Я освобожденный раб, но мой хозяин одержим мной Том 1 Глава 250 250. Конец

Лес возле города Олдерин.

— Шух!

Вместе с пронзительным звуком, разрезающим воздух, задрожали деревья. Головы магических зверей одновременно взметнулись вверх.

— Куун!

Огромные тела, сотрясая землю, одно за другим рухнули на траву. Я слегка выровнял дыхание, стряхнул кровь с клинка и убрал его в ножны.

— Здесь закончили.

— И здесь тоже. Похоже, никого больше не осталось. Шабель, осмотревшая окрестности, тоже убрала копье.

Те, кого мы только что уничтожили, были стаей магических зверей, недавно поселившихся неподалеку от Олдерина. Сначала они нападали на прохожих, а пару дней назад начали приближаться к самой деревне. Узнав об этом, мы не могли остаться в стороне, поэтому я и Шабель решили проблему.

— Ты могла пойти одна, лучше бы отдохнула дома. Приходить вдвоем, чтобы убить пару зверюг?

Как ни крути, а это избыточное использование сил.

— Рион, когда я сказала, что пойду одна, ты сам увязался следом. — Ну, это само собой. Какой же я муж, если позволю жене сражаться в одиночку?

— Я чувствую то же самое. А еще это драгоценное время, когда я могу быть только с тобой, Рион. — То, что верно, то верно — возможностей побыть вдвоем у нас не так уж и много. Поэтому, если дело вроде зачистки монстров позволяет участвовать только одному из троих, я никогда не упускаю шанса составить Шабель компанию. По сути, это было свидание под прикрытием истребления тварей. И мне это вполне по душе.

Шабель улыбнулась, подошла ко мне и раскинула руки. — Мы хорошо потрудились, так что давай награду.

Вот в чем была истинная цель. — Я ведь весь в поту. — Я тоже, так что всё в порядке. И к тому же… мне нравится твой запах, Рион.

Раз уж она так говорит, отказать я не мог. Стоило мне обнять её за талию и притянуть к себе, как Шабель, словно только этого и ждала, уткнулась лицом мне в грудь. — Фу-у…

Она крепко обняла меня за спину и глубоко вдохнула. Сквозь ткань одежды просочился теплый жар. Я зарылся носом в её шею. В легком запахе пота утопал фирменный, нежный и сладкий аромат Шабель, проникая глубоко в дыхательные пути.

То ли от щекотки, то ли от близости, Шабель вздрогнула, но отстраняться не стала. Какое-то время я держал её в объятиях, а затем ослабил хватку и немного отстранился. Опустив взгляд, я увидел, что Шабель тоже подняла лицо и пристально смотрит на меня снизу вверх. — …

Щеки раскраснелись от нежного румянца. Серебристые глаза, отражающие лишь меня одного, влажно блестели в предвкушении того, что должно было произойти сейчас. Наши взгляды на миг сплелись в воздухе. Никто из нас не стал медлить, лица сблизились, и вскоре наши губы слились в поцелуе. — Чмок, чмок…

Шабель, обвив мою шею руками, на рефлексах протолкнула язык мне в рот. Я ответил тем же, обволакивая её мягкий язык своим. Мы слизывали друг друга, словно исследуя каждый уголок рта. Стоило мне влить в неё свою слюну, как Шабель без колебаний проглатывала её. Голова словно теряла ясность, ослепленная её сладким ароматом и горячим дыханием, заполнявшим всё вокруг. Сколько же времени мы так обменивались жарким дыханием?

Когда сознание начало меркнуть от головокружительного ощущения, Шабель издала тихий стон и оторвалась от моих губ. Между нами протянулась тонкая, липкая серебристая нить, которая вскоре оборвалась. — Ха-а, ха-а…

Шабель тяжело дышала. В её подернутых дымкой серебристых глазах густо застыло наслаждение. — Ты сильно изменилась по сравнению с тем, что было раньше. — Правда?.. — Раньше ты смущалась, даже если я просто брал тебя за руку, а теперь сама лезешь с языком. От моей шутки лицо Шабель вспыхнуло, словно спелый томат.

