Твой Райан Том 1 Глава 1

Часть 1. Новый управляющий

Если бы вы спросили о Фелтхэме, то большинство людей сказали бы, что это прекрасный городок, где жизнь течёт размеренно.

Земли здесь были плодородными, леса — умеренно расчищенными, охотничьи угодья — богатыми, а река, не выходящая из берегов сотни лет, спокойно несла свои воды.

Деревушка, вобравшая в себя все эти блага, была застроена рядами старинных домов, которые из поколения в поколение ремонтировали и постепенно расширяли.

Именно поэтому, когда заходило солнце, крыши домов, залитые тёплым светом, сияли, словно золотые.

Фелтхэм, как нельзя лучше, подходил для отдыха аристократов из далёкой и шумной столицы.

Это было место, достойное восхищения богатых и благовоспитанных.

Однако, для жителей Фелтхэма это было лишь заветным желанием, мечтой о визитах высокопоставленных гостей.

С момента окончания войны в прошлом году мир начал претерпевать стремительные изменения.

Железные дороги теперь прокладывали даже в самые отдалённые деревни, что ускорило и расширило географию путешествий.

В результате, среди столичной знати город Нью стал невероятно популярен благодаря гран-туру, который позволял встретить гораздо больше разнообразных людей, чем в скучной сельской местности.

Паромы, курсировавшие через пролив, были всегда переполнены, и в народе поговаривали, что заработок управляющего наёмным экипажем в порту мог превзойти доход сельского помещика.

Именно в такую эпоху Элоиза Севертон сидела дома и занималась рисованием.

— Миледи, вам пора обедать.

Говорили, что столичные аристократы пробуждались после полудня и тогда же принимали первую пищу, но в Фелтхэме подобное было немыслимо.

Особенно для Элоизы, единственной дочери мистера Севертона.

„Дабы сохранить здоровье юной леди, ей придётся вести образ жизни, близкий к фермерскому, проживая в месте с чистым воздухом. Иными словами, рано вставать, рано принимать пищу и питаться трижды в день.“

Когда врач, осматривавший Элоизу в детстве, произнёс эти слова, её мать, леди Грейс Севертон, рыдала так, будто рухнул весь мир.

Ведь это означало, что её дочь, которую она планировала представить высшему обществу Нью, едва та поправится, теперь будет вынуждена всю жизнь провести в деревне.

Однако, сама виновница торжества, Элоиза, тайком от матери улыбнулась под одеялом.

Наконец-то! Мне больше не придётся всю свою жизнь тащиться в этот грязный, вонючий и суетливый Нью!

Любая другая девушка её возраста мечтала бы о светской жизни и сверкающих улицах Нью, заваленных товарами, но Элоиза эту суету ненавидела.

Духота, толпы людей и жизнь, где каждую минуту, каждую секунду приходилось быть начеку и тщательно взвешивать каждое слово.

Насколько же свободным казался Фелтхэм по сравнению с этим местом!

И хотя она приехала сюда для лечения от неизвестной болезни, в тот момент, когда двенадцатилетняя Элоиза впервые увидела этот городок, она решила, что будет любить его вечно.

И вот, Элоизе исполнилось двадцать шесть. Она уже перешагнула брачный возраст и жила под вздохи своей матери, но по-прежнему была предана своему Фелтхэму.

— Миледи-и!

— Уже иду!

Элоиза со вздохом отложила уголь, услышав, как голос служанки Эмили становился всё настойчивее.

В последнее время она начала рисовать не пейзажи, а людей. Но из-за отсутствия подходящих моделей работа практически не продвигалась.

— Боже мой, да вы только посмотрите на свои руки! И снимите этот фартук!

— Эмили, тебе всего восемнадцать, а ворчишь ты хуже моей матери.

— Будь мне хоть четыре года, я бы точно так же сказала! А ну-ка живо мойте руки!

Подобное обращение служанки к дочери хозяйки могло показаться невероятно дерзким и грубым, но в доме Севертонов никто не обращал на это внимания.

Эмили была не только усердной служанкой, но и лучшим поваром во всём Фелтхэме.

Более того, она обладала преданностью бойцового петуха: если кто-то оскорблял семью Севертон, она тут же бросалась в атаку и доводила обидчика до слёз.

Так что такое заботливое ворчание было вполне терпимым.

Ведь если выразить недовольство, то, чего доброго, можно было получить недосоленное рагу.

Для семьи Севертон это было вторым по величине несчастьем после пропуска воскресной церковной службы.

Когда Элоиза, вымыв руки, вернулась, гусь, разгуливавший перед домом, громко загоготал.

— Ланселот, прекрати!

Гусь, получивший за свою отвагу имя рыцаря Круглого стола, которое не вполне соответствовало его характеру, услышав крик Элоизы, опустил трепещущие крылья.

— Какой умница.

В знак похвалы Элоиза бросила во двор горсть ячменя, который сушила Эмили, и поприветствовала почтальона, махавшего письмом.

