Величайший Еретик Том 3 Глава 116.2 Еще Есть Время (2)

Лукарис застыл, тараща глаза, с открытым ртом — слова застряли в горле. Сираэль тоже замерла: сначала ее лицо вспыхнуло красным, но через мгновение побледнело, как у человека, которому стало физически дурно.

А на лице Жнеца вдруг расплылась улыбка. Непроизвольная, будто вырвавшаяся сама собой. В его глазах мелькнула искра — то ли шока, то ли безумного веселья, — словно он на миг потерял самообладание и не сумел сдержать свои эмоции.

Астар мрачно зыркнул на Жнеца, и его голос прозвучал с раздражением:

— Вам смешно, Старший? Мне вот не очень!

Жнец попытался сохранить серьезность, но не выдержал. Громкий смех прорезал тишину, и он едва не согнулся пополам, махая ладонью, будто отмахиваясь от собственной несдержанности.

— Прос… прости, Астар! — пробормотал он, вытирая слезы, но снова прыснул. — Ха-ха-ха! Мы-то думали, что ты в смертельной опасности… А ты отхватил себе лакомый кусочек, о котором миллионы могут только мечтать!

Астар раздраженно выкрикнул:

— Да мне этот кусочек и даром не сдался!

Лукарис шумно выдохнул, откинулся на спинку кресла и пробормотал, качая головой:

— Ну, братан… я всегда знал, что у тебя талант находить приключения на задницу. Но это перебор даже для тебя…

Сираэль сжала кулаки, ее глаза сверкнули, голос задрожал от злости и тревоги:

— Астар… ты в порядке? Если бы со мной сотворили такое… я бы… я бы…

Но Астар поднял ладонь, прервав ее. Его голос звучал недовольно, но с оттенком принятия:

— Все нормально. Если бы я не подыграл, уже бы началась война. Переживу как-то.

Но в этот момент Лукарис, не выдержав, наклонился ближе, положил ладонь на плечо Астара и прошептал с заговорщицкой ухмылкой:

— Братан… а как она в постели? Я прям сгораю от любопытства.

Астар метнул в него ледяной взгляд и процедил сквозь зубы:

— Хочешь впервые получить по голове не от Сираэль, а от меня? Знаешь ли, твой старший брат может быть гораздо жестче...

Лукарис сразу закашлялся, откинулся назад и сделал вид, что вообще ничего не спрашивал. Но по его лицу скользнула довольная ухмылка, выдающая, что вопрос ему все равно казался чертовски удачным.

Но в этот момент Жнец уже перестал смеяться. Его лицо вновь стало собранным, хотя уголки губ все еще дергались от остаточного веселья. Он вытер глаза и уже более серьезно, но с легкой насмешкой в голосе произнес:

— Ладно… хватит балагана. Давай вернемся к важным делам. Расскажи подробно, что с тобой происходило и о чем вы говорили. Детали вашей страсти, конечно, можешь опустить…

Астар тяжело выдохнул и закрыл глаза на миг, собираясь с мыслями. Он понимал, что спорить и реагировать на подколы бессмысленно. И после непродолжительной паузы он уже серьезно заговорил:

— В общем, нам очень крупно повезло… — прищурившись выдал он. — Меня заставили проглотить рабского паразита, но он почему-то не сработал. Если бы не это чудо — меня бы мгновенно раскрыли.

Жнец нахмурился, в его взгляде появилось недоумение, и он спокойным тоном выдал:

— Чудо? Где ж тут чудо, если это результат пилюль Мирциллы?

От этих слов брови Астара поползли вверх. Он криво усмехнулся, и начиная закипать, спросил:

— В каком это смысле?

Сираэль вздрогнула, будто ее ткнули иглой, и торопливо выдохнула:

— Ой… неужели мы забыли тебе рассказать?..

— Да о чем вы вообще?! — рявкнул Астар, его раздражение прорезало воздух, как нож.

Жнец наклонился вперед, голос его оставался спокойным:

— Перед твоей аудиенцией с Золотой Матерью, я попросил пилюли Мирциллы, для перестраховки. Но Сираэль сказала, что ты и так недавно их принимал.

Астар нахмурился еще сильнее, но тут Сираэль виновато опустила глаза и заговорила торопливо, словно боялась, что теперь он будет на нее злиться:

— Астар… извини меня. Перед Абиссальной Охотой ты перепутал флаконы и выпил образец пилюль Мирциллы. Я хотела тебе рассказать, но это совершенно вылетело у меня из головы. А когда спросил Жнец… я подумала, что он сам тебе все объяснит…

Внутри у Астара будто что-то взорвалось. Раздражение поднялось к горлу, и он, прищурившись, процедил:

— Вот уж спасибо, ребята… Вы хоть представляете, что я почувствовал, когда в меня всадили паразита?! Я уже собирался использовать кольцо!

— Прости… — тихо выдохнула Сираэль, а на ее глазах начали собираться слезы.

В этот момент Жнец поднял ладонь, разрезая напряжение:

— Хватит. Главное, что все обошлось. Давай оставим эмоции.

Астар задержал дыхание, заставил себя успокоиться и наконец кивнул. Его голос звучал уставшим, но уже ровным:

— Согласен… Извиняюсь за свое скверное настроение. Просто прошедшие два дня были далеко не из веселых.

Видя, что Сираэль подавлена, а по ее щеках почти скатились слезы, Астар легонько погладил ее по голове и выдал:

— Прости, не хотел на тебя кричать. Ты ни в чем не виновата.

