Вторая жизнь хирурга Том 1 Глава 252

~7 мин. чтения · 1,774 слов
Ранее в Вторая жизнь хирурга...
Ду Чжин, осознав разницу в возможностях между ним и выходцами из знатных родов, ищет способ заработать на улучшение своих навыков. Он видит объявление о наборе в Павильон Белого Цилиня, который предлагает хорошие условия и льготы на посещение Города Боевой Практики. Тем временем Павильон Белого Цилиня под руководством Чин Чхонхи стремительно расширяет своё влияние, привлекая всё больше воинов благодаря выгодным условиям и амбициозным планам, в то время как наставник Чегаль Лин готовится к созданию новой боевой силы.

Чин Чхонхи усердно трудился над написанием очередной книги.

Рядом находился Чегаль Лин, наблюдая за своим учеником, пока неспешно потягивал кипящий отвар.

«Стандартизированные боевые искусства. Регулярно выдаваемые духовные лекарства. Системная подготовка. Индивидуальность каждого воина неизбежно придётся немного приглушить. Зато объединённая сила позволит давить числом и масштабом. Полагаю, именно этим нам теперь и предстоит заниматься», — размышлял Чегаль Лин.

В глазах Чин Чхонхи на мгновение промелькнул голубой свет.

«Это уже больше похоже на армейский подход, нежели на подход мурима», — подумал Чин Чхонхи.

«Верно. Ничего принципиально нового», — согласился Чегаль Лин.

«И всё же в деталях отличий немало», — добавил Чин Чхонхи.

Шурх-шурх.

Его кисть без остановки скользила по бумаге.

Этим Чин Чхонхи занимался снова и снова с того самого дня, как прибыл в Павильон Белого Цилиня.

Он переводил современную хирургическую медицину на язык и в реалии мурима.

Иными словами — он писал медицинские трактаты по хирургии.

«Мы ведь не армия, а лечебный павильон. Да и люди у нас слишком разные: одни приходят через Фонд Белого Дракона, другие — свободные наёмники, телохранители, бывшие охранники. Полностью под одну гребёнку их не подгонишь, поэтому различия в подготовке всё равно придётся сохранять», — пояснил Чегаль Лин.

«Управление не развалится?» — спросил Чин Чхонхи.

«Мы расширяем и административный штат. Не беспокойся. Всё идёт хорошо», — успокоил наставник.

Чин Чхонхи кивнул.

Со стороны это выглядело как обычная беседа наставника и ученика, но на деле картина была довольно странной.

Сам Чин Чхонхи почти ничего не знал о внутреннем управлении организацией, а Чегаль Лин шаг за шагом вводил его в курс дела.

Если бы это увидели четыре главы подразделений, хорошо знавшие Божественного Врача Белого Цилиня, они бы удивились не меньше.

Человек, который обычно держал всё при себе, уже одним тем, что настолько подробно обсуждал дела, делал нечто беспрецедентное.

«Итак, Хи. До какого объёма ты намерен довести медицинские труды?» — спросил Чегаль Лин.

«Думаю, я уже записал примерно семь десятых того, что знаю», — ответил Чин Чхонхи.

Наставник кивнул.

«Оставшиеся три десятых нельзя показывать посторонним?» — уточнил он.

«Отчасти. Но есть и вещи, которые люди просто не поймут, даже если я их покажу», — пояснил Чин Чхонхи.

Ещё при жизни Чин Чхонхи на Земле в анатомии продолжали появляться новые открытия.

То объявляли о новом органе под кожей и поднимали шум во всём научном мире.

То находили лимфатические сосуды в оболочках мозга, получая ещё одну зацепку в исследованиях болезни Альцгеймера.

Он записывал всё медицинское знание, которое мог вспомнить, но не был уверен, сколько из этого вообще смогут осмыслить люди нынешней эпохи.

«А знания о трансплантации органов пока и передавать нельзя».

Даже в современном мире вокруг пересадки органов хватало мошенничества и преступлений. Что уж говорить о сословном обществе здесь.

Какой-нибудь влиятельный клан мурима ради спасения собственного ребёнка не остановится ни перед чем.

Кто-то начнёт продавать органы ради денег, чтобы прокормить семью.

А кто-то, чего доброго, станет специально выращивать детей как убийц — только уже не для ремесла, а на органы.

Поэтому две категории знаний он сознательно исключил, а всё остальное постепенно превращал в полноценные медицинские книги.

Основы хирургии уже пустили корни в Павильоне Белого Цилиня.

Теперь оставалось ждать, пока со временем этот росток превратится в огромное тысячелетнее дерево.

