Выживая в игре за варвара (Новелла) Том 1 Глава 586

Похоже, после того как он поблагодарил меня, неловко стало не только мне, но и дядьке-вампиру.

Судя по тому, как резко он перевёл тему.

— В любом случае, на этом мой рассказ заканчивается. Но, пока я говорил только о себе, я, кажется, так толком и не рассказал о мире той эпохи. А ведь тебя, похоже, куда больше интересовало именно это.

Вообще-то он был прав.

Просто чем дальше тянулся рассказ, тем глубже я в него втягивался. Уже не до всего остального было.

— Если и сейчас что-то хочешь спросить, спрашивай. Если я знаю ответ, ничего скрывать не стану.

Так, пусть и с опозданием, началось время вопросов.

История самого дядьки-вампира была более чем интересной, но по-настоящему меня больше всего занимало другое. Каким был мир той эпохи.

— Герцог, ты знаешь, кто такая ведьма?

— Не слишком хорошо. Я знаю лишь то, что это женщина... а всё остальное окутано тайной. Впрочем, паломники, следующие за ведьмой, верят, что однажды после смерти смогут попасть в Землю Рассвета.

— ...Землю Рассвета?

— Туда, где нет ни тревог, ни боли, ни различий. Где все равны и свободны. Где можно уйти куда угодно, куда только сам пожелаешь.

— ......

— Так говорят паломники. Поэтому, пока я не услышал твою историю, я и сам надеялся, что это место — и есть она. Думал, что перед смертью мои молитвы наконец были услышаны.

— Вот как...

Я не стал специально говорить ему, что восьмой этаж лабиринта тоже называют Землёй Рассвета.

Это ведь просто совпадение названий. Места-то совсем разные.

— Ладно, вернёмся к прежнему разговору... В Империи любили повторять, что если не уничтожить ведьму, миру придёт конец... но я в это не слишком верил.

— Почему?

— У Империи уже были похожие прецеденты. Ты, может, и не знаешь, но в древности существовало пять богов. Просто две религии были стёрты из мира руками самой Империи — по политическим причинам. Говорят, тогда тоже пролилось немало крови.

Для меня это звучало странно: древний человек рассказывает о древней истории.

Но о пяти богах сам герцог, похоже, знал не так уж много, так что я перешёл к следующему вопросу.

— А что вообще представляла собой Империя?

— Если ты спрашиваешь вот так, сразу, ответить непросто.

— Всё равно. Говори всё, что приходит в голову.

После этого я ещё долго слушал о влиянии древней Империи, её культуре и характере.

Громадное государство, занимавшее треть континента и прямо или косвенно влиявшее ещё на треть.

Пожалуй, пока этого достаточно...

— Ты случайно не знаешь замок Лафдонии? Или её земли?

— Лафдония... Ты ведь о том городе, где живёшь? Увы, это название я впервые услышал от тебя.

Ясно. Этого он не знал.

Жаль, конечно, но я постарался не подать виду и без сожалений перешёл дальше.

— В твою эпоху тоже были монстры?

— Разумеется. Гоблины, йети, огры... По всему континенту обитало множество чудовищ. Хотя, конечно, от тех, о которых рассказывал ты, они немного отличались.

— Отличались...?

— Для начала, не существовало ни «сущностей», ни «магических камней», о которых вы говорите. И большинство из них обладало разумом. Те же гоблины и кобольды жили племенами в лесах и горах, а иногда даже вступали в общение с людьми.

По его словам, орков и вовсе считали отдельной силой...

— А эльфы? Дворфы? Драконолюды? Какое место на этом континенте занимали они?

Я спросил это почти машинально, поддавшись внезапному любопытству, но герцог лишь непонимающе наклонил голову.

— ...Эльфы и дворфы? Разве это не существа из сказок?

— ...Что?

Это ещё что за ерунда?

На миг у меня в голове всё будто онемело. Но в голосе и лице герцога не было ни капли шутки.

— Герцог... а кем ты вообще меня считаешь?

Я спросил очень осторожно.

И, услышав ответ, понял одну вещь.

В древнюю эпоху, ещё до гибели мира, монстры действительно существовали.

Но...

— ...Разве не человеком?

Иных рас не существовало.

---

Люди, зверолюды, эльфы, дворфы, драконолюды, варвары.

Шесть рас, из которых состоит последняя крепость Лафдония.

И сейчас герцог говорит мне:

— В ту эпоху были только люди...?

Варвары жили на севере и на южных пустошах, сражаясь с монстрами.