— Э-это… потому что Рион стал моим мужем. Теперь нет нужды сдерживаться, так что всё, что я подавляла в себе до этого момента, вырывается наружу… — Хоть она и стыдилась, тело было честнее. Не желая меня отпускать, она прижалась еще плотнее. Тепло, разливающееся по всему телу, и приятная дрожь. Этот момент, когда в лесной тишине мы были сосредоточены только друг на друге, был невероятно сладостным.

В итоге мы пробыли там еще долгое время, прежде чем отправиться обратно в особняк.

***

Особняк за озером.

Перед крыльцом стояла незнакомая повозка. — У нас гости?

— Кто знает. Пока я размышлял, кто бы это мог быть, дверь открылась, и вышла служанка. — Кто приехал?

— Прибыли Его Высочество принц и его друзья. Они сейчас в гостиной вместе с барышней. — Если речь о друзьях, значит, это Хелена и Элоди. — Я сейчас подойду. А Шабель…

— Я приведу себя в порядок и приду. Было бы невежливо встречать гостей в таком виде. — Понял. Не торопись. Распрощавшись с Шабель, я направился прямо в гостиную.

— Я вернулся. — О, пришел? Стоило войти, как меня тут же поприветствовала Хелена, словно только этого и ждала. В гостиной также находились Айтер и Элоди.

— С чего вдруг все решили заглянуть в особняк? Даже не предупредили. — У нас каникулы. Делать всё равно нечего, вот и решили проведать вас двоих. — Вот как. Значит, скоро на третий курс?

— Ага. Со следующего года. Кажется, будто я сам только вчера был в Академии, а они уже на третьем курсе.

— Время летит неумолимо.

— И не говори. Ха, после окончания Академии я буду скучать по тем временам, когда мы здесь учились.

— Чем вы планируете заняться после выпуска? Уже определились с будущим путём?

— Да. Как только завершу обучение, я вступлю во Второй рыцарский орден.

— Во Второй?

Там я когда-то проходил службу.

— Сам Командор предложил мне место. Мы ведь вместе сражались, когда на нас напали эти проклятые магические звери. Думаю, я произвела на него хорошее впечатление.

— Это отличная новость. Поздравляю тебя. Хелена, я уверена, у тебя всё получится.

Подумать только: девушка, с которой мы вместе постигали науки, будучи ещё оруженосцами, станет настоящим имперским рыцарем.

На душе стало так тепло, словно награду получила я сама.

— А вы двое чем заняты?

Реноа и Элоди сидели рядом, устроившись на диване.

Элоди держала Реноа за запястье, внимательно прощупывая её пульс.

— Я проверяю состояние госпожи. В последнее время я начала изучать магию.

— Магию?

— Да. Когда закончу обучение, я хочу стать целителем и исцелять людей с помощью магии.

Вот оно что.

Значит, и Элоди пришло время определиться с жизненным путём.

«Целитель, значит…»

В оригинальном произведении она проявляла выдающиеся таланты во многих сферах, так что это не стало для меня полной неожиданностью.

Однако меня очень заинтересовало, почему из множества доступных путей она выбрала именно этот.

— Есть ли какая-то особая причина, по которой тебя это привлекло?

— Я долго размышляла после того, как узнала, что госпожа больше не может использовать магию. Решила, что должна найти способ помочь, вот и определилась с выбором.

— Из-за меня…?

Под пристальным взглядом Реноа Элоди смущённо улыбнулась.

— Поначалу — да. Но в процессе обучения я поняла, что это мне по-настоящему нравится. Когда на практике человек, которого я вылечила, искренне поблагодарил меня, я вдруг отчетливо осознала: хочу посвятить этому всю свою жизнь. К тому же, я подумала, что так смогу исцелить и вас, госпожа.

От этих спокойных, но глубоких слов Элоди глаза Реноа слегка задрожали.

— Почему вы так смотрите, госпожа?

— …Просто я тронута. Я и не подозревала, что ты так сильно обо мне заботишься.

— Конечно. Вы ведь всегда так хорошо ко мне относились.

Глаза Реноа слегка покраснели.

