Величайший Еретик Том 3 Глава 90.2 Громоотвод (2)

Астар неторопливо выпрямил спину. Его взгляд на миг задержался на Мирцилле, и губы тронула едва заметная улыбка.

— Рад снова видеть вас, леди Мирцилла, — произнес он мягко, но с оттенком иронии. — Не ожидал, что тогда в ресторане вы так ловко скроете свою личность.

Эти слова прозвучали чересчур вежливо и правдоподобно, но любому кроме Мирциллы было очевидно: он нагло врал. Лишь она свято верила, что всех одурачила.

Она уже открыла рот, чтобы начать диктовать условия, но следующие слова остудили ее, словно облив холодной водой.

Астар все так же спокойно улыбался, но в его голосе появилась сталь:

— Я рад, что сумел пробудить внутри вас амбиции. Но, боюсь, вы не совсем понимаете ситуацию.

Он слегка наклонил голову, и в его глазах сверкнула хищная искра:

— Мне нет разницы, поедете вы со мной или нет. Я нахожусь здесь лишь по просьбе вашего дедушки и моих старших.

В зале повисла тишина, а дыхание Мирциллы стало чаще. Она совершенно не привыкла, что к ней так обращаются. Тем более в присутствии ее дедушки.

Астар же, не спеша, добавил, теперь уже тоном, лишенным всякой мягкости, словно взрослый отчитывал ребенка:

— Фактически, своими играми вы просто тратите время множества уважаемых людей. Не больше и не меньше.

В этот миг внутри Мирциллы словно что-то взорвалось. В груди у нее закипело возмущение, кровь бросилась к лицу, и глаза загорелись гневом.

Она резко повернулась к Муреусу, ее голос дрогнул, но был полон обиды и ярости:

— Дедушка! Как он смеет так со мной разговаривать!

Она шагнула ближе к трону, будто ища у старика защиты и подтверждения своей правоты.

Но Муреус не успел даже открыть рот.

Астар, все с той же спокойной улыбкой, но твердым и уверенным голосом произнес:

— Если вы действительно желаете стать величайшим лекарем, — начал он, глядя ей прямо в глаза, — вам нужно перестать полагаться на Старейшину Муреуса.

Его слова были четкими, словно удары молота по камню.

— Он не сможет вечно вас опекать. — Астар прищурился и добавил холоднее: — А за пределами вашей "теплицы" куда больше опасностей, чем вы можете вообразить.

Он сделал короткую паузу, позволяя ее сердцу рухнуть вниз, и продолжил:

— И если вы хотите стать лучше — вам нужно научиться быть самостоятельной.

Мирцилла распахнула глаза шире, и в следующий миг она вспыхнула так, будто Астар только что нанес ей личное оскорбление.

— Опасности?! — ее голос звенел возмущением и самоуверенностью. — Не смешите меня!

Она гордо выпрямилась, вскинув подбородок, и ее изумрудные глаза сверкнули презрением.

— Даже если я лекарь, не забывайте: я — Синий Мнемарх, культивирующий основную технику Клана Песни Мицелия! — ее слова звучали как торжественное объявление. — Одного из сильнейших кланов на всем континенте!

Она шагнула вперед, смотря на Астара сверху вниз.

— То, что опасно для вас, — ее голос стал резким и язвительным, — ноксули из какого-то захолустного клана, — для меня пустяки!

В ее глазах плясало высокомерие, когда она почти выкрикнула последнее:

— Попутешествовали по континенту, поработали авантюристом — и уже зазнались! Даже смеете читать лекции мне — гению!

Ее слова прозвучали дерзко и вызывающе, но в этой браваде угадывалась та же импульсивность, что и раньше — хрупкая оболочка, за которой все еще скрывалась неопытная избалованная девушка.

Астар спокойно посмотрел на нее, не ощущая ни малейшей обиды. В его глазах не было ни злости, ни раздражения — лишь мягкая, почти снисходительная улыбка.

Он прекрасно понимал, что перед ним стояла не злая и жестокая личность, а просто разбалованная, капризная "принцесска", не привыкшая к тому, что с ней разговаривают на равных. В ее словах сквозило не высокомерие силы, а скорее беспомощная попытка удержать привычный для нее мир, где ее мнение всегда было последним.

"Это нормально," — мысленно отметил Астар, слегка качнув головой. "По характеру она еще ребенок. Но в ресторане я видел в ней и другое — живой интерес, искру настоящего любопытства. Просто ей пока никто не показал, что мир — это не сцена, где она всегда главная."

Он перевел взгляд на Старейшину Муреуса. Тот сидел, нахмурив брови, и хотя его лицо оставалось строгим, в глазах читалась легкая тень разочарования. Было видно — он до последнего пытался не вмешиваться, но поведение внучки расстраивало его.

Астар же улыбнулся чуть шире и, глядя прямо в глаза старику, произнес спокойным, уверенным тоном:

— Старейшина, могу ли я показать вашей внучке, почему нужно быть более осторожной?

На мгновение зал погрузился в тишину. Старик замер, словно внутри него шла борьба — желание вновь прикрыть внучку от всего на свете столкнулось с осознанием, что так дальше продолжаться не может.

Наконец он медленно кивнул.

