Все грядущие дни (Новелла) Том 1 Глава 1

~9 мин. чтения · 2,145 слов

Все грядущие дни (Новелла)

К Марсу

После тысячелетий развития на Земле, когда человечество достигло заметного уровня, началось его политическое объединение и постепенное освоение Марса. Хотя технологии для колонизации этого нового мира уже существовали, политические споры, смена приоритетов и явная инерция властей, удобно устроившихся на Земле, значительно замедлили этот процесс. Только когда риски стали очевидны, и земная среда начала уступать под натиском двенадцати миллиардов индустриализированных душ, человечество наконец взялось за эту важную задачу. На протяжении десятилетий путешествие к Марсу, а затем и его колонизация представлялись быстрыми и относительно легкими делами, сложными, но выполнимыми в короткие сроки. Однако, когда дело дошло до реализации, оказалось, что это совсем не так. Все должно было происходить постепенно, шаг за шагом. Атмосферная бомбардировка генетически измененными микробами, на протяжении цикла, длившегося столетия, медленно создавала пригодную для дыхания атмосферу. Затем несколько фрагментов комет были сбиты с орбиты, чтобы образовались моря и океаны — вода. Когда ожидание наконец закончилось, были завезены остатки земной флоры и фауны в виде специально модифицированных марсианских вариантов. Лишь после того, как все было готово, люди пришли со своего перенаселенного мира. Они прибыли на одноразовых кораблях; спускаемые аппараты и атмосферные планеры, доверху набитые колонистами, спящими с мечтой о новом начале. Первые шаги на Марсе сделали не астронавты, а босоногие дети по синтетической траве.

Марсианские Американцы

На протяжении нескольких сотен лет Марс оставался на втором плане; процветающий, но все еще тусклый по сравнению с сиянием Земли, которая блистала ярче, чем когда-либо. Благодаря перемещению на Марс отраслей промышленности, требовавших значительных экологических ресурсов, Земля смогла восстановить свои силы, не нанося ущерба своей измученной биосфере. Это было время Земного Процветания; кульминационный момент экономического, культурного и социального развития на старой Земле. Однако это не могло продолжаться вечно. Подобно постепенному отделению Америки от метрополии, правительства Марса разработали новую систему марсианской самоидентификации. Они стали жителями Марса, американцами по духу. Различие между Землей и Марсом было не только политическим. Смена нескольких поколений в условиях меньшей гравитации придала телам новых американцев удлиненные, гибкие очертания, которые выглядели бы нереальными в их родном мире. Это, в сочетании с некоторым уровнем генной инженерии, вывело отличия марсиан на новый уровень. На какое-то время молчаливый раскол между двумя планетами был взаимно признан, и баланс сил находился в шатком равновесии. Но марсианско-земная ничья не могла длиться вечно. Обладая безграничными ресурсами и энергичным населением, Марс просто обязан был взять инициативу в свои руки.