— Рада вас видеть, Уильям. В Кэмбоне всё по-старому?

Кэмбон был ближайшим к Фелтхэму городом, достаточно крупным, чтобы поддерживать светскую жизнь.

Леди Севертон уже оставила попытки вывезти Элоизу в высшее общество Нью.

Но это не означало, что она полностью отказалась от возможности посещать собрания образованных и элегантных дам.

„Даже если ты проживаешь в глуши Фелтхэма, ты — леди! Никогда этого не забывай!“

Поэтому раз в месяц Элоизе приходилось, под руку с матерью, посещать светские мероприятия в Кэмбоне.

Однако, и это прекратилось, когда Элоизе стали присваивать ярлык старой девы.

Леди Севертон не могла вынести, что на её дочь указывают пальцем, как на женщину с недостатками.

Теперь Элоиза появлялась здесь всего лишь раз за сезон, чтобы просто заявить о своем присутствии.

— Как всегда, полно народу. Теперь, когда демобилизация обычных солдат, кроме регулярных частей, полностью завершена, в родные края вернулось множество военных. Из-за этого юные леди Кэмбона потеряли сон. Везде дамы, рассеянно роняющие платочки и падающие в обморок при виде красного мундира. Ситуация достигла того, что мэр приказал расставить повсюду больше скамеек.

Почтальон Уильям, выглядя совершенно изможденным, покачал головой.

От его слов Элоиза живо представила себе сцену, разворачивающуюся в Кэмбоне.

В прошлом году закончилась война с соседней страной, длившаяся более десяти лет. К счастью, война завершилась победой.

Благодаря этому огромные репарации достались и солдатам, сражавшимся за страну.

Выжившие получают пожизненную пенсию за свою жизнь и преданность родине.

Честь и деньги. А если солдат благополучно вернулся домой, то ещё и крепкое тело, доказавшее свою силу.

Конечно, в Нью хватало знатных и богатых людей, но в Кэмбоне или Фелтхэме отставной военный был первоклассной и редкой партией.

Доказательством тому служил мистер Кортни, известная в Кэмбоне личность, который месяц назад, безмерно радуясь, что его старшая дочь выходит замуж за солдата, награждённого орденом Белого Льва, подарил всем своим знакомым шотландский виски.

Элоиза, тайком от отца попробовав его, влюбилась в этот аромат и вкус.

С тех пор она искренне молилась, чтобы мистер Кортни, у которого было ещё пять дочерей, обзавёлся ещё одним зятем-военным.

Так или иначе, было очевидно, что в Кэмбоне, где разгуливали такие завидные женихи, будет неспокойно.

— Вот, ваша почта.

Уильям достал из сумки и протянул ей увесистую пачку писем, перевязанную бечёвкой.

Хотя мистер Севертон и жил в Фелтхэме из-за дочери, в прошлом он был весьма известным профессором истории в Нью.

И хотя он вышел на пенсию, его репутация не померкла. Поэтому ему всё ещё часто приходили письма от университетских профессоров с просьбой о совете.

Элоиза решила, что и на этот раз всё то же самое, и, когда она развязала бечёвку, из письма выпал ослепительно белый конверт.

— А это откуда?

Видимо, конверт показался необычным и ему, потому что Уильям, не уходя, с любопытством заглянул через её плечо.

Добродетелью благовоспитанного человека было не интересоваться источником чужих писем. Но Элоиза и Уильям ценили любопытство выше такой добродетели.

— Так, посмотрим. Руперт Дерби… барон Стэнфорд?

Сама того не заметив, Элоиза повысила голос. Глаза слушавшего её Уильяма тоже округлились.

— О, боже.

В этот момент появился мистер Севертон — то ли он услышал голос Элоизы, то ли вышел на настойчивые призывы Эмили к обеду.

Он окинул взглядом Элоизу и Уильяма и забрал из рук дочери письмо.

— Если это письмо мне, то и следовало отнести его мне.

— Я как раз собиралась, отец. Только сперва проверила отправителя, не прислал ли его кто-нибудь опасный.

— Да, конечно, ты проверяла, не прислал ли мне вражеский шпион письмо с угрозами, — в голосе отца слышалась насмешка над её детской выходкой, когда в восемь лет, начитавшись шпионских романов, она утопила все его письма в воде, опасаясь, что они отравлены. Элоиза надула губы.

— Итак, посмотрим…

Говоря это, мистер Севертон, которому, видимо, и самому было любопытно, вскрыл конверт ножом для бумаг, лежавшим на подоконнике.

Внутри оказалась такая же белоснежная бумага, как и сам конверт.

По мере чтения на его лице отразилось изумление.

— Ха.

— Что такое? Что-то случилось?

Уильям, который всё ещё не ушёл, навострил уши в ожидании ответа мистера Севертона.

— В поместье Блиссбери, оказывается, прибывает новый управляющий.