавила душу, что я не мог ни говорить, ни издать истинный голос.

「Ос та но ви те это」

[«Четвёртая Стена» говорит вместо вас]

「Ос та но ви те про дол же ние этой ис то рии」

Спутники рванули к «Последней Стене». Даже без моих слов они понимали, что делать. Эта история ещё не дописана. Если б только остановить следующие предложения…

Тр-р-р-р-р!

Шторм вероятностей хлестал моих товарищей. Могущество Короля Токкэби их придавливало. Но они не дрогнули. Превозмогая ослепительные вспышки на телах, они шагали вперёд своим чередом.

[Все Истории «Компании Ким Докчжа» отказываются записываться на «Последней Стене»!]

Наши созданные истории заговорили. «Король Токкэби» пробормотал в ответ:

— Понимаю... Значит, вы всё ещё желаете продолжать сценарий, так?

Потом он взглянул на меня с насмешкой. Когда наши глаза встретились, по коже пошли мурашки. «Король Токкэби» – сильнейшее в этой мировой линии. Ни одно мифическое Созвездие не сравнится. Всё в «Звёздном Потоке» для него – игрушки. Одним движением он вывел новый сценарий на Последнюю Стену.

[Последний Сценарий «Звёздного Потока» сбрасывается!]

[Последним Сценарием «Звёздного Потока» будет.…]

ХРУСТЬ!

Бегущее предложение резко прервалось. Одинокий клинок вонзился в разрыв. Аура Хаоса с ядовитой силой нарушила строй. И вместо неё всплыло новое.

「Единственное существо, видевшее конец этого мира после скитаний в течение непомерно долгого времени.」

Разорванные цепи звякнули в пустоте. Тени бесчисленных регрессий слоились на чёрном пальто, будто тысячи теней сливались в одну. Тут я осознал ошибку своего суждения.

「Есть один человек, который это сделал.」

Существо, что уже убивало «Короля Токкэби» прежде.

[История «Бесконечный Ад» начала своё повествование!]