Она приоткрыла губы, а затем притянула Элоди к себе и крепко обняла.

— Спасибо тебе, Элоди.

— Э-хе-хе.

Элоди лучезарно улыбнулась и с ответным чувством обняла Реноа.

— Значит, ты сможешь вылечить госпожу?

— Да. Я только что проверила, думаю, у меня получится.

Элоди снова взяла Реноа за запястье, исследуя её пульс.

— Я буду понемногу дробить участки мана-каналов, затвердевшие из-за каменного цветения, а затем вытягивать их наружу. После чего очищу эту отраву и выведу из тела.

— Но разве это не опасно — принимать это в свое тело?

— Именно поэтому я и буду дробить на очень мелкие части. Мне нужно переносить только тот объем, который я способна безопасно очистить.

— Если это подвергает тебя опасности, прошу, не делай этого.

— Не волнуйтесь. Дедушка Искалон будет рядом и поможет, так что ничего плохого точно не случится.

[Конечно, конечно. Раз уж я здесь, чего тебе беспокоиться?]

Вмешиваться напрямую в чужие мана-каналы — задача невероятной сложности, требующая высочайшего мастерства.

Поразительно, насколько сильно выросла Элоди с нашей последней встречи.

— Конечно, за один раз можно будет лечить лишь малую часть, так что времени уйдет много. Да и затвердевшим каналам потребуется время на полное восстановление.

— Но ведь она снова сможет пользоваться магией?

— Да.

Неважно, сколько времени это займет.

Одного лишь осознания того, что Реноа снова сможет колдовать, было достаточно, чтобы ждать столько, сколько потребуется.

— Какое это счастье, госпожа.

— И правда…

Реноа посмотрела на свои ладони, сжимая и разжимая кулаки.

Хотя внешне ещё ничего не изменилось, одна только мысль о возвращении магических сил, похоже, вызвала у неё бурю эмоций.

— На этих каникулах я буду присматривать за вами. Нужно внимательно следить за тем, как идет восстановление.

— Тогда оставайся здесь. Тебе ведь тяжело постоянно мотаться туда-сюда.

— Я правда могу остаться?

Реноа кивнула в знак согласия.

— Комнат у нас много. Если что-то понадобится — скажи Виви.

— Ура! Я смогу быть вместе с госпожой! Как же это здорово! Обожаю вас, госпожа!

Элоди снова набросилась на Реноа с объятиями, полная радости.

Реноа, похоже, была не против и, улыбаясь, позволила ей себя обнимать.

— Вот бы мне досталась хотя бы половина этой искренней любви.

Айтейр, наблюдавший за этой умилительной сценой со стороны, пробормотал с горькой усмешкой.

— А ты чего сюда заявился?

— Разве нужны особые причины, чтобы заглянуть к другу? И вообще, говорить «ты» мне, когда я твой зять — это как-то грубовато, не находишь?

— Тогда и ты обращайся ко мне как к шурину.

— Ну, это уже слишком.

Его брезгливое выражение лица просто выводит из себя.

Сам-то считает меня другом, а от меня требует уважительного обращения как к зятю.

Айтейр кашлянул, пытаясь перевести тему.

— В любом случае, я пришел проведать нуну. Отец просил узнать, как у нее дела.

— И почему ты здесь? Почему не в кабинете?

— Заходил, но меня выгнали, сказали не мешать. Я даже её лица не видел.

— Она пишет новое произведение. Сейчас в самом разгаре творческого процесса.

В последнее время Аврора с головой ушла в написание новой книги.

Живя вместе после свадьбы, она пропустила через себя чувства и события, которые раньше могла лишь воображать.

Для автора любовных романов эти будни стали неисчерпаемым источником вдохновения и ценного материала.

Идеи для историй теперь просто хлынули потоком, и она не выпускала перо из рук целыми днями.

— Я сам наведаюсь.

Я покинул гостиную и направился на второй этаж.

Подойдя к двери кабинета, я постучал. Вскоре изнутри послышался голос:

— Заходи позже. Я сейчас занята.

— Нуна, это я.

— Рион? Входи!