«В любом случае основное почти закончено. Когда ещё систематизирую всё как следует, станет намного проще учить лекарей Павильона. Наставник, вы ведь всё поняли?» — спросил Чин Чхонхи.

Чин Чхонхи поднял книгу и подул на свежие чернила.

На лице Чегаль Лина появилось лёгкое затруднение.

«Содержание я запомнил целиком. Но сказать, что понял абсолютно всё, не могу», — ответил Чегаль Лин.

«Вы?» — удивился Чин Чхонхи.

«Слишком многое расходится с медициной, которую я знал прежде. Нужно время, чтобы разложить всё по полкам. Впрочем, общую систему я уже начинаю понимать… Значит, на сегодня с работой закончил?» — спросил Чегаль Лин.

«Теперь обход палат. Вы же сами знаете…» — ответил Чин Чхонхи.

Дни Чин Чхонхи были расписаны буквально по минутам.

На рассвете — тренировка боевых искусств.

До утра — работа над медицинскими книгами.

С началом рабочего дня — обход пациентов и проверка их состояния.

А между всем этим ещё постоянно возникали экстренные случаи.

«Зато с книгами я перевалил через большую гору. С завтрашнего дня появится немного свободного времени. Но почему вы спрашиваете, закончил ли я? Вы же мой распорядок знаете», — спросил Чин Чхонхи.

Наставник ответил:

«Хм. Недавно пришло письмо. Один весьма крупный человек попросил нас принять пациента».

Крупный человек.

Из уст наставника подобное определение звучало нечасто.

В главный павильон и без того приезжали главы школ, старейшины и высокие чиновники.

Каким бы влиянием человек ни обладал, пока он остаётся существом из плоти и крови, однажды всё равно заболеет.

И тогда захочет использовать всю свою власть, чтобы во что бы то ни стало найти лучшего лекаря.

Павильон Белого Цилиня, Павильон Хваджу, а у еретических и демонических сил — Павильон Хыкчон.

Люди такого уровня стремились попасть в один из этих трёх главных медицинских центров.

Если даже Чегаль Лин назвал кого-то «крупным человеком», значит, фигура и правда была серьёзная.

«Похоже, пациент очень… особенный», — заключил Чин Чхонхи.

С использованием современного термина — VIP-персона.

Такие пациенты делали огромные пожертвования.

Эти средства шли на поддержание Павильона и на благотворительные цели.

В определённом смысле эта система была схожа с современными земными больницами, особенно с американскими.

«Когда-то мы уже соперничали с Павильоном Хваджу за княгиню Чу».

Наставник спокойно продолжил:

— Жалобы касаются в первую очередь ухудшения слуха и головокружения.

— А-а…

Эти два симптома могли указывать на множество причин.

Однако, если человек такого статуса достиг главного павильона, это означало, что его личные целители оказались бессильны.

Следовательно, болезнь, вероятно, была серьёзной.

— В письме интересуются, сможем ли мы обеспечить исцеление. Проблема в другом: нас хотят спровоцировать на соревнование.

— Соревнование?

— Они этого даже не скрывают. Между нами и Павильоном Хваджу будет выбран тот, кому доверит лечение. Если мы справимся, награда будет весьма значительной.

Большинство лекарей, получив такого клиента, несомненно, немедленно стали бы уверять в своём полном успехе.

Чин Чхонхи, напротив, нахмурился.

— Как можно что-либо обещать, пока я не осмотрю пациента?..

Снижение слуха и головокружение.

Для общего практика, как он, это не являлось профильной сферой.

«Здесь нужен ЛОР. Хотя… какой ЛОР в этом мире? Никакого. Точно, никакого».

Он хорошо разбирался в основах, несколько раз участвовал в совместных лечебных процедурах.

Но не более того.

Естественно было испытывать беспокойство, не будучи специалистом в этой области.

— Павильон Хваджу уверен в своих силах, — заметил Чегаль Лин.

— У них есть какой-то специалист по болезням уха, горла и носа?

«Вот бы кроме меня сюда ещё какой-нибудь врач попал, хотя бы ординатор по ЛОР…»

Чин Чхонхи всё ещё питал надежду, что однажды с неба начнут падать врачи нужных специальностей.

Обычно он мечтал об ортопеде. Но прямо сейчас ему отчаянно требовался оториноларинголог.

— …Я совершенно не понимаю, о чём ты. Они сказали, что если пациента доверят им, они попробуют исцелить его отварами.

«Да. Реальность сурова».

Но отвары?

«Хм… Может, у местной медицины действительно есть какой-то метод? Или они просто хотят заполучить VIP и поэтому разбрасываются громкими обещаниями?»

В медицине мурима встречались явления, которые современная наука не могла объяснить. Особенно в плане естественного восстановления организма, местные методы временами творили чудеса.

