Величайший Еретик Том 2 Глава 79.1 Падальщик (1)

~5 мин. чтения · 1,191 слов

Солнце стояло в зените.

Палящее, беспощадное, оно хлестало лучами по равнине, будто желая испепелить все следы предшествующей бойни. Воздух вибрировал от жары, а запахи после битвы начали становиться еще зловоннее.

На вершине кучи, сложенных из искореженных тел абиссалов, стоял Астар.

Его одежда была распахнута, грудь вздымалась от тяжелого дыхания. Пот стекал по вискам и шее, капая на изуродованную плоть, на которой он стоял. Волосы прилипли к коже, пальцы были в грязи и крови, губы обветрились.

Но глаза… горели.

Половина горы под ним уже превратилась в высушенные мумии. Астар поглощал их с самого утра. Без перерыва.

Армия Церкви покинула долину еще на рассвете. Он не стал торопиться. Сначала дождался, пока убедится, что вокруг никого нет. Ни разведчиков, ни засад, ни ловушек. Потом — приступил к работе.

Сердце колотилось в груди, будто его гнали в бой, хотя сражения уже не было. Глухие удары отдавались в ушах, сливаясь с шорохами переворачивающихся Астаром тел.

Сам он был в полуманиакальном состоянии.

Беспрерывное поглощение плоти и силы абиссалов разжигало внутри него нечто дикое. Он чувствовал, как его разум колеблется на грани. Мысли метались, эмоции вспыхивали внезапно и угасали. Каждая новая тень в углу зрения казалась враждебной. Каждый вдох — отравленным.

Но несмотря на это, он держался.

Глубоко внутри, в самой сердцевине его сущности, пульсировала слабая, но устойчивая сила — Мантра Сопротивления Скверне. Пусть его эмоции и были слегка нестабильными, Мантра позволяла сохранять Астару адекватность.

Он вытер пот с лица, вглядываясь в горизонт.

— Армия Церкви двинулась в сторону Великого Рубежа Мемории… — пробормотал он. — Значит, мои подозрения верны. Сородичи, о которых упоминал Черный Абиссал, находятся не здесь...

Он медленно прошелся по вершине останков, окинул взглядом окрестности, и остановился, задумавшись.

— Если удастся выбраться отсюда… — тихо продолжил он, — нужно будет обо всем рассказать Капитану Зигмунду. Возможно, с его знаниями… и знаниями старейшин Круга Оскверненной Клятвы… нам удастся лучше понять, что здесь вообще происходит.

Но чем дольше он смотрел в сторону горизонта, тем мрачнее становились его мысли.

Внутри Астара закрадывались темные подозрения. И все они крутились вокруг одного места — Континента Библиос.

Слишком много неизвестного.

Он всегда считал, как и большинство, что настоящий ад заключен здесь — в Запрещенных Мертвых Просторах. Но теперь, когда он видел, насколько разумны могут быть абиссалы… и как слаженно действовали те трое "вожаков"…

— Черт возьми… — выдохнул он. — Лучше не делать поспешных выводов. Но всякие глупости так и лезут в голову...

Астар понимал, что такие "вожаки" точно существуют на Библиосе. Ведь там еще больше абиссии, да еще и Церковь не способна контролировать формирование Абиссальных Орд на втором континенте. Если тамошние абиссалы каким-то образом смогли коммуницировать с теми, кто здесь — тогда это не просто угроза.

Он глянул на запад, в сторону западного океана, и предположительного нахождения Континента Библиос.

— Не думал, что скажу это... Но надеюсь, что Церковь тайно контролирует хотя бы часть Библиоса…

Астар мотнул головой, отгоняя назойливые мысли:

— С моими знаниями я вряд ли осмыслю глобальные последствия всего этого… Сейчас лучше не забивать себе голову… — сказал он себе вслух. — Если выберусь отсюда, то передам информацию тем, кто действительно что-то понимает. Пока важнее заняться делами насущными…

Он уставился на массивную черную скалу, изломанную боем. В ее основании лежали осколки, обвалы, оплавленные каменные плиты.

— Они забрали тела только с поля битвы… — добавил он с едва уловимой ухмылкой. — Но под завалами может быть не меньше… ценных "подарков".

Астар продолжил дело, не теряя времени.

До самой ночи он методично поглощал туши абиссалов. Остатки, обожженные и полуразложенные, становились частью его пути. Он двигался по полю, будто жнец, собирающий последний урожай битвы. С каждым новым трупом он чувствовал, как абиссия наполняет его, как плоть этих существ медленно перетекает в силу, сжимаемую в его костях.