Услышав мой голос, Аврора мгновенно просияла.

Если бы Айтер услышал это, он бы точно обиделся.

Едва я открыл дверь, как Аврора встретила меня сияющей улыбкой.

Она бросилась ко мне с распростертыми объятиями, и я принял её в свои. Мы обменялись нежным поцелуем.

— Когда ты пришёл? Ты не ушибся?

— Только что. Всё в порядке.

Я заглянул через её плечо на рабочий стол.

Там возвышалась целая гора рукописей, исписанных мелким почерком.

— Ты писала с самого утра?

— Ага. Я хотела написать ещё немного, но следующие сцены так и лезли в голову. Перо будто само вело мою руку.

Как же хорошо, что ей нравится писать.

Ведь однажды, когда она была сломлена, она рыдала, говоря, что больше никогда не возьмется за перо.

— Айтер приехал. Говорит, у него каникулы, вот он и заявился с друзьями.

— Правда? И почему он тогда даже не поздоровался со мной?

— Он пытался, но его выставили за дверь, даже не взглянув на него.

— Кто-то постоянно отвлекал меня разговорами, поэтому я и попросила прийти позже. Значит, это был он?

В конце концов, он будущий император.

Со стороны могло показаться, что я отгоняю назойливых мух.

— Спустись вниз, покажись ему. Все тебя ждут.

— Хорошо. Только закончу с тем, что начала.

Аврора вернулась к столу. Она взяла перо и продолжила писать.

То, что должно было стать парой строк, превратилось в целый абзац, а затем текст продолжал разворачиваться.

— Ты же сказала, что только закончишь.

— Всего лишь эту реплику. Боюсь, если не запишу сейчас, забуду.

Лишь исписав ещё несколько предложений, Аврора с сожалением отложила перо.

— Я очень хочу, чтобы это произведение получилось действительно хорошим.

— Ты и так выкладываешься по полной.

— Стараться и сделать хорошо — это разные вещи. Я хочу, чтобы читатели прочувствовали то же, что и я, но это оказалось сложнее, чем я думала.

Она продолжила, дожидаясь, пока высохнут чернила:

— Каково это — ждать возвращения любимого человека, почему при взгляде на него невольно расплываешься в улыбке… Теперь я знаю это, но когда пытаюсь перенести на бумагу, вечно чего-то не хватает.

— Наверное, это значит, что тебе стало гораздо больше о чем рассказать. Если закончишь, я бы тоже хотел прочитать.

— Конечно, я покажу. Ты будешь моим первым читателем.

Аврора улыбнулась и аккуратно сложила листы рукописи.

— Кстати, ты уже выбрала название? Ты до сих пор мне не говорила.

— Да. Долго ломала голову, но в итоге выбрала то, что подходит лучше всего.

— И какое же?

Аврора посмотрела на меня снизу вверх:

— «Я освобожденный раб, но мой хозяин одержим мной».

Где-то я уже слышал подобную историю.

— Ну как? Думаешь, будет успех?

Под её взглядом я невольно коснулся ошейника на своей шее.

Три имени, искусно выгравированные на холодной поверхности металла.

Стоило кончикам пальцев коснуться этих гравировок, как в памяти всплыли прожитые дни. И тепло этого момента — тоже.

Я не смог сдержать тихой усмешки.

— Отличное название. Уверен, всё получится.

Аврора по-детски довольно улыбнулась и взяла меня под руку.

— Скорее бы уже завести ребенка.

— Внезапно?

— Если у нас появится малыш, сколько ещё историй родится? Мне любопытно, каково это — держать на руках ребенка, похожего на нас с тобой.

Представив Аврору с ребенком на руках, я невольно улыбнулся.

— Боюсь, тогда у тебя совсем не останется времени на писательство.

— В это время папа за ним присмотрит, правда?

— …Пожалуй, ты права.

Мы вместе вышли из кабинета.

Снизу доносились оживленные, добрые голоса людей.

Наслаждаясь этим теплым и мирным шумом, я шаг за шагом спускался по лестнице.

Втайне желая, чтобы и завтрашний день был таким же.