Гражданская ВойнаКак ожидалось, отступничество марсиан могло бы произойти двумя способами: либо путём долговременных экономических достижений, либо намного более коротким, но болезненным путём вооружённого конфликта. На протяжении почти двухсот лет первый метод, казалось, был эффективным, но этот постепенный процесс был в конечном счёте прерван самым разрушительным образом. Практически с самого момента своего установления марсианская культура была наполнена явственно звучащей темой восстания против Земли. Песни, фильмы и ежедневные публикации повторяли эти понятия вновь и вновь, пока они не были усвоены. Земля была старым, замшелым домом, который сдерживал человечество, тогда как Марс был новым; динамичным, активным и изобретательным. Марс был будущим. Эта идеология в конечном счете достигла своей полупараноидальной революционной кульминации. Примерно через тысячу лет с наших дней марсианские нации запретили всю несущественную земную торговлю и путешествия. Для Земли это было смертным приговором. Без ресурсов и промышленности Марса Земное Процветание быстро стало бы жалким подобием своей прежней славы. Поскольку торговля важными товарами продолжалась, никто не должен был голодать. Но для каждого гражданина Земли марсианский бойкот означал потерю до трёх четвертей его ежегодного дохода. У Земли не было иного выбора, кроме как востребовать назад свои прежние привилегии, а если необходимо, то и взять их силой. Столетия спустя после своего политического объединения Терра готовилась к войне. Большинство мыслителей (и фантастов) прошлых времён воображало межпланетную войну как великолепный, быстро развёртывающийся спектакль с участием массивных космических кораблей, сильных одиночек и героев, успевающих всё сделать в последнюю минуту. Но никакая фантазия даже близко не стояла к правде. Война между планетами была медленной, изматывающей серией точно рассчитанных ударов, которые вызывали разрушения библейских масштабов. Большую часть времени воюющие стороны даже не видели друг друга. Мало того, большую часть времени воюющих сторон вообще не было. Война стала дуэлью между сложными автономными машинами, запрограммированными на то, чтобы наносить максимальный ущерб противнику, пытаясь закрепиться на позициях хотя бы немного дольше. Такой конфликт причинил ужасающие разрушения обеим сторонам. Фобос, одна из лун Марса, был взорван и обрушился вниз, словно метеоритный дождь. Земля получила ответный удар, который убил третью часть её населения. Едва избегнув вымирания, народы Земли и Марса заключили мир и вновь образовали объединённую солнечную систему. Это стоило им более восьми миллиардов жизней.

Звёздный НародВыжившие пришли к соглашению о необходимости коренных преобразований, которые гарантировали бы, что такая война никогда не произойдёт вновь. Проводимые реформы были настолько всеохватными, что повлекли за собой не только политические и экономические, но также и биологические изменения. Одним из самых больших различий между людьми обеих планет оказалось то, что по прошествии некоторого времени они почти стали различными видами. Считалось, что солнечная система никогда не сможет полностью объединиться, пока это расхождение не будет преодолено. Решением проблемы был бы новый подвид человека, одинаково и лучше приспособленный не только к жизни на Земле и Марсе, но также и к условиям сред обитания, терраформированных позднее. Кроме того, эти существа виделись с превосходящим размером мозга и более развитыми способностями, что превращало их в нечто большее, чем просто сумма их предшественников. В обычных условиях было бы трудно убедить некоторую часть населения сделать выбор между принудительной стерилизацией и воспитанием вновь созданной расы более высокоразвитых существ. Однако воспоминания о войне были всё ещё болезненно ясными, и вслед за такой резнёй оказалось проще осуществить эти радикальные процедуры. Любое сопротивление рождению нового вида не выходило за рамки скудных жалоб и простых забастовок. На протяжении всего лишь нескольких поколений вновь возникшая раса начала доказывать свою состоятельность. Организованные как единое государство, при помощи военных технологических разработок они быстро терраформировали и колонизировали Венеру, астероиды и луны Юпитера и Сатурна. Вскоре, однако, даже область, где главенствовало Солнце, стала слишком мала. Новые люди, унаследовавшие её, хотели идти дальше, в новые миры под далёкими звёздами. Они должны были стать Звёздным Народом.

