Выживая в игре за варвара (Новелла) Том 1 Глава 192 Бифрон (2)

Лафдония.

Когда-то это было всего лишь одно владение. Но после конца света сюда стеклись выжившие со всего континента, и оно превратилось в последнюю обитель человечества — единственную крепость в мире.

Эта крепость состояла из четырнадцати городских районов.

Прежде всего — 1-й район, столичный Карнон.

Там жили королевский дом, знать и прочие власть имущие. Главная особенность этого места заключалась в том, что простолюдин без особого разрешения не мог даже ступить туда.

Районы со 2-го по 5-й — Коммельби.

Торговый сектор, который обычно называли Свободным рынком.

Он располагался у внешней части столицы, и все мастера, достойные своего звания, как и все по-настоящему прибыльные лавки, стекались именно туда.

Районы с 7-го по 13-й — Лабигион.

Самая обширная часть города, где жило ни много ни мало семьдесят процентов населения.

Общей чертой этих районов было то, что в каждом из них находилась площадь измерений, где раз в месяц открывался портал.

И наконец — 14-й район, Бифрон.

Он сильно отличался от 6-го района, Ноумтри, который ещё при проектировании города выделили в особую зону.

Когда-то он считался частью Лабигиона, но теперь был объявлен закрытой территорией — до такой степени, что оттуда исчезла даже площадь измерений.

*др-р-р-р*

Тяжёлые ворота распахнулись.

Чтобы впустить ещё одного заключённого.

— Чего встал? Заходи.

— …И это всё?

— Тебе ведь уже всё объяснили по дороге. Пока не пытаешься сбежать — делай что хочешь.

Рыцарь, доведший меня сюда, будто и секунды лишней не хотел здесь оставаться, сразу отвернулся.

*бум*

Вскоре ворота захлопнулись, и только тогда я обернулся и осмотрелся по сторонам.

— Лагерь, значит…

И правда, место с таким прозвищем с самого воздуха ощущалось не так, как обычные городские районы.

Если бы мой 7-й район бросили без присмотра лет на сто, он выглядел бы примерно так?

Старые здания разваливались — за ними явно никто не следил. Наружные стены были заляпаны грязью и исписаны каракулями.

На улицах дело обстояло не лучше.

Кучами валялись какие-то обломки, хлам, строительные остатки.

«Чёрт. И мне тут двадцать дней торчать?»

Стоять истуканом у ворот тоже было бессмысленно, поэтому я просто пошёл куда глаза глядят.

Со всех сторон на меня косились настороженные взгляды.

Это были взгляды местных — тощих, в обносках, с костями, проступающими сквозь кожу.

Хотя нет.

Правильнее будет сказать — заключённых?

Я хмыкнул.

Почему-то меня это даже развеселило.

Интересно, как бы повёл себя здесь Ли Хансу, обычный современный человек из двадцать первого века?

Да он бы, наверное, сжался от одних только этих взглядов.

В них было не просто недоверие к чужаку — в них читалась жадность. Он бы и слова не смог вымолвить, только судорожно искал бы, куда спрятаться.

Но…

— Чё вылупились?

Сейчас я был не тем Ли Хансу.

Сейчас я — варвар этого мира, двухметровый громила в тяжёлом доспехе.

Даже если бы на меня навалились несколько десятков таких дохляков, я бы за пару минут превратил их в кровавую кашу.

— Бехел-ла-а-а-а-а-а!

С этой уверенностью я вдобавок ещё и активировал 「Всплеск Дикости」. Те, кто до этого прятался и наблюдал за мной, тут же опустили глаза, словно привидение увидели, и поспешили дальше по своим делам.

— Да спокойно! Не сожру!

Глядя им вслед, я нарочито громко расхохотался и пошёл дальше.

— Он чего это вдруг заорал?..

— …Раз уж дополз сюда, вряд ли он нормальный.

— Псих какой-то. Лучше к нему не лезть.

Обрывки этих разговоров то и дело долетали до меня.

Именно такой реакции я и добивался.

Меньше всего мне хотелось, чтобы ко мне слетелись лишние мухи.

«Хех. Прямо как на поле для новичков».

Я порядком опасался этого места, которое называли беззаконной зоной.

Точнее, опасалась Миша.

Но теперь я был уверен.

В беззаконной зоне сильный по определению прав. А иногда жить там даже удобнее, чем в обществе, где есть закон.

«Буду считать, что просто отдохну тут двадцать дней».

Моё варварское тело, чуткое к порядку вещей, уже всё поняло.

Серьёзных неудобств у меня здесь, похоже, не будет.

---

Я бесцельно бродил по улицам и глазел по сторонам, когда путь мне вдруг преградил ребёнок лет десяти.

— Эй, новенький дядя!

Я на всякий случай спросил:

— С самых ворот за мной шёл?

— Нет. Только что увидел.

— Тогда как понял, что я новенький?

— Я вас сегодня впервые вижу. А про таких, как вы, слухи тут расползаются сразу.

Судя по тому, сколько вокруг было доходяг, ответ звучал вполне убедительно.

— Говори, чего тебе надо.

Я нарочно понизил голос, оглядываясь по сторонам.

Но малец, видимо, был не робкого десятка. Он не отвёл глаз и отчётливо выговорил то, что собирался.

— В первый день вы ведь ещё не нашли, где ночевать? Я могу показать. Как-никак, я тут родился и вырос.

Проще говоря, он предлагал себя в проводники.

Ясное дело, не бесплатно.

Чтобы вот так подойти к огромному варвару, одной только любви к благотворительности маловато.

— Сколько?

— Сто стоунов.

Такая мелочь, что казалось — он просто забыл приписать ещё один ноль.

— Ладно. Веди.

Стоило мне так легко согласиться, как мальчишка сразу зашагал вперёд, пообещав показать лучшее место в округе.

Пока мы шли, я расспрашивал его о разном.

В библиотеке я уже прочёл несколько книг о Бифроне, но было бы самонадеянно считать, будто этого достаточно, чтобы понять такое место.

Для начала — просто из личного любопытства.

— Ты здесь родился?

— Да.

— А родители?

— Умерли.

— Я не о том. Они тоже, как и ты, родились здесь?

По нему было видно, что отвечать не хочется, но против денег он всё же устоять не смог.

— Добавлю ещё сто стоунов.

— …Только мама. Про отца я слышал, что он пришёл снаружи.

— За что его сюда сослали?

— …За хранение и распространение запрещённой книги. И чтобы вы не спросили потом ещё раз — там было что-то о том, справедливы ли налоги, которые королевский дом взимает с людей.

— Значит, мыслитель.

Меня это не особенно удивило.

Само прозвище Бифрона — «лагерь» — появилось потому, что сюда ссылали тех, кто распространял речи против короны.

Недоволен, значит?

Ну так поживи-ка там, где до тебя не дотягивается королевское покровительство.

Примерно такая у них логика.

И для короны это был на редкость умный ход.

Они не только выталкивали смутьянов, но и нагляднее некуда доказывали собственную правоту.

Для них это куда выгоднее, чем просто виселица.

— Сколько тебе лет?

— Одиннадцать.

— Значит, через три года сможешь выбраться.

— Если сумею доказать, что гожусь.

Я нахмурился.

— Доказать? Я слышал, что наружу выпускают в четырнадцать.

— Вы услышали только половину. Освобождение дают лишь очень немногим — тем, кто проявит талант хоть в какой-то области. Формально область может быть любой, но почти все целятся в исследователи. Туда и пробиться легче, и набирают чаще…

— А ты тоже хочешь туда?

— Нет. Я — в учёные.

Учёный, значит…

Вот почему он говорил так складно. Похоже, даже в этом месте не бросил учёбу.

— Вы ведь исследователь, дядя? А сюда как попали?

Вскоре мальчишка задал вопрос и мне.

Похоже, решил, что будет нечестно, если отвечать станет только он один.

— Если возьмёшь на сто стоунов меньше — расскажу.

— Тоже мне, большая сумма…

— Исследователь — это тот, кто не теряет даже мелочь.

— О, так вы и правда исследователь?

Да уж. Если это и было мошенничеством, то слишком уж милым, чтобы так его называть.

Правда, он, видимо, запоздало сообразил, что после такого я могу и разозлиться, потому быстро добавил:

— Ладно, пусть будет меньше. Тогда скажите, за что вас сюда сослали.

— В городе я совершил небольшой проступок. Сказали пожить здесь двадцать дней и вернуться.

— Двадцать дней…

Для того, кто прожил тут всю жизнь, это, наверное, звучало бесконечно коротко.

Он закусил губу и ненадолго замолчал.

А потом спросил ещё кое-что:

— А какой у вас был ранг?

Слишком уж личный вопрос, чтобы на него отвечать.

— Мы вроде договаривались не об этом. Сто стоунов можешь не возвращать. Но впредь отвечай только на то, о чём я спрашиваю.

Как и подобает трусливому взрослому, я решительно оборвал разговор и перевёл тему.

Цены в Бифроне, устройство местного общества и прочее — всё то, что невозможно прочувствовать по одним только книгам.

Малец, как настоящий местный, отвечал почти без запинки на всё, о чём я спрашивал. Но особенно меня зацепила одна вещь.

Еда.

— Корона каждый месяц выдаёт пайки?

— Да. Только всё равно сильные всё забирают и используют это как рычаг власти.

Плевать мне на те банды, о которых он говорил.

Раз уж люди живут вместе, даже на самом дне у них всё равно появляется своя иерархия.

Меня заинтересовало другое.

— Чем больше думаю, тем противоречивее кажется это место.

— А?

— Ничего.

Почему-то Бифрон вдруг стал мне интереснее.

В игре это был один из вполне обычных городских районов. И то, что он превратился вот в такое, наводило на мысль: за этим наверняка скрывается какая-то любопытная подоплёка.

— Пришли.

Пока мы болтали на ходу, мы дошли до трактира, который он имел в виду.

Самое обычное для этого мира заведение: на первом этаже — кабак, на втором — комнаты.

Такие места обычно держат какие-нибудь банды.

«Лучшее место, значит».

Я фыркнул и толкнул дверь трактира, с виду такого, будто в нём кишмя кишат насекомые.

Дверь протяжно заскрипела.

Внутри, вопреки ожиданиям, людей было довольно много.

Крепкие мужчины и женщины в поношенной одежде сидели и пили.

Ржавый колокольчик у двери глухо звякнул, и все в помещении разом уставились на меня.

Чувства в этих взглядах были самые разные.

Настороженность, недоумение, любопытство, жадность.

Я просто проигнорировал их и подошёл к стойке.

— Хозяин, сколько тут стоит ночь?

— Пятьдесят стоунов.

Опять сумма такая, будто забыли приписать один ноль.

— А еда?

— Двести пятьдесят.

— Двести пятьдесят, значит…

Для меня и то и другое были сущими копейками, но, услышав это своими ушами, я вновь ощутил, насколько Бифрон отличается от внешнего города.

Еда здесь стоила в пять раз дороже ночлега.

В Лафдонии, где все страдали от жилищной тесноты, о таком и помыслить было нельзя.

— Останусь на одну ночь.

— Еду тоже?

— Неси сразу.

— Сначала деньги.

Я тут же отдал триста стоунов вместе с платой за комнату и сел.

— Тогда я пойду, дядя.

— Ты же ещё денег не получил.

— А, точно!

Он состроил неловкую рожицу, и я протянул ему тысячу стоунов.

— У меня… у меня нет сдачи…

— Не надо сдачи. Сядь рядом.

— А?

— Пока несут еду, побудь собеседником.

Мальчишка посмотрел на меня странным взглядом, помедлил, потом всё же сел и стал отвечать на мои вопросы.

Так прошло какое-то время.

— Ваш заказ.

Наконец принесли еду.

Ни куска мяса — только хлеб и бледный суп, больше похожий на воду.

— Тогда я, пожалуй…

Я поймал ребёнка за руку, когда тот собрался подняться.

— Сядь.

— А? Но вы же сказали — только пока еду не принесут…

«Ты меня, варвара, за полного идиота держишь?»

Я снова произнёс это вслух — уже тяжело и с явной угрозой:

— Сядь.

Он почувствовал, как изменился воздух вокруг, крепко сжал губы и снова сел на место.

Старался не показывать виду, но даже издалека было видно, как его трясёт.

Я зачерпнул полную ложку супа.

А потом…

— Ешь.

— А?

— Ешь, говорю.

— С-спасибо, но я не голоден…

Ну конечно. Вот как ты решил сыграть.

— Съешь — дам десять тысяч стоунов.

Я сделал предложение, от которого он никак не мог отказаться.

И какой же выбор он сделает?

Ответ оказался до смешного прост.

— …П-пощадите.

Как и положено ребёнку, выросшему в этом паршивом месте, соображал он быстро.

---

Я раскусил его фокус по двум причинам.

«С самых ворот за мной шёл?»

«Нет. Только что увидел».

Во-первых, он спокойно соврал в ответ на мой проверочный вопрос.

Врал-то он неплохо, не подкопаешься…

Но память у меня всегда была хорошая.

Когда ворота впервые открылись, этот малец уже ошивался неподалёку.

«Сто стоунов».

Во-вторых, запросил он слишком уж честную цену.

А это странно.

Даже в туристических местах все только и думают, как бы ободрать приезжего. А тут не только этот мелкий, но даже хозяин трактира не попытался содрать с меня лишнего.

Конечно, это ещё могло быть совпадением, но…

— …П-пощадите.

Вместо того чтобы есть, мальчишка рухнул на колени.

В глубине души я именно этого и ждал, так что не удивился.

Уловки местных уже давно не отличались особой новизной.

«Если уж решил ударить человека в спину, так хоть не делай это настолько очевидно».

Я поднялся, опрокинув стол с едой, к которой всё равно не собирался притрагиваться.

Сначала я хотел вытрясти из него, кто его сообщники, но…

Похоже, в этом уже не было нужды.

— Стоять.

Я сказал это тем, кто украдкой двинулся к выходу.

Редкая попытка решить всё по-хорошему.

Жаль только, что четверо мужчин и женщин, включая хозяина, вместо этого рванули прочь ещё быстрее.

— Чёрт!

— Валим!!

Глядя на их спины, я только горько цокнул языком.

Ну и куда они собрались?

— А-а-а!

Первым делом я одной рукой подхватил мальчишку.

Потом выскочил наружу, одним слитным движением активировал 「Гигантизацию」, оттолкнулся от земли и взмыл вверх в 「Прыжке」.

*бах*

В следующий миг моё тело пролетело несколько десятков метров и с грохотом врезалось в мостовую. От эффекта 「Отдачи」 беглецов подбросило в воздух.

— Бехел-ла-а-а-а-а-а!

А когда я вдобавок врубил ещё и 「Всплеск Дикости」, все четверо окончательно лишились воли к бегству.

*хрясь*

Чтобы они уж точно никуда не делись, я переломал каждому по одной ноге.

Белый день.

Да ещё и прямо посреди улицы.

Ну и что с того? Это же беззаконная зона.

Да и кто сюда прибежит только потому, что кто-то использовал силу? Никакой стражи здесь нет.

— А-а, а-а-а!!!

Кажется, только теперь до них дошло, что происходит.

Один из четверых — мужик с крысиной мордой — заорал будто по заученному:

— М-мы из Западного союза!

Западный союз.

Одна из четырёх банд, поделивших между собой Бифрон.

Говорили, их главарь — бывший исследователь.

Значит, ранг у него…

— Эй, если ты сейчас тихо нас отпустишь, мы не станем мстить за то, что сегодня—

Что за чушь.

*хрясь*

Он слишком шумел, и я раздавил ему вторую ногу тоже.

Может, от безысходности он стал ещё отчаяннее?

— Н-наш босс — бывший исследователь шестого ранга!!

Даже корчась от боли и заходясь в крике, он всё равно надрывался изо всех сил.

Я только склонил голову набок.

— Ваш босс? Ты это о чём?

Когда я переспросил, на этот раз уже он уставился на меня с непониманием.

На лице у него было написано: «О чём ты вообще говоришь?»

Я приветливо улыбнулся, наклонился и погладил его по голове.

— С этого момента твой босс — я.

Вообще-то я давно хотел хоть раз обзавестись подчинёнными.