Величайший Еретик Том 3 Глава 82.3 Караван (3)

Синие Мнемархи Церкви — хоть и опытные бойцы — уже в первые секунды поняли, что проиграют. Их глаза расширились от ужаса, когда копье Астара, опаленное тьмой, рассекло первую защитную технику, будто та была лишь дымкой. Взрыв мемории, что должен был его остановить, разлетелся в клочья, даже не задев его.

Следующий взмах — и один из них отлетел, со смятым нагрудником, кувыркаясь по мостовой. Хруст костей был слышен даже сквозь гул мемории.

Другие четверо, поняв, что Астар — угроза номер один, попытались скоординироваться. Они синхронно активировали техники: один вызвал огненного духа, другой укрепил тело броней мемории, третий запустил в Астара цепи, пытаясь связать, четвертый попытался вогнать его в иллюзии.

Но все это было бессмысленно.

Астар видел их слабости. Душа Ненависти пылала в его груди, направляя каждый шаг, каждый взмах. Он бил точно — и жестоко. Копье крушило защиту, пробивало обнаженные участки, переламывало концентрацию и волю.

Подмога из пяти ополченцев, хоть и сражалась храбро, по сути лишь перекрыла пути к отступлению, атакуя в спины и сбивая координацию. Но бой держал один — Астар.

И длился он всего несколько десятков секунд.

Когда все затихло, мост был усыпан телами. Все пятеро Синих из Церкви лежали на камнях — изломанные, израненные, кто-то стонал, кто-то уже потерял сознание, а один просто лежал с пустыми глазами, потеряв всякое желание сопротивляться.

Астар выпрямился, тяжело дыша, опустив копье. Его взгляд был холодный, но казалось, что где-то в глубине зрачков клокотало безумие. Смотрящие на него ополченцы съежились, ощущая нечто неестественное и чуждое.

Сам Астар мысленно сосредоточился, и на всю активировал Мантру Сопротивления Скверне, начиная утихомиривать бушующие в нем Души Абиссалов. Только в этот момент, казалось, его аура стала мягче и перестала пугать ополченцев.

Пятеро бойцов Ополчения инстинктивно шагнули назад, словно в ответ на невыносимое давление, и тут же выставили оружие вперед, как если бы это могло защитить их от того, что они только что увидели.

Их дыхание сбилось. На лицах читалось не сомнение — страх. Каждый из них знал силу церковников. И каждый из них понимал, что Астар сразил их почти в одиночку… и даже не ранен…

✦ ✦ ✦

В этот момент, пока все взгляды были прикованы к Астару, в стороне, на краю моста, происходило нечто другое.

Полуживой некромант, с изломанным телом и залитой кровью мантией, сжал челюсти. Правая рука дрожала, но он все же писал ею на клочке бумаги. Собственной кровью он вывел на нем едва различимые символы — сообщение.

Затем, стиснув зубы от боли, он вытащил из пространственного кольца крошечную марионетку, похожую на летучую мышь. Когда он вложил в нее записку, ее глаза вспыхнули, а тело покрылось барьером, словно скрывая ее ауру. Словно понимая всю срочность, она взмыла в воздух, бесшумно и быстро, исчезая в утреннем небе.

Некромант откинулся назад, и закинул в себе в рот пилюлю, словно добровольно принимая смерть. Он знал, что если попадет в плен, то враги могут узнать, что именно он отправил своим хозяевам.

✦ ✦ ✦

Главный из ополченцев, ящер, тяжело дышал. Принятая ранее пилюля явно начала показывать свою негативную сторону — кровь пульсировала в висках, тело начинало дрожать. И все же, он сделал шаг вперед, выдохнул:

— Спрошу еще раз… Кто ты такой?

Голос был глухим, почти сдавленным. Ни в нем, ни в позе не чувствовалось уже ни того задора, ни командирской уверенности. Только осторожность — на грани паники.

Немного подумав, Астар прямо произнес:

— Я ищу высокопоставленных членов Ополчения Истины. Отведите меня к вашему руководителю.

Мгновенно тела ополченцев напряглись, словно по команде. Пальцы крепче сжали рукояти оружия, мышцы дрогнули. Даже те, кто уже опустил клинки, вновь подняли их на уровень груди.

Глаза ящера сузились.

Он хмыкнул, сквозь зубы процедил:

— Мы скорее умрем, чем выдадим нашу штаб-квартиру.

Его голос стал ниже, грубее, почти рычание. Было видно, как он борется с собой, между страхом перед Астаром и верностью делу. Глаза бегло метнулись к поверженным церковникам, к телам, к искореженной мостовой, и обратно — к фигуре в черном огне.

Астар не сдвинулся с места. Его копье медленно опустилось к земле, и начало тухнуть, как и его аура.

— Давайте не усложнять ситуацию, — спокойно сказал он, не повышая голоса. — Я ищу вас уже два месяца. Мне срочно нужно поговорить с кем-то из ваших старших.

Он сделал короткий шаг вперед, и даже без ауры этот жест насторожил ополченцев.

— Я бы не стал демонстративно нападать на Церковь Мемории, если бы не разделял ваши цели, — его голос стал жестче. — Я сделал это умышленно. Чтобы вы поняли серьезность моих намерений. Разве этого недостаточно?