Когда солнце ушло за горизонт, он наконец направился к черной скале. Там, где ранее проходил шабаш.

Тени стали гуще, ночной ветер — тяжелее. Но Астар чувствовал себя почти спокойно.

Он разбирал завалы, сдвигал куски скал, выволакивал то, что было погребено под обломками. Иногда это были только обрывки тел, иногда — почти целые туши.

Церковники в основном собирали ядра или целые части тел и костей, для дальнейшей переработки. А под завалами были в основном раздробленные или разрезанные тела, и не всегда в "уцелевших" частях были ядра.

— Кгааа! — зарычал Астар вцепившись в огромный камень.

Он с трудом отодвинул массивную глыбу, и под ней оказался изломанный, но мощный торс.

Фиолетовый Абиссал. Его нижняя часть была разорвана, а руки отсечены. Но грудная клетка… хранила главное.

— Ооо... А вот это неплохой улов... — пробормотал он, неосознанно ощупывая свою грудь.

Он чувствовал, как внутри него шевелится сила. Как в костях рождаются твердые, сверкающие точки.

За последний день он поглотил так много плоти абиссалов, что почти ощущал, как Очаги Скверны подошли к пиковой точке, после которой должна пройти трансформация. Второй уровень Стиля Очагов Скверны уже ожидал за углом.

Все тело зудело, пульсировало, будто в каждой клетке кипела неуправляемая энергия. Вены на руках набухли от избытка силы, а дыхание стало прерывистым — то срывающимся, то вновь замедляющимся.

Астар сделал глубокий вдох, присев на каменный обломок.

Он слегка дрожал — не от слабости, а от внутреннего напряжения. Сила, которую он вобрал, билась в нем, словно зверь в клетке. Еще немного, и она начнет прорываться наружу.

Он провел рукой по лицу, стирая грязь, пот и кровь, и перевел взгляд на десятки тел Синих Абиссалов, а затем на тушу Фиолетового Абиссала, которая лежала рядом.

Свет луны отражался от гладкой, почти зеркальной поверхности груди мертвеца.

— Может… сразу приступить к тебе? — пробормотал он, прищурившись. — Ощущение, будто мне не хватает всего капельки. Маленького импульса, чтобы завершить прорыв в Стиле Боя…

С этими мыслями он подошел ближе.

Нож в его руке сверкнул под лунным светом, и резким движением Астар разрезал грудную клетку Фиолетового Абиссала. Массивные мышцы сопротивлялись даже после смерти, но он прорвался сквозь них, и в глубине расколотого тела обнаружил ядро.

— Тебя оставим на потом… — прошептал он, забирая ядро и нож в пространственное кольцо.

В ту же секунду, не вынимая рук, Астар активировал Стиль Очагов Скверны.

— Аааагх!

Ужасающая боль пронзила его тело. Мгновенно. Без предупреждения. Он вскрикнул, выпрямившись от судороги, и застыл — мышцы свело, грудь сдавило, дыхание перехватило.

Он не мог ни вдохнуть, ни закричать. Только смотреть, как мир перед глазами теряет четкость, погружаясь в пульсирующий, разрывающий свет.

Плоть Фиолетового Абиссала была в разы плотнее, чем все, что он поглощал до этого. И в этот раз… тело не просто сопротивлялось — оно ломалось.

— Терск... Хруст!

Внутри Астара начали трещать кости. Сначала пальцы, потом предплечья, а следом и ребра с позвонками.

— Что-то новенькое... — сквозь зубы процедил он.

Боль буквально прошибала все его тело, смешиваясь с многими другими ощущениями. Каждый Очаг Скверны болел по своему, иногда даже приятно, будто издеваясь над Астаром.

И в этом аду — он вдруг почувствовал движение.

Из каждого уже сформированного Очага Скверны начали тянуться тонкие нити. Они вытягивались из костей, искрились, соединялись между собой, формируя нечто новое.

— Это… — прохрипел он, едва удерживаясь от крика, — они... связываются?

Очаги Скверны начали сливаться в единую структуру. Объединялись тончайшими мелкими нитями, формируя общую сеть.

Астар не знал, так ли должно быть. Информация из свитка Стиля Очагов Скверны не описывала подобных изменений. Но у него не было и шанса остановить этот процесс, ведь его тело было парализовано от боли. Он не мог двинуться. Только чувствовать.

Туша Фиолетового Абиссала начала медленно сдуваться. Словно высыхала, теряя плотность, исчезая. А Астар, наоборот, ощущал, как внутри него поднимается нечто дикое.

Сила.