Даже на Земле XXI века известны случаи, когда пациенту с обморожением, которому уже собирались ампутировать конечность, помогало иглоукалывание.

А медицина мира мурима порой заходила ещё дальше.

— Неважно, мы или Павильон Хваджу. Самое главное — здоровье пациента. Надеюсь, болезнь вообще поддаётся исцелению.

— Ха-ха-ха. Пожалуй, во всей Поднебесной только ты способен так говорить, когда на кону стоит пациент такого уровня.

Наставник тихо рассмеялся, будто не знал, что ему делать с этим человеком.

— В любом случае пациент прибывает уже завтра. Сначала он посетит Павильон Хваджу, а затем приедет к нам.

Взгляд Чин Чхонхи мгновенно стал более холодным.

— Значит, там подходящего лечения не нашли.

— Именно. «Соревнование» — лишь способ подстегнуть наше с Хваджу самолюбие. На деле за этим наверняка кроется какая-то другая причина.

На Земле тоже было немало врачей, работавших ради славы. Похоже, кто-то решил сыграть на этом.

Так поступает не воин — так действует политик.

— В любом случае… сначала нужно осмотреть пациента.

Ему не нравилось всё это дело, но жизнь пациента была важнее.

Если ничего серьёзного — выпишет лечение и отправит домой.

Хотя, раз человек добрался до них, Чин Чхонхи сомневался, что всё окажется просто.

***

На следующий день, после полудня, к Павильону прибыла внушительная процессия.

Тридцать телохранителей и двадцать слуг сопровождали одного пациента.

Один больной — пятьдесят человек свиты.

Одно это уже производило гнетущее впечатление на окружающих.

Чин Чхонхи, укрывшись за краем крыши, издали наблюдал за процессией, доедая рисовый колобок.

«Говорили, это внучка чедок-тхэгама?»

Чедок-тхэгам — это бывший евнух и глава Восточного ведомства.

По слухам, во дворец он попал ещё в детском возрасте.

А затем, в ходе ожесточённой борьбы за трон, он с поразительной проницательностью выбрал правильную сторону и проник в самый центр власти.

Причём он служил нынешним императорам-близнецам ещё тогда, когда их никто не воспринимал как реальных претендентов.

Когда все вокруг считали ставку безнадёжной, лишь он один настаивал: «Этот выбор сработает! Обязательно сработает!»

И дело было явно не только в расчёте на будущего императора.

Когда-то, спасая близнецов, он потерял одну руку.

Иначе как преданностью это трудно объяснить.

В самые трудные для них времена он оказался единственным евнухом, который без колебаний отдал ради них свою руку.

С чего бы им после этого его не любить?

Когда императоры взошли на престол, этот евнух стал воплощением государева доверия — буквально его правой рукой и сердцем.

Позднее император даровал ему фамилию, а сам он усыновил мальчика и девочку, вырастив их.

Хотя собственных детей иметь не мог, обоих приёмных он любил как родных. В Империи эту историю даже рассказывали как пример семейной добродетели.

«И теперь его внучка — моя пациентка… Да уж, это действительно весьма влиятельная персона».

Если он питал такую любовь к детям, насколько же он должен был ценить свою внучку?

Даже существовала известная история, гулявшая по столице, о том, как он носил её на спине ещё до того, как она научилась ходить.

«Однако все эти добрые истории вовсе не означают, что чедок-тхэгам — человек мягкий или добрый. Все примерно представляют, сколько тёмных дел он провернул в тени, пока императоры ещё боролись за власть».

Кровавые чистки, тайные заговоры, сложные интриги.

Независимо от того, насколько сильна была его любовь к семье, чедок-тхэгам оставался древним чудовищем императорского двора.

Любовь к своим близким — это одно.

Борьба за власть — это совершенно другое.

«Это абсолютно иной мир».

Чин Чхонхи отправил последний кусочек рисового колобка себе в рот и стряхнул крошки с рук.

«С обедом кое-как разобрался».

Теперь оставалось лишь симулировать, будто ему только что доложили, поспешить, соблюсти все формальности церемониала и встретить пациентку.

Именно в этот момент один из лекарей низшего ранга отчаянно позвал Чин Чхонхи.

***

Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»

Прочитать главы раньше всех уже можно на бусти: https://boosty.to/domnekromanta/posts/e2321732-a03c-4284-9f0e-58858bb339df?share=success_publish_link

Телеграм (новости, анонсы, эксклюзивы): https://t.me/domnekromanta

Наш бот, там можно подключить уведомления о выходе новых глав на ваши любые тайтлы: @domnekromanta_bot

Читать раньше всех на бусти: https://boosty.to/domnekromanta