Величайший Еретик Том 3 Глава 116.1 Еще Есть Время (1)

Астар медленно поднимался по винтовой лестнице, ведущей из подземной лаборатории. Каждый шаг давался тяжело, будто его ноги были налиты свинцом. Лицо было бледным, а под глазами залегли темные синяки — словно душа покинула его тело.

У входа все еще стояли двое стариков — Фиолетовые Мнемархи. Они лениво обернулись и тотчас удивились, явно не ожидая увидеть его живым. Но когда их взгляды упали на шею Астара, оба резко изменились.

Там висел амулет — белоснежный, с едва заметной золотой каймой.

Глаза стариков расширились. В их взгляде мелькнуло не просто удивление — уважение. Почтение, которого удостаивались далеко не все прямые потомки Клана Откровения Плоти. И почти синхронно они склонили головы чуть ниже.

Астар, все еще словно во сне, ответил им легким кивком и пошел дальше.

"Этот амулет… Он отличается от того, что был у Лазара. Видимо, его ранг гораздо выше. Раз даже старики Фиолетового уровня мне кланяются…"

Он шел по коридору, едва замечая резные стены, тусклый свет ламп, фигуры служанок, что попадались на пути. Их лица сливались в размытое пятно, будто он двигался не по замку, а по чужим снам.

Внутри гудел внутренний голос:

"Сначала паразит, который не сработал. Потом допрос… и безумная, развратная ночь с Золотой Матерью. И вишенка на торте из дерьма — эксперименты над живой женщиной…"

Он остановился, уперевшись рукой в стену, и помотал головой.

"Всего два дня. Черт возьми… всего два дня, а кажется, будто я провел там год."

В груди было пусто. Казалось, что эмоции и сама психика были выжжены дотла. Он уже не чувствовал ни страха, ни злости, ни усталости — только пустоту.

И все же где-то глубоко внутри теплилось крошечное пламя.

"Но главное — я выжил. И конспирация Круга Оскверненной Клятвы осталась в безопасности…"

Его губы дрогнули в слабой, самоироничной усмешке.

"Никогда бы не подумал, что окажусь в роли мальчика по вызову для властной особы… Сюрреализм какой-то. До сих пор не верится."

Он вздохнул и сделал еще несколько шагов по коридору.

Но тут из-за поворота показался Орзулис. Его единственный глаз прищурился, внимательно окинув взглядом Астара. В этом взгляде читалось все: он мгновенно заметил бледность лица, синяки под глазами, тяжесть шагов.

Но затем его взгляд упал на амулет с золотой каемкой, висевший на шее Астара.

Лицо Орзулиса резко изменилось: омрачилось, нахмурилось еще сильнее. Казалось, словно он уже начал догадываться, что его друга втянули в грязные дела его Клана.

Астар встретил его взгляд и невольно выдавил беспомощную ухмылку.

Хотя Орзулис не знал деталей, в его глазах на миг мелькнуло то, чего он обычно не позволял себе показывать, — сочувствие.

Орзулис быстро зашагал к нему, тяжелые шаги гулко отдавались в коридоре. Подойдя вплотную, он положил ладонь на плечо Астара и серьезно спросил:

— Ты как, Савриэль?

Затем его челюсти стиснулись, и в голосе зазвенело раздражение:

— Неужели они и тебя втянули во все это дерьмо с экспериментами?

Астар покачал головой, лишь с иронией вздохнув:

— Увы, у меня не было возможности отказаться. Как видишь, теперь я приближенный Святой. Один из тех, кого ты презираешь.

Орзулис хмыкнул, его взгляд стал жестче, суровее:

— Не сравнивай себя с этими отбросами. Ты просто стал заложником.

Он замолчал на миг, будто подбирал слова, а затем тихо добавил, в его голосе сквозила едва заметная вина:

— Мне очень жаль, Савриэль…

Астар только усмехнулся, устало, но спокойно:

— Давай лучше поговорим о чем-то приятном. Что ты тут делаешь?

Орзулис чуть выпрямился, словно возвращаясь к привычной роли, и ответил:

— Сегодня собрание Клуба Боевой Доблести. Будем обсуждать, как пользоваться ресурсами после Абиссальной Охоты. Хочешь пойти вместе со мной? — спросил он, желая отвлечь друга.

Астар снова усмехнулся, на этот раз чуть шире, но в усмешке все еще виднелась самоирония:

— Передай Салазару, что я пас. Мне нужен отдых. Иначе свихнусь раньше, чем получу эту самую награду. Убивать врагов — это одно… Но проводить эксперименты над рабами… Нужно немного отойти от этого безумия.

— Понимаю, — тихо произнес он. — Тебе действительно лучше отдохнуть.

Немного подумав, он уточнил:

— Доложить Салазару, что ты стал приближенным Святой? Или ты пока не хочешь об этом распространяться?

На что Астар только рассмеялся и выдал:

— Можешь рассказать. Пусть хоть кто-то порадуется.

Они обменялись еще несколькими словами, ничего не значащими, больше ради того, чтобы не прощаться слишком резко.

Астар первым пошел прочь, направляясь к выходу из Дворца Откровения Плоти. Орзулис же остался стоять. Он проводил друга долгим взглядом, а затем нахмурился.

"Не могу понять…" — промелькнуло в его мыслях. "Действительно ли странное поведение дедушки в последние два дня связано с Савриэлем? Или я себе напридумывал?"

Его единственный глаз сузился, взгляд стал колючим.

"Дедушка говорил — быть готовым к тяжелым событиям, что могут захлестнуть наш Клан… Если после возвращения Савриэля все встанет на места — значит, я был прав."