Астар перевел взгляд обратно на Мирциллу и мягко, почти дружески произнес:

— Мы с вами примерно одного возраста. Я тоже Синий Мнемарх. — он сделал паузу, позволив словам осесть, и добавил чуть серьезнее: — Но вы правы — в отличие от вас, я действительно не из богатого и влиятельного рода…

И как только прозвучали эти слова, пространство словно дрогнуло.

— Ду-ДУУУМ!

Со взрывом ауры из тела Астара вырвалась черная энергия. Она закрутилась вокруг него, покрывая его тело клубами мрачного пламени, а по телу разлились татуировки — черные, словно выжженные в самой плоти. Каждая из них дышала чуждой силой, и от одного их вида по коже пробегал холод.

Аура была настолько ужасающей, что у Мирциллы мгновенно перехватило дыхание. Ее глаза широко раскрылись, а сердце пропустило удар — перед ней будто предстал не ноксули, а демон из преисподней.

Но это было только началом.

Внезапно аура Астара вновь взорвалась, возносясь на новую ступень.

— ДУУУМ!

Внутри его тела пробудилась Душа Гнева — и мрак вокруг стал гуще, плотнее, словно сама тьма мира собралась, чтобы стать его оружием. От этой силы воздух в зале задрожал, а каменный пол под ногами затрещал от давления.

Мирцилла попятилась на шаг, сама того не осознавая. Ее гордая бравада рассыпалась, словно сухие листья под бурей.

Астар же медленно сделал шаг вперед. Потом еще один. Его взгляд оставался спокойным, но сама поступь несла в себе угрозу — он приближался, как хищник, которому нет нужды спешить, ведь добыча уже загнана в угол.

Даже Старейшина Муреус, обладавший стальной выдержкой, нахмурился, впервые за долгое время позволив себе проявить серьезность. Его пальцы слегка сжались на подлокотниках трона, а в голове пронеслась мысль:

"Так вот какова сила наследника Пожирателя Скверны. И это только уровень Синего Мнемарха... Удивительно…"

Зал погрузился в гнетущую гул, перебиваемый лишь шагами Астара и едва слышным треском камня под давлением его ауры.

Мирцилла задрожала так сильно, что ее плечи мелко тряслись, а пальцы вцепились в рукав платья. В ее глазах впервые не осталось ни капли бравады — только ужас, глухой и леденящий, сковавший каждую клеточку тела.

— Д-дедушка… — ее голос прозвучал срывающимся шепотом, переходящим в жалобный вскрик. — Сделай что-нибудь…

Она инстинктивно попыталась отступить еще на шаг назад, но не смогла. Аура Астара снова дрогнула — и на этот раз разлилась по залу новым, куда более жутким оттенком.

— ДУУУУМ!

Он активировал Душу Страха.

И в тот же миг тело Мирциллы сковало, словно ее пронзили тысячи ледяных игл. Ее ноги предательски застыли, а дыхание перехватило. Попытка отойти назад захлебнулась в зародыше — нога замерла на полпути, будто вросла в камень.

Совсем недавно он был тем самым добрым мужчиной, что в ресторане смеялся и рассказывал истории о путешествиях… Но сейчас перед ней был монстр. Хищник, которому не нужно было кричать или грозить — сама его аура ломала волю и лишала сил.

Астар шагал к ней медленно, не спеша — и в этом было куда больше ужаса, чем если бы он бросился рывком.

Когда расстояние почти исчезло, он протянул руку и мягко, но властно положил ладонь на ее плечо. Его пальцы будто обожгли ее кожу сквозь ткань, а красные зрачки впились прямо в глаза, заставив Мирциллу ощутить, словно он заглядывал в самую ее душу, выискивая там слабость.

Его голос прозвучал спокойно и размеренно, каждое слово — словно приговор:

— Если собираетесь путешествовать вне Споралиса, первое, чему нужно научиться — держать язык за зубами и никого не оскорблять.

Он слегка поправил складку ее одежды у горла. Движение вышло нарочито неторопливым, почти интимным — и в то же время показывало, что он мог бы сделать с ней все, что угодно.

— В Споралисе вам разрешено быть ребенком, — продолжил он тем же ровным голосом, — но снаружи мир совсем иной. Именно поэтому ваш дедушка хочет, чтобы вы покинули Споралис и научились себя контролировать.

Его ладонь скользнула чуть выше и остановилась у ее шеи, пальцы легли так, словно это был клинок, готовый одним движением перерезать глотку.

— Если бы я не был вашим союзником, — тихо произнес Астар, наклоняясь чуть ближе, — а вашего многоуважаемого дедушки не было рядом… Вы бы уже были мертвы.

Каждое слово обрушилось на нее тяжестью, а от страха все звуки будто бы стерлись из реальности.

В тот же миг воздух содрогнулся от гулкой пульсации, будто само пространство сделало глубокий вдох. И вся аура Астара разом рассеялась. Черное пламя исчезло, татуировки растворились в коже, и с ним будто ушла вся эта нечеловеческая угроза.

— Кгаах! — втягивая воздух, Мирцилла обмякла и рухнула на пол.

Ее колени дрожали, дыхание сбилось, и она жадно хватала ртом воздух, покрываясь холодным потом. Каждое движение выдавалось ей с трудом, словно с плеч свалили целую гору.