Ящер сжал челюсти, его пальцы подрагивали.

— Церковь Мемории… очень подлая, — глухо произнес он. — Они вполне способны пожертвовать своими, чтобы внедрить в наши ряды шпиона.

Он бросил на Астара долгий, тяжелый взгляд.

— А ты… твоя сила пугает. И техника, которой ты пользуешься… она невероятно мощная. Но я не знаю ни одного людского рода и клана, использующего нечто подобное. Кто, кроме Церкви, способен взрастить такого монстра?

Слова повисли в воздухе. А недоверие в сердцах ополченцев будто начало стремительно расти.

Астар ощутил, как ситуация начала быстро выходить из-под контроля. Тонкая грань между осторожностью и враждебностью начала рушиться. Он видел это в глазах ополченцев — неуверенность превращалась в страх, а страх — в решимость избавиться от угрозы.

"Если сейчас не докажу, что я не враг… единственная нить, ведущая к Кругу Оскверненной Клятвы снова ускользнет," — с настороженностью подумал он.

И в этот миг в его уме вспыхнула искра. Мысль — как игла в плотной ткани тревоги.

Он тяжело выдохнул, ослабив хватку на копье. В его голосе больше не было нажима:

— Ладно… Надеюсь, кто-то из вас поймет, о чем я.

Эти слова сбили с толку. Воины переглянулись, не до конца понимая, к чему он клонит. Но прежде чем напряжение начало расти вновь, Астар поднял глаза и отчетливо произнес:

— Знает ли кто-нибудь из вас… о неком круге мнемархов, в котором нельзя осквернять клятвы?

Слова прозвучали странно, нарочито неестественно. Словно он на что-то намекал.

Казалось, никто из ополченцев не понял, о чем говорил странный человек в маске. Слова прозвучали для них как нечто оторванное от реальности, далекое и бессмысленное в контексте недавнего сражения.

Они переглянулись, настороженно, с неуверенностью, и уже начали снова сжимать оружие в пальцах — но в этот момент их командир замер.

Ящер будто оцепенел. Его зрачки резко сузились, хвост вздрогнул, и он пристально уставился на Астара. Мгновение прошло в полной тишине.

А затем — с неожиданной твердостью — он пророкотал:

— Все в порядке. Он действительно союзник.

Ополченцы застыли, шокированные. Несколько человек тут же повернулись к командиру, один даже осмелился спросить:

— Но… вы уверены?

Ящер рявкнул:

— У нас мало времени, мы и так задержались! Быстро свяжите пленников, и заберите нужные вещи из каравана. Все остальное оставьте здесь!

Ополченцы все еще были обескуражены, поэтому ящер поднял кулак и выкрикнул:

— Выполняйте приказы! Быстро!

Тон его был безапелляционен. Солдаты вздрогнули — и подчинились.

Они бросились в движение. Несколько ополченцев тут же накинули цепи на выживших Синих Мнемархов, быстро и без слов. Другие кинулись к повозкам — принялись осматривать грузы, выносить из них нужные свитки, пространственные хранилища, ящики. Все делалось быстро, слаженно, как будто план давно был составлен.

А вот судьба Серых Мнемархов…

Им повезло меньше.

Хотя никто не отдавал прямого приказа — все было ясно. Их не оставят в живых. Как источники информации они бесполезны.

Астар смотрел на происходящее молча.

Цепи, что с глухим лязгом захлопнулись на запястьях Синих Мнемархов, запечатывая их меморию. Холодные взгляды ополченцев. Молчание. И тени мечей и копий, что легли на тела Серых, все еще лежащих на камнях мостовой.

Он чувствовал, как внутри поднимается тяжесть. Не страх. Не сомнение. А что-то более тягучее — сочувствие.

"Вряд ли они злодеи..." — произнес он мысленно. "Большинство из них просто верят в то, чему их учили. Солдаты, фанатики, исполнители чужих приказов. Но увы…"

Взгляд его задержался на теле молодого Мнемарха, чья грудь была украшена серебряным вихрем — символом Церкви Мемории.

"Мы воюем на разных сторонах. И я не смогу спасти каждого. Цинично, но… я не должен брать ответственность за их смерти на себя."

Но даже эта мысль, рациональная и холодная, не принесла облегчения. Где-то в глубине души Астар понимал: он не до конца честен с собой. Чтобы идти дальше в этом мире — он был вынужден притуплять совесть.

Он на миг прикрыл глаза, вздохнул. А затем, словно по команде, повернулся к повозкам, стараясь отвлечь себя от бесполезных переживаний.

"Не нужно думать об этом. Главное — я наконец нашел Ополчение Истины. И, видимо, они действительно связаны с Кругом. Надеюсь, что вскоре я смогу выйти на контакт с Капитаном Зигмундом и Ланаей."

Как только имя девушки всплыло в сознании, перед мысленным взором тут же возник ее образ. Розовые волосы, дерзкая улыбка, живые глаза. На сердце потеплело, а внутреннее напряжение на мгновение отступило.

Впервые за долгое время Астар ощутил искреннюю легкость.

Но в этот самый миг, марионетка в виде летучей мыши уже неслась в Церковь Мемории. И только некроману было известно, что именно содержалось в послании…