Колонизация и механические Эдиповы комплексы. Даже для Звёздного Народа межзвёздные перелёты представляли собой грандиозную задачу. Мыслители прошлого отвернулись от этой проблемы, и фантазии вроде сверхсветовых скоростей и гиперпространства стали их единственными «решениями».Проще говоря, взять на борт большое количество людей с достаточными припасами для экспедиции даже к ближайшей звезде, чтобы колонизация стала возможной, было нереально. Существующие технологии позволяли лишь ползти со скоростью, составляющей ничтожные доли от скорости света, превращая путешествие в настоящую эпопею.Были задуманы и даже построены огромные «корабли поколений», но эта идея не получила развития из-за технических трудностей или анархии на борту после нескольких циклов смены поколений.Решением стало прибытие в новые миры, а затем создание колонистов. Именно на этом этапе к звёздам были отправлены быстрые и небольшие автоматические корабли. На борту них находились полуразумные машины, запрограммированные на репликацию и терраформирование места назначения, а также на «конструирование» его обитателей из имеющегося на борту генетического материала.Однако эти попытки омрачались своеобразной проблемой. Первое поколение людей, созданных таким образом, иногда развивало странную привязанность к машинам, сотворившим их. Они отвергали собственный вид и погибали после всеобъемлющего кризиса самоидентификации, последовавшего за этим.Сам по себе подобный технологический «эдипов комплекс» не был чем-то из ряда вон выходящим: из-за него провалилась почти половина всех попыток основания колоний.Но даже при этом оставшейся половины оказалось достаточно, чтобы заселить принадлежащий лишь Человечеству спиральный рукав галактики.

Лето Человечества.Сразу после колонизации галактики Человечеством начался его первый настоящий золотой век. Взращённые механическими пророками, выжившие после «Эдиповой чумы» построили цивилизации, которые сравнились с их предшественниками из Солнечной системы и даже превзошли их.Это расселение по небесам не означало потери единства. В космосе устойчивые потоки электромагнитных коммуникаций связали миры Человечества настолько эффективно, что не было ни одной колонии, которая не знала бы о шагах своих отдалённых родичей.Свободный приток информации, помимо прочего, подразумевал значительно ускоренный темп технологического роста. Если что-то не могло быть создано в одном мире, помогал другой, и любые новые прорывы быстро становились известны всем в царстве, раскинувшемся на световые века.Неудивительно, что уровень жизни поднялся до ранее невообразимых высот. Хотя это, конечно, не означало галактической утопии, можно справедливо утверждать, что люди колонизированной галактики жили жизнью, в которой труд, как физический, так и умственный, был сугубо принудительным явлением.Благодаря богатству космоса и усиленной работе машин каждый человек имел больше доступа к материальным и культурным благам, чем некоторые нации сегодняшнего дня.На протяжении всего этого развития наблюдалось любопытное явление. Хотя инопланетная жизнь у звёзд была обильной, никто не обнаружил никаких признаков истинного разума.Некоторые приписали это его общей редкости, тогда как другие видели здесь не более чем божественное вмешательство, вновь возрождая религии.Независимо от теоретических построений, один вопрос чётко и ясно оставался без ответа. Что на самом деле произойдёт, если человечество когда-нибудь столкнётся в космосе с цивилизацией, равной ему или превосходящей его?

Огромное значение раннего предупреждения сигнализировало человечеству, что оно, возможно, не одиноко. На недавно колонизированном мире инженеры наткнулись на останки загадочного существа, которое можно было узнать сразу, потому что оно имело все признаки земных животных на чужой планете. Справедливо названные Panderavis pandora, колоссальные ископаемые останки принадлежали птицеподобному существу с чудовищными когтями. Позднее исследование показало, что это был высокоспециализированный теризинозавр, относящийся к ветви травоядных динозавров, вымерших на Земле миллионы лет назад. В то время как любое другое крупное наземное животное в этом колонизированном мире обладало тремя конечностями, скелетной системой на основе медных соединений и гидростатически управляемой мускулатурой, Panderavis был типичным земным позвоночным с костями, богатыми кальцием, и четырьмя конечностями. Его находка там была столь же маловероятной, как обнаружение инопланетного существа в отложениях самой Земли. Для некоторых это стало неопровержимым доказательством божественного творения. Религиозный всплеск, который изначально подпитывало очевидное одиночество человечества в небесах, усилился ещё больше. Другие рассматривали это иначе. Panderavis показал людям, что в галактике в целом присутствовали сущности, достаточно могущественные, чтобы посетить Землю, взять оттуда животных и приспособить их к инопланетному миру. Если учесть время образования самих окаменелостей, то таинственные существа были на целые тысячелетия старше человечества, когда были способны на такие действия. Предупреждение было очевидным. Нельзя было сказать наверняка, что случится, если человечество внезапно столкнётся с этой цивилизацией. Разумеется, дружеский контакт оказался бы предпочтительнее, и его даже ожидали, но вполне оправданно быть готовыми к любому исходу событий. Человечество ещё раз начало тихо изготавливать и запасать оружие, на сей раз обладающее потенциалом межпланетного масштаба. Были созданы ужасные устройства, способные превращать звёзды в сверхновые и разрушать целые солнечные системы. К сожалению, так получилось, что даже эти приготовления в нужное время оказались неэффективными.