Сираэль подняла глаза, и увидев теплую улыбку Астара, слегка успокоилась. Казалось, что это событие немного отрезвило и самого Астара, отгоняя большую часть раздражения.

Поняв, что нельзя вымещать злость на близких, Астар собрался и продолжил:

— Если кратко — теперь я инструмент Золотой Матери Наследия. Она заявила, что я обязан штудировать анатомию и строение органов и тканей мнемархов. А затем… создавать их реплики из абиссальной плоти.

— Золотая Матерь хочет начать создавать химер из мнемархов и абиссалов, — добавил он с опасением. — Используя их, она желает изучать возможности слияния мемории и абиссии.

Жнец нахмурился, сжав руки в замок. Было очевидно, что эти новости ему не очень понравились.

— Из плохого — мне придется участвовать в этих безумных экспериментах, — продолжил Астар. — А из хорошего — теперь я вхож в самое сердце Клана Откровения Плоти. Даже в личную лабораторию Золотой Матери.

Он вынул из-за воротника белый жетон с тонкой золотой каймой и положил его на стол. Металл мягко засветился, отражая свет ламп.

— Учитывая, что только на изучение анатомии придется потратить кучу времени, я не думаю, что мы успеем достичь какого-то прорыва в исследованиях. До атаки Ополчения Истины не так много времени, — сказал он, глядя на собеседников. — Полгода не хватит на научные прорывы, но хватит, чтобы лучше понять, как спасти Род Еретиков. А также изучить возможности моей отправки на Континент Библиос.

Услышав это, Жнец медленно кивнул. В его голосе прозвучала странная смесь серьезности и удовлетворения:

— Значит… если убрать лишние эмоции — мы остались в большом выигрыше.

Астар недовольно скривился, не желая признавать правоту, но все же кивнул:

— Именно так.

Жнец задумчиво уставился в пространство перед собой, и после короткой паузы произнес:

— Если тебе удастся наладить связь с еретиками… тогда можно будет тайно передавать им пилюли Мирциллы. Если заранее подготовим их к побегу — это очень сильно нам поможет.

Астар кивнул, его глаза сузились:

— Я тоже думал об этом. Но сперва нужно все досконально изучить, чтобы случайно не выдать себя. Малейшая ошибка — и мне конец.

Он замолчал на секунду, а потом, медленно и осторожно, добавил:

— К тому же… можно было бы передать белый жетон Лазара кому-то из еретиков. Тому, кто заслуживает доверия, и кого перестанет сдерживать рабский паразит. Тогда, в нужный момент, они смогут начать побег, даже если никто из наших не сможет прийти к ним на выручку.

Сираэль резко вскинула голову. Ее лицо напряглось, голос зазвучал тревожно, почти срываясь:

— Это слишком рискованно! Если хоть один еретик проболтается или решит предать своих… случиться катастрофа!

Лукарис, напротив, оживился. Его глаза загорелись, он шумно хлопнул ладонью по столу и наклонился вперед:

— А, по-моему, это охрененный план! Если уж идти ва-банк, то именно так.

Жнец бросил на него строгий взгляд, но уголок его губ все же дрогнул, выдавая, что он тоже симпатизирует этой идее.

Астар устало покачал головой, и в его голосе не было ни капли веселья:

— Идея действительно хорошая. Но сначала мне нужно укрепить доверие Матери, и безотказно помогать ей в экспериментах. Без этого любые шаги будут выглядеть подозрительно.

Он на миг замолчал, затем взгляд его потемнел:

— И еще… нужно понять, что из себя представляют плененные еретики. Возможно, они настолько сломлены и истощены, что даже без ограничений не смогут сбежать. Тогда все наши усилия пойдут прахом.

Он потер переносицу, чувствуя, как от усталости гудит голова.

— Надеюсь, что полгода хватит, чтобы разобраться со всем этим бардаком, — наконец добавил он.

Жнец выпрямился и сложил руки на груди. Его голос прозвучал твердо, без тени сомнений:

— Тогда решено. Ты действуешь по обстановке — осторожно, шаг за шагом. Ни одного резкого движения.

— А я буду готовить почву снаружи. Пока сообщу Ополчению Истины, что у них еще есть время собирать силы. В нужный момент — мы будем готовы ударить со всех сторон.

Он ткнул пальцем в сторону Астара.

— Ты — изнутри. Мы — извне.

Астар перевел взгляд на Жнеца и Лукариса, задерживаясь на каждом чуть дольше, чем обычно. Он криво усмехнулся и выдал:

— Ну постараюсь… Главное, не умереть от истощения.

Лукарис тут же хлопнул его по спине, и громко расхохотался:

— Не переживай, брат! Ты еще сможешь отыграться перед этой старухой! Если в этот раз пользовались тобой — в следующий раз воспользуйся ею!

Жнец тотчас прикрыв рот ладонью и громко рассмеялся. Смех перекатился по кабинету, сбивая напряжение.

Астар лишь тяжело покачал головой, понимая, что Лукарис говорил не со зла — просто у того язык всегда был без костей.

Но как только смех улегся, Астара охватило странное ощущение. По коже пробежал холодок, будто предупреждая о чем-то грядущем.

Он опустил глаза, и в мыслях мелькнула мрачная догадка:

"В моей ситуации полгода звучит как вечность. Но что-то мне подсказывает — что и этого времени у нас не будет…"