Дворфы строили под землёй города и даже имели собственные государства, а леса, где обитали эльфы, были защищены деревьями-хранителями и потому оставались недосягаемыми для чудовищ.

Зверолюды и в те времена жили вперемешку с людьми.

О драконолюдах известно слишком мало, чтобы говорить уверенно.

А потом, когда мир уже стоял на краю гибели, все эти расы двинулись к Лафдонии — к последнему оплоту.

Владыка крепости нуждался в их силе, а потому дал им множество привилегий и признал за каждой из них право на собственную территорию.

Так появились священные земли.

«...Да это же не имеет никакого смысла».

В священных землях до сих пор сохранились и передаются остатки культуры и традиций той эпохи.

Варвары и сейчас придерживаются общинного воспитания детей. Если рождается дочь, она берёт имя матери как родовое, если сын — имя отца.

И «Духовное клеймо», как говорили, тоже пришло из глубокой древности.

Но если в древности не было варваров...

«Может, тот мир и наш мир вообще изначально разные?»

В голове вдруг всплыла такая мысль.

Ну, бывает же такое в фильмах и комиксах. Параллельные миры и всё такое.

Может, и тут нечто подобное.

Хотя пока ничего точно не прояснилось.

— Честно говоря, твой рост и телосложение и правда казались мне немного странными. Так ты... не человек?

— ...Если судить по классификации нашего мира.

Раз уж разговор зашёл так далеко, я объяснил ему и про шесть рас. А потом мы ещё долго обсуждали, что вообще могло тут произойти.

Но, увы, к какому-то ясному выводу так и не пришли.

Поэтому я просто продолжил расспрашивать его, вытягивая как можно больше сведений о древней эпохе.

Будь моя воля, я бы говорил с ним целый день.

Но, как всегда, у всего есть конец.

— ...Давно мне не было так приятно беседовать, но, думаю, пора заканчивать.

— ...?

— По правде... моё безумие уже какое-то время снова возвращается.

И только тогда я заметил, что с его глазами что-то не так.

Белки налились кровью. На лбу и шее проступили багровые жилы.

В таком состоянии герцог спокойно сказал мне:

— Пора. Покончи со мной.

— ......

— Пока я ещё остаюсь собой.

— Фух...

Я медленно выдохнул и выровнял дыхание.

На душе было тяжело.

И не потому, что я больше не смогу вытянуть из него дополнительные сведения.

Совсем по другой причине.

«Если бы он просто потерял разум и кинулся на меня, всё было бы куда проще...»

Впрочем, отказывать ему я не собирался.

Я поднял молот.

— Сразу предупреждаю: красиво убивать я не умею.

— Это и так видно.

Герцог криво усмехнулся, замер на месте и закрыл глаза.

Но, похоже, в последний миг кое-что всё же вспомнил.

— А, есть ещё кое-что, что я должен тебе сказать напоследок.

— Говори.

— С того самого момента, как ты рассказал, что встречал меня в лабиринте, у меня стали всплывать какие-то смутные воспоминания. И не только те, что связаны с тобой.

Его закрытые было глаза снова открылись.

— Я не уверен... но, кажется, там я всё время сражался, полностью потеряв рассудок. С теми, кого ты называл исследователями...

Его налитые кровью глаза смотрели в пустоту, но казалось, будто он и правда видит что-то невидимое мне.

— Это лишь догадка... но, возможно, все эти долгие годы я оставался здесь и меня призывали наружу всякий раз, когда возникала нужда с ними сражаться...

— А это... звучит вполне правдоподобно.

— Как думаешь, тебе это поможет?

На этот раз я ответил без малейшего колебания:

— Ещё как.

То, что рассказал мне герцог, позволяло ещё на шаг приблизиться к разгадке тайны статуй-хранителей, скрытых на подземном первом этаже, и самой природы разломов.

А значит, это пригодится мне дальше.

— Вот и хорошо...

Словно больше сказать ему было нечего, герцог снова закрыл глаза и тихо пробормотал:

— Я настоящий... или подделка?

Это звучало почти как слова, брошенные самому себе.

— Когда это сердце погаснет... куда я отправлюсь теперь?

Я не ответил.

Лишь подумал про себя:

После смерти его не ждёт ни загробный мир, о котором говорит Церковь Трёх Богов, ни Земля Рассвета, о которой твердят паломники.

Он снова оживёт.

И, забыв сегодняшний день, будет повторять одно и то же ещё бессчётные века.

Но всё же...

— Неважно. Пусть будет где угодно.