Первый контакт неизбежно должен был случиться. Галактика, не говоря уже о Вселенной, была просто слишком большой для того, чтобы лишь единичный вид достиг разумного состояния. Какая-либо задержка контакта означала только усиление возможного столкновения культур. В случае с человечеством это «столкновение культур» означало полное исчезновение человечества в том виде, в котором оно было известно. Почти миллиард лет инопланетный вид, известный как Ку, был галактическими кочевниками, странствующими из одного спирального рукава в другой; их миграции охватывали целые эпохи. Во время путешествий они постоянно улучшали и изменяли самих себя, пока не стали мастерами генетических и нанотехнологических манипуляций. Вкупе с этой способностью управлять материальным миром, они возложили на себя религиозную миссию «переделать вселенную так, как они считали наилучшим». Могущественные, словно боги, Ку видели себя божественными предвестниками будущего. Эта догма коренилась в том, что было великодушной попыткой защитить расу от её собственной мощи. Однако слепое, безропотное повиновение сделало из Ку чудовищ. Для них человечество, со всей его относительной славой, было не более чем объектом, поддающимся изменениям. Прошло менее тысячи лет, и каждый человеческий мир был разрушен, истреблён или, что ещё хуже, изменён. Несмотря на лихорадочное перевооружение, колонии не смогли ничего сделать против своих противников возрастом в миллиард лет, кроме нескольких вспышек эфемерного сопротивления. Человечество, некогда правитель звёзд, теперь вымерло. Однако люди не вымерли.

Человеческие миры были уничтожены. Терраформированные райские сады казались Ку странно пустыми. Часто не существовало никакого другого доступного материала, кроме людей, их городов и нескольких основных экологических ниш, населённых генетически изменёнными животными и растениями с Земли. Это произошло потому, что люди в первую очередь полностью уничтожали изначальную инопланетную экологию. Оскорблённые тем, что другая раса осмелилась переделывать вселенную, Ку решили наказать этих «неверных», используя их как строительные материалы для воплощения своего видения мира. Хотя это привело к полному уничтожению человеческого сознания, это же обстоятельство одновременно спасло вид, сохранив его генетическое наследие в несметном числе странных новых форм.

В течение сорока миллионов лет Ку безраздельно властвовали в мирах нашей галактики, населённых эрзац-людьми, теперь в любом облике – от диких животных и домашних любимцев до генетически изменённых инструментов. Они воздвигли монументы высотой в километр и изменили поверхность целых миров, очевидно, по своей прихоти. Однажды они улетели так же внезапно, как и появились. Для них существовал лишь бесконечный поиск, и они не остановятся, не смогут остановиться, пока не пронесутся через весь космос.

После себя Ку оставили тысячу миров, каждый из которых был заполнен причудливыми существами и экологиями, которые когда-то были людьми. Большинство из них погибло сразу после того, как оказалось брошенным своими опекунами, другие продолжали существовать немного дольше, чтобы стать жертвой продолжительного периода нестабильности. В немногих совершенных мирах потомки людей действительно сумели выжить. В них и воплотилась судьба вида, ныне разделённого и дифференцированного до неузнаваемости.