Он сжал кулак и с задумчивым прищуром добавил:

— Интересно… кто он на самом деле такой?

✦ ✦ ✦

Уже за воротами Дворца Откровения Плоти, Астар первым делом махнул кучеру и, бросив несколько монет, коротко велел:

— В Багряный Аукционный Дом. Немедленно.

Карета тронулась, колеса загрохотали по брусчатке. Астар откинулся на спинку сиденья, чувствуя, как каждая мышца ноет, а глаза предательски слипаются. Мысли текли обрывками: об амулете, о Мориане, о несчастной женщине-элементале… Но ни одна из них не задерживалась, все расплывалось в гуле усталости.

Дорога пролетела в полусне. Он почти не заметил, как город сменялся перед глазами, и лишь когда карета резко остановилась, его сознание вернулось.

Но едва Астар вышел из кареты и подошел ко входу Багряного Аукционного Дома — как к нему тотчас выбежали Лукарис и Сираэль.

Оба выглядели так, будто не спали и не ели последние двое суток. Их лица были напряженными, бледными. Они были на публике, поэтому все еще старались держать лицо, но в глазах был ужас.

Очевидно, как управленцы Багряного Аукционного Дома, они были посвящены в планы Круга. Если бы война вспыхнула прямо сейчас — им пришлось бы бежать из Бонграда, бросив все.

Но даже это не тревожило их так сильно, как судьба самого Астара. Для них известие о начале войны означало бы лишь одно: он погиб или в плену у Золотого Мнемарха.

Не дав Астару и слова вставить, они почти одновременно подхватили его под руки, словно боялись, что он снова рухнет прямо у входа. И быстрым шагом троица пошла внутрь, прочь от чужих глаз и ушей.

— Братан, ты как?! — прошептал Лукарис, вцепившись в его плечо. Его ладонь скользнула ниже, ощупывая грудь и руки Астара, словно проверяя, цел ли он. — Ты выглядишь… дерьмово. Как человек, который целую неделю лишь пил и дрался.

Он не стеснялся, осматривал его с головы до ног, будто пытался найти скрытые раны.

Сираэль, шагая с другой стороны, тоже не удержалась. Ее пальцы бережно скользнули по его волосам, а глаза — строгие, но заботливые, осматривали его. Ее голос дрогнул в тревоге:

— Нам уже велели готовиться к бегству из Бонграда… Мы так боялись, что с тобой что-то случится. — она понизила голос до шепота.

В ее взгляде смешались злость и облегчение, будто она одновременно хотела прижать его к себе, и начать возмущаться, что ему пришлось пойти на такой риск.

В этот миг они как раз достигли нужной двери. Лукарис толкнул створку, и, когда она мягко распахнулась, Астар сразу увидел молодого парня с невероятной аурой.

Внутри, прямо за массивным столом, уже сидел Золотой Жнец Скорби. Обычно его взгляд был тяжелым и пронзительным, но на этот раз в нем сквозило явное облегчение.

— Хвала мемории… — облегченно выдохнул Жнец, откидываясь на спинку кресла. — Я уже начал думать о наихудшем исходе — в котором ты даже не смог подать сигнал о спасении.

Дверь за ними тут же захлопнулась, и по дереву пробежали светящиеся линии, складываясь в замкнутый символ. Барьер сомкнулся, отрезая кабинет от внешнего мира. Теперь они четверо были заперты внутри — без свидетелей, без риска подслушивания.

На лице Астара отразилась легкая раздраженность. Он криво усмехнулся и, не сдержавшись, выдал:

— Старший… вы даже не представляете, через что мне пришлось пройти…

Жнец вскинул ладонь, прерывая его жалобы.

— Садись, Савриэль, — произнес он спокойно, но твердо. — И рассказывай. Раз ты сумел выжить, теперь нужно понять, как нам действовать дальше.

Астар тяжело выдохнул и устало опустился в кресло напротив Жнеца. Его пальцы машинально потянулись к вискам, словно пытаясь выжать оттуда дурные мысли, подталкивающие обвинить во всем Жнеца. Но мысленно Астар выдал:

"Успокойся... На самом деле, я сам влез в эту передрягу. Жнец здесь не при чем."

Лукарис и Сираэль тут же заняли места рядом с Астаром, их глаза буквально впились в него. Взгляды были разные — напряженные, тревожные, жадные до ответа, но одинаково требовательные.

Астар криво усмехнулся, устало, почти горько:

— Я бы сейчас просто напился и рухнул спать на неделю. Но, похоже, выбора у меня нет.

Жнец кивнул, его лицо оставалось каменным, а голос не оставлял места сомнениям:

— Ты должен рассказать. Все. В подробностях. От этого будут зависеть дальнейшие планы Круга Оскверненной Клятвы, а также возможность твоего отбытия на Континент Библиос.

Лукарис не выдержал — его ладонь громко шлепнула по столу:

— Черт возьми! Братан, выкладывай! Мы чуть с ума не сошли, и имеем право знать, что с тобой происходило.

Сираэль резко повернулась к нему, глаза ее сверкнули:

— Лукарис, замолчи хоть на секунду! Дай ему отдышаться! — она снова обернулась к Астару, и ее строгий голос дрогнул: — Астар… не спеши. Сейчас ты уже в порядке.

Вот только слова Сираэль вызвали на его лице жуткую ухмылку. Он тихо рассмеялся и начал бормотать:

— В порядке… Ха…

А затем резко перешел на крик:

— Я проглотил рабского паразита, и переспал с Золотой Матерью Наследия! А на десерт — помогал в ее экспериментах! Так что, я, мать вашу, ни хрена не в порядке!

И как только эти слова сорвались с его уст — в кабинете повисла мертвая тишина.