— ......

— Лишь бы это хоть немного уменьшило тяжесть моих грехов.

И тогда он сказал:

Тихо. Так спокойно, что от этого становилось ещё тяжелее.

— Покончи со мной.

В тот миг, когда он дал понять, что готов, я опустил молот.

Грубо, зато изо всех сил — чтобы без боли.

*вжух*

Молот обрушился прямо в сердце, до которого в прошлом мне едва удавалось добраться даже после нескольких «Взрывов плоти».

*хрясь*

От этого звука, особенно жуткого сегодня, по пустому каменному чертогу разлетелись искры света.

А следом всплыла и радужная сущность.

Я видел это зрелище бессчётное количество раз с тех пор, как стал исследователем.

Но сейчас мог только молча смотреть.

*шшш-а-а-а*

Пока световые хлопья, расшившие воздух, не исчезли без следа.

---

Когда я вышел наружу через портал, снаружи царил сущий бедлам.

Ещё бы. Я ведь ушёл убивать одного вампира — и не возвращался чёрт знает сколько.

— Дядя...!

— Яндель...! Что там внутри произошло? Хотя нет, неважно, что там было, тебя надо снять с прохождения...

— Ты не ранен? Нигде не ранен?

Амелия и вовсе начала нести какую-то дичь про то, что меня надо исключить из прохождения.

Но, как ни странно, было и кое-что хорошее.

Никто не отреагировал так, будто я вернулся с того света.

Похоже, они решили, что раз портал повторно не открылся, значит, я хотя бы выжил.

— Три часа двадцать одна минута...

А, ну и само собой, даже посреди этой суматохи маг, ведущая записи, продолжала честно вести запись.

— Разойдитесь. Хватит уже. Я в порядке. И ничего по-настоящему опасного там не случилось.

— Тогда почему Вы так долго не выходили?

Ко мне подошла Рейвен, которой я поручил экспресс-курс по стражам, и раздражённо спросила.

Да скажу я, скажу. Нечего так наседать.

— Страж, которого я встретил внутри, обладал разумом. Поэтому мы долго разговаривали, и я кое-что успел у него выяснить.

— ...Страж обладал разумом?

— Да. В конце концов безумие всё-таки взяло верх, но до этого — именно так.

Я не стал выкладывать все подробности, но честно рассказал при всех, что разговаривал с дядькой-вампиром.

Ну а как иначе? Если скрывать это, никакой проверки не проведёшь.

— В таком случае у меня просьба к тем, кто будет заходить следующим...

После этого я велел всем, кто пойдёт дальше, по возможности попытаться завязать разговор.

Но...

— Яндель, ничего такого, о чём ты говорил, не произошло.

— ...У меня тоже. Он бросился на меня сразу, как только увидел. Сказал, что его захлестнула жажда убийства.

— Я... я вообще даже поговорить не успела...

Амелия, Эрвен, Миша.

И не только они — никто из тех, кто зашёл позже, не столкнулся с тем же, что и я.

А значит, вопросов стало только больше.

«В чём была разница?»

Почему герцог Камбормиэр передо мной сумел сохранить рассудок?

И почему остальные стражи оказались точно такими же, как раньше?

Если верить его последней догадке:

«Возможно, все эти долгие годы я оставался здесь и меня призывали наружу...»

Если они действительно оригиналы, а пространство, найденное на подземном первом этаже, работает как некое хранилище, то почему с остальными стражами не произошло ничего похожего?

Я не знал.

Чем дольше думал, тем больше разрастались сомнения.

Поэтому для начала решил собрать ещё данных.

— Яндель, ты что, собираешься сейчас убить и его?

— Ага. Хочу кое-что проверить.

— ...Это можно оставить и напоследок.

Амелия явно беспокоилась — я ведь решил сперва зачистить загадочные статуи, при которых даже неизвестно, со стражем какого слоя разлома они связаны.

Но менять решение я не собирался.

— Не волнуйся. Даже если так, это всего лишь монстр пятого ранга. Ничего опасного не будет.

Сказав это, я протянул руку к статуе тролля.

И почему-то на душе стало странно.

«Страж-тролль, значит...»

Окажись я тут раньше, сгорал бы сейчас от любопытства: получится ли увидеть радужную сущность тролля?

Но теперь меня куда сильнее волновало совсем другое.

Какая история была у этого типа.

Что станет с ним, если мы доберёмся до Врат Бездны.

И найдёт ли он тогда покой.

— ......

Я и сам не заметил, как снова и снова